Приворот. Грязное слово, от которого меня буквально замутило. Я прикрыла глаза, пытаясь унять бешеное сердцебиение и тремор рук. Меня всю трясло, и я не знала, каких эмоций в этом спектре ядерной смеси было больше всего.

Гнев.

Обида.

Боль.

Ярость, граничащая с ненавистью.

Всё это одолевало мой разум ежесекундно, не оставляя меня в покое.

Я уже сформировала свое мнение об изменнике-муже, предавшем нашу истинность, клятвы в храме и заветы предков. Предыдущая боль была припорошена налетом действительности и моей новой жизнью, а теперь новая информация всколыхнула мои похороненные чувства и ковырнула эту боль, от которой разрывалось мое сердце.

Приворот. То, чего я никак не ожидала. Даже мысли не возникло. Ведь всем известно, что драконов нельзя приворожить. А уж разлучить магией или травами истинных не по своей воле – то, о чем не ходили даже сплетни. Это априори считалось невозможным.

Я знала, что людские девушки частенько пользовались услугами ведьм, чтобы приворожить любимого, но зачастую их избранниками почти всегда были мужчины людской расы.

В Империи приворотная магия считалась противозаконной, и поблажек не делали даже дворянкам и дворянинам, так что Аиша серьезно рисковала, пойдя на такой шаг.

– О чем ты говоришь, Арден? Какой приворот? – заверещала младшая сестра, пытаясь обелить свое имя. – И ты что, обвиняешь меня сейчас при посторонних в неверности? Ты был моим первым мужчиной! Обещал жениться на мне! Неужели моя мама была права, и ты выбрал себе другую леди из родовитой семьи? Поэтому обвиняешь меня в подобной гнусности? Хочешь так избавиться от меня?

Аиша всхлипнула, пытаясь вызвать жалость, но в допросной не было никого, кто мог бы повестись на ее игру.

– Я подарила тебе самое дорогое, что может быть у женщины, Арден. Свою честь. А ты растоптал ее, унизил при всех. При Дарине, – она кинула на меня злой обиженный взгляд, словно это я во всем виновата. – Неужели это она наплела тебе про меня что-то? Оболгала меня, что видела с кем-то? Так ты не верь, любимый, Дарина всегда завидовала мне и недолюбливала. Она сделает всё, чтобы нас разлучить.

Я сморщилась, слушая ее голос, который мне вдруг опротивел, и жалела, что не могу покинуть допросную, пока не закончится ментальная проверка.

– А ты чего молчишь? – закричала у меня над ухом Аиша, и мне пришлось открыть глаза, хотя смотреть на нее было неприятно.

– А от меня тебе что надо? – флегматично спросила я, стараясь сохранять спокойствие. Не хотелось затягивать процесс дольше, мне нужно было возвращаться в университет.

– Скажи Ардену!

– Сказать что? – вздернула я бровь. – Ты в своем уме, Аиша? Меня не приплетай, ясно? Ты обвинила меня в воровстве своих сережек, спала за моей спиной с моим мужем, а теперь хочешь, чтобы я защищала тебе перед ним? Убеждала его, что ты беременна от него?

Я кивнула на ее округлый живот, при взгляде на который у меня всё внутри болезненно сжималось, но я старалась этого не показывать.

Слова Ардена вдруг впились в мое сознание, мешая мне думать о чем-либо другом. Может ли быть такое, что ребенок Аиши – от другого мужчины?

Мысленно дала себе несколько оплеух. Это неважно. Как ни крути, а он мне изменил. И пусть это всё было следствием приворота, если Арден говорил сейчас правду, это никак не умаляло его жестокости по отношению ко мне и моему ребенку. Он показал свое истинное лицо, и я не поменяю свое мнение относительно его натуры.

– Арден, – простонала Аиша и протянула к нему руку, вот только он ее не взял в ответ. Взгляд его был полон презрения. Затем он глянул на меня, и я чуть не отшатнулась, опрокидывая стул. На меня он смотрел с не меньшей злобой.

– Как только ребенок родится, мы проверим родство, Аиша. И если он окажется не мой, я выдвину против тебя обвинения в использовании запрещенной магии. За приворот в нашей Империи тебя сошлют на каторгу.

– Что? – Аиша побледнела. – Но был же штраф предусмотрен.

– Сегодня на Совете я выдвину предложение о каторге. Первый зарегистрированный случай действия приворота на дракона – весомый прецедент, чтобы Совет проголосовал за принятие поправки в закон.

В этот момент дверь допросной снова открылась, и внутрь вошел господин Вортис с кипой бумаг.

