— Шлюзование окончено! — оповестило надпись на табло. Лодка вошла в большой док и встала у причала. Воздух на подводной базе изначально забирали с поверхности моря, но оставшиеся неповреждёнными нолдовские фильтры прогнали его бесчисленное количество раз и сейчас им могли бы дышать сами внешники. Впрочем, жителям Вавилона этого было не нужно, они и так стали иммунными давным-давно. Лиана открыла люк лодки, и мы полезли наружу. Охраны на самой базе никакой не было. По сути, Горец устроил себе подводную дачу и чужие здесь были лишними. Некогда на базе находилось не меньше тридцати внешников, несколько лабораторий и вместительные кладовые. Нолды с удовольствием препарировали Кайдзю копошась в каждой молекуле и выискивая что-то полезное для себя. Так были найдены железы позволяющие скидывать дары, но главное целью внешников, конечно же был поиск даров или хотя бы долголетия.

Горец провёл на базе капитальный ремонт и теперь планировка значительно изменилась. Внешнего остекления базы как у внешников ему добиться не удалось, и он воспользовался огромными телевизионными панелями изображение, на которых передавалось с наружных подводных камер. В центре базы разместился огромный бассейн с морской водой разумеется и ресторан. Всё пространство было выдержано в стиле Древнего Рима. Статуи, колонны, портики, мебель и прочее. Здесь даже росли деревья в кадках. Сам бассейн не имел дна, однако его нижняя часть была хорошо защищена решёткой из толстых прутьев от проникновения морских тварей. Таких, как раки, например, хотя от Кайдзю вообще ничего не спасёт, но в тоже время Горец и не щекотал его дезинтегратором. Их встреча могла случиться только случайно и процент её стремился к нулю. По периметру центрального ресторана-бассейна располагались фешенебельные каюты ничем не уступающие люксам «Пирамиды Хеопса». Обстановку в них каждый жилец выбирал самостоятельно. Всего на базе находилось десять гигантских кают. Горец не поленился и доставил сюда золотые джакузи и прочие изделия из благородного металла то, как биде и унитазы.

Жёны стабовладельца услышали прибытие любимого мужа и выбежали встречать его. Однако сильно удивились, когда увидели нас. Сам Горец шёл со связанными за спиной руками, но уже без кляпа. Девушки сразу начали роптать и Лианы доходчиво объяснила им, чтобы заткнулись, выбив из одной из них дурь прикладом. Маша и Ирка присоединились к ним. Погасив бунт в зародыше, мы прошли в центральную часть базы там, где плескался подводный бассейн. Все стены зала транслировали красивый подводный мир. На такую глубину ещё проникали солнечные лучи и расцвечивали дно, водоросли и обитателей дна. Внешники специально выбирали колоритное место, чтобы установить базу. В этом районе проходила подводная коса и заметно поднималась почти с километровой глубины. Шириной она едва превышала километр, а потом стенки резким обрывом уходили сразу почти на пять километров. Даже внешники не ныряли так глубоко, корпуса лодок не выдерживали трёх километров и лопались. Я в костюме от Астры «попробовал» четыре с лишним километра и висел на волоске от смерти.

— Здесь все? — грубо спросила Горца Лиана. Туз встряхнул его, оторвав от земли и Горец кивнул.

— Садитесь! — голос Жанны не допускал пререкания. Девушки сели на широкий диван длиной метров в десять весь заваленный мягкими подушками. — Ваш муж не хочет передать бразды правления мне. Что скажете?

— Ты кто такая? — выкрикнула разгневанная брюнетка.

— Кто вы, чтобы здесь командовать? — вторила ей блондинка противным фальцетом.

— Вы пожалеете, — и всё в таком же духе.

— Стоп! — Жанна подняла руку. — Объясняю. Я Жанна из Центра, слыхали? Сообщество людей к востоку от Пекла решили объединяться. В Золотое кольцо вошли все крупные стабы с общей численностью проживающих примерно в четыреста тысяч человек. У нас много внешних врагов и такой альянс необходим. Мы подписываем соглашение о взаимопомощи и вообще как-то стараемся приобрести человеческое лицо раз уж мы все пропали в Улей. Это необходимо для выживания, мы также обмениваемся информацией о внешниках, заражённых и прочих врагах. Совершенствуем логистику и прочее. А то здесь ты не проедешь, оттуда ничего не заберёшь, в результате одни только трупы. Ваш муж лишний в этом уравнении, так как ничего не делает для людей и только давит налогами. Ввёл «гражданство», которого нигде нет. И прочее. Нам это не нравится, я предложила ему уйти в добровольную отставку, но он ни в какую. Кроме него в Вавилоне много адекватных людей. В том числе Факир, слышишь, Горец?

— Падаль, продал меня, — проскрежетал зубами Горец.

