Сектор отбыл в столицу буквально сразу. Без вопросов, без споров, без выяснения что, куда, зачем. Просто выслушал меня, кивнул, взял деньги, собрал рюкзак и ушёл. Потрясающая исполнительность на грани слепой веры. Будь я на его месте, я бы себя вообще слушать не стал.

И теперь меня мучил один вопрос. А он точно все запомнил? Ладно, если хотя бы до столицы доберется, уже неплохо будет. Если это окажется столица Королевства, то вообще замечательно.

Оставалось решить, что делать с Нилой.

— Я иду с тобой, — категорично заявила девушка.

— Разбежалась.

— Я не собираюсь сидеть, пока вы с Сектором пашете ради меня и рискуете жизнями.

— Этого я и не предлагаю. Но на полуостров ты тоже не пойдёшь.

— Я нормально себя чувствую. Я могу сражаться.

— Нет, не можешь. Дай сканирующий импульс, самый слабый из возможных.

Она сделала, как я сказал. Буквально на мгновение будто задумалась, после чего просияла, довольная собой.

— Парочка за стенкой занимается сексом, с той стороны мужик дрыхнет, под нами пусто, в коридоре один человек куда-то идёт.

— Хорошо. Твоя неделя спокойной жизни только что сократилась на несколько часов.

— Что? Ты это своим красным глазом увидел?

— Вроде того. Если ты будешь использовать эйб, божественные скрепы долго не протянут. А ещё сотни золота у меня пока нет. И на стене без эйба от тебя толку будет мало. Я видел нежить, мертвяки куда сильнее тебя.

— И что тогда? — Нила злилась. Злилась от бессилия, это было очевидно. Злилась на себя. — Предлагаешь мне сидеть в этом роскошном номере и просто ждать?

— Ты же шпион? В Дельта-Четыре тебя готовили под это? Разведка, шпионаж.

— И ликвидация неугодных. Быстрая и точечная.

— Последнее пока не нужно, а вот разведка мне пригодится. Я хочу понять, что происходит в Алеппо, форте, на стене и за стеной. Я слышал, что город буквально бедствует, а у священника пузо больше моей самооценки. А это надо очень постараться так сделать. Ещё слышал, что мертвяки активизировались в последнее время. Возможно, этому есть причина.

— Есть какие-то конкретные предложения? Или ты просто решил загрузить меня бесполезной работой, лишь бы я у тебя над душой не стояла?

— И это тоже, — не стал отрицать я. — Покопайся в архивах, собери слухи, разговоры. Особенно интересно, что говорят вернувшиеся отряды. Мне нужно понять расклад сил в городе. Как тут вообще живут.

— Зачем?

— Так получилось, что нам придётся здесь задержаться. А у меня ещё ни разу не получилось где-то задержаться, чтобы ничего нигде не взорвалось. А тут армия нежити под боком и бедный город, где у стражи экипировка уровня нашей свалки. Тут сам Логос как будто намекает, что скоро полыхнет. И тогда я предпочту быть готовым.

— Поняла, — кивнула Нила. — Не верю ни одному твоему слову, но сделаю.

— Я сам очень надеюсь, что ошибаюсь.

Номер был оплачен на десять дней, остатки монет я отдал Ниле, а сам без гроша в кармане решил отправиться в сторону форта. Пока есть свободное время, надо осмотреться и понять, что тут происходит.

В кои-то веки меня никто не пытается убить, никто не угрожает меня убить, никто не заставляет меня лезть в очередную задницу, где меня наверняка убьют. И что, я могу расслабить булки и выдохнуть? Нет, я сам, по собственной воле, лезу в пекло. Кажется, это уже диагноз.

До стены на этот раз добирался как положено, по дороге, если это можно было назвать дорогой. По пути встретил небольшой обоз, который вёз припасы стражникам, и меня согласились подбросить, так что путь занял всего пару часов.

Форт я узнал сразу. Он был отчётливо виден на фоне каменной стены. Это был целый городок из металла и… бетона? Впервые вижу в Логосе бетон. Ну да, либо он, либо ещё какая-то застывшая смесь наподобие.

