— Стойте! Прекратите! Хватит! — отчаянные крики Милен не возымели никакого эффекта на потасовку пленных и проимперских шаддинцев.

Кровопролитие продолжалось на глазах молодой медузы. Одновременно с этим к нам по воздуху приближались платформы с древними магами. За пределами лагеря тысячи монстров пировали трупами. Обычный такой вторник на восточном фронте.

«Успокойся. Подожди. Сейчас мы решим эту проблему», — обратился я к Милен через командный голос.

Подразделение Клестуса уже было на подходе. Три сотни превенторов быстро вмешались в конфликт пленных и проимперских шаддинцев. Элита мобильной пехоты, максимально приспособленная для смешанного боя, одним своим присутствием внушила страх обеим сторонам потасовки. Проимперские шаддинцы бросались прятаться за легионерами. Многие же пленные падали на колени прямо в мутную от крови воду, простирая руки к воинам Рега. Ещё недавние враги клялись в верности, обещали что больше не будут сражаться против Империи, а некоторые даже умоляли сделать их рабами лишь бы заслужить пощаду.

Платформы магов к тому времени зависли над нашим лагерем. Заходили на посадку. В качестве «аэродрома» был выбран центральный форум моей части лагеря.

Большинство легионеров не особо обращали внимание на прибывших волшебников. Успели насмотреться на всякое разное. Летающими площадками их уже не удивить. Азарда в лицо они не знали и что с ним прибыли аж две дочери Неридии тоже были не в курсах.

Рене Рег Лания

Сущность Бога Смерти

Полутитан

Заклинатель

Агент

Герой

Внешне королева пиратов выглядела как чрезвычайно высокий, худой человек не очень понятного пола. Нижнюю часть лица закрывала красная повязка с орнаментом оскаленных акульих зубов. В темно-лазурных глазах цвета вечернего моря зрачки были узкими и длинными, как у змеи. Лания носила безрукавку, увешанную мелкими амулетами и ножнами с десятком кинжалов. Неестественно жилистые, загорелые руки покрывала сложная вязь разноцветных татуировок. Когда-то давно я слышал, что Рене Лания изменила свое тело с помощью Алхимии Плоти. Наверное, обычные люди, видевшие ее в прошлом, делали этот достаточно логичный вывод. Однако все было куда сложнее и проще одновременно. Рене Лания вообще не являлась человеком. Она разумная часть богини смерти.

Чуть больше года назад в Канртеге я помог Лании-Мирканто вернуть основу ее силы. Освободиться. Однако, учитывая что в Сулиме отверг предложение стать избранным богини, едва ли мне стоит теперь ждать хорошего отношения со стороны этой хищницы. Впрочем, очень сомневаюсь, что данное существо вообще способно на хорошее отношение в человеческом понимании.

Азард выглядел хмурым, Лав как всегда загадочно-довольной. Утред насупился, грозно зыркая на всё происходящее из-под густых бровей. Странно, что они не взяли с собой Гилама. Возможно, он среди чародеев считался слишком проимперски настроенным для таких переговоров. Зато Азард прихватил двух представителей Хрустальной Гробницы, организации запрещённой на территории державы Рега. На платформах можно было разглядеть элитных ти-шадайских некромантов в масках.

Интересно, это совпадение или намёк? Типа если вы связались со стрёмным типом из Канртега, то у нас есть свои неприятные ребята с радикальными позициями касательно мироустройства.

«А я всё думал, отреагируют они или предпочтут как всегда не замечать», — язвительно заметил Сандис. — «Даже сам Азард соизволил явиться. Поздравляю нас, уважаемый Михаир. Мы заставили великого лентяя и легендарного пьянчугу достать голову из винного кувшина, чтобы заняться политикой».

«То, что Азард ранее не мешал человечеству идти своим путём, я считаю необычной, но достойной похвалы позиции».

«Это не позиция, а её отсутствие. Праздность поглотила все остатки его амбиций. Багровый Круг когда-то имел шанс определить судьбу мира и выстроить по новой всю иерархию человеческих судеб, но упустил такую заманчивую возможность».

