— Марк, ты можешь ко мне зайти?

Ого, Оксанка звонит мне сама. Голос раздраженный, но чувствую, что злится она не на меня — как будто на взводе.

— Рокотов снова объявился.

А вот и причина.

Эта фамилия для меня, как красная тряпка. Сбрасываю звонок и бегу. Без куртки, даже пиджак не накинул. Хорошо, что наши офисы в одном здании и нужно всего лишь перескочить с крыльца на крыльцо.

Не чувствую холода, я сейчас — сплошной адреналин.

— Где эта тварь? — врываюсь в кабинет к Оксане. Кручу головой, готов обнажить шпагу и проткнуть врага.

— Тише-тише, его здесь нет, — Оксана усмехается. — Но он снова пытается пролезть в нашу жизнь. Что за человек, ты его в дверь выгнал, он в окно лезет. Но мы нашли вариант, как его перехитрить.

И этот воин точно моя жена? Опускаю “бывшая”, не нравится мне это определение.

— И что вы придумали? — смотрю на нее с интересом. Как же она изменилась за последние месяцы. Или она всегда была такой, а я — осел, который этого не рассмотрел?

Машет руками, вижу, что идея захлестнула ее.

— Ну?

— Будем ловить на живца. Ира отлично справится.

Впадаю в ступор. Как Оксанка, которая сама была в цепких лапах Рокотова, может вот так запросто отдать ему на съедение самого робкого нашего сотрудника?

— Ты с ума сошла? Я против. И это не обсуждается, — рычу, клокочет все внутри. — Собрались три дамочки и давай революцию чинить. Вы в своем уме? Это небезопасно!

— Марк! — в разговор вмешивается Марина, — не кипятись. Мы все продумали.

— Да нам твое согласие и не нужно, — Оксана отрезает учительским тоном. — Если боишься, то можешь шагать обратно. А то бежал, сражаться собирался.

— Стоп! — пресекаю базар. — Не надо кудахтанье разводить. Где вы Рокотова искать будете?

— Кудахтанье? — три пары глаз осуждающе сверлят меня презрительным взглядом.

— Разговоры, — поправляюсь. — Давайте ближе к делу.

— Марк, — Оксана тянет гласную. — Он сам на нас вышел. С Ирой нашей познакомился. Дружбу предложил, цветочки подарил. Слов прекрасных наговорил. И все без подтекста, просто так. От широты душевной. Ну и за небольшое спасибо — в виде правильного договора с подписью и печатью. У тебя там страничка с неправильными реквизитами. Вот он и попросил…

— Очень вежливо, — вставляет Ира.

— Эту самую страничку.

— Охренеть. Вот так прям и сказал?

— Пока только намеки были с его стороны, но я же не дура — понимаю, что именно ему нужно, — поясняет Ира.

Вот так ситуация. Ну вот поймаем мы Рокотова, а дальше что? Отобьем нашу компанию до конца, а потом?

— Идея интересная, а потом мы Иру в другую страну на пмж отправим? Или телохранителей ей наймем? Есть еще варианты?

— Да мы его от общества изолируем, — Марина абсолютно серьезно.

— В проруби утопим, — голос ехидный, Оксанка издевается.

Тоже мне воительницы! Придумали они, как победить всемирное зло. Три богатыря в юбках.

— Мои юристы уже и так нашли, как его прессануть, — продолжаю отговаривать их от опасной затеи.

— Рады за тебя, — Оксана грустнеет, и мне становится стыдно. Я погрузился в защиту своей компании и отложил мысли о том, что этого урода надо наказать по полной. Все, думал, успею.

— Марк, ваши отношения вы без нас выясните, — Марина не дает мне вставить слово. — Мы просто подумали, что раз он сам идет к нам в руки, грех не воспользоваться ситуацией и не наказать его по полной.

— Ладно, согласен. Чем я могу помочь?

— Мы подумали, что у Рокотова могут быть проблемы с законом. Налоги там, укрывательство, незаконные сделки и прочее, что так любят наши проверяльщики. Если хорошо поискать, то все можно найти. Попробуем?

— Надо подумать.

Выдыхаю, иду в приемную за кофе. Оксанкин помощник, все время забываю, как его зовут, стоит, выпучив глаза.

— Во дают, — кивает в сторону кабинета. — Но я бы к ним прислушался, а, может быть, и возглавил. А то они такого наворотят.

