Шесть месяцев спустя
Алехандро
— С днем рождения, Тея, с днем рождения, тебя! — целуя в темноволосую макушку тихонько посапывающую дочь, я осторожно выбрался из кровати, на которой мы вчера, вернее, сегодня под утро, заснули втроем. Я, Эрни и Тея. Маме разрешили выспаться в отдельной комнате, так как вчера со своей подругой и деловым партнером в одном лице, они открывали свой первый ресторан. Естественно, переволновались обе и... немного перебрали, отдыхая после вечеринки. Нам с Егором только и оставалось, что уложить жен в разных комнатах, а самим тихонько отметить знаменательное событие в одиночку на кухне.
А сегодня тоже предстоял большой праздник — день рождения нашей куколки Доротеи. К обеду должны были приехать отец Каролины с молодой женой и ее брат Макс. Правда, его я по-прежнему зову Диего — нам обоим так привычнее.
— Да не нужны тут розы, — послышался сдавленный сип, а затем что-то громыхнуло, но тут же звук прервался, а кто-то облегченно выдохнул. — Черт! Как же болит голова! Дай что-нибудь... ну, в аптечке посмотри! Да, вон там!.. Да, говорю же, розы тут лишние...
— Тина! Перестань! Видела, как Тее понравился твой торт, который ты испекла на день рождения Эрнандо? Говорю, дочь будет просто счастлива, — тихонько прошипела в ответ... Каролина? Я шагнул к двери, которая была едва прикрыта, а на кухне колдовали обе подруги, прыгая вокруг огромного торта в центре стола. Под шипение Тины и ругань моей любимой жены, они в две руки украшали сей гигант... синими розами?
— Э-э..., девочки, а почему розы синие? Разве... это не торт на день рождения Доротеи? — я открыл дверь и шагнул в просторное помещение, оказываясь за спиной любимой жены. Поцеловал растрепанную и растерянную Лину в губы, а затем снова обратил взгляд на синие цветы. — Amada, и все же, почему синие?
— Потому что, кое-кто с вечера не спрятал необходимые красители, а дети... извели его, рисуя им на стенах, — Лина кивнула на противоположную стену, сплошь изрисованную ладошками разной величины, а еще, похоже, носами и щечками. А затем посмотрела на подругу, которая вжала голову в плечи и виновато глянула на нас из-под ресниц. — А еще... кое-кто, обещал присматривать за ними, но... увлекся футболом на плазме, так? — строго проговорила супруга, смотря уже на меня. Состроив максимально виноватое лицо, я снова поцеловал ее в макушку и обнял крепче. М-да, полностью уничтожить следы нашего, вернее, детского творчества не успели. Детей-то с Егором мы отмыли, а вот стены... — Вы обещали, Хандро, а сами?..
— Ну, маленькая, детям необходимо развиваться, а рисование... максимально этому способствует, — попытался смягчить супругу своими познаниями в воспитании.
— Ну-ну, сам станешь объясняться с клининговой компанией, когда они приедут убирать все художества. Их агент, наверное, не знает каким богам чистоты уже молиться, только бы их не вызвали в наш дом, — хмыкнула жена, обнимая меня за талию. — Тина! А правда, зачем на торте синие розы? Может... переде...лаем, — стушевавшись под свирепым взглядом подруги, Каролина просто спряталась за моей спиной. — Нет, розы прекрасны... но они синие...
— Все! Делайте дальше, что хотите, — вспылила Тина, бросив на стол кондитерский мешок с кремом, — ты просто невыносима!.. — она вышла, хлопая дверью. Жаль, у нее не вышло, так как с появлением детей в этом доме, все просто было напичкано различными гаджетами и приспособлениями, чтобы уберечь их от любой травмы. Вот и дверь закрылась мягко и бесшумно.
— Что это с ней? — удивленно глядя вслед вспылившей подруге, спросил я. — Хорхе тоже жаловался, что у нее настроение скачет, как диаграмма продаж на бирже.
— Угу, он бы еще больше пропадал на работе, так, глядишь, ребенка своего увидел бы только в выпускном классе, — проворчала Каролина, прижимаясь ко мне всем телом. Внутри снова вспыхнул пожар, и я невольно потянулся к губам жены, срывая поцелуй. Она отвечала не менее страстно, а я вдруг...
— Какого ребенка? — до меня наконец дошел смысл сказанного, и я ошарашено посмотрел на супругу. — Но... вы... вчера?..
— Ну, а вас очень легко провести, особенно, когда оба провинились, — хмыкнула Каролина, выворачиваясь из моих объятий. — Больше, чем уверена, она уже обрадовала твоего друга, и оба сейчас предаются разврату в собственной спальне.