Позиция Сандиса была мне хорошо понятна, однако, мне кажется, он не совсем понимал взгляды Азарда. Точнее сводил его мотивацию к одной лишь лени. Если бы тысячу лет назад великий чародей объявил бы себя царём мира, ему пришлось бы активно отстаивать этот статус. Сжигать города, истреблять армии, подчинять державы. Колдовство пошло бы в массы. Изучалось бы повсеместно и заменило людям все остальные науки.

Учитывая, что магия Великого Пламени хреново влияет на окружающую среду, это было чревато крайне разрушительными последствиями. Ареал обитания обычных людей постоянно сокращался бы. Весь мир потихоньку искажался бы и терял природные зоны, обдуваемый со всех сторон потоками звёздного огня. Превратился бы в бесконечные Порченные Земли.

Вполне возможно, что через 1.000 лет, то есть сейчас, планету населяли бы лишь немногочисленные волшебники, более похожие на демонов, чем на людей. Они правили бы колдовскими башнями посреди безжизненных пустошей. Немногие маглы были бы заперты в специальных резервациях. Уродливые, жалкие мутанты, страдающие от радиации. Их, вероятно, постарались бы оставить в каком-то количестве для экспериментов и обучения новых магистров.

Кто-то скажет: а почему бы и нет?

Пускай немногочисленная, но зато могущественная и бессмертная верхушка будет получать всё от жизни. Рай для немногих. Однако я сомневаюсь, что такой мир будет активно развиваться без смены поколений, большого количества людей и постоянной конкуренции между ними.

Несколько сотен или тысяч магов, сумевших адаптироваться к Великому Пламени, быстро разделят сферы влияния, создадут иерархию, замкнуться в своих интересах. Так мне это видится. В каком-то смысле человечество почти вымрет, замененное чародеями, всё более напоминающими духов-демонов.

Однако спорить с Сандисом я не стал.

Летающие платформы приземлились в центре моего лагеря, окружённые почётным караулом из элиты легионов. Я сам вышел им навстречу, не дожидаясь коллег-триумвиров. Пора было серьёзно поговорить.

— Значит, одного Сердца тебе было недостаточно? — насмешливо, но с затаённым гневом спросил Азард.

Очень хотелось пошутить, что одного Сердца недостаточно и далее я собираюсь оживлять печень, почки, прочие жизненно важные органы. Однако атмосфера к юмору не располагала.

«Не я оживил канртегского жреца. Это целиком и полностью проект его дальнего родственника Иворна Сандиса».

Азард пристально посмотрел на меня, а затем перевел взгляд на Ноция, который по сути приходился ему внуком. Когда миру угрожало Сердце Порчи первый из магов Великого Пламени казался усталым, печальным, пригвожденным к земле трудными решениями, но не злым. Однако сейчас от него исходил именно гнев.

— Надо поговорить в тишине, — объявил чародей.

— Со мной или со всем триумвиратом?

— С тобой.

Дружная компания волшебников, нелюдей и антесигнанов охраны отправилась в большую комнату моего шатра, где обычно проходили военные советы. Там я отпустил легионеров. Остался с чародеями один на один.

Уверен, будь сейчас здесь Гинд, он бы высказал уже кучу протестов на тему присутствия здесь гробничников, находящихся вне закона. Однако, по иронии судьбы, парень сам сейчас находился немножечко вне закона. Прятался от Сандиса и рядом со мной старался не светиться.

— Какие страсти у вас тут творятся, — усмехнулась Лав, смотря на меня непроницаемо черными глазами. — Аж Сторукого разбудили, в дела людей вмешаться убедили. Это ты у нас, Михаир, такой мастер языком молоть или жреческий внучок Сандис?

— Он это, — кивнул на меня Утред, не дав ответить. — Герой Империи.

Последняя фраза имела интонацию оскорбления.

— Как ты приплод Каламет достать умудрился? — с доброжелательной усмешкой спросила Лав.