Жду, пока он сделает мне кофе. Прохаживаюсь с кружкой по коридору. А парень в целом прав — пусть они творят это безобразие, но под присмотром. А я пока займусь сбором документов.

— Валер, минутка есть? — набираю знакомому из органов. Когда-то он говорил, что у него есть приятель в отделе по борьбе с экономическими преступлениями.

— Марк, рад слышать! Как раз вышел отравиться несвежим воздухом. Выкладывай, что там у тебя.

— Что тебе нужно, чтобы закрыть нечестного товарища? Ну или хотя бы обыск у него устроить.

— Конкурента хочешь устранить?

— Так, замстить одному уроду. Жену мою посмел обидеть.

— Оу, достойный повод. Таких уродов мы наказываем с удовольствием. Значит, слушай внимательно…

Возвращаюсь в кабинет. Там вовсю продолжается обсуждение “операции” — выбирают, в чем Иринке пойти на встречу с Рокотовым.

— Так, — привлекаю внимание. — А Ира-то согласна? Задача непростая.

Вижу в ее глазах искры сомнения, понятное дело, что страшно. Возможно, и Оксанка с ней поделилась, как попала в его западню в отеле.

— Ты все рассказала Ире? — уточняю на всякий случай.

— Конечно. Марк, оказывается, ты меня совсем не знаешь. Я никогда не буду рисковать человеком, если хорошо все не продумаю.

Вот так ответ. А я и правда все пропустил, пока на чужие задницы засматривался. А рядом такой бриллиант.

— Марк Германович, — Ира подает голос. — Вы еще ничего не узнали о нашем замысле. Вы же все будете рядом. И в нужный момент меня оттуда выдерните. Ну не вы конкретно, а люди.

— И кого вы решили взять в помощники? — представляю, как Оксана с Мариной в очках и париках шепчутся за соседним столиком.

— Мужа моего возьмем, — уверенно заявляет Марина. — К нему брат в гости приехал, так что свояченица с детьми побудет, а они как раз вырвутся пообщаться. Ну и заодно Иру будут охранять. А мы с Оксаной в машине на парковке покараулим.

Осматриваю кабинет. В нем все, как было при мне, но как будто что-то поменялось. Женские штучки, которые не сразу бросаются в глаза. Оксанка и квартиру пыталась захламить, и тут руку приложила. Но в целом выглядит уютно.

— Все равно рисковый план. А если они заболтаются?

— Ну не идиоты же, — обиженно вставляет Марина.

— Да, извини. Ляпнул, не подумав. Если все согласны, — перевожу тему, — то у меня-то и выбора особо нет. Но! Каждый шаг должен быть продуман, никакой самодеятельности! — интонация и внешний вид не поддаются обсуждению.

— Мы согласны, — Марина отвечает за весь женский батальон.

— Значит, вечером все решится. Ира, потяни время. Я пойду покумекаю, что еще можно сделать.

Сто лет не курил, а сейчас бы с удовольствием затянулся. И выпил.

Иду в кабинет, голова шумит, адреналин скачет, кортизол аж из ушей лезет.

Надо еще с Ленкой все обсудить, чтобы ее оградить от последствий.

Лен, нужен разговор. Срочно!

Отправляю на другой ее номер.

Скоро приеду к тебе в офис.

Видимо, Ленка поняла, что ходит по острию лезвия, и конец близок.

Работа уходит на десятый план. Не до нее сейчас.

Подключаю свои связи, чтобы прошерстили всю подноготную Рокотова. Такой козырь должен быть в кармане, чтобы у него не было варианта дернуться.

— Марк, что-то случилось? — без стука в кабинет врывается Елена. — Я еле вырвалась.

— Да, присаживайся. Сейчас все расскажу. Может, и ты что-то подскажешь. Будем ловить на нашу девочку-бухгалтера. Ну и всякие службы подключим.

Ввожу ее в курс дела.

— Слушай, это отличный план! Знаешь, я понимаю, чем это обернется для меня, но я рада, что такая тварь, как Рокотов, будет наказан.

Ленка мрачнеет. Глаза в пол, думает о чем-то.

— Лен, да отмажем мы тебя, — говорю как можно бодрее. — Скажем, что он на тебя оказывал давление, думаю, это можно доказать. Кофе? — стараюсь сгладить ее волнение.

— Ты не все знаешь, — она мнется, замолкает. Жду, когда сама продолжит говорить.

Кофе здесь не поможет. Нужен травяной чай в идеале с ложечкой меда.