Форт примыкал вплотную к стене, судя по виду, он выполнял функции базы для наёмников и стражи. С виду пара тысяч человек там точно может быть свободно размещена.

Внутрь меня впустили всё по той же табличке, которую выдали ещё в мэрии. Сразу объяснили, куда идти, если нужна работа на стене или за стеной. Патрулирование меня мало волновало. Платили неплохо, но для моих целей явно не хватит. И даже если получится отбить нашествие мертвяков, весь эйб идёт в казну форта, то есть города. А бойцам лишь накидывают копейку сверху.

То есть это хороший и относительно безопасный вариант подзаработать, но если я хочу добиться чего-то серьёзного, то придётся лезть вглубь полуострова.

Заскочил в местный трактир, немного поболтал с работягами, разведал обстановку, присмотрелся к парням. Отряда блондинчика тут уже не было. Заходил, но ребята лишь пополнили запасы провизии и сразу ушли в рейд.

Заглянул к коменданту форта. Его самого не застал, но мне показали более-менее подробную карту перешейка. Там были отмечены наиболее популярные места для лагерных стоянок, точки обзора, линии патрулей и популярные маршруты среди рейдеров. Так обычно называли ловцов удачи, которые ходили за стену охотиться на мертвяков.

Четверг моментально всё скопировал и построил несколько вариантов движения. Получалось, что местные довольно успешно исследовали перешеек длиной порядка тридцати километров. Особо отчаянные даже заходили вглубь полуострова.

И либо возвращались с жирной добычей, либо не возвращались вовсе. Изведанная территория была как раз до самой узкой кромки, отделявшей полуостров от материковой части. От стены до неё порядка десяти километров. Почему стену не возвели там?

— Самый умный? Ну поди, возведи, хрен ли ты тут-то рылом торгуешь? — вот такой ответ я получил на свой вопрос.

Исчерпывающе, я считаю.

Мой особняк появился практически у самого бутылочного горлышка, чуть в стороне. Ещё не полуостров, но рядом. Эти места были обозначены на карте как малоинтересные. Мало нежити, мало добычи, в стороне от основных маршрутов.

Для старта у меня было две задачи. Найти способ эффективно бороться с нежитью и посмотреть, как это делают другие. Параллельно просто побольше узнать о мертвяках.

Стандартная тактика: не высовываемся, собираем информацию, анализируем. Безотказно работало до этого, сработает и сейчас.

Для этого я решил напроситься в какой-нибудь небольшой отряд. И такой нашёлся довольно быстро. В форте сейчас было всего три группы, готовых с утра выдвигаться за стену. Одна выглядела довольно внушительно, но была довольно консервативной и лишних не брала. Другая частично состояла из служащих церкви Апола, и с ними уже я сам не очень хотел связываться.

Третья походила на шайку дебилов, которые сами не понимали, где находятся и что им делать. Пять слабаков, по силе болтающихся около первой ступени. По снаряге явно выгребли последнее из кошельков своих бабушек и решили пойти ва-банк. Зато энтузиазма хоть отбавляй. Это мои ребята.

На ночь глядя никто идти никуда не собирался, выдвигаться будем рано утром. А так как денег у меня даже на чулан не хватит, я решил провести ночь на стене, заодно оценить обстановку.

На стену меня пустили без проблем, всё той же таблички хватило, чтобы никто не задавал вопросов. А там просто добрел до ближайшей башни и забрался на самый верх. Как я выяснил, стену охраняли неоднородно. Вокруг форта, на центральном участке, патрули были регулярными. Дальше посты на огромном удалении друг от друга, потому что протяжённость большая, а мертвяки если и прут, то в основном в центр.

Нежить довольно легко может залезть и перебраться через стену, так что частенько бывают случаи, что и проморгают парочку дохляков, с которыми разбираться приходилось уже городской страже. Но крупные скопления обычно замечают заранее и встречают организованно.

Я же сместился чуть в сторону от основных патрулей, занял крышу одной из дозорных вышек, да тут и устроился. Несмотря на промозглый ветер, плащ надёжно укрывал от непогоды, а теплая аура нивелировала любые недостатки. Подушку бы помягче, но и рюкзак сойдёт.