— Это не я. Другие постарались.

— И все-то ты в этот раз не причём! — пробасил Утред уже чуть более доброжелательно, но всё ещё очень сурово. — И жреца не ты, и змею подкинули. Все стараются очернить честного человека.

— Не мы такие, жизнь такая, — уклончиво ответил я. — Зачем пожаловали, уважаемые заклинатели?

Рене Лания смерила меня тяжелым взором темно-лазурных глаз. На мгновение я ощутил, что у меня кружится голова, но сумел отбросить морок.

Нет твоей власти надо мной, божество убийц!

— Вы пересекли черту, — зло произнесла Лания. — Канртег должен был оставаться мертв.

У Мирканто были свои счеты с темными жрецами. Каким-то образом они сумели обуздать и поставь себе на службу её силу многие века назад.

— Это война, — ответил я. — Враг направлял на нас саранчу, солнечные лучи, чудовищ. Так называемые язаты. Знаете таких? Поделки, Эагиса, как я понимаю. Это его наработками пользуется шаддинское жречество, да?

— Жалкие игрушки для всего мира не опасны, — оправдал шаддинских жрецов Утред. — Тем более вы почти все их переломали. А вы… Кого они там оживили, Лания?

— Ксигона, — Королева пиратов будто выплюнула это имя.

Утред насупился пуще прежнего, почесав своей лапищей затылок.

— Погоди… Это который захватывал Сулим? Победитель Тигриного Царя?

Лания кивнула. Утред тяжело вздохнул, пробормотав какое-то ругательство про сиськи Неридии. Не знаю стоит ли мне оскорбляться на подобные упоминания матери моей возлюбленной.

— Что за Тигриный Царь? — спросил я.

— Реликтовый божок сулимских джунглей, — пояснила Лав. — Как тот, которого ты оживил на Севере, но более разумный. Людишки Сулима скармливали ему жертвы в обмен на защиту. Свинок, слоников, рабынь. Канртегским жрецам такое положение вещей не понравилось. Они сами захотели тянуть кровь из Сулима.

Я вспомнил зиккурат, сокрытый в джунглях, и арену, на которой проводились сражения турнира. Древние свидетели канртегской власти над Сулимом.

— Жрецы тёмного города были отвратительным народцем, — наконец снова заговорил Азард. — Но даже среди них Ксигон выделялся мерзостью своих деяний. Муж родных сестёр и дочерей. Алчущий плоти зверь, возомнивший себя богом.

Хм. Ясно в кого Сандис такой уродился. Отменная генетика. Впрочем, и среди сенатской верхушки Империи своих упырей хватает.

— То что Сандис и его предок не очень приятные ребята я уже давно понял. Однако вы тоже меня поймите. Союзников не всегда удаётся отобрать по принципу моральной чистоты. Ксигон выступил на нашей стороне. Дал возможность моим войскам нанести поражение Шадду. Что мне оставалось делать? Приказать воинам отступить ибо это нечестная победа?

Можно было ещё припомнить Азарду, что он не вполне честным путём одолел Неридию, но я решил не давить на старые мозоли древнего мага.

— Что ему оставалось делать? — Утреду мой ответ, похоже, не очень понравился. — Ан-Лигур, — обратился магистр к одному из гробничников. — Расскажи триумвиру Михаиру Лиардиану какие меры мы предпримем.

Ан-Лигур… Знакомое имя. Кажется, мы уже пересекались с этим служителем Шан-Асола. Однако в лицо не опознать да и голос у гробничника оказался точно такой же как и у остальных служителей его организации. Ан-Лигур начал вещать в официальной манере.

— Как носитель серебряной печати и один из десяти председательствующих, я имею честь объявить волю Хрустального Владыки и его соратников из других коллегий людей знания, — произнёс чародей в маске. — Подлый человек известный как Ксигон Тарамах был признан врагом порядка и мировой гармонии. Его дела должны быть попраны. Его замыслы истреблены. Мы не будем напрямую использовать магию для атаки имперских войск, но окажем помощь шаддинскому царству в их попытках отстоять собственные территории. Также оставляем за собой право наносить стремительные удары по созданиям стихийной энергии, которых канртегский жрец призвал себе на службу.