— Да кому ты нужен, — воскликнул Мерлин. — Тебе и так всё на блюдечке преподнесли. Жёнам, наверное, рассказываешь какой ты незаменимый? Всё не так. Если ты добровольно отдаёшь стаб, то остаёшься жить дальше с пожизненной пенсией, очень хорошей пенсией. Мы также оставим тебе виллу, небольшую.

— Если не соглашаюсь? — Горец сверкнул глазами сквозь слипшиеся длинные волосы.

— Утопим как щенка, — пробасил Туз. — Уплыл Горец на подводную базу и не вернулся.

— Тут и сказочки конец, — Ирка улыбнулась. — Скинем в подвал, и никто вас никогда не найдёт.

— И нас? — вскрикнула брюнетка.

— Да. Похороним в стиле египетских фараонов. Все за ним отправитесь, — пообещал папаша Кац.

— Котик, не будь дураком, откажись ты, — посоветовал ему блондинка.

— Иди ты в задницу. Я для того, что ли корячился столько лет, чтобы всё отдать им? — огрызнулся Горец.

— Кто из вас старшая жена или любимая? — между делом спросила Жанна.

— Я! — подбоченясь вышла вперёд брюнетка. — И я на стороне своего мужа, а вы если сейчас свалите то, возможно, останетесь живы. И ваш тухлый Центр мы не тронем. Хотя даже и не знаю. Да, мурзик? Надо бы им всыпать по первое число. Какие наглецы! Заявились прямо сюда и требует непонятно что!

— Отлично. Смотри, мурзик и запоминай. Туз, — она кивнула на девицу. Гигант протянул руку и сграбастал говорливую дамочку.

— Ну что, крошка, поплаваем? — сказал он это как можно миролюбивее, но девушка изменилась в лице.

— Горец! — она повернулась к мужу. — Что он себе позволяет?

— Видишь я ничего не могу сделать, — Горец сидел связанным и его держали Лиана с Иркой прижав к полу.

— Врёшь, гражданин хороший можешь, — Мерлин сунул ему папку под нос. — Подпиши добровольно.

— Иди в жопу! — огрызнулся Горец. Мерлин пожал плечами и отошёл. Туз потащил девушку к кабине индивидуального шлюза. Через него пловцы выходили в открытое море, если конечно находились такие сумасшедшие. Прозрачная массивная колба заполнялась водой и выпускала человека поплавать. Сильный толчок в спину и брюнетка впечаталась головой в стену кабины. Дверь за ней автоматически закрылась и наверху камеры последовательно зажглось множество красных лампочек. Где-то в глубине загудел насос, и первая красная лампа сменила цвет с красного на зелёный. Брюнетка вздрогнула и закричала. Мы не слышали, что она кричала. Девушка поняла всю серьёзность наших намерений и сильно стучала по стенке прозрачной капсулы стремясь их разбить.

— Ну что, Горец. Не передумал? — спросила Жанна, наблюдая как в полу кабины через отверстия показалась вода, накачиваемая насосом. Ещё одна ламп сменила цвет на зелёный.

— Вы не сделаете этого! — выкрикнул Горец. — Вы всё врёте!

— Уже делаем. Жрецы в городе, а у тебя на руках восемнадцать трупов. Знаешь, что они делают с живыми? — прищурилась Жанна. — Они кладут их в гробы и засыпают скарабеями. Через пару минут все жертвы лишаются плоти. И эти уроды уже на стабе, а ты упрямишься.

— Вы не сделаете этого! — упрямо повторил он. Вода поднялась до колен брюнетки, и девушка разбила себе в руки в кровь стуча по стенке капсулы. Кое-где торчали какие-то наросты, и она поранилась об них. Слёзы смыли косметику, и брюнетка предстала перед всеми в неприглядном виде. Сломанные ногти кровоточили, она что-то кричала и сильно ругалась.

— Скоро она уже по пояс окажется в воде. Ещё несколько минут шлюзования, и она пойдёт на корм ракам. Следом за ней отправятся остальные. Последним поплывёшь ты. Нам всё равно. Подписал ты или нет. Я всё равно заберу стаб. Факир за нас, остальным вообще до фонаря.

— Нет! Вы блефуете, — в капсуле загорелась ещё одна зелёная лампа. Вода подобралась к груди.

— Слышь, придурок. Баб своих пожалей, — не выдержала Ирка. — Нам легче вас шестерых прикончить, зато остальные сплотятся против жрецов.

— Ты дурачок, музыкант. Я могу одним заявлением уровнять всех в правах между собой и остальными стабами. Тех, кто будет возмущаться ничтожно мало, остальные с радостью встретят упразднение гражданства. Ведь в других стабах ничего подобного нет. Недовольным я заткну рот жемчугом или пулей на выбор. Все остальные будут носить меня на руках. Понял? Да или нет? — Жанна нависла над ним поигрывая засушенным скальпом жреца.