— Лина! Вы обе знали, но молчали? — укорил жену, но она снова только фыркнула.
— Конечно, иначе вы заперли бы нас в комнате, а..., — она замерла, а я склонился к ней, всматриваясь в испуганное лицо. — И ты... тоже...
— Но... вы вчера?.. — я договорить не успел, как жена сердито ткнула меня кулачком в плечо. — Нет, правда, я нес тебя на руках, а ты практически засыпала? И Тина тоже... мы подумали...
— Конечно, вы подумали, — передразнила меня Каролина, надув свои вишневые губки. И ведь знала, как я реагирую на них — не удержался и поцеловал. — От вас помощи... Даже с детьми не справились, а тут целое событие в нашей с Тиной жизни — открытие первого ресторана. Да, мы с ног валились от усталости, — пробурчала моя любимая, а я только с нежностью посмотрел на нее. Интересно, как быстро теперь будет меняться ее настроение? И сколько мне еще много предстоит узнать о настроении и буре эмоций беременных? — И не пили мы вовсе, просто устали.
— Прости, любимая, прости, — я осторожно коснулся рукой ее еще плоского животика. — Ну, почему ты не сказала? Мы бы отложили...
— Еще чего! С тебя станется, ты меня готов в четырех стенах похоронить! — возмутилась Каролина, а я снова коснулся губами ее губ. До чего же она красива!
— Я никогда не сделаю этого, любимая, — прошептал в ее распахнутые губы, — но всегда буду оберегать тебя и наших детей. Вы — самое дорогое, что есть у меня!
На глазах жены заблестели слезы, и она порывисто обняла меня, чтобы скрыть их. Зря! В такие моменты они напоминают мне изумруды на солнце, столь же чистые и яркие.
— Поучился бы, как в любви признаваться, а то не дождешься от тебя ни комплимента, ни признания, — раздалось за нашими спинами тихое обиженное шипение, а в паре шагов обнаружился отец Каролины и его молодая супруга Эльвира. Он бережно прижимал ее к себе, наблюдая за нами строгим отцовским взором.
— Тебе я не раз доказывал свою любовь делами, — скупо ответил мужчина и поцеловал супругу в щеку. — «Я старый солдат и не знаю слов любви»...
Мы рассмеялись, а мачеха Каролины только закатила глаза, а затем шагнула внутрь и обняла мою жену. — Привет, дорогие мои, — тесть пожал мне руку, а затем обнял дочь. — А почему розы синие? Разве торт не для моей внучки?
— Для нее, — рассмеялась Каролина, обнимая меня за шею, — просто кое-кто увлекся футболом, а дети решили... что им необходимо развиваться на художественном поприще, — бросив на меня быстрый взгляд, договорила она.
— Де! — раздалось сверху, и послышался топот детских ножек. На лестнице показалась заинтересованная моська Эрни, а затем показалась головка Теи, которую он нес на руках. — Ма! Де! Па!
Дочь расплылась в довольной улыбке, заметив всех нас. Только Элю никак пока не называла, так как на «бабушку» та не соглашалась, а имя Эльвиры выговорить дочь не могла.
— Эя! Ба!
— Наконец-то! Иди к бабушке, моя родная! — Эльвира под всеобщий смех подхватила верткую девочку подмышки, чтобы Эрнандо ее не уронил. — Пойдемте, дорогие, смотреть, что там для вас тетя Тина испекла. Смотри, Теечка, какой красивый торт? Правда, Эрни? Просто невообразимо красивые розы! Синие!
— Си! Тот! — провозгласила довольная дочь, потянувшись к пышным кремовым цветам, а я только крепче прижал к себе Каролину. Посмотрел в ее счастливое лицо, на котором сияла радостная улыбка.
— Спасибо, — шепнул ей на ушко, целуя в висок и вдыхая аромат ее волос. Они пахли цветами и медом. — Спасибо, что подарила мне этот шанс, любимая...
Она подняла на меня свои сияющие чистейшими изумрудами глаза, в которых я видел любовь и нежность, и приподнялась на цыпочки, чтобы коснуться губами моих губ.
— Алехандро, — выдохнула она в мои губы, — ты подарил мне больше — семью! Разве могла сирота, однажды приехавшая в большой город в поисках работы, даже мечтать, что у меня будет такая большая семья? Будет любимый муж и... дети, — на ее глазах снова заблестели слезы, и Каролина спрятала лицо на моей груди, а я лишь сильнее прижал ее к себе. Ком в горле от ее признаний до сих пор мешал говорить. Склонился и поцеловал ее ласково и нежно, пытаясь в нем выразить все, что чувствовал в этот момент. И она отвечала мне не менее страстно. — Te quiero, Alejandro, люблю так, что мне больно дышать...