За ночь я просыпался лишь дважды, когда на стене трубили тревогу. Но оба раза драка происходила слишком далеко, а заканчивалась слишком быстро. До меня доносились лишь звуки рога да золотистые вспышки во тьме. Похоже, ничего серьёзного.

В мой новый отряд входила пятёрка бойцов, чьи имена вылетели из головы раньше, чем были произнесены. Про себя я называл их Танк, Щегол, Док, Шут и Пацан с посохом. Танк был здоровенным рыцарем, экипированным во внушительные доспехи, имел ростовой щит и молот.

Жаль только, что это всё было очень слабенькими артефактами и даже не из лавки Апола. Напрасная трата железа, как по мне.

Щегол был командиром отряда. Дуал ядро-тело, вроде бы и паренёк приятный, но вот вообще не затыкается.

Док был у них за целителя, как очевидно. Шут был… Не знаю кем, но явно мечтал стать стендапером, а не вот это вот всё. Повезло, потому что шутки у него плоские и несмешные, зато самомнения хоть отбавляй. Четверга чем-то напоминает. Сразу мне не понравился, но приходилось терпеть.

Пацан с посохом — это молодой парнишка, видимо маг отряда. Вот уж кто точно хотел оказаться где угодно, лишь бы не тут. На испуганном лице всё написано.

Шли максимально бюджетно. Из необходимых артефактов лавки Алеппо — в наличии пара сундуков для нежити, амулет, защищающий от ауры нежити, пара склянок со священным маслом. У меня в рюкзаке был похожий набор. Склянка с маслом, амулет и щит. Только я это взял для Четверга и использовать в бою не планировал.

Меня взяли в отряд потому что «вместе веселее». Хотя тут бы скорее подошло «вместе не так ссыкотно». Парни явно пошли за стену не от хорошей жизни и уж точно не потому, что у них был богатый выбор. Впрочем, я решил им в души не лезть.

— Какой план? — спросил я, когда мы встретились утром возле монструозных ворот.

— Идём до самой Глотки, вычищаем всё до последней косточки, возвращаемся богатыми и знаменитыми, — начал загибать пальцы Шут. — Ждём, когда скальды сложат о нас баллады, после чего все бабы Алеппо выстраиваются в очередь, чтобы сделать нам…

— Идём через холм, набиваем сундуки и к вечеру назад, — прервал Шута Щегол.

— В идеале тем же составом, — поддакнул Танк.

— Но это в идеале, — хмыкнул Шут.

— Еп твою ма-а-ать… — простонал Пацан с посохом.

— Как я тут оказался? — простонал Четверг.

— Зато не скучно, — мысленно подвел итог я.

К обеду забрались на Живой Холм — место, где чаще всего устраивали привал. Тут был небольшой укреплённый лагерь, несколько домиков, кострище и невысокий деревянный забор с кольями и рвом. Ров без крокодила. Никакого уважения к канону.

Мертвяки тут редко появлялись, потому что отсюда шли отряды, а потому всё вокруг быстро зачищалось. Нежить, как я понял, была бродячей. Ходила поодиночке или малыми отрядами, хаотично, но плюс-минус шла с полуострова в сторону стены.

Иногда сбивалась в группы, тогда приходилось объединяться и устраивать облавы. Ещё реже появлялась бродячая орда. Тогда рейды отменялись полностью, в городе бросали клич, и все свободные наёмники подтягивались к форту. Орду всегда встречали на стене, но даже так без потерь не обходилось.

— Вон там Последняя Гряда, — указал пальцем Танк, когда мы стояли на помосте у частокола. Отсюда открывался хороший вид. — За нею начинается Бутылочное Горлышко перешейка и прямая дорога в Глотку. Туда ходят только топовые отряды.

— Ты был там?

— Нет, у меня до кризиса среднего возраста ещё лет десять. И даже тогда я сначала коня себе куплю.

— Но там же добычи больше, я слышал.