— Есть еще одно дело... криминал, — продолжает после долгой паузы, за которую мы успеваем выпить наши напитки.

Вижу, что каждое слово дается ей с огромным трудом. Не тороплю.

— В общем, если сядет он, то я тут же отправлюсь за решетку вместе с ним.

Лена снова замолкает. Руки сцепила в замок, взгляд сосредоточен. Вижу, что ей некомфортно.

Выглядываю в коридор — Юлианна болтает по телефону. Разговор явно не рабочий. Придумываю для нее поручение — найти в архиве анкеты всех охранников, которые когда-либо у нас работали.

— А зачем вам? — удивленно блеет.

— Что за вопросы? Раз я сказал, что нужны, значит, встала и побежала искать.

Судя по тому, что мобильник она не забывает, вернется не раньше, чем через час.

Плотно закрываю дверь, кладу перед Леной телефон, предварительно показав, что он выключен и наш разговор не пишется.

Мои действия ее явно успокаивают. Она берет чашку в руки и переводит задумчивый взгляд в окно.

— Выкладывай, а мы попробуем что-то придумать.

После того, как я ушла от тебя к Рокотову, мы были вместе буквально несколько недель. Быстро расстались. То общались с ним, то нет. Он в столицу начал перебираться, но и в нашем городе еще дела вел.

А я искала свою дорогу. Тринадцать лет назад это было.

Если помнишь, я ведь отучилась на инспектора пожарной безопасности. Не самая впечатляющая специальность, но в целом меня все устраивало.

Нашла хорошую работу. Ну, как хорошую. График удобный. Если проверка была, допустим, далеко от офиса, можно было не возвращаться.

В общем, строила потихоньку карьеру. Работу выполняла правильно, честно, без взяток и прочего. Боялась их очень, потому, видимо, и не предлагали даже.

Лена задумывается, улыбается какому-то воспоминанию. Делает глоток чая и продолжает.

Приезжаю как-то на один склад, на окраине города таких много было. Начинаю проверять, а там нарушений… Проще сказать, что у них по инструкции оформлено.

Но, в принципе, устранить их можно за несколько дней. Короб с песком поставить, огнетушитель новый повесить, старый уже изжил свое. И на проверку его лет сто не носили. Я им акт выписываю, все по правилам — нарушения перечисляю, штраф, все, как обычно.

А потом замечаю, что проводка неисправна. Они это место коробами завалили и убирать не хотели. Я все же настояла, чтобы отодвинули, ну и увидела.

Акт рву, пишу новый. Даю им неделю на устранение нарушений, а сейчас, мол, временно закрываем предприятие.

Они, конечно, со мной спорили, владельцем своим грозились, но мое дело малое — осмотрела, выявила, написала, предупредила.

На следующий день с утра у меня еще одна проверка была, а после нее сразу в контору. Смотрю, у входа на лавочке Андрей сидит. Кидается ко мне обниматься. Говорит, что соскучился. Приехал по делам, искал меня, у родителей узнал, где я работаю, и пришел проведать. Адрес они не стали ему говорить, я запретила. А про место работы мама ляпнула, не подумав.

Ну, да ладно.

Честно признаю, я очень рада была его видеть. Нравился он мне очень, и забыть не смогла.

Он с цветами, в ресторан меня потащил. Я ему про работу, мол, в офис надо, а он — скажи, что на объекте, у тебя же график свободный.

Заказал шикарный обед. Я-то из простой семьи, икру и рыбку красную в лучшем случае по праздникам видела. А тут полный стол таких блюд, которые я только с ним и пробовала.

Он мне в глаза нежно смотрит, руку гладит и рассказывает, что не может без меня жить. Приехал, типа, за мной.

Только вот одну проблему решу — склад мой вчера прикрыли. Постановление выписали. Срочно нужно исправить, разобраться с пожарной инспекцией, и можно возвращаться в столицу.

И пока он эти проблемы решает, я могу заявление на увольнение отнести и вещички свои собирать.

Я смеюсь. Говорю — ни за что не поверишь, что это моих рук дело.

Он включает дурачка, глазами хлопает, делает вид, что даже близко не понимает, о чем это я.

Уточняю, что склад закрыли после моей проверки.

Да ладно! Он так искренне удивлялся, что я, конечно же, поверила, что он был не в курсе.

