— Чтобы осмотреть меня, — прошептала я, чувствуя, как внутри поднимается волна паники.

— Нет. Осматривать вас уже осматривали. Я здесь, чтобы решить, что ещё можно исправить. И как улучшить качество вашей жизни.

Он откинул одеяло. Я инстинктивно схватилась за край.

Вейрен остановился.

— Я буду прикасаться к вашим ногам, животу и спине. Часть осмотра будет неприятной. Возможно, болезненной. Герцог должен присутствовать?

Я посмотрела на Эдельгейма. Он был почти чужим мужчиной. Мужчиной, который желал другую женщину и собирался жениться на мне только из-за долга.

Но когда я представила, что услышу окончательный приговор, а его не будет рядом, мне стало страшно. Не потому, что я ждала поддержки. Просто я хотела, чтобы он тоже услышал. Чтобы знал, за что платит.

— П-п-пусть останется.

Вейрен вымыл руки, закатал рукава и открыл футляр. Внутри лежали длинные прозрачные кристаллы и тонкие серебряные иглы.

— Начнём с простого. Закройте глаза. Скажите, когда почувствуете прикосновение.

Что-то холодное коснулось моей ладони.

— Сейчас.

Плеча.

— Сейчас.

Ребра.

— Сейчас.

Потом тишина. Я ждала.

— Вы уже начали? — спросила я, открыв глаза.

— Начал, — Вейрен смотрел на мою ногу чуть выше колена. Его пальцы лежали на коже, но я ничего не чувствовала. Ни давления, ни тепла. Только видела.

Он передвинул руку ниже.

— Здесь?

— Нет.

— Здесь?

— Нет.

Вейрен взял один из кристаллов. Внутри него медленно пульсировал голубой свет.

— Теперь будет больно.

Он провёл кристаллом вдоль моей шеи. Слабое тепло. Ниже. Между лопатками вспыхнула боль. Я вскрикнула, вцепившись в простыню.

— Хорошо, — сказал Вейрен.

— Что в этом хорошего?

— То, что вы почувствовали. Каналы отвечают.

Он продолжил вести кристалл ниже. Боль стала острее, словно по нервам медленно проводили раскалённой иглой. Кристалл дошёл до поясницы. И погас. Свет внутри исчез так резко, словно его опустили в воду. Вейрен нахмурился. Провёл им ещё раз. Снова боль, свет, дрожание. И снова тьма на одном и том же месте.

— Попробуйте пошевелить пальцами ног, — сказал он, не убирая кристалл.

Я послала приказ вниз. В пустоту.

— Ещё раз.

Я стиснула зубы, представила свои ноги. Шевельнись. Хотя бы один палец.

Кристалл в руке Вейрена едва заметно дрогнул. Магистр быстро поднял на меня глаза.

— Я увидел слабый отклик.

Я перестала дышать.

— Значит…

— Это значит только то, что часть каналов жива. Не делайте выводов раньше меня, мисс. Здесь я доктор, а не вы.

Он взял другие пластины, положил их мне на живот и по бокам. Синие линии потянулись между ними, образуя тонкую сеть. Вейрен смотрел на неё несколько минут. Потом одна из линий медленно тускнела прямо у нас на глазах.

— Достаточно, — сказал он, снимая пластины.

— Что это было?