— Добычи больше. Рисков сдохнуть тоже. Сразу за грядой — руины какого-то города. Мертвяков туда тянет, словно мёдом намазано. Вот туда обычно и ходят охотиться.

— Я слышал, — к нам подошёл Щегол, — что вчера туда отряд Селезня отправился. Так что ближайшую неделю в руинах ловить нечего.

— Какой-то сильный отряд?

— Да, местная легенда. Живут в Алеппо, раз в месяц ходят в руины, возвращаются, месяц выжирают все запасы алкоголя в городе, потом снова идут в руины.

— Я слышал, вчера кто-то Селезню зад надрал на дуэли, — вставил Танк.

— Кто?

— Не знаю. Говорят, какой-то столичный рыцарь. Громадина в доспехах из метеоритного железа. И топор у него здоровенный.

— А я слышал, — вмешался Шут, — что это был бродячий мастер боевых искусств из Шангри. И он дрался без оружия и брони.

— И как же он тогда дрался, умник?

— Силой Ци. Он спирит-менталист, познавший суть Логоса. Его мысли становятся материей.

— Всё было не так, — вмешался молчаливый Док. — Это был изгнанный лорд-командующий Башни, он тут инкогнито. И бился он с помощью древнего забытого искусства.

Пошли лютые споры о том, кто и как надрал задницу некоему Селезню. Причём спорили с пеной у рта и чуть ли не до драки. Впрочем, это уже третий такой спор за утро. В первый раз решали, кто тащит повозку с сундуками и припасами. Второй раз — по поводу того, кто будет тащить повозку на обратном пути. Пока так и не решили, так что спор явно не последний.

Перекусив и отдохнув, выяснили маршруты, по которым недавно уходили отряды. На привале как раз отдыхали ещё десять человек, которые возвращались из рейдов. Узнали, что западнее видели трёх бродячих, чему Щегол несказанно обрадовался.

Я же заметил, что остальные смотрели на мой отряд, мягко говоря, с жалостью. Три бродячих — это та цель, ради которой никто тут даже жопу не оторвёт от земли. Наши же чуть ли не вприпрыжку побежали в указанном направлении.

Честно, я боялся, что мы потратим время впустую, так как выдвинулись мы в сторону особняка, где я недавно упокоил как раз троицу нежити. Но нет, повезло — это оказались новые мертвяки и гораздо ближе, чем я думал.

Брели они медленно в сторону стены. Я отметил, что двигается троица веером, держа дистанцию в сотню метров друг от друга. Словно сеть раскинули. Я уже понял, что если нас заметит один, то пойдёт цепная реакция и все трое бросятся в атаку.

Это была точно такая же нежить, как та, которую я встречал. Около первой ступени, синий желеобразный эйб. Только эти трое рыцарей были совсем древними — одни костяки остались. А доспехи настолько развалились, что уже даже непонятно, как выглядели изначально.

Мы остановились у них на пути на небольшой возвышенности. Оценив скорость, понял, что мы окажемся в зоне ауры примерно через тридцать минут.

— Так, Пострел, давай, берись за дело, — скомандовал Щегол. — Остальным приготовиться. Рейн, ты прикрываешь Пострела. Вперёд не лезем.

Парень с посохом, которого глава называл Пострелом, начал дрожать всем телом, но всё же вышел вперёд. Я решил пройтись с ним и посмотреть.

Пацан достал из кармана здоровый кусок мела и принялся чертить им линии прямо на траве. Мел был артефактным, так что линии оставались висеть прямо в пространстве. Парня трясло от страха, так что руки дрожали. От этого ему приходилось несколько раз стирать и рисовать некоторые участки.

— Первый раз за стеной? — спросил я.

— Ага. А ты?

— Второй. Не парься, я уже сталкивался с такими. Они сильные, но крайне медлительные, ты от них всегда сможешь просто убежать.

— Они будут гнать меня до самой стены. Не факт, что мне хватит сил добежать.

— Да и не придётся. Этих троих я и сам могу покрошить, — я пытался приободрить парня, но понял, что мой вид совершенно не впечатляет его. — Ну ноги на крайняк подрезать, а ползуны уже совсем не опасны. А ты что делаешь?