Рассказал, что только что купил его, сам прекрасно видел неисправности и уже сегодня с утра у него бригада вовсю работает — проводку уже заменили, песок завезли, огнетушители новые закупили. В общем, молодцы по всем фронтам.

Он еще пару раз отходил по телефону разговаривать. Дела решал так громко, чтобы я точно услышала — бригада работает и все проблемы уже устранили.

Пару часов, и закончат. И в глаза мне преданно смотрит.

А я правда не понимала, что ему нужно, к чему все это представление. Тогда он напрямую попросил, чтобы я акт проверки переписала.

Ты же, Лен, еще не отнесла свою копию? Нет, говорю.

И не нужно. Напиши, моя дорогая, что у нас все в порядке, нам ведь неделю ждать придется, а так могли бы хоть завтра свалить в счастливый закат.

Я и сама понимаю, что это было бы проще простого. И на склад этот тащиться неохота. Это сейчас все на машинах, а тогда я на автобусе, на ПАЗике, а потом пару километров по бездорожью топала. В любую погоду. Ну я и дала слабину. Поверила Андрею. Подписала все акты.

Потом, конечно, до меня дошло, что ничего не мешало поехать прямо сейчас, все осмотреть и составить новый акт.

Только, говорит, дату вчерашнюю поставь.

Проследил, старый акт забрал, а новый подписал и торжественно мне вручил.

Ленка тараторит без умолку, не дает даже вставить слово. Видно, в голове она уже не один раз прокручивала этот разговор, и вот настало время его обнародовать. На лице почти нет эмоций, а в голосе боль.

Какая же я была наивная дура. Не понимала, какая акула передо мной.

Да, он забрал обе копии первого акта. Не отнял, я сама отдала, хотя должна была их уничтожить тут же. Забил мне голову, какие глаза у меня красивые, какие волосы роскошные, как же сильно он скучал. И я, одинокая девушка, которой хотелось любви и внимания, радостно развесила уши.

Возвращаюсь в тот день в офис. Меня тут же к начальнику. Он на нервах, на столе тонометр лежит и таблетки от давления. Наорал, что дозвониться до меня невозможно. Я и забыла, что мобильник на беззвучном стоял.

В общем, спрашивает, проверяла ли я вчера склад и были ли там нарушения.

Я говорю, что да, была, все там было нормально. Я ведь уверена была, что пока мы полдня “завтракали”, бригада Рокотова уже все успела устранить. Так что мне ничего не грозило.

Отдаю акты. Он их внимательно изучает. Потом облегченно вздыхает и глотает еще одну таблетку.

Что, говорю, случилось-то?

И что ты думаешь? Он ведь не просто так устроил этот цирк.

Оказывается, там ночью случился пожар, и этот склад сгорел подчистую.

Лена запинается. На ее глазах выступают слезы, голос дрожит, и я даю ей время прийти в себя.

Если бы только это… Там не просто склад сгорел. Там еще и люди погибли.

Понимаешь?

Из-за меня погибли люди.

Эта проклятая проводка замкнула и загорелась. А там же коробками было все завалено. И ничего, чтобы быстро затушить…

Из-за меня, из-за того, что я поверила ему…

— Лен, ты ведь предупредила их. Ты ни в чем не виновата, — пытаюсь ее как-то поддержать.

— Я столько денег в психотерапию ввалила, но мне никто не помог. Я ведь не могу сказать напрямую, что из-за меня сгорело три человека. А намеками, обтекаемо — проблема не решается. Так что мне с этим жить.

Теперь мне становится ясно, почему она до сих пор с этим мерзавцем.

Начальник сказал, что будут разбираться, но мне ничего не угрожает. Там могло произойти все, что угодно. Может, они заснули с сигаретой или устроили романтик со свечами. Причину нужно было еще выяснить.

Думаю, в планы Андрея не входило забирать меня с собой. Но — пришлось. Я постоянно порывалась пойти к начальнику и все рассказать, истерила так, что он боялся оставить меня одну. Увез в столицу только затем, чтобы я не проболталась.

Ну а потом завертелось. Сидеть дома мне не хотелось, а он — не был готов выпускать меня из-под присмотра. Так что мы начали работать вместе.

Втянулась в его проекты, пару раз подсказала удачные идеи, и он сам уже стал давать новые задания.

Мы с Рокотовым выбрали вариант молчать, и старались эту ситуацию не вспоминать.

Она и не всплывала в нашей жизни, пока я не решила от него уйти.

