Элен грубо втолкнула меня в комнату.

Я даже не сопротивлялась, куда мне тщедушной, против крупной женщины.

Моя комната давно не закрывалась на замок, его просто не было, поэтому служанка заметалась. Нужно было исполнить приказ хозяйки, вот только как?

— Сиди смирно, — буркнула женщина, а потом вышла в коридор, закрыв дверь.

Смирно? Да, я боялась даже дышать. Прижав дрожащие пальцы к груди, стиснула зубы до скрипа.

Боги! Ну за что мне это?

Медленно сползла по стене на пол. Посмотрела на свои ладони. Как я могла обжечь дракона? Чем? Во мне нет ни капли магии?

Может, это фарс? Невольно поморщилась от мыслей. Вряд ли высокородному дракону нужно подобное. Хотя, как видно, понятие высокородный не равно благородный.

Сердце щемило от каждого звука, что доносились снизу.

— Скорее в карету. Отправимся следом. Мы всем видом должны показать, что готовы помочь и даже… — последовало кряхтение, которое заполнило паузу, — взять на себя расходы.

Тётя Элинор что-то ответила, но я не разобрала. А через несколько минут колеса застучал о брусчатку. Родственники уехали.

— И чего тут встала, отошла. Стоило мне отлучиться, так всё, накинулись вороны?

Рявкнул знакомый голос в коридоре, и я тут же подскочила на ноги.

— Ты мне не указывай. Я выполняю приказ хозяйки. И вообще, совсем скоро твою любимицу порешат, и тебе под зад поганой метлой дадут, — язвительно сказала Элена.

— Вот тогда и займёшь моё место и станешь командовать, а пока пшла отсюда, бестолочь.

Элена то-то проворчала себе под нос, что я не могла разобрать, и действительно ушла. Дверь снова открылась, и в комнату вошла Ивонна — моя няня.

Она работала ещё при моём отце, и после его смерти тётя оставила её, чтобы было кому заботиться о маленьком ребёнке.

Своим умом, экономностью и дальновидностью она умело вела хозяйство и была на хорошем счету у тёти Элинор.

— Детонька, как же так?

Как маленькая, тут же уткнулась в грудь пожилой женщины и зарыдала. Дала волю слезам, чувствуя, что только рядом с Ивонной могу расслабиться.

— Я н-не х-х-хотела, он… он…

— Т-с-ш-ш. Я знаю. Мерзавец. В чужом доме. Чтоб его в ераке демоны драли!

Ивонна ласково погладила по спине, стирая тёплыми натруженными руками слёзы, что так и лились по щекам. Обхватив лицо ладонями, няня серьёзно посмотрела на меня, а потом сказала, то, что заставило меня обмереть от страха.

— Вот что я тебе скажу, а ты слушай. Твои родственнички поехали следом за драконом. Господин крылатый, обиды не простит. Как бы дело не дошло до… до… Бежать тебе надо детонька!

— Б-бежать, няня?

— Не смотри так. Я взяла за тебя ответственность у постели умирающего и должна сделать всё возможное, чтобы ты спаслась.

— Да куда я побегу?

На слезах спросила, отходя от женщины. Обняв себя руками, закусила до боли нижнюю губу. Действительно, куда можно было бежать сироте без денег, без связей?

— Поедешь к моей тётке в Форти. Это маленькая рыбацкая деревушка на юге. Настолько крошечная, что никто не подумает тебя там искать. Я напишу письмо и положу тебе в куртку. Собери только необходимое. Я отвлеку Элену и других слуг. Как услышишь шум, спускайся и уходи.

Форти? Я слышала про это богами забытое место.

— Выйдешь за ворота, иди к южным воротам, там обычно собираются перевозчики. В куртку положу тебе небольшой запас монет, на дорогу хватит.

Страх за свою жизнь, заставлял меня внимательно слушать, что говорит няня. Её слова окрыляли и дарили уверенность. Вот только…

— Няня, а как же ты? Если они узнают, что ты мне помогла? Ведь перво-наперво подумают на тебя.

— У меня крепкие кости, а кожа от старости такая толстая, что я им не по зубам, — весело сказала Ивонна, коснувшись кончиком указательного пальца моего носа. — Пересидишь у тётки, а там, может, решишь куда дальше двинутся. Всё запомнила?

— Да.

Стоило няне уйти, как демоны, что ждали своего часа, приподнялись со дна моей души. Внутренности скрутило в тугой узел. Я росла в изоляции. А теперь должна была уехать не просто в соседний город, а на другой конец империи, в неизвестность. Вопросы обрушивались один за одним, с трудом заставила себя сконцентрироваться.

Присела на край кровати, вцепившись напряжёнными пальцами в колени.

Нет. Няня права.

Нельзя было здесь оставаться.

Что я теряла? Ничего!

В этом доме меня никто не держал. Все те годы, что я жила в семье дяди, ко мне относились, как к девке-чернавке, что носила золу каждое утро, местами даже хуже. Чернавка получала жалование, а я тычки и злобу. Если бы не Ивонна, мне было совсем туго.

Решительно встала с кровати, расстегнув платье на груди, стащила его через голову и бросила на кровать. Одела старое, но приличное платье, тёплые чулки. Пучок, из которого выбились пряди, разобрала и заплела косу.

Достала из шкафа большой платок и расстелила его на кровати. Туда положила самое необходимое: сменное бельё, ещё одно платье.

В полу у меня был небольшой тайник. Мы часто ездили с Жанетт на рынок. Кузина тратила баснословные деньги на ткани, и никогда не забирала сдачу. Это делала я, зная, что Элинор обязательно спросит. Жанетт на такое лишь фыркала и махала рукой в мою сторону.

Но иногда тётушка забывала, и деньги я забирала их. Немного, но вполне хватило бы на первое время, чтобы обосноваться.

Вся моя жизнь уместилась в небольшой узел. Привычно тронула кулон, что остался мне от матери и который я никогда не снимала, а потом выглянула в коридор.

Время стало вязким, будто я сама увязла в вязком сиропе. Ожидание убивало. Страх, что подгонял меня, уступил место неуверенности. Что, если у меня не получится? Что будет, если меня поймают?

Разрушающие мысли прервал шум внизу, а потом крики прислуги наполнили дом. Пора.

Оглянувшись на комнату, в которой я прожила столько лет, решительно вышла.

Тихо спустившись, прошмыгнула к вешалке. Голоса женщин перекрывали отчаянный стук моего сердца. Кто-то разлил огромную кастрюлю с похлёбкой на кухне. Улыбнулась, представив, как Ивонна это делает.

Накинула на голову платок, а потом надела куртку. В кармане уже лежало письмо и один золотой — настоящее сокровище.

Открыв дверь, я вышла на улицу и спешно покинула территорию дома.

Но куда идти к южным воротам?