Стражники пришли через два дня.

Лира услышала их раньше, чем увидела. Тяжёлые шаги, звяканье оружия, и голос — требовательный, привыкший к повиновению — По приказу инквизиции. Откройте дверь.

Элиан, стоявший у прилавка, даже не вздрогнул. Он посмотрел на Лиру — один короткий взгляд — и кивнул в угол, где под старой циновкой скрывался люк в подвал.

— Не издавай ни звука, — шепнул он. — И не зажигай огня.

Лира скользнула к люку, откинула крышку и спустилась по скрипучей лестнице. В темноте она нащупала влажную землю, какие-то мешки и стену. Сверху донёсся грохот открываемой двери и голос Элиана — спокойный, даже ленивый — Лавка закрыта. Приходите завтра.

— Мы пришли не за зельями. Приказ лорда Артана. Допросить всех, кто торгует запрещёнными ингредиентами.

— Торгую разрешёнными. — Элиан явно не собирался уступать. — Можете посмотреть. Только ничего не трогайте руками — некоторые пузырьки не любят грубости.

Шаги зазвучали по деревянному полу прямо над головой Лиры. Она затаила дыхание. Сердце билось где-то в горле. В подвале пахло сыростью, мятой и чем-то кислым. Она сжала в кулаке свой пустой флакон — единственное, что осталось от прошлой жизни.

— Где у вас подсобка? — спросил другой голос, более молодой.

— Там, — Элиан, кажется, махнул рукой. — Там спит мой помощник. Но он болен, так что не советую заходить — заразу принесёте.

— Нам нужно всё осмотреть.

— Осматривайте. Только аккуратно — моя колба стоит три серебряных, и я не люблю, когда её роняют.

Шаги переместились. Кто-то чихнул. Барсон, как поняла Лира, зашипел — кот не любил посторонних.

— У вас есть помощник-женщина? — спросил первый стражник.

— Нет, — Элиан ответил слишком быстро. — Парень, пятнадцать лет, золотушный, некрасивый. Вам он точно не нужен.

— А в подвал вы зачем ходите?

Лира замерла. Над головой послышалось, как Элиан подошёл к люку.

— За картошкой, — сказал он ровно. — Хотите посмотреть? Там темно, сыро и полно крыс. Если одна из них укусит представителя инквизиции — я не отвечаю.

Молчание. Потом первый голос, недовольный — Ладно. Но если мы узнаем, что вы прячете беглянку, лорд Артан лично свернёт вам шею. Понятно?

— Понятнее некуда, — ответил Элиан. — Дверь за вами закрыть?

Они ушли. Лира слышала, как затихают шаги, а потом — как Элиан поворачивает ключ в замке. Несколько секунд тишины. Затем люк открылся, и сверху упал жёлтый круг света.

— Вылезай, — сказал он. — Больше сегодня не придут.

Лира поднялась наверх, дрожа от напряжения. Элиан стоял над люком, бледный, но спокойный.

— Ты хорошо придумал про больного помощника, — сказала она, пытаясь улыбнуться.

— Лучше бы тебя здесь не было, — ответил он. — Если они вернутся с обыском, подвал не спасёт. У них есть магические артефакты, которые чувствуют живую кровь.

— И что тогда?

— Тогда я скажу правду. — Он посмотрел ей прямо в глаза. — Что ты — моя дальняя родственница, приехала погостить, и я ничего не знаю о приказе лорда Артана.

— А они поверят?

— Нет. — Элиан отвернулся. — Но это даст тебе минуту, чтобы убежать через чёрный ход.

Лира хотела возразить, но поняла — бесполезно. Он уже всё решил.

Вместо этого она спросила — А что у тебя там, в подвале, кроме картошки и крыс?

Элиан подозрительно на неё посмотрел.

— Ты опять что-то задумала?

— Нет. — Она соврала. — Просто интересно.

Он не ответил, но в ту же ночь, когда он уснул в кресле у прилавка, Лира снова спустилась в подвал. На этот раз — с маленьким масляным фонарём.

Подвал оказался больше, чем она думала. Узкий коридор, выложенный неровным камнем, вёл в небольшую комнату. Там стояли стеллажи — не такие красивые, как в лавке, а самодельные, грубые. На них лежали книги, свёртки, старые колбы с засохшими остатками.

И — дневники. Целых три тома, в переплёте из тёмной кожи, с потёртыми корешками.

Лира взяла первый. Внутри было написано: «Грегор из Крума. Записки о Слиянии и запретных ингредиентах».

Учитель Элиана.

Она открыла страницу наугад.«14 день Осеннего ветра. Сегодня ко мне приходил посланник от лорда Артана. Он предложил золото за то, чтобы я раскрыл формулу Слияния. Я отказался. Тогда он спросил, можно ли использовать Слияние не для соединения, а для вытягивания — забирать чужую жизненную силу через кровь. Я сказал, что это невозможно. Он усмехнулся и ушёл. Я соврал. Возможно, но я не скажу как.»

Лира похолодела. Она перелистнула дальше.«37 день. Артан прислал своих людей снова. Они забрали мой лабораторный журнал. Хорошо, что я спрятал главный рецепт отдельно. Элиан, если ты это читаешь — никогда не отдавай им Слияние. Артан ищет не зелье единения. Он ищет зелье поглощения. С ним он сможет забрать дар любого мага, любую кровь, любую жизнь.»

Лира закрыла дневник. Руки дрожали.

Вот зачем жениху нужна была она. Не как жена — как ингредиент. В её жилах текла старая кровь, которую Арктур хотел забрать себе. А она бежала, думая, что просто не хочет замуж.

Она сунула дневник обратно на полку, погасила фонарь и на цыпочках поднялась наверх.

Элиан спал в кресле, подложив под голову руку. Барсон свернулся у него на коленях.

Лира стояла и смотрела на них — двух существ, которые стали её единственной защитой.

— Он хотел не меня, — прошептала она. — Мою кровь.

Элиан не проснулся.

Но во сне его рука сжалась в кулак.