— Что-то изменилось?

— Родился Матвей, я, по мнению Андрея, “вышла в тираж”, и он начал таскаться по бабам. Сначала тайком, потом в открытую. А дальше — устроил так, что чуть было не лишил меня общения с сыном.

— Но ты ведь мать, — не могу поверить, что человек может быть настолько жестоким. — У нас ведь суды всегда на стороне матерей.

— Да. Если у папаш нет в загашнике компромата, — печально усмехается. — Так что мы подписали мировое соглашение, по которому я могу общаться с сыном два раза в месяц — первого и пятнадцатого числа.

— Это ведь уже завтра. А ты здесь.

— Да, и такое у нас бывает, к сожалению, часто. Если мы в командировке, то встреча отменяется. Такими темпами сын скоро забудет, как меня зовут.

Лена открывает телефон и проверяет мессенджеры. Почему-то я уверен, что она ждет только одно сообщение — от сына.

Какой же я счастливый человек, что Оксана не стала запрещать мне общаться с Кристинкой. Не представляю, что бы со мной было, если бы я перестал видеть дочь.

— Слушай, Лен, — мне приходит в голову мысль. — А разве экспертиза не показала, что источник пожара был в испорченной проводке?

— Конечно, показала бы. Если бы она была. Но разве Рокотов допустил бы ее? Он всю правду прикрыл деньгами. Так что работники склада, по результатам проверки, забыли потушить сигарету. Весьма опрометчивый поступок.

— А зачем ему это? — какая-то странная история. — Даже если загорелась проводка — у него ведь был акт проверки от тебя, ты эту проблему отметила и дала срок на исправление. Его бы не посадили.

— Страховка. Цена на рынке вдвое меньше, чем компенсация. Ему было проще дать в пару мест взятку, и получить выплату. Так у меня появилась первая машина и “груз на шею” на всю жизнь.

— Мда. Оказывается, все еще сложнее. Но думаю, это не безвыходная ситуация.

Кратко излагаю Елене то, что придумали девчонки, и то, что попросил достать Валера.

— У меня уже все готово, — она так спокойна, как будто я попросил не достать компромат из документов, а сбегать в ларек за новой ручкой.

Лена достает из сумки пухлую папку с документами и протягивает ее мне.

— Здесь все: уход от налогов, сокрытие доходов, незаконные сделки, расписки, доказывающие взятки и еще куча того, что поможет отправить этого урода далеко и надолго.

— Как ты их достала?

— Эта гнида настолько уверена в своей неуязвимости, что совсем берегов не видит. Он так часто повторяет, что мы с ним повязаны, что совершенно не рассматривает еще один вариант.

— Какой? — осторожно спрашиваю и, кажется, понимаю возможный ответ.

— Что я уже не против сесть вместе с ним. Достало. Лучше я отмотаю свой срок, а потом смогу начать новую жизнь.

— Надеюсь, ничего мотать тебе не придется.

Лена смотрит обреченно и недоверчиво.

— Постарайся затаиться, хотя бы до завтрашнего вечера. Не попадайся ему на глаза и ни в коем случае не соглашайся на встречу. Я маякну, как все будет готово.

Половина седьмого. Мы все наготове. На Ире лица нет, она постоянно трет ладони, дышит на них и заламывает пальцы.

— Оксан, все провалится, посмотри, как она нервничает, — Марина первая озвучивает мысли, которые, уверен, пришли в голову каждому из нас. — Дураком надо быть, чтобы это не заметить. Может, пока не поздно дадим заднюю?

— Может, правда, лучше продумаем план? Вспомни, что было в “Ривьере”? Ничего хорошего.

— Не гусар ты, Марк, — отмахивается Оксана. — Все будет отлично, поверь женской интуиции.

Гусарить мне не особо хочется. А все почему? Переживаю за них, знаю, какой он подлец и на что способен. А еще меня успокаивает папочка, надежно запертая в сейфе.

О нашем разговоре с Леной я пока не стал никому рассказывать. Девчонкам я, конечно, доверяю, но придерживаюсь правила “меньше знаешь, лучше спишь”.

Звонит мобильник. Рокотов.

— Ира, жги!

Ира делает глубокий вдох, зажмуривается и… выходит из машины.

Передо мной совсем другая девушка. Уверенная в себе, с четкой походкой, она знает себе цену.

Слушаем их разговор.