— Нет, — упрямо покачал головой Горец. Вода тем временем дошла брюнетке до подбородка. Предпоследняя лампа сменила красный цвет на зелёный.

— Ну и дебил, — хмыкнул Туз и обвёл взглядом притихших жён Горца. — Ну кто у нас следующий?

— Горец, блядь! — выкрикнула блондинка. — Останови это! Она же сейчас утонет!

— Да вы посмотрите на них! — истерически засмеялся Горец. — Они блефуют. Жанна, ты совсем с резьбы слетела?

— Я тебе всё сказала. Ты никуда не годен, особенно в условиях войны. Бухаешь со своими шлюхами-секретаршами. Потом этим лапшу вешаешь на уши. Дела забросил, на стабе полный бардак. Жрецы в подземелье. Изверг там же, кстати они, наверное, уже встретились. К тому же где-то вы откопали червяков. Нолды Орбиту строят, а тебе всё по херу. Триста тысяч душ мне важнее, чем один алкаш со своим гаремом. Смотри!

Вода сомкнулась над головой брюнетки, и последняя лампа сменила свой цвет на зелёный. Девушка извивалась, стараясь задержать дыхание, но все бесполезно. Её глаза вылезли из орбит, рот приоткрылся и большой пузырь воздуха побежал вверх. Сама брюнетка глотнула забортной водички и начала агонизировать, царапая сломанными ногтями прозрачные стенки капсулы. Она ещё дёргалась, когда блондинка страшно завыла схваченная за локоть Тузом. Через минуту тело брюнетки обмякло и кулём опустилось на пол. Нижняя плита отъехала в сторону, и тело вынесло за пределы станции сильным напором создаваемым насосом. В своём бежевом платье брюнетка была похожа на какое-то диковинное животное походившее на ската. Телевизионные камеры показали проплывающую мимо базы жену Горца. Все замолчали и проводили её взглядом. Как только она скрылась вдали, блондинка опять начала истошно орать пока Туз слегка не придушил её.

— Горец? — Жанна повернулась к нему.

— А? — откликнулся Горец. По его лицу текла одинокая слеза. — Давай, следующим будешь ты. Чего мы девок зря топить будем, тебе всё равно по хую на них. Может они с кем-нибудь ещё устроят свою жизнь. Короче придётся сказать, что Горец канул в пучину вместе с брюнеткой катаясь на подводной лодке. А вас нашли позже, всё запомнили? — Оставшиеся жёны неистово закивали. Жанна пнула по жопе Горца.

— Иди сам в капсулу. Вставай, тварь!

— Не пойду! — Горец плакал стоя на коленях. — Пощади!

— Идиот, ты. Жену не пожалел, а сам просишь пощады? Ну ты и фрукт, — сплюнула на пол Маша.

— Я же говорил, гнилой ты поц. Иди, сука, топись! — папаша Кац злобно смотрел на Горца.

— Давай, подпишу. Где? — Горец пополз за Жанной.

— Давай, а потом топится, — мило улыбнулась Жанна.

— Но зачем? Я же живой вам нужен. Лично сам скажу, что уступаю пост в связи с тем-то и тем-то! — зарыдал Горец.

— Я устал, я ухожу? — засмеялась Маша. — Слышала подобное полгода назад на большой Земле.

— Да? Тебе повезло, дальше ещё интереснее стало, — проворчал папаша Кац, прибывший в Улей из 2030-го года.

— Мерлин, прими человека. И ключи от базы. Жить он будет на вилле «Озёрная».

— Она самая маленькая, — Горец вытирал слёзы развязанными руками. Мерлин вложил ему в руку ручку и показал, где надо поставить автограф.

— В тесноте, но живой, — прогудел Туз. — Хотя три гектара земли у моря вряд ли можно назвать теснотой.

— Да пусть он один живёт, скотина! Нинку не пожалел. А виллу мы продадим, и деньги поделим между собой. А ты «мурзик» отныне в бордель будешь ходить. Там девки знаешь какие! — блондинка плюнула в Горца от злости.

— Так, все разборки на суше или вы хотите здесь остаться? — спросила Жанна. — Бегом в лодку. Десять минут вам на сборы. Ты, дружок запоминай и репетируй свою речь. Мерлин тебе поможет. — Мы направились в лодку.

— Жень, а ты чего молчишь всё время? — спросила Лиана.

— Я Жанне сразу сказал, что не претендую на Вавилон. А то, как он уговаривает Горца, меня не касается.

— Она предлагала тебе стать хозяином стаба? — удивлённо посмотрела на меня Ирка.

— Да, сразу, как только вы полетели сканировать пустоты. Я отказался.

