Я смотрела на свои карты и понимала, что проиграла.

Две пары против его фулл-хауса. Я видела это по спокойным глазам Демиана, в которых не было торжества, только ожидание и уверенность человека, который всегда получает то, что хочет. Он ждал этого момента не чтобы унизить, не чтобы доказать превосходство, а получить меня.

И в этом ожидании было что-то такое, от чего моё сердце билось быстрее, а пальцы сжимали карты сильнее, чем следовало.

Кай выдохнул сквозь зубы, откидывая свои карты на зелёное сукно с таким разочарованием, что я почти услышала, как скрипят его зубы.

— Чёрт, Сол. Ты играешь как демон. Я думал, у меня есть шанс, но ты всё просчитал на три хода вперёд.

— Спасибо, — спокойно ответил Дэмиан, не сводя с меня глаз. — Я воспринимаю это как комплимент. Хотя я бы сказал, что мне просто повезло. Или, возможно, судьба решила, что сегодня мой вечер.

Я медленно положила карты на стол. Мои пальцы чуть дрожали от того, что я знала: сейчас он скажет своё желание. И я должна буду его выполнить. И самое страшное — я хотела этого. Я хотела узнать, что он попросит.

— Ты выиграл, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё дрожало от напряжения. — Что ты хочешь?

Дэмиан медленно отодвинул стул. Движение было плавным, почти ленивым, как у хищника, который знает, что добыча никуда не денется. Он обошёл стол и остановился прямо передо мной, заслоняя свет.

Я посмотрела на него и утонула в его зелёных глазах, в которых плескалось желание, от которого мое дыхание сбилось.

Демиан протянул руку и взял мою ладонь в свою. Его пальцы были тёплыми и уверенными. Он поднёс мою руку к своим губам и поцеловал костяшки так медленно, нежно, с опасной терпеливостью, которая была его главным оружием.

Я почувствовала, как его губы касаются моей кожи, как дыхание обжигает запястье. Мурашки побежали по руке, по плечу, по всей спине.

— Я хочу, чтобы ты провела этот вечер со мной, — сказал он тихо, глядя мне прямо в глаза, и его голос был низким, бархатистым, как прикосновение. — Без игр и свидетелей. Только ты и я.

Кай замер за столом. Его челюсть сжалась, пальцы вцепились в пустой бокал так, что побелели костяшки. Но он молчал, так как тоже проиграл.

— Хорошо, — сказала я. — Надо уметь проигрывать красиво.

Дэмиан улыбнулся и, не отпуская моей руки, повёл меня прочь от стола. Его пальцы переплелись с моими, и это прикосновение было интимнее любого поцелуя.

Я обернулась на прощание. Кай сидел, сжимая в пальцах пустой бокал, и смотрел на нас. В его глазах горел огонь — ревность, смешанная с горечью и чем-то ещё, что он не мог скрыть. Я хотела сказать ему что-то, но слова застряли в горле. Что я могла сказать? Что это просто игра? Что он проиграл? Что я не его?

Дэмиан мягко потянул меня за руку, и его голос прозвучал у самого моего уха.

— Не оглядывайся, — сказал он тихо. — Ты сделала выбор. Это наш вечер. И он только начинается.

Мы поднялись в лифте на самый верхний уровень лайнера. Золотая кабина скользила вверх бесшумно, и я видела, как этажи сменяют друг друга — казино, рестораны, бассейны, сады. Но мы не остановились ни на одном из них. Мы поднимались выше и выше, туда, где, казалось, не должно было быть ничего, кроме космоса.

Двери открылись, и я оказалась в огромной комнате с прозрачными стенами, полом, потолком и повсюду был космос. Мы парили в центре галактики, окружённые звёздами, которые мерцали так близко, что казалось, будто их можно коснуться рукой. Где-то внизу проплывала туманность — фиолетово-золотая, как драгоценный камень в оправе тьмы. Звёзды отражались в каждой поверхности, создавая иллюзию, что мы не на корабле, а парим в вакууме, защищённые только тонким стеклом.

Мебель была скудной, но роскошной: несколько диванов из чёрной кожи, мягких и глубоких, низкий столик из цельного куска оникса, на котором горела свеча. В углу находился бар с сотнями бутылок, подсвеченных мягким синим светом, как маленькие звёзды на полке.

Я подошла к стеклянной стене, глядя на бесконечность и чувствовала себя крошечной и огромной одновременно.

— Ты знаешь, что я впервые вижу космос вот так, — сказала я тихо, не оборачиваясь. — Это так красиво, что сердце болит.