— Андрей, вы такой милый. Мне очень приятно, что вы пригласили меня в такое прекрасное заведение, — в голосе мед. Если бы я не знал, что рядом с Рокотовым Ира, никогда бы не поверил.

— Была здесь?

— Ой, что вы! Я в таких местах обычно не бываю. Спасибо вам большое!

Как-то она уже переигрывает. Переглядываемся с девчонками — они тоже это заметили, качают головами.

— Для меня только в радость провести время с такой красоткой, — Рокотов, в отличие от нас, принимает ее восторги за искренний порыв. — Думаю, тебе есть еще чем меня отблагодарить.

— Отблагодарить? — Ира уточняет удивленно. — Я не думала, что…

— Да не шугайся ты так!

— Вы просто говорили, что помощь с какими-то документами нужна, я, наверное, не правильно поняла.

— Детка, давай договоримся о двух вещах.

Берет ее за руку, смотрит в глаза. Она ниче так держится. Не дергается.

Марина зачитывает сообщения от своего мужа, который только что зашел с братом в “Ривьеру”. На наше счастье им удалось занять столик так, чтобы видеть нашу шпионку и в случае необходимости прийти к ней на помощь.

Мы втроем с Оксаной и Мариной сидим в красной Маринкиной машине. Еле втиснулись. Но на наших ехать было опасно — Рокотов мог случайно увидеть.

В кармане у Иры диктофон, плюс звонок с телефона Оксаны, который мы тоже записываем.

Надеюсь, этого хватит, чтобы прижучить Рокотова. Вспоминаю Ленку, хочется вытащить ее из этого дерьма. Ну и за Оксанку отомстить, само собой.

— Каких вещах Андрей Викторович? — лепечет Ира.

— Во-первых, ты больше не называешь меня по отчеству. Просто Андрей и на “ты”. Договорились?

— Постараюсь, — кокетливо.

— А во-вторых, я никогда не тащу девушку насильно в кровать. Так что брось эти мысли.

Оксанка сжимает губы и отворачивается к окну. Беру ее за руку и сжимаю. Она задерживает ладошку на мгновение, прежде чем выдернуть.

Мгновение. Не оттолкнула сразу и не сказала ни слова.

Рокотов заказывает два стейка и кофе с брауни. Напиток с десертом просит подать минут через сорок.

Оксана прижимает пальцы к глазам и надавливает на них. Украдкой вытирает слезы.

Я не могу ее сейчас утешить, кроме как прикосновением. Но она сцепила руки на груди и больше не реагирует на разговор.

Мы сидим в полной тишине, общаемся взглядами — чтобы не спалиться через Иркин мобильник.

Кстати, надо бы ей побыстрее переходить к делу. Как бы звонок не оборвался.

— Есть у меня к тебе одна просьба, — Рокотов, судя по звуку, наклоняется почти вплотную к агенту Ирине. — Только документик в номере забыл. Ты не против быстро сходить за ним?

— Я должна сходить? — в голосе Иры слышится страх.

Оксана с Мариной напрягаются и смотрят на меня. Я наготове — сорвусь в любую секунду.

Марина что-то строчит в телефоне.

Ок, из поля зрения и из забегаловки не выпускаем.

— Нет, конечно, — Рокотов смеется. — Сам схожу. Ну или вместе. Так быстрее будет.

— Давайте лучше вы сами, а то мне надо кое-куда заглянуть.

— Так, — строго, — мы, кажется, договаривались!

— Да, прости. Давай сам. А я пока…

Ира встает и быстрым шагом цокает куда-то. Ох, и лиса. Молодец, не растерялась.

— Ирка, ты как? — Оксана шепчет в трубку.

— Я все испортила…

— Погоди ныть! Там рядом два мужика сидят с пивом, пялятся в вашу сторону, — включается Марина. — Это мои. Так что хватит трусить. Возвращайся и вытягивай из него то, что нам нужно.

— Ладно, — Ира вздыхает и идет к столику.

На всякий случай она набирает Оксану заново, чтобы звонок и запись были новыми.

— Детка, просьба у меня будет такая. — Рокотов переходит на деловой стиль общения. — Видишь вот эту бумажку? Мне нужна такая же, только с правильными реквизитами.

— Погодите, это же договор с “Промстарт”? Я там раньше работала.

— А так не понятно, что ли? — недовольно цедит Рокотов.

— Я что-то не то сказала? — у Иры здорово получается играть наивную дурочку.

— Ты поняла, что тебе нужно сделать?