— Я сделаю все, чтобы ты больше не знала, что такое боль, родная, — прижимая ее к себе, пообещал я.
— Ну, еще один раз придется, — хмыкнула Лина, прижимая мою ладонь к своему еще плоскому животику, — и тут, увы, ты меня не защитишь...
— Я буду рядом!
Каролина
— Что? Обе сразу?! — вытаращился на охающих нас с Тиной молоденький фельдшер «скорой» помощи, похоже, вчерашний выпускник. Судя по кислому виду, не ожидал он такой подставы на вызове, а тут сразу мы... сразу рожать! Алехандро что-то тихонько рыкнул в его сторону, от чего он засуетился, открывая заднюю дверцу автомобиля и выкатывая каталку. — Знал бы, поменялся сменой, — пробурчал он, но так, чтобы его не услышал нервничающий отец.
— Ой, не бойся, я уже не в первый раз, а вот она, — громким шепотом доверительно поведала я и кивнула на бледную подругу, которую бережно нес к машине не менее бледный супруг. Снежный цвет его лица резко выделялся на фоне рыжих волос, а в глазах застыла паника. — Там и муж... тоже отцом станет в первый раз.
— Карошечка, что же так больно, — простонала Тина, хватаясь за плечи Егора, который замер на полпути к машине. — И ведь все так замечательно сегодня начиналось...
— Да уж, — зло выдохнул Егор, наконец, донеся свою драгоценную ношу до кареты скорой помощи. — Говорил же, лежи спокойно, листай каталоги детской одежды, а ты?..
— Что я? — плаксиво вопросила Тина, снова охая и хватаясь за необъятный живот, — у нас сегодня «тайный» гость. Я узнала уже в последний момент, когда шеф назвал мне его имя...
— Я только не понимаю, что ты делала в ресторане, Тин? — раздражаясь больше на себя, чем на жену, прошипел Егор. — Я же два часа назад звонил, и ты сказала, что отдыхаешь? Как ты оказалась через пять минут в ресторане, а потом еще полтора часа наворачивала круги по кухне, пока повара сбивались с ног, пытаясь угодить этому... критику, мать его за!..
— Не ругайся, милый, — Тина осторожно коснулась ладошкой его руки, пытаясь успокоить нервного мужа. — Зато, сегодня наш ресторан вышел на новый уровень. Оно того стоил...ай!
— Да везите уже скорее! Родит она тут, пока вы соберетесь! — Егор запрыгнул следом и устроился рядом с Алехандро, который хоть и был бледен, но стойко держался.
— Хандро, тебе надо домой, — вдруг спохватилась я, вспомнив, что дети остались одни, когда я, забыв обо всем на свете, даже про ужин, оставленный на плите, понеслась подруге на выручку. Просто не могла слушать, как едва не рыдает в трубку Тина. Хорошо, Эля согласилась посидеть с Теей, пока Эрни в школе. Они с папой приехали так быстро, что я даже не успела телефон отключить. А ведь Эле тоже рожать через пару месяцев. Скоро я стану еще и счастливой старшей сестрой! Как и Макс, который, правда, жениться не торопится, а уж детей заводить тем более. Говорит, пока не подрастет наш «детский сад», он о своих детях даже мыслить не станет.
— Знаешь, любимая, — вдруг проговорил проникновенным тоном муж, из чего я сделала закономерный вывод, что побега из дома мне не простят ни за что, — я подумываю увезти тебя подальше... отсюда и привязать в нашем доме, чтобы больше ты не бежала куда-то, сломя голову. Еще и беременная!
— Но я же не при смерти! — возмущенно пискнула в ответ, но понимая, что он волновался за меня и детей, пока ехал с другого конца города, где находился по работе. — И, вообще, пожалуюсь папе, — капризно надув губки, пригрозила в ответ.
— Хоть в этом вопросе мы с тестем сразу сошлись во мнениях, — выдохнул муж, а я невольно скривилась, чувствуя нарастающую боль от схваток. Так-то мне еще пару недель ходить, но близнецы, похоже, сильно торопились на свет. Алехандро только крепче сжал мою ладонь, и осторожно поцеловал в губы. — Мы справимся...
К моменту выхода статьи одного известного кулинарного критика с хвалебным отзывом о новом ресторане в центре города, еще в одном новостном издании появилась заметка с поздравлениями в адрес семьи Алмейра, где на свет появились два мальчика, а также семье Вишнёвых — с рождением дочери. Как сообщалось счастливыми отцами новорожденных, их жены чувствуют себя отлично и уже планируют открыть еще один ресторан в столице.
Конец.