Ясно. Даже без прямых атак на мою армию чародеи способны создать нам много проблем. Совершенно не удивлюсь, если прямо сейчас их летающий транспорт и демоны из Первых спасают голодающую армию Ксериона. Помогают им эвакуироваться на тот берег реки Айрат.

— И чего вы хотите? — спросил я. — От меня? От Империи? В каком случае вы перестанете оказывать помощь нашим врагам?

— Это зло должно быть уничтожено, — решительно заявил Азард. — Как только Ксигон сгинет мы прекратим всякое вмешательство в дела смертных.

— Славная была резня, — включилась в разговор Рене Лания. — Мёртвые скакуны, мёртвые всадники. Падалью засеяно поле. Шадд умылся кровью, но я подкину им сил для реванша. Наёмники, чудовища, убийцы. Ножи будут продавать царьку Шадда все, что он захочет, иначе я им голову поотрываю. Любой союзник Ксигона — мой враг. Пока вы с ним якшаетесь не знать покоя вашим кораблям. Точнее… — морская ведьма зло прищурилась. — Ваши корабли найдут покой на дне.

Прекрасно!

Багровый Круг, Хрустальная Гробница, Кольцо Ножей. Отныне три самые крупные организации чародеев будут помогать нашим врагам.

— Сердце ты одолел и с этой мразью разберешься, если захочешь, — произнес Утред. — Нужна будет помощь — скажи своей служанке. Договоримся.

— Или усни покрепче, — добавила Лав.

— Учту, — ответил я. — С Сандисом вы поговорите?

— Не о чем, — отрицательно покачал головой Азард. — А то ещё у этого безумца возникнет идея перебить всех нас прямо сейчас. Не хотелось бы пробиваться отсюда огнём.

— Мне хотелось бы, — возразила Лания.

Не сомневаюсь.

— В скором времени будет собран Витенагемот, — объявил Утред. — Так и так собирались поболтать всей гурьбой, но теперь прибавилось поводов. О чём мы там будем говорить не понравится ни тебе, ни твоей Империи. Нарвались.

И делегация магов покинула наш лагерь проигнорировав остальных стратегов. Я передал ультиматум магистров своим коллегам. Эту тема мы обсуждали в рамках военного совета, проводимого Сандисом с помощью дара стратега. Орина и Покорд не участвовали.

— Отвратительно, — покачал головой Сандис, стараясь вложить в свои слова максимум презрения. — Сначала магистры декларируют невмешательство, но только их любимчика Ксериона прижали и они тут же пытаются украсть нашу победу. Нужно как можно скорее начать наступление на территорию Шадда.

— Очень хотелось бы дать вам совет, но в вопросах отношений с чародеями я мало сведущ, — скромно ответил Октан Мерцин. — В ближайшее время обращусь к Аланиусу Церту. Возможно, он сумеет изменить решение части магистров.

Имперский мастер шпионажа? У него, кажется, были свои подвязки с магическим сообществом. Однако, очень сомневаюсь, что он сумеет изменить решение Азарда.

— Упрямство этих заносчивых чародеев обернётся их бедой, — зловеще произнес Сандис. — Управа найдётся. Вместе с триумвиром Михаиром мы сможем противостоять даже превосходящей силе Багрового Круга.

Он пытался втянуть меня в открытый конфликт с чародеями Великого Пламени. Сандис хотел уменьшить приток внешней магии в наш мир. Ослабить Азарда и компанию, чтобы увеличить роль могущества Ксигона. Только сомневаюсь, что это пойдёт мне и всему миру на пользу.

— Несколько дней нам потребуется, чтобы войско отдохнуло, а раненые получили помощь. С наступлением придется повременить, — ответил я. — Остатки гарнизона Табира не пытались контратаковать?