— Не совсем.

— Вот такую же бумажку мне принеси, только с правильными реквизитами! — он начинает сердиться.

— Вам переделать договор с “Промстартом”? Так это с бухгалтерией быстрее будет. Я ведь там больше не работаю.

— Ты реально не врубаешься или прикидываешься? — рычит.

— Андрей, прости, пожалуйста, я… — мнется Ира. — Я, наверное, лучше пойду.

— Не надо никуда уходить, — старается говорить более спокойно.

— Я ведь просто уточнила. Ты мне показываешь подписанный договор и просишь принести такой же, но там ведь печать и подпись Аверина. Я их где возьму.

— Ладно, Ирин, давай начистоту. Ты, я вижу, девочка неглупая. Сотка устроит?

— Сотка… что? За что?

— За эту бумажку. Точно такую же, только с актуальными реквизитами.

— А… — тянет Ира, — начинаю понимать. Андрей, ты хочешь, чтобы я подделала одну страницу из действующего договора?

— Да.

— А печать тоже подделать?

— Да.

— А что с подписью Аверина?

— Ир, думаю, за сто тысяч рублей ты и печать нужную найдешь, и подпись подделаешь.

— Я поняла, Андрей Викторович Рокотов. Задание принято. Все сделаю. Подделаю для вас документы в лучшем виде! Ой, как же поздно уже! — восторженно восклицает. — Я, наверное, сразу в офис поеду, пока там никого нет, и у меня еще старый пропуск сохранился. Давай завтра созвонимся, передам тебе страничку. Одну ведь? Только давай деньги налом.

Ира говорит так уверенно, что я на секунду верю — она реально сейчас помчит в контору и состряпает новый договор.

Но она стремительно вылетает из ресторана и радостно несется к нам.

Ваш Рокотов кому-то хвастается по телефону, что завтра у него будет договор. Говорит, чтобы все готовы были.

А теперь ему позвонил еще кто-то. Он злится. Вроде, ему уехать надо.

Что ж, может, это и к лучшему. Прижучу этого червяка в его же офисе.

Девчонки радостные, требуют продолжения банкета. Отвожу их подальше от “Ривьеры”. Пусть отметят удавшуюся операцию, а у меня впереди еще одно важное дело.

— Коллега, приветствую, надо встретиться. Есть серьезный разговор, — звоню Рокотову.

— Коллега? — удивленно тянет. — Тебе до моего уровня еще ползти и ползти.

Игнорирую его подколку. Держусь изо всех сил. Сейчас для меня главное — вытянуть его на встречу.

— В кафе? — в голосе надменность. — Можешь подсесть ко мне во время обеда. Хотя там, куда я хожу, ты вряд ли себе что-то сможешь позволить.

Сколько ж в нем напыщенности. Конечно, он же думает, что меня обыграл.

— Давай лучше у тебя в кабинете. Есть кое-что, что тебя заинтересует.

— Хочешь посмотреть, как настоящие бизнесмены живут? Ну, хорошо, приезжай, я зависти не боюсь. Только я ж далековато от тебя — сейчас в столице.

— А я как раз по делам тут. Кидай адрес, скоро буду.

Приезжаю в офис. Он точное отражение Рокотова — все богатое надену сразу. Чтобы прям с порога было видно, что здесь работает ОЧЕНЬ богатый мужик.

— Кофе, как я понимаю, не предлагать? — Рокотов даже не встает с кресла.

— Я по делу, — включаю диктофон. На записи, которую сделала Ира, четко слышно, как он заставляет ее подделать документы.

Рокотов меняется в лице, надменность сменяется злостью.

— Что ты хочешь? — почти рычит. Стол отделяет его от меня. — Фирму отбил свою. Доволен? Только это не надолго.

— Фирма и так моя. Мне нужно другое.

— Аверин, лучше отвали от меня!

— Я предлагаю обмен… Вот эту запись, — включаю на моменте, где Рокотов предлагает Ире взятку, — на некие документы.

Молча сверлит меня взглядом.

— Акты проверки твоего склада. На Текстильщиков, от 15 октября 2011 года. Все акты.

— Тебе они зачем? Любовницу свою отмазываешь? Думаешь, она этого достойна? — сплевывает на свой сверкающий пол. — Ленка, неблагодарная тварь.

С минуту мы молчим. Он фыркает, закусывает щеку изнутри, презрительно меня оглядывает. Стою стеной. Всем своим видом показываю, что уходить не собираюсь.