— Но не красивее тебя, Алина, — ответил Дэмиан, и я услышала, как он наливает что-то в бокалы.

Я повернулась к нему. Мужчина стоял у бара, держа в руках два бокала с золотистой жидкостью, в которой плавали искорки, как маленькие звёзды. В свете свечи его лицо казалось вырезанным из тёплого янтаря — спокойное, красивое, с той зрелой уверенностью взрослого мужчины, который знает, чего хочет в жизни. И который умеет ждать.

— Что это? — спросила я, принимая бокал.

— Напиток, который я привёз с курорта на Тау Кита, — ответил он. — Говорят, он снимает все маски. Делает человека настоящим, показывает все тайные желания.

Я сделала глоток. Вкус был терпким, сладковатым, с долгим послевкусием, которое оседало на языке, как обещание. По телу разлилось тепло, расслабляя мышцы, снимая напряжение.

Демиан поставил свой бокал на столик и сделал шаг ко мне. Потом ещё один. Расстояние между нами сократилось и я почувствовала его запах — кедр, табак, цедра.

— Ты не боишься меня? — его голос был как шёпот ветра.

— Нет, — ответила я. — Я боюсь того, что ты видишь меня насквозь. Того, что ты знаешь меня лучше, чем я знаю себя.

Демиан тихо усмехнулся, и его рука поднялась к моему лицу.

— Я вижу только то, что ты позволяешь мне видеть. Но я надеюсь, что ты позволишь мне увидеть больше. Всё, чего ты хочешь.

Дэмиан провёл пальцами по моей щеке — легко, невесомо, как перышком. Я закрыла глаза, чувствуя, как его прикосновение разливается по всему телу теплом и сердце начинает биться чаще. Его палец скользнул по моей нижней губе, и я открыла рот, вдыхая его и чувствуя его близость.

— Ты красивая, Алина, — сказал он. — Не только тело. Вся ты. Твой ум, уязвимость, которую ты прячешь за сталью. Всё.

Я открыла глаза и встретилась взглядом с мужчиной, который смотрел на меня с нежностью, от которой у меня перехватило дыхание. В его глазах плескались звёзды, и внизу живота разлилось тягучее желание, тёплое и опасное.

— Поцелуй меня, — прошептала я, и сама удивилась своей смелости. Или, может быть, это был тот напиток. Или может быть — это был он.

Дэмиан не заставил себя ждать.

Его губы коснулись моих медленно, почти благоговейно. Сначала только уголки, пробуя на вкус, затем нижняя губа, потом верхняя. Он целовал меня так, будто я была редким артефактом, который нужно открыть, а не взять силой. Его язык скользнул в мой рот, и я почувствовала его вкус — терпкий, сладковатый.

Он не торопился, а наслаждался каждой секундой поцелуя. Его рука скользнула мне на затылок, придерживая, углубляя поцелуй, и я растворилась в этом моменте.

Я запустила пальцы в его мягкие волосы, чуть влажные от геля, и провела по ним, чувствуя их структуру. Он тихо застонал, когда я легонько потянула их, и этот звук отозвался где-то внизу живота, разжигая огонь.

— Я хочу тебя, — прошептала я между поцелуями.

— Я тоже хочу тебя, — ответил он, отрываясь от моих губ и глядя мне в глаза. Его зрачки расширились, дыхание стало глубже. — Но медленно. Очень медленно. Чтобы ты запомнила каждое прикосновение.

Он взял меня за руку и повёл к дивану и усадил на него. Чёрная кожа был мягкой, почти бархатистой на ощупь.

Демиан встал на колени передо мной. Его руки легли на мои колени, тёплые, уверенные, и он медленно раздвинул их, не отрывая от меня взгляда. Я чувствовала, как моё дыхание участилось, как сердце колотится в груди.

— Ты позволишь мне?

— Да, — выдохнула я, откидываясь на спинку дивана и закрывая глаза.

Его пальцы начали медленно приподнимать подол моего платья. Сначала оголились колени, потом бёдра, и я чувствовала, как воздух касается моей кожи, как каждый миллиметр, который он открывал, начинал гореть. Он делал это медленно, почти ритуально, и я слышала своё прерывистое дыхание, смешанное с тихим шипением свечи.

Когда платье было задрано до талии, я осталась в одних кружевных трусиках — чёрных, тонких, почти прозрачных. Дэмиан замер, глядя на меня. Его глаза потемнели, стали глубже, как океан перед штормом. В них плескалось желание, такое сильное, что я чувствовала его физически.