— Мы пресекли две попытки тайных вылазок, — ответил Октан Мерцин. — Кроме того, я направил группу превенторов из своего легиона, а также сэйфских союзников занять часть руин. Сейчас остатки шаддинцев заперлись в подземельях под городским храмом. Особой опасности для нас они не представляют, но следует ликвидировать их, как потенциальную угрозу снабжению.

Октан Мерцин был воплощением имперской армией плоть от плоти. Его логичные и простые выводы заставляли меня даже ощущать некоторую гордость, что мы сражаемся на одной стороне. В этом плане он был полной противоположностью Сандиса. Иворна в качестве союзника наоборот наводил на мысль, что я выбрал не ту сторону конфликта.

— Помощь магов осложнит наше продвижение вглубь Шадда, — заметил Октан. — Однако доставка резервов и наёмников потребует времени.

— На турнире в Сулиме чародеи многое обкатали, — произнес Сандис. — Они будут использовать для переброски летающих монстров и артефакты.

А самое неприятное, что мы с этим ни хрена пока сделать не можем. Подавлять чары умею, но не получится у меня на пегасе облетать весь Шадд, чтобы стопать и раскулачивать летающий транспорт магов.

— И ещё важный момент, — отметил я, когда мы закончили обсуждать ультиматум чародеев. — Выступаю против казней пленных. Считаю, что даже самых проблемных Фальвус будет рад видеть на своих галерах в качестве гребцов.

— Фальвус далеко, а тысячи пленников у нас под носом, — ответил Сандис. — Не волнуйтесь, уважаемый Михаил, мы сможем набрать бесчисленное количество более покорных рабов, когда под нашим мечом падут города самых плодородных земель Шадда. Предлагаю оставить три-четыре тысячи пленных. Этого нам хватит для тяжёлых и позорных работ, а также если надо будет покормить минотавров свежей человечиной.

Ой Нэл, задала ты мне задачку. Сложно быть милосердным в таких условиях и в такой компании. Очень надеюсь, что твои дары окупят мою головную боль.

— И все же считаю нерациональным так разбрасываться человеческим материалом, — произнес я.

— Сейчас в плену у нас более двадцати восьми тысяч человек, — присоединился к дискуссии Октан. — Чтобы держать эту массу под контролем потребуется минимум три-четыре тысячи вооружённых охранников. Стоит ли отвлекать подобные силы, когда враг ещё остаётся боеспособен? Кроме того, этих людей нужно постоянно кормить.

Логично стелит. Очень логично. Надо предложить им что-то конкретное и компромиссное.

— Давайте сделаем так: разделим пленных на три части. И пусть каждый поступает с доставшимися ему людьми как считает нужным.

— Не имею возражений, — согласился Сандис.

Октан Мерцин тоже спорить не стал.

— Есть куда более существенный вопрос чем пленные, — напомнил он. — Легионы покойного Нималексиса Царона.

— Этот вопрос уже фактически решён, — отмахнулся Сандис. — Просто разделим людей между собой. По легионам или по отдельным когортам.

— Боюсь, что этот вопрос отчасти прерогатива Сената, — вежливо возразил ему Октан. — Кроме того, полагаю, для развития успеха нам понадобятся подкрепления. Дополнительные войска и даже стратеги. Так, например, уважаемому Петрию более нет смысла блокировать крепость Масена. Он мог бы присоединиться к нам.

— Ты только что одержал победу над Царём царей, мой юный друг, — необычайно ласково проговорил Иворна. — Неужели хочешь разделить триумф с «уважаемым» Петрием или кем-либо ещё. Сейчас всё решает время. Однажды мы уже отринули страх, отправившись в этот рискованный поход. Призываю поступить так ещё раз. Не будем ждать больше, чем требуется. Скорее ворвёмся в святая святых варварских земель, чтобы калиги легионеров топтали поля непокорного Шадда. Махен Тир, Ри-Нагат, столичный ныне Садестан — эти города сейчас в досягаемости.

