Едва рассвело, Юлий с Антипом были уже у Князя в кабинете.

– Княже... – широко зевнул конь. – Чего ты позвал нас в такую рань...

– Я всё думал... А вдруг эта туча с другой стороны придёт? – озабоченно проговорил государь, меряя шагами комнату. – Или... не знаю... А вдруг богатыри с ней не справятся?

Антипка аж подпрыгнул.

– Князь-батюшка, ты что, в наших богатырях сомневаешься?

– Нет, конечно! – отмахнулся государь. – Но как мудрый правитель я должен быть готов ко всему! Сколько у нас времени? – спросил Князь Юлия.

Конь призадумался.

– Ну... От недели до двух.

Боярин испуганно всплеснул руками.

– Откуда ты это можешь знать, Юлий? Про такое даже в твоих книгах...

– Антип, – строго перебил его библиотекарь. – Многочисленные статистические данные, собранные...

– Всё, хватит спорить! – оборвал его рассуждения Князь. – Две недели меня вполне устраивают. Антип, садись, пиши указ!

Тот тут же плюхнулся за стол и схватил перо.

– Пишу, батюшка...

Князь довольно кивнул и начал диктовать, продолжая расхаживать из угла в угол:

– Повелеваю о переходе на ночной образ жизни! С завтрашнего дня. Точка. Князь. Ну, вставь там всё как положено. Долгая память и так далее...

– Князь-батюшка, долгая память – это в другом случае, – осторожно заметил боярин.

– Ну, вставь то, что нужно! – раздражённо ответил правитель. – Откуда я знаю, что положено при конце света вставлять?! – Он немного задумался, а потом добавил: – А, и Фросю! Фросю в деревню к Тихону тоже отправь. Самое надёжное место сейчас. И чтоб ни шагу оттуда!

Фрося, между прочим, была приёмной дочерью Князя. Как бы ни было тяжело с ней расставаться, а с Бабулей и Тихоном ей всё лучше будет

– Понял, понял, – торопливо проговорил Антип, черкая пером.

– Я извиняюсь, а вот я как раз не понял, – вмешался Юлий. – Что это за указ такой?

– Что непонятного?! – рявкнул Князь. Он так разволновался, что уже практически бегал. – Днём все должны спать, а ночью вставать и работать. Будем тренироваться жить в темноте.

– А-а-а: вот что... – с уважением протянул конь. – Ну... Пожалуй... Толково придумано, княже!

– Без тебя знаю, что толково, – отмахнулся правитель. – Так. Вот ещё что. – Он повернулся к Юлию. – На тебе сохранность моего фонда. Нужно аккуратно всё упаковать и перенести в надёжное место. Чтоб в темноте ничего не пропало.

Конь скривился и с досадой пробормотал:

– Делать мне больше нечего...

Князь остановился и строго посмотрел на своего библиотекаря.

– Что ты сказал?

– Я говорю – сделаем, княже! – бодро рапортовал Юлий.

* * *

Раздав указания, Князь начал готовиться к встрече со своими подданными. Всё дело в том, что паника в столице нарастала, словно волна во время цунами. Люд простой, совсем потеряв голову, начал собираться на площади перед дворцом. Все хотели получить разъяснения: откуда конец света взялся и что теперь будет.

Для обращения к народу наспех соорудили небольшой помост огороженный тяжёлыми кулисами. За ними суетились бояре и вездесущий Юлий. Антип при помощи кисточки, румян и пудры готовил правителя к публичному выступлению.

– Ай... Осторожнее, Антип! – поморщился Князь и возмущённо замахал руками. – Всё, хватит. Юлий, глянь, там лента у меня сзади не перекрутилась?

Конь даже рта раскрыть не успел – три боярина, шипя и отталкивая друг друга, начали поправлять богато украшенную ленту, которая была величественно перекинута через плечо государя.

– Всё в порядке, князюшка, – затараторили они наперебой. – Очень хорошо выглядишь! Просто замечательно!

Князь глубоко вздохнул, собираясь с духом.

– Ну ладно... Всё, пошёл!

И он решительно вышел на помост. Толпа зашумела, приветствуя правителя.

Не желая ничего утаивать, Князь рассказал люду простому о непростых временах, ожидающих землю Русскую. О туче, которая надвигалась на столицу, о конце света, что она с собой несла, и о том, что герои храбрые сами вызвались избавить их всех от такой ужасной участи.

– А славные наши ребятушки, богатыри наши, – говорил он притихшей толпе, – весело скачут уже этой туче навстречу! Им по плечу любая...

Внезапно один мужичок крикнул:

– Что за туча, Князь?

– Какая туча?! – переполошился правитель. Явно перемудрил он, запугал подданных своих. Надо было спасать ситуацию! – Никакой тучи не будет! Будет маленькое облачко, и всё! Запомните – никакого конца света не предвидится! – пообещал Князь и расплылся в широкой улыбке, чтобы показать – бояться, в сущности, нечего. – Чувствуйте себя спокойно: ваш Князь рядом, он думает и заботится о вас!

– А-а-а, то-то крупа так вздорожала! – пожаловалась одна женщина на ухо соседке.

Та согласно кивнула:

– И соли нигде нету.