— Ну ты даёшь, — покачала головой Маша.

— Правильно он всё сделал, — согласилась со мной Лиана. — Геморрой это тот ещё.

— Так и есть. Я сказал, что мы долго на одном месте не сидим…

— На Пикадилли успеем сходить? — с замиранием сердца спросила Ирка. Я обнял её и погладил по голове.

— Конечно. Сейчас и пойдём. Сразу как вернёмся.

— Лесник, я, полагаю это вилла останется за нами? — дрогнувшим голосом спросил папаша Кац.

— Пожизненно, Изя. Можешь открывать клинику. Все клиенты твои.

— Да ты поц! Кто тебе сказал, что я хочу? Подумаешь сболтнул лишнего с пьяных глаз, — запротестовал папаша Кац.

— Сам же говорил, Изя, — напомнила Лиана.

— Нет, я с вами остаюсь. Не обсуждается. Ишь, легко решили от меня отделаться! От Каца ещё никто не уходил на своих двоих! Это бесполезно! — Изя так разволновался, что не заметил, как вновь приложился к фляжке.

— Изя, я тебя люблю! — Маша обняла его и поцеловала в лысину.

Обратное путешествие прошло без приключений. Горец умылся и пришёл в себя. Наша лодка была намного больше размерами его прогулочной, и поэтому все его бывшие жёны влезли с чемоданами. По два на жену, больше Лиана не разрешила. Их сборы затянулись, но в итоге они упаковались каждая в два чемодана. Лодка всё равно шла с серьёзным перегрузом и упорно не хотела всплывать. Лиана всё-таки вырулила, воспользовавшись течением и мы плавно пришвартовались у своего пирса. Лиана получила порцию аплодисментов как летчик посадивший самолёт. Однако радость наша была омрачена. На пристани нас дожидался Факир.

— Вы уже всё? — он без тени смущения спросил Жанну.

— Да, как видишь. Горец теперь вольный стрелок. Он сделает заявление для прессы, стаб переходит в Золотое кольцо под единое начало. Моё. Со временем все шероховатости удалим. Ещё, своим первым распоряжением я отменяю гражданство на территории Вавилона. Нигде его нет и в Вавилоне не будет. Придумал тоже землю обетованную, болван.

— А как же те, кто…

— Факир, не смеши. Я же деньги не отменяю. Богатые остаются при своих. И виллы в Золотой миле их с ними. Если кто-то захочет купить освободившуюся, велкам. Вот «Озёрная» скоро на торги будет выставлена. Есть деньги, покупай. Никакого гражданства для этого не надо.

— В этом что-то есть, — согласился Факир. — А я?

— Ты на месте. Становишься моим заместителем по щекотливым вопросам. На охрану поставь кого-нибудь. Будешь работать с Лесником. У нас появилось слишком много угроз, требующих вмешательства, — закончила брифинг Жанна.

— Вот-вот. Я здесь по такому же поводу. У нас аврал и похоже намечаются боевые действия, — мрачно поведал Факир.

— Интересно, говори, — вот это уже было по моей части.

— Часа два назад в центре показались странные люди с головами воронов. По началу их приняли за какой-то розыгрыш или костюмированный бал. Ведь они появились из канализационных люков на Пикадилли и не спеша шествовали к «Пирамиде Хеопса». По обеим сторонам улицы стали собираться зеваки разглядывая их. Пришельцы ещё так причудливо «щебетали» между собой открывая клювы. В руках они держали копья с красным светящимся наконечником. Они просто шли и никого не задирали, пока не появилась эта сучка, натёртая золотом. Абсолютно голая она сходу отдала этим воронам приказ, и они начали действовать. Они направляли на человека копьё и тот падал как подкошенный. Затем сразу тащили к ближайшему люку и заталкивали туда. Кто-то попробовал сопротивляться, но после группового залпа их копий умирал. Таким образом мы недосчитались больше двухсот человек. Нам оставили два десятка трупами, а остальных утащили жрецы под землю. Золотая дева оставила послание на брусчатке Пикадилли, я перерисовал его. Вот, полюбуйся.

— Изя, на что похоже? — папаша Кац повертел бумагу и остановился.

— Машуль, что скажешь? Смерть? — понизив голос спросил её папаша Кац.

— Да, котик. Это знак смерти, он тоже присутствовал на саркофаге. А схваченные люди превратятся в жрецов. Если уже не превратились, — Маша прикусила губу и взглянула на меня.

— Жень, знаешь, что мы обнаружили под землей? — медленно спросила меня Лиана. — Техника внешников почти сразу нащупала огромную, просто гигантскую полость под городом и в центре её находится пирамида больше нашего отеля.

— Это пиздец. Кац, как знал не хотел ехать в Вавилон! — я услышал, как за моей спиной Изя судорожно глотал своё пойло.