— Ты ничего не докажешь? Думаешь, из-за такой ерунды засадишь меня?

— А у меня нет такой цели. Но нервы потреплю тебе знатно. На это записи хватит.

— Зачем тебе это, Марк?

Впервые за долгое время обращается ко мне по имени.

— Отпусти ее. Ты же все равно из нее все соки выжал. Пусть живет своей жизнью.

— В рыцаря решил поиграть?

— Андрей. Отпусти. — делаю упор на имени.

— Где гарантия, что ты не сделал копию? — кивает на руку, в которой я держу диктофон.

Раскрываю ладонь и показываю издалека.

— Видишь, это не флешка. Пленочная модель.

— Откопал же, — он говорит с интересом.

— В суде только такие действуют.

Рокотов медленно встает, идет к сейфу. Не свожу с него взгляда. Вдруг оружие или еще что-то, нужно быть готовым ко всему.

— Вот, — кидает на стол тонкую папку.

Аккуратно открываю ее — так и есть, три акта: два с нарушениями и один идеальный. Все выписаны на одну дату.

Папка, ради которой Лена была в кабале столько лет.

Выхожу из его офиса, не прощаясь. Папку с актами прячу в сумку, достаю оттуда пухляш, перевязанный веревкой. Документы, которые слила мне Лена.

Уверен, за эту кипу листов Рокотов отдал бы все свои сбережения. Но его деньги мне не нужны.

— Валер, обмен состоялся, — звоню своему приятелю. — Запускай процесс. Пусть парни работают.

Сажусь в машину, и наблюдаю, как к офису Рокотова подъезжает несколько автомобилей. Спустя четверть часа его выводят в наручниках.

Экономические преступления и сокрытие налогов — еще никому не удалось избежать за них наказания.

* * *

— Ба, папа приехал! — мне навстречу бежит Кристинка. Ловлю ее, крепко прижимаю к себе.

Она немного отстраняется, как будто не верит, что я рядом. Моя девочка, сколько я всего пропустил из-за своей дурости.

Смотрю в ее карие глаза, такие же темные, как у меня.

— Ты в гости или эту маленькую непоседу забираешь? — подходит теща. Внутренне немного сжимаюсь, но она настроена доброжелательно.

— Заберу, конечно. Я так соскучился, — снова прижимаю дочь, в этот раз еще крепче. — Пора нам уже возвращаться.

Сумки собраны, полный багажник деревенских гостинцев. Едем.

— А мы к нам домой или… к нам? — хитро улыбается.

— Что ты имеешь в виду? — кидаю взгляд в зеркало заднего вида.

— Ну, там где мы с мамой живем, или где все вместе? — говорит с заминкой. В такой маленькой головушке уже идет большой мыслительный процесс.

— Сначала к маме, а потом посмотрим.

Всю дорогу мы болтаем. Моя дочь такая умница, кажется, я только сейчас до конца начал осознавать, что значат слова “моя дочь”.

Поднимаю Кристину, она сначала звонит в домофон, потом в квартиру.

— Мама, — кидается на шею Оксане.

Завожу дочь. Не могу уйти. Ноги не слушаются.

Чувствую, что мое место здесь. Здесь мое сердце.

Оксана как-будто что-то хочет сказать, но не решается. А может, мне так только кажется?

Ах, да. У меня же есть еще что-то важное.

Достаю конверт из кармана куртки, который уже столько времени таскаю с собой. Тот самый, с результатами ДНК-теста, который заказывала мать.

Показываю Оксане, что он все еще запечатанный. Медленно рву на мелкие кусочки.

— У меня никогда не было ни капли сомнения. Мозгов, правда, тоже не было, — больно даже самому в этом признаваться, а проговорить вслух еще хуже.

— А теперь есть? — усмехается.

— Теперь есть.

Из комнаты выбегает Кристинка.

— Папочка, а ты больше не уйдешь? — с надеждой смотрит на меня.

— Если мама будет не против, я останусь.

— Я приготовила ужин, — Оксана неопределенно пожимает плечами.

Про ужин я понял еще как только зашли в квартиру. Вкусно пахнет мясом и свежими овощами. У меня есть еще несколько минут побыть с дочерью, потом, может, почитаю ей перед сном книжку...

— Но только на ужин! — строго добавляет жена, как будто читает мои мысли.

Хорошо, пускай пока будет только ужин.