— Ты так красива, — прошептал он, и в его голосе слышалось восхищение. — И ты не знаешь этого. Ты думаешь, что должна быть сильной, правильной, собранной. Но сейчас, здесь — просто будь собой. И получай удовольствие, Алина. Позволь себе чувствовать.

Он наклонился и поцеловал мой живот — чуть выше пупка, горячими губами, оставляя влажный след. Потом ниже, скользя по коже, ощущая каждый мускул, который напрягался под его губами. Я чувствовала, как его дыхание обжигает, как язык вырисовывает узоры на моей коже, и от этого всё внутри сжималось в тугой узел.

— Дэмиан… — прошептала я.

— Ш-ш-ш, — ответил он, не отрываясь от моей кожи. — Не торопись. Мы никуда не спешим.

Он поцеловал внутреннюю сторону моего бедра и я вздрогнула. Демиан усмехнулся, чувствуя мою реакцию. Его губы скользили всё выше, оставляя дорожку из поцелуев, пока он не добрался до кружева, а поцеловал меня через ткань, и я выгнулась дугой, вцепившись пальцами в диван.

Его пальцы скользнули под кружево, и я почувствовала, как он касается меня — нежно, изучающе. Он провёл пальцем по моему клитору, медленно, почти лениво, и я застонала, чувствуя, как внутри нарастает напряжение.

Он начал двигать пальцами круговыми движениями, не торопясь, давая мне привыкнуть к его прикосновениям. Я закрыла глаза, полностью отдаваясь ощущениям. Его пальцы скользили по влажной коже, дразнили, возбуждали, но не давали достаточно.

— Пожалуйста, — прошептала я, не в силах больше терпеть.

Демиан подчинился. Один палец проник внутрь и я выгнулась ему навстречу, чувствуя, как он заполняет меня. Он добавил второй, двигаясь внутри меня с той же терпеливой ритмичностью, и я чувствовала, как нарастает напряжение, как всё моё тело становится одной чувствительной струной.

— Дэмиан, — прошептала я, вцепившись в его плечи. — Пожалуйста… не останавливайся.

— Я и не собираюсь, — ответил он, ускоряя движения. — Я хочу, чтобы ты кончила на моих пальцах. Чтобы почувствовала меня до того, как я войду в тебя.

Он ускорил ритм, добавив давление на клитор большим пальцем. Я почувствовала, как внутри всё сжимается, как волна поднимается и накрывает меня. Оргазм был сильным, долгим, он шёл от пальцев ног до макушки, и я закричала — тихо, сдавленно, но он услышал. Он улыбнулся и поцеловал моё бедро, чувствуя, как я дрожу под ним.

— Это было только начало, доктор Воронцова, — сказал он, поднимаясь. — Я только начал изучать вас.

Он снял пиджак, затем рубашку — медленно, не торопясь, глядя мне в глаза. Я смотрела на его сильное тело и наслаждалась видом. В нём не было излишней мускулистости — он был подтянутым, жилистым, с широкими плечами и узкой талией. Кожа была гладкой, с лёгким загаром, и на боку я заметила длинный шрам — тонкий, белый, какой оставляют лазерные лезвия. Я провела по нему пальцами, и он вздрогнул.

— История долгая, — сказал он, перехватывая мою руку и целуя пальцы. — Не сейчас.

Мужчина навис надо мной, опираясь на руки, и я чувствовала его возбуждение через тонкую ткань брюк. Он расстегнул их, и я увидела его — твёрдого, готового, пульсирующего от желания. Но он не спешил.

— Я хочу смотреть на тебя, когда я войду, — сказал он. — Я хочу видеть, как ты чувствуешь меня. Хочу запомнить этот момент.

Он медленно вошёл в меня, и я замерла, чувствуя, как он заполняет меня до самого конца. Он был горячим и твёрдым, и я чувствовала его каждой клеткой своего тела.

Демиан начал двигаться быстрее, но всё так же плавно и смотрел на меня так, будто я была самым ценным, что он видел в своей жизни. И в этом взгляде было больше, чем просто желание. Было что-то глубокое, что-то, что он не говорил словами.

Я обхватила его ногами, притягивая ближе. Он наклонился и поцеловал мою шею там, где бился пульс, и я чувствовала горячее дыхание. Его язык скользил по моей коже, оставляя влажные дорожки, и я изгибалась под ним, чувствуя, как нарастает новая волна.

Он вошёл в меня глубже, ускоряя движения, и я почувствовала, как внутри всё сжимается. Его дыхание стало прерывистым, он дрожал от напряжения, и когда я кончила, он последовал за мной.

Дэмиан повернулся ко мне, провёл пальцами по моей щеке, убирая влажную прядь волос, и поцеловал в висок.

