В дворцовых коридорах стражники, побросав оружие, бились в судорогах. На подбородках одних проступала кровь, другие обливались потом и дрожали.

Что здесь произошло?

Беспрепятственный бег по некогда пленящим меня залам вселял беспокойство, но я ни на шаг не отходила от Алека. Время от времени, когда земля содрогалась, мы оба спотыкались, упираясь в стену или цепляясь за гобелен. Вскоре сила отца после совершенного подвига, в ходе которого корабли были зажаты морским дном, пойдет на спад.

К этому времени мне хотелось бы оказаться как можно дальше от этого проклятого острова.

Алексий завернул за угол и вошел в арочную дверь. Мое сердце пропустило удар. Мира склонилась перед Сандером, прижав ладони к его животу. Кровь. Как много вытекло крови.

– Сандер! – Я бросилась к нему.

Услышав мой голос, он вздрогнул и сдвинулся с места. В животе торчал позолоченный нож.

– Все в порядке, – процедил он сквозь зубы.

– Ты не в порядке. – Ладонью я провела по его дрожащим бровям, смахнув темные волны с глаз.

– Спасите Джо… – Сандер прищурил глаза, делая мучительный вдох через нос.

– Где Джонас? – огрызнулся Алексий.

– Там. Он там. – Мира быстро махнула рукой в сторону арки, занавешенной черными атласными шторами.

Алексий прижал ладонь к потной щеке Сандера, безмолвно умоляя его остаться в живых, а затем побежал в указанном направлении.

Мира моргала сквозь выступившие слезы. Пальцы ее окрасились кровью от лезвия, которое долго впивалось в плоть Сандера. Извлечение его грозило быстрой смертью от кровопотери, но продолжать сохранять его еще дольше… время неумолимо утекало.

– Все получилось, – поспешно заговорила Мира. – Нападение на побережье заставило большинство эльфийских воинов устремиться к морю. Мы нашли дверь, о которой ты рассказывала, и проскользнули внутрь, не встретив на пути и двух стражников. Мне хватило сил, чтобы укрыть нас. Тени. Довольно просто, понимаешь? Нас бы никто не заметил. – Мира втянула в себя воздух, судорожно вздрагивая. – Но она… она двигалась настолько быстро. Словно призрак, и… и наши клинки исчезли. Будто они состояли лишь из одного тумана.

– Она? – Я бросила взгляд на задрапированный дверной проем. Скади. Пальцы крепко сомкнулись на рукоятке кинжала, мои жилы заполнили гнев и чувство предательства. Я поднялась, ничего не осознавая.

– Ливи. – Мира потянулась ко мне. – Прошу, не надо…

Не успела она закончить свою просьбу, как дверь, в которую мы с Алеком вошли, с грохотом распахнулась. Вбежал Тэйт, а за его спиной появился Тэвиш, дико оглядываясь вокруг. Несколько морских фейри и морских ведьм, но среди них выделялись черные глаза, на которых задержался мой взгляд.

Отец, с размазанной по лицу сурьмой, преодолел разделявшее нас расстояние в пять шагов. Он сжал мою руку, пытаясь немного успокоить, а затем опустился рядом с Сандером.

– Ничего страшного, мальчик мой, – прошептал он, и на его лице отразилась ухмылка из дюжины эмоций, от печали, боли до неприкрытого отчаяния.

Сандер слабо улыбнулся в ответ, обнажив кровавые зубы.

– Просто передай… скажи моей маж, что я погиб, спасая… спасая Джо от… от совершения… очередной глупости.

Даж, прижав голову Сандера к своей груди, поцеловал его в волосы.

– Тебя никто не отпустит в Иной мир. Твоего отца не раз и не два ранили ножом. В Доме Эрикссонов не принято умирать от ножевых ран.

Улыбка Сандера слабела, и он, закрыв глаза, вцепился в руку моего отца. При одном лишь взгляде на него на глаза навернулись горькие слезы. Хоть Сандер и не был моим родным братом, но он рос, играл, проводил зимы и лета в моем королевстве, равно как и я в его.

В этот момент мой даж был и его.

Рядом с Сандером на коленях расположились морские ведьмы, напевая сладкие, лирические мелодии, одновременно посыпая рану травами.

– Мы не ткачи костей, – прошептала одна из ведьм, прижимая ладонь к его сердцу. – Но мы поможем.

– Оставайтесь с ним, – сказала я.

– Ливия, – насторожился отец.

Но было поздно, поскольку я уже скользнула за занавеси.

В круглой комнате, освещенной железными светильниками и таловыми свечами, стоял дымный запах, а под ним витал настолько острый аромат благовоний из шалфея и гвоздики, что мои внутренности скрутились и чуть не выплеснулись наружу. Возле одной из стен стояла изящная кровать, застеленная атласными покрывалами. На ней спал мужчина, его серебристые волосы рассыпались по плечам, а широкая грудь безмятежно вздымалась.

Однако у подножия его кровати разгорелась настоящая битва.

– Скади! – воскликнула я, заметив, как девушка развернулась на пятках, целясь ножом в центр лица Джонаса.

Почерневшие глаза и раскрасневшаяся кожа явно говорили, что Джонаса охватил неистовый гнев. Он замахнулся мечом на Скади, но она, прикрыв голову ладонью, призвала струи темного тумана, окутавшие клинок Джонаса. Оружие вылетело из его рук и с грохотом упало в пяти шагах от него.