— Атаковать как можно быстрее — правильно, но и подкрепления нам нужны, — вступил я в дискуссию. — Мне не жаль поделиться победой. Главный удар по Ксериону мы уже нанесли. Этого у нас троих никто не отнимет. Глупо будет, если победоносное наступление забуксует на осадах из-за отсутствия подкреплений.

Сандис скорчил гримасу будто ему подсунули прокисшее вино, но дальше пререкаться не стал.

— Подкрепление нам необходимо, — согласился он. Но кто из стратегов достоин к нам присоединиться должен решать Сенат. Кандидатура Петрия мне решительно не нравится.

По окончанию военного совета отправился на берег реки, чтобы успокоить Милен и решить вопрос с пленными. Всего под свою ответственность я мог забрать примерно девять с половиной тысяч бывших воинов Ксериона. Придётся теперь следить, чтобы они снова не попытались повоевать за Бессмертное Солнце.

«Всем прекратить драки», — повелел я, через командный голос транслируя это и на проимперских шаддинцев, и на пленных.

— Пожалуйста, остановите этот кошмар! — вышла мне навстречу Милен, чьё белое одеяние было испачкано кровью.

Вероятно, девушка пыталась помочь кому-то из раненых.

Минотавр Хромой Зергат со скучающим видом смотрел по сторонам, хвостом отгоняя от себя назойливых мух.

«Уже остановил», — обратился я к Милен.

Далее с помощью командного голоса начал фильтровать пленных и проимперских шаддинцев. Одних отсылал к их принцу-предателю Покорду, других передавал под конвой превенторов. Этот труд окупился даже быстрее чем я рассчитывал. Система объявила мне:

«Связь с божественным покровителем усилена. Увеличен лимит использования воззваний. Открыты новые воззвания».

Ладно. Давай-ка глянем чем моя любимая богиня одарила своего многострадального стратега.

Количество божественных воззваний увеличилось с 4 до 8.

Очень даже неплохо. Видимо Нэл приняла во внимание огромное количество потенциально спасённых пленных.

Теперь посмотрим доступный навык.

Завеса праведного гнева

Создает сферический барьер радиусом от трёх до семи метров по желанию заклинателя. Барьер, не нарушающий структуры материи, легко выпускает из себя что угодно, но не даёт ничему проникнуть извне. Барьер существует десять секунд после чего по выбору заклинателя либо безопасно схлопывается, исцеляя раны всех, кто находится внутри, либо взрывается, выпуская ударную волну кинетической энергии. Если решение не было принято заклинателем, то барьер работает по пути исцеления.

Расходуется 4 заряда воззвания.

Эффекты:

— радиус барьера 3–7 метров по выбору.

— расстояние использования навыка до 500 м.

— барьер задерживает воздействия до 520 000 Дж и меньше.

— если выбран вариант исцеления, то регенерация тканей целей внутри барьера повышена на 1266% в течение 7,3 минут. при наличии достаточного количества влаги в организме или ближайшей окружающей среде восполняет 0,4% утраченного объема крови в секунду в течение 2,4 минут.

— если выбран вариант ударной волны, то сила удара 3,2–4,1 МДж; дистанция максимального поражения 3 метра. Радиус контузий 3,1–16,5 метров.

Навык чрезвычайно мощный. Он сочетал в себе и элемент поддержки союзников, и возможность неплохо надавать противнику по рогам. Единственное, смущает, что при большом радиусе поражения ударной волны, она похоже не разбирает своих и чужих. То есть этот барьер есть смысл накладывать только на тех моих воинов, кто находится в полном окружении.

С другой стороны, почему этот навык вообще обязательно использовать на союзниках? Его можно применять просто как направленную бомбу с таймером в 10 секунд.

Что ж…

Возможно, пленные ещё создадут мне проблем, но награда за попытку их спасения очень даже неплохая. Впрочем, проблем на горизонте хватает и без учета пленных.

Самая тяжёлая, но одновременно самая простая часть войны с Шаддом позади. Мы сумели разбить армию Ксериона. Вперёди долгая и упорная борьба за реализацию этой победы.