По площади пробежал встревоженный шепоток.

– А теперь – внимание! – продолжал Князь. – Я только что издал указ о переходе на ночной образ жизни. – Тут он негромко хохотнул, довольный своим каламбуром. – Это значит днём спим, а ночью работаем. Так что, когда придёт туча и выключит нам свет, мы будем готовы жить где? В темноте! Отнеситесь к моему указу серьёзно! – прибавил Князь, сурово хмуря брови.

– Так скажи уж толком, Князь! Будет туча али нет? – снова закричали из толпы.

Народ зашумел:

– Да! Правду давай! Что с тучей?

Князь раздражённо закатил глаза.

– Я уже сказал – не будет ничего! Просто днём спим, а ночью работаем! Всем всё понятно?!

* * *

И началась в Киеве совсем другая жизнь. Днём на улицу никто не показывался, страшась нарушить указ правителя, а по ночам свечи жгли да пытались с работой своей справиться.

Князь во дворце тоже привыкал к нововведениям. А иначе как? Он всему люду простому должен примером служить, задавать, так сказать, моду. Первым делом он усадил Антипа на стул в своём кабинете, завязал тому глаза и приказал вдеть нитку в иголку. Государь расхаживал туда-сюда и зорко следил за процессом.

– Ну как, получается? – спросил он через некоторое время, утомившись от ожидания.

– Да как же я, батюшка... – заволновался боярин и тут же укололся. – Ой! Не вижу ж ничего. Помилуй!

– Ничего-ничего, тренируйся! И без капризов мне, – строго прибавил правитель не терпящим возражения тоном. – Конец света на дворе, а они нитку в иголку вдеть не могут. Разбаловались тут у меня! – Князь подошёл к окну и распахнул створку. – Вон, простой народ сразу освоился.

С улицы донеслись грохот и невнятная ругань.

– Куда ж ты! – бранился скрытый темнотой мужик. – Заворачивай, заворачивай, морда! Не видишь, что ли?

– Увидишь тут – тьма кромешная, – отвечал другой. – Подводы с зерном привёз, надысь к двенадцати дня надо было, теперича ночью вот сдаю. И-их, конец света, будь он неладен.

Князь высунулся в окно и закричал:

– А факела? Факела где? Пантелей, ты, что ли?

– Нет факелов, пресветлый Князь, – ответили со двора. – Горючее закончилось.

– А где ж горючее? – растерялся правитель и с недоумением повернулся к Антипу.

– Да где... – неопределённо махнул тот рукой. – Расстроен народ. Концом света. Вот и горючее того... Закончилось. Ничего, князь-батюшка, привыкнем.

– Ну что ж, – вздохнул государь, – трудные времена требуют жертв.

* * *

На следующее утро у Киева остановилась телега, крытая рогожею. С неё слез Колыван и начал колотить в крепко- накрепко запертые ворота.

– Эй! Вы чего там?! – заорал он. – Заснули, что ль?

В воротах открылась небольшая дверца. Из-за неё высунулась голова заспанного стражника.

– Ш-ш-ш-ш! – шикнул он. – Ты что шумишь?! Не велено шуметь!

Колыван приосанился.

– Открывай скорее! Не видишь – важный купец товар свой привёз!

– Ночью приходи! – хмуро ответил стражник.

Он уже собирался захлопнуть дверцу, но Колыван вцепился в него.

– Да что ты! Кто ж ночью торгует?

Купец сунул руку под рогожу, достал солнечные очки и нахлобучил их себе на нос.

– У меня гляди какой товар! – важно сказал он. – Нравится? На вот, подарок тебе. Глаза от солнца беречь будешь.

Колыван протянул в окошко очки, но стражник отвёл его руку.

– На кой шут они мне?! – хмыкнул он. – Мы теперь днём по улицам не ходим. Днём спят все. А работаем ночью. Княжеский указ. Не купит у тебя их никто. Всё!

Дверца захлопнулась, а незадачливый торговец так и остался оторопело топтаться перед воротами.

Слегка пошатываясь, купец подошёл к телеге и откинул рогожу. Под ней оказалась целая куча солнечных очков. Колыван затравленно обернулся и наткнулся взглядом на стоящих чуть в стороне подручных Дуба. Глумливо ухмыляясь, двое охламонов поигрывали дубинками. Колыван потянул в сторону ворот рубахи, внезапно оказавшийся очень тугим...

* * *

А богатыри тем временем на всех парах неслись к дальней заставе. Внезапно Алёша резко остановил лошадь.

– Братцы, вестник! – взволнованно сказал молодец, глядя в небо.

Добрыня вскинул голову.

– Где?

– Да вот же, вот! Голубь! – указал Алёша на приближающуюся птицу.

– Не, Алёша, – покачал головой Илья. – Это журавль.

– Точно журавль?

– Ну, может, аист, – задумчиво протянул Добрыня.

– Аист? – с опаской переспросил младший из богатырей. – В нашу сторону?

– Не волнуйся ты так! – добродушно улыбнулся Илья. – Тихон же говорил – время ещё есть. Успеем. Поднажмём немного!

Он ударил коня по бокам пятками и поскакал дальше. Его товарищи рысью припустили следом.