— Руническая ловушка, — голос паренька перестал дрожать. — Удержит их на месте, тогда получится покромсать уродов.

— Молодец. Получается, ты в отряде просто незаменим. Понятно, почему о тебе так заботятся.

Банальная лесть и внушение помогли. Паренёк успокоился, а магические линии стали гораздо ровнее. Я же просто смотрел и запоминал. Тот же принцип, что и при создании свитков. Только запитывается эйбом напрямую, без погружения.

Парень был спиритом ядра, так что с помощью посоха смог насытить печать энергией. Когда всё было готово, в круг встал Танк.

Шут вооружился мачете, Щегол достал алебарду, я высвободил тесак. Поймал на себе скептические взгляды отряда. Никто не верил, что я смогу показать хоть что-то стоящее с таким сложным и громоздким оружием.

Мертвяки пришли как по расписанию. В отличие от виденных ранее, эти были без оружия, зато конечности оказались деформированы. Пальцы увеличились в размерах и стали похожи на костяные серпы.

Нежить молча побежала на нас, в последний момент Танк ударил щитом о землю. От него во все стороны разошлась незримая волна энергии, и нежить моментально сфокусировалась на нём. Какой-то навык на привлечение внимания? Интересно, он только на нежить действует?

Тем не менее это сработало идеально. Нежить не отличалась интеллектом, так что ломанулась прямиком в расставленную ловушку. Ещё на подходе нас накрыло могильной аурой. Тогда Щегол достал божественный амулет, и отряд накрыло золотистым куполом. Моментально стало тепло, даже жарко.

— Божественная хренобора полностью нейтрализует ауру нежити, — недовольно проворчал Четверг.

Его раздражение можно было понять. Мы так и не смогли добиться похожего эффекта, только снизили интенсивность воздействия, но не более.

Нежить влетела в печать, Танк тут же отскочил за её пределы. Вспыхнули руны, и дохляки словно напоролись на невидимую стену. Однако же самый шустрый успел нанести удар. Щит здоровяка разлетелся на куски, словно был сделан из фольги, а самого рыцаря отбросило назад на несколько метров. Впрочем, он был цел, а это главное.

— Держи печать! — рявкнул Щегол.

Сам он при этом достал склянку с золотистой жижей, плеснул из неё на лезвие алебарды и пошёл прямо на мертвяков.

Я видел, как нежить пытается проломить барьер. При этом они начали издавать жуткие низкие звуки, похожие на вой, хотя физически не могли этого сделать. От этих потусторонних голосов даже у меня засосало под ложечкой.

Я глянул на парня — он вообще лицом начал косплеить тот мел, которым рисовал печать. Энергетическим зрением я видел, что посох является чем-то вроде эйб-манипулятора, позволяющего направлять энергию из ядра вовне.

Таким образом парень подпитывал печать, но этого явно не хватало. Одного, может быть двух мертвяков он бы сдержал, но три дохляка ломали оборону слишком быстро.

Щегол тем временем сократил расстояние и нанёс рубящий удар. В обратную сторону ловушка легко пропускала оружие. Один мертвяк лишился конечности, и тут я увидел нечто странное. Золотистый эйб вступил в реакцию с голубым, и цвета начали смешиваться. В обычном зрении это выглядело весьма просто. Отрубленная конечность вела себя, как и положено отрубленной конечности. Просто валялась.

То есть она не пыталась ползти к нам или срастись обратно с телом. Просто валялась на земле.

— Быстрее! — умоляюще заорал маг. — Не удержу.

Щегол молча продолжал наносить удары, кромсая нежить. Ему бы силёнок побольше или оружие получше, тогда дело пошло бы куда быстрее. Но я пока не вмешивался. Мне было интересно другое: каким именно образом божественный эйб влияет на некротический.

А Щегол действовал настолько неспешно, что у меня было полно времени всё разглядеть и запомнить.