Воцарилась тишина. Аиша сидела сама не своя, вся кровь отлила от ее лица, и, казалось, она вот-вот потеряет сознание. Ей дали стакан воды, а после заполнения протокола проверки, Вортис снова приступил к проверке.

– Вас зовут Аиша Аллирийская?

– Да.

– Кем вам приходится Дарина Севе… Дарина Аллирийская?

– Сестрой.

– Она украла ваши серьги?

– Да.

– Где вы их хранили, Аиша?

– В комоде, подальше от других драгоценностей.

– Почему?

– Они особенные, – зашептала Аиша, и голос у нее изменился.

– Нащупал, Маури? – спросил Вортис у менталиста, и тот кивнул.

Я же обратила внимание на то, что его глаза стали фиолетовыми, а сам он не моргая смотрел на Аишу.

– Продолжай, Вортис, я вижу комнату, где лежат серьги, – кивнул он Вортису, и в этот момент камни на обруче на голове Аиши стали по очереди светиться. Будто менталист подключился к ее мыслям и буквально видел всё то, о чем сейчас вспоминала Аиша. У меня аж мурашки пошли по коже, но я замерла, стараясь дышать как можно тише. Мне не давало покоя, чего она так вцепилась в эти серьги.

Аиша вдруг застыла, на ее лице ни единой эмоции, словно это восковая маска. Глаза остекленели, руки расслабились, и вся она растеклась на стуле, больше не выражая ни гнева, ни негодования. Кукла. Вот какое возникло ощущение.

– Когда вы видели серьги в последний раз, леди Аиша? На тумбе? – задал вопрос дознаватель Вортис.

– Да. Я сняла их, когда пошла в купальню, чтобы привести себя в порядок перед тем, как пойти к Ардену.

– А после?

– После пришла служанка и сказала, что Дарина родила мальчика.

Я вся сжалась после ее слов, но старалась не подавать виду. Воспоминания о том дне и без того преследовали меня по ночам в кошмарах, и я отчаянно хотела заткнуть уши руками, чтобы не слушать речь Аиши, но я была в комнате дознания и не могла себе этого позволить. На кону стояло мое будущее.

– Что вы сделали, выйдя из купальни? Снова надели серьги?

– Нет. Я быстро оделась и побежала к Ардену. Мне хотелось поскорее узнать новости, кто родился. Дракон или полукровка.

– Дальше? Когда вы обнаружили пропажу сережек?

До того, как господин Вортис задал этот вопрос, я сидела, затаив дыхание. Боялась, что он будет расспрашивать подробности и тем самым заставит меня вновь вспоминать тот унизительный и болезненный миг, когда я увидела Аишу в объятиях Ардена. Тот миг, когда у меня разбилось сердце и всё внутри ухнуло вниз. Во рту от этой сцены, пусть и мысленной, даже образовалась соленая неприятная горечь.

Дознавателю до этих подробностей не было никакого дела. Его интересовала лишь пропажа драгоценностей.

– Я пошла к себе в покои и на тумбочке этих сережек больше не обнаружила. А Аиша видела, что мы были с Арденом близки, и точно пошла в мои покои. У других не было повода. Только она так меня ненавидела.

– С чего вы взяли, что их взяла ваша сестра леди Дарина?

Аиша вдруг нахмурилась, словно начала приходить в себя, и даже сцепила зубы, переведя взгляд на меня. В них отражалась настоящая злость.

– Маури, – предупреждающим тоном произнес господин Вортис, намекая менталисту, чтобы усилил свои способности.

– Слишком сильные эмоции ненависти, Вортис. Секунду.

Прошло немного времени, и лицо Аиши снова расслабилось.

– Продолжай, – кивнул менталист дознавателю, и тот облегченно вздохнул.

– Отвечайте на вопрос, леди Аиша. По какой причине вы решили, что вор – леди Дарина?

Воцарилась недолгая тишина. Все мы затаили дыхание. И даже Арден неожиданно прекратил сверлить меня своим нечитаемым хищным взглядом и посмотрел на Аишу.

– Потому что она должна была хотеть вернуть Ардена. А без сережек это сделать невозможно.

– Что вы имеете ввиду? – нахмурился Вортис и переглянулся с Маури.

Даже я не совсем поняла, что за бред несла Аиша. Сколько бы ни думала над ее словами, вертела так и сяк, но причины ее наговора обретали пугающую ясность. Она, действительно, верила в то, что я украла эти сережки. Не оболгала меня, а так и считала.

– Что имею в виду? – переспросила она механическим тоном и наклонила голову набок, будто что-то вспоминая. – Что она хочет забрать у меня всё самое лучшее. Наверняка следила за мной и знала, что вся сила в сережках. Я была такой дурой, что сняла их. Не надо было.

– В чем же сила этих сережек? – вкрадчиво спросил Вортис. Он нащупал ниточку и планомерно раскручивал по ней целый клубок.

– В них таится древняя магия. Они дарят ее обладательнице любовь.

– Любовь? – прищурился он.

Арден громко и ядовито хмыкнул, презрительно скалясь и стискивая челюсти до хруста. Он будто всё понял, и по желвакам на его скулах было ясно, что он едва сдерживается, чтобы не ударить Аишу. Никогда не видела, чтобы он бил женщин. Впрочем, раньше я никогда не думала, что истинные пары могут изменять, пусть даже и из-за приворота.

– Я хотела Ардена, очень сильно хотела. А сережки делали мой аромат самым привлекательным для него. Подстраивались под желания его дракона. Даже несмотря на то, что у него была истинная пара. Моя сестра по отцу Дарина. Это ведь несправедливо! – прорычала она в конце, и ее лицо сделалось страшным, будто по нему проходила судорога. – Почему он достался именно ей? Она всего лишь дочь какой-то подавальщицы! Черни, которая и мизинца моей матери не стоит! Почему боги одарили парой именно ее? Почему это не мог быть какой-то слуга или конюх? Почему именно родственник императора и чистокровный дракон?!

С ней случилась настоящая истерика, и Маури быстро снял с нее обруч, сам всё это время морщась, будто у него болела голова.

– Дальше не сможем продолжать, Вортис. Негатив слишком силен.

– Для предъявления обвинения в применении запрещенных артефактов этого достаточно.

На лице дознавателя расплылась зловещая улыбка. Аишу они теперь точно не отпустят. А затем его взгляд скользнул ко мне. И мне не понравилось то, как он на меня смотрел. С подозрением. Но я всё равно не могла не задать интересующий меня вопрос.

– Теперь вы знаете, что обвинения Аиши основаны лишь на ее подозрениях. Я могу идти? – вздернула я бровь, но моя бравада была напускной. Мне было страшно глубоко в душе, а грудь аж сводило спазмом от этого страха.

– Отнюдь. Теперь дело принимает серьезные оборот. Будь это обычные серьги, мы бы закрыли дело, но это запрещенный артефакт, который появился у вашей сестры неизвестно откуда. Это мы еще выясним, но сначала убедимся, не вы ли своровали эти серьги.

Я видела, что без дознания меня точно теперь не отпустят, и прикусила губу, покрываясь липким потом. Запрещенные артефакты по привороту в отношении драконов – серьезное преступление, и даже законником быть не надо, чтобы это понимать.

Глупая, глупая Аиша. В иной ситуации я бы испытывала к ней жалость, но прямо сейчас чувствовала себя побитой собакой. Словно меня не просто предали, но и обманули. И ощущение это было донельзя мерзким.

Несмотря на мои страхи, когда на меня надели обруч, никакой боли не было. Может, потому что я не сопротивлялась, а может, потому что менталист был профессионалом своего дела и работал тонко, а не топорно. Вскоре я ответила на все вопросы, удивляясь тому, что в голове против воли возникали образы и комнаты, которые я видела в тот момент, когда у меня спрашивали про то или иное событие в тот день. Так вот как работает менталист. Проходит весь мой путь вместе со мной, а обруч транслирует ему сцены, которые я видела.

Вскоре меня отпустили, а господин Вортис не смог скрыть разочарования, что я ни причем и ничего не воровала. Отчасти я его понимала, ведь теперь у него висит нераскрытое преступление. И не обычная кража, а государственного уровня, угрожающая благу Империи.

Аишу вывели из коматоза сразу после моего допроса, и надели на нее наручники, отводя обратно в камеру. Сколько бы она не кричала и не брыкалась, больше на ее выкрутасы не обращали внимания. Теперь ею займутся серьезно, даже сомневаюсь, что кто-то будет смотреть на мое заявление за попытку похищения моего сына. Она отныне обвиняемая в более серьезном преступлении.

Когда я вышла из сыскного участка, за мной следом вышел и Арден. Я быстро спустилась вниз по крыльцу и устремилась в Академию, надеясь, что он не пойдет следом, вот только удача сегодня повернулась ко мне пятой точкой.

– Яблоко от яблони недалеко падает, правильно говорят. И вы с Аишей тому доказательство. В вас обоих течет гнилая кровь.