46

Глядя на покрасневшие скулы Нарра, я вдруг тоже вспыхнула. Та сцена отчётливо встала перед глазами: жадный мужской взгляд, скользящий по телу, моё смущение и какой-то непонятный восторг – на меня никогда так не смотрели мужчины.

Даже Костя в самый разгар наших отношений, когда чувства должны кипеть, как масло в котле для грешников, смотрел в мою сторону… прохладнее. А Нарр… У меня в тот раз реально бабочки в животе запорхали. А ниже живота стало влажно и томительно…

Чтобы скрыть запылавшие щёки, я вскочила со стула. Повернулась к Нарру задом, к двери передом и пискляво затараторила:

— Ну, раз мы во всём разобрались, снимай защиту, и я побегу на урок танцев.

— У тебя урок этикета. Танцы сегодня уже были, — прозвучало хрипло за спиной, совсем близко. Дыхание, горячее и потяжелевшее, коснулось шеи, вызывая томление и щекотные мурашки по всему телу. Да что со мной такое?! Я на мужчин после Костиного поступка даже смотреть не хочу, тем более не собираюсь мурашками покрываться!

— Точно! Совсем запуталась с этими занятиями. Но всё равно спешить надо: этикет – это ужас как важно! Все эти вилки, ложки, салфетки... Как жить, не разбираясь в них?! А книксены?! Всегда думала, что это такие гномики, которые прячутся под столом и подсказывают, какой вилкой есть салат. Оказалось, нет. Приходится само́й разбираться. Ужас! — еще старательней зачастила я всякую ерунду. Схватилась за дверную ручку и начала дёргать, хотя прекрасно видела, что Нарр ещё не убрал защиту.

— Аполлинария, подожди… Скажи, давно у тебя проснулся такой сильный аппетит? Он ведь не всегда таким был? — голос Нарра опять оказался совсем близко. Да что же он ко мне липнет? Я ведь так от мурашек никогда не избавлюсь, буду ходить и поёживаться…

— Не всегда. Как тебя встретила, так и ем без остановки, — ответила на его вопрос совершенно честно: в своём мире я отродясь такими приступами неконтролируемого голода не страдала. А как очутилась в этом иномирном пансионе, так сразу попала в руки подозрительного «господина дракона» и всё время хочу есть. Может, это он так странно на меня влияет?

— Удивительно… — озадаченно заметил Нарр.

— Согласна! Крайне, весьма, чрезвычайно удивительно! Открывай! — заверещала я, потому что блондинистый дознаватель ещё ближе придвинулся ко мне. Буквально грудью моих лопаток коснулся!

— Конечно. — Из-за плеча к двери протянулась мужская рука, щёлкнула пальцами, и голубая подсветка вокруг косяка медленно растаяла. Едва свечение погасло, я распахнула дверь и выскочила из комнаты.

— Ну всё, пока! — попрощалась. Уже сделала шажочек прочь, как вспомнила одну вещь и притормозила. Гглядя Нарру в район сердечной чакры, потому что смотреть в лицо не могла, спросила:

— Нарр, ответь. Только честно… Королева Лукрелия – твоя мать?