— Это был только первый вечер, — сказал он тихо. — У нас впереди вся ночь.

Он притянул меня к себе, и я уткнулась носом в его грудь, чувствуя, как бьётся его сердце. Где-то за стеклом проплывала туманность, озаряя нас розово-золотым светом. И я поняла, что не хочу, чтобы ночь заканчивалась.

Я лежала на мягкой коже дивана, чувствуя, как его рука обнимает меня, притягивая ближе к его тёплому телу. Где-то за стеклом проплывала туманность, озаряя нас розово-золотым светом. Сердце постепенно успокаивалось, дыхание выравнивалось, но внутри ещё пульсировало удовольствие, разлитое по каждой клетке.

— Ты даже не представляешь, как долго я ждал этого момента, — прошептал Дэмиан.

— Ты знал, что я приду на этот лайнер? — спросила я, приподнимая голову, чтобы заглянуть ему в глаза.

— Нет. Но я знал, что когда-нибудь встречу женщину, которая заставит меня забыть о времени. Я просто не думал, что она окажется учёным, который изучает цветы с Титана.

Я улыбнулась и провела пальцем по его подбородку.

— Теперь ты знаешь, что не стоит недооценивать ксенобиологов.

— Я никогда не недооцениваю опасных женщин, — ответил он, перехватывая мою руку и целуя ладонь. — Но сначала я хочу снять с тебя платье, — сказал он, касаясь пальцами края ткани, которое всё ещё было задрано у моей талии. — Полностью. Чтобы видеть тебя всю.

Я кивнула, чувствуя, как внутри разливается предвкушение.

Демиан аккуратно приподнял меня, стягивая платье с плеч. Ткань скользнула по моей коже, и я осталась обнажённой перед ним. Он смотрел на меня не отрываясь, и в этом взгляде было столько нежности, что у меня перехватило дыхание.

— Ты прекрасна, — прошептал он. — Каждый раз, когда я вижу тебя, я открываю что-то новое.

Он наклонился и поцеловал мою шею, оставляя дорожку из поцелуев вниз, к ключицам. Его язык скользил по моей коже, вызывая мурашки, а руки ласкали бёдра, притягивая меня ближе.

Когда его губы коснулись моего соска, я выгнулась, вцепившись пальцами в его плечи. Он обводил его языком, дразнил, покусывал, затем перешёл на вторую грудь, не забывая ни одну из них. Я чувствовала, как каждое его прикосновение разжигает во мне огонь, как внутри снова нарастает желание

Демиан взял мои руки и поднял их над головой, удерживая одной рукой. Другой рукой он провёл по моему животу, спускаясь вниз, к тому месту, которое уже горело от ожидания. Его пальцы коснулись меня, проверяя, готова ли я.

Он отпустил мои руки и взял себя в ладонь, направляя к моему входу. Я смотрела, как он медленно входит — сантиметр за сантиметром, давая мне время привыкнуть, наслаждаясь каждым мгновением. Я чувствовала, как он наполняет меня, как его твёрдая плоть скользит внутри, раздвигая, даря ощущение полноты. Когда он вошёл до конца, он замер, глядя мне в глаза.

Он смотрел на меня с такой нежностью, что я чувствовала, как тают последние льды внутри меня. Его рука скользнула между нами, касаясь моего клитора, и я застонала, чувствуя, как наслаждение нарастает.

— Не сдерживайся, — прошептал он. — Я хочу слышать тебя.

И я позволила себе кричать — тихо, сдавленно, но он слышал каждый стон. Он ускорил ритм, но всё так же плавно, не теряя глубины. Я чувствовала, как внутри всё сжимается, как приближается волна. И когда я кончила, сжимаясь вокруг него, он последовал за мной, содрогаясь, с моим именем на губах.

Он упал на меня, тяжело дыша, и я чувствовала, как его сердце бьётся в унисон с моим. Звёзды кружились над нами, туманности проплывали мимо, и я знала, что этот момент останется со мной навсегда.

Дэмиан приподнялся, поцеловал меня в лоб и улыбнулся.

— Ты опасна, Алина Воронцова, — сказал он тихо. — Ты заставляешь меня забывать о времени.

— Ты тоже опасен, Дэмиан Сол, — ответила я, проводя пальцами по его шраму. — Ты заставляешь меня хотеть того, чего я боялась.

Он притянул меня к себе, укрывая нас обоих мягкой тканью. И я лежала в его объятиях, чувствуя, как его дыхание становится ровным, как его рука обнимает меня, как звёзды смотрят на нас из бесконечности.