Скади попятилась. Мерцавший звездный свет в ее глазах потускнел, а дыхание сбилось. Джонас рванулся за клинком, проклиная ее, проклиная своего погибшего брата. Он полагал, что Сандера больше нет, и боль безвозвратной утраты отразилась в каждой черточке его лица.

Отбросив меч, Алексий продолжал приближаться к Скади, протягивая руки, несомненно, собираясь заманить в свои чары.

Каждый раз, стоило ему подойти слишком близко, она с шипением взмахивала рукой, погружая Алексия в темноту. Задыхающийся и стонущий от полученного удара кузен появился в нескольких шагах от нее, прямо как меч Джонаса.

Жадно глотая воздух, принцесса подобрала брошенный нож и пристегнула его к поясу. Девушка бросила испепеляющий взгляд на Джонаса, усталость которого стремительно сходила на нет.

– Скади, остановись!

Ее пустые, потерянные глаза нашли мои.

– Они не смогут его забрать.

– Кто? – Я обернулась к спящему мужчине. – Кто он?

– Все, что осталось.

В комнату вбежал взволнованный Тэйт с часами на ладони.

– Надвигается беда. Мы должны добраться до корабля.

– Только не без нее, – прорычал Джонас, делая шаг к Скади. – Ей придется заплатить.

– Ливия, – сказал Тэйт, широко раскрыв глаза. – Что-то случилось с Эриком.

Мое сердце упало.

Едва Тэйт снова посмотрел на часы, как глаза его вспыхнули ярким пламенем. Он, охваченный внезапной тревогой, заглянул мне через плечо и бросился на меня. И только тогда я почувствовала за спиной жар и заметила новый свет в комнате. Мокрый и окровавленный после боя на берегу, Арион, чьи ярко-рыжие волосы прилипли к грязному и потному лбу, вышел из огненного сияния.

Он окинул изумленным взглядом комнату, видимо, до конца не веря в наше присутствие здесь.

– Ты не посмеешь его тронуть! – Теперь разъяренная Скади кричала на Ариона, из нее вырвался первый настоящий всплеск эмоций, направленных на собрата-эльфа.

Арион скривил губы.

– С играми покончено. Наттхавэн мой, и ты покоришься и дашь мне то, что я хочу.

Он не сделал ни одного шага в сторону Алексия. Ни меня, ни Тэйта. Арион метнулся к кровати и спящему мужчине. Скади с каменным лицом отпрянула от надвигающегося клинка Джонаса. Она вскрикнула, упав на кровать, и разжала ладони, заставляя туман окутать мужчину и собираясь отгородить его с помощью своей хитроумной магии, но Арион приставил меч к его горлу.

Несомненно, он расправится с неизвестным эльфом, прежде чем Скади успеет собрать все силы своего тумана.

Однако сзади послышался гладкий, словно нежнейший крем, голос. Какой бы чарующей ни была мелодия, но она предвещала жестокость, а не мир. Под сапогами Ариона заскрипели и затрещали половицы. Он выругался, упав на колени, и щепки вонзились ему в голени и бедра.

На стенах по швам распоролись гобелены, нити которых, подобно сплетенным змеям, извивались и сомкнулись вокруг горла Ариона, сдавливая дыхание, пока он пытался освободиться.

Я обернулась и увидела в дверном проеме Нарзу, глаза которой пылали как восход солнца после затяжной бури, растрепанные волосы разметались по плечам. От каждого движения исходил странный ветер, напоминавший подводную атаку. Неимоверная сила сочилась из ее кожи, а в заклинаниях, поражавших Ариона, чувствовались накопившиеся гнев, боль и страх.

Затянувшиеся нити раскалили кожу на его лице до тошнотворного синего цвета. Глаза Ариона дико вращались. Понимая, что оказался на грани краха, он метнул яростный, полный ненависти взгляд на Скади. С его губ сорвалось простое слово. Моя.

Не успели змеиные гобелены покончить с ним, как Арион собрал весь свой оставшийся огненный свет.

Алексий, жаждавший крови не меньше, чем морская ведьма, вскрикнул, но даже Заклинателю крови не хватило бы времени, чтобы остановить Ариона, растворившегося в сиянии своей магии.

В изнеможении Скади застонала. Она потянулась за лежавшим на краю кровати ножом, но Джонас, отбросив оружие, ладонью обхватил ее голову сзади, вынуждая девушку истошно закричать. Джонас опустился на пол вместе с ней, пока она рыдала и боролась с кошмарами, которыми он забивал ей голову.

Нарза поспешила к нему, положив одну руку ему на плечо, а второй провела по лицу эльфийки, дожидаясь, когда Скади затихнет.

– Джонас. – Я поддерживала его за спину, пока он усаживался, тяжело дыша. – Сандер, он жив. Он с дажем. Иди к нему. Ты ему нужен.

Джонас моргнул один раз, потом второй, и глянцевая чернота в глазах сменилась яркой зеленью. С трудом поднявшись на ноги, он потащился к раненому близнецу. Нарза осторожно положила голову Скади на доски пола и взглянула на меня.

– Здесь царит темнота. Сила, значение которой нам неведомо.

– Что произошло с охранниками, почему они все в крови? – спросила я.

– Кровавые узы, – задыхаясь, ответила Нарза, вытирая пот со лба. – Глубокие и гноящиеся, такие, что лишают душу собственной воли. Они были связаны, чтобы исполнять приказы ведьмы.

Гибель Фион позволила им освободиться. Сердце мое заколотилось о