И лишь когда барьер начал трещать по швам, я решил вмешаться. Нежить уже начала продавливать пелену, так что когтистые руки вовсю молотили воздух снаружи. Благо длина алебарды ещё позволяла держать безопасную дистанцию. Только вот Щегол вместо того, чтобы рубить саму нежить, стал пытаться отрубить руки, но лишь промахивался, тратя драгоценные секунды.

— Дай-ка, — я выхватил у парня посох.

Принцип действия я уже изучил и понял, так что просто направил посох в сторону печати и поддал жару. Моего ядра хватило, чтобы барьер не просто окреп, а вспыхнул от насыщенности так, что это стало видно и без энергетического зрения.

В следующий миг я понял, что допустил ошибку. От переизбытка энергии сама печать под ногами нежити чуть не выгорела. Но я вовремя ослабил поток энергии. Барьер продолжал гудеть, но сияние прекратилось.

При этом плотность стала такой, что все части нежити, которые те успели просунуть наружу, моментально отсекло.

Щегол тут же начал рубить конечности и черепа, поползшие по земле в нашу сторону. При этом сам он начал забавно прыгать, чтобы его самого не зацепило.

Я на это смотрел лишь с тихим ужасом, стараясь не закатывать глаза.

— Зато не скучно, — прокомментировал Четверг. — Сам же сказал.

И то верно. Через пять минут я вернул посох парню и ободряюще похлопал того по плечу. И так дрожащие колени пацана не выдержали моего дружелюбия и подогнулись.

Всё было кончено. Нежить валялась на земле, разваленная ровным слоем. Некротический эйб в костях застыл, словно бы вымазанный божественным. При этом конечности и прочие кости не подавали признаков нежизни.

— Принцип тот же, что и при лечении самки, — произнёс Четверг.

— Ага, словно бы в божественный гипс закатали. Это не оружие, это обычное сдерживание.

— Быстрее, — вытер пот Щегол. — Крошим и грузим в сундуки, пока не оттаяли.

Сказано — сделано. Все принялись бегать по полю и собирать куски нежити, быстро складывая всё в сундуки на телеге. Особо крупные костяки Шут и рыцарь банально рубили мачете и топором, как дрова. Я тоже принял участие, хотя в этом и не было особого смысла.

Когда дело было сделано, крышки захлопнулись, звякнули замки, и стало тихо. Щегол с облегчением деактивировал божественный амулет, а я понял, что некротической ауры больше нет. Сундуки каким-то образом экранировали её, хотя нежить внутри была ещё… Активна что ли? Слово «жива» звучит как-то неуместно.

— Фух, — выдохнул Шут, вытирая со лба несуществующий пот. — Славненько поработали.

— Ты вообще ничего не сделал, — сообщил Док.

— Ты тоже.

— Вот это как раз хорошо.

— Ребят, — окликнул их Пацан.

— А на кой ты тогда нужен, если и без тебя все справились?

— К тебе тот же вопрос. Не будь ты братом главного…

— Ребят! — крикнул Щегол.

— Ой, смотрите-ка, кто-то завидует? Думаешь, если ты…

— Нежить! — заорал во всю глотку Пацан с посохом.

Наконец все заткнулись и посмотрели в ту сторону. К нам уже двигалось сразу семь дохляков. И хоть расстояние было довольно большим, неслись они прямо на нас. Четыре скелета-рыцаря, два рыцаря-зомби с мечами и одна… дохлая собака?

— Сука, — выдохнул Щегол. — Гончая. Пиз…

— А ну-ка, подержи моё пиво, — произнёс я, всучив Щеглу свой рюкзак.

Отобрал у парня склянку, в которой оставалось примерно две трети божественной золотой мочи, и разом вылил её всю на тесак.

— Эй, Пострел. Есть боевые фокусы в арсенале?

— А? Я? Есть.

— Ну пошли тогда, чего встал? Теперь твоя очередь меня прикрывать.

— Эм… Рейн? — умоляющим голосом произнёс лидер нашего могучего отряда. — А нам что делать?

— Смотрите и запоминайте. Кто-то же должен рассказать скальдам, как всё было. Чтобы потом дамы знали к кому в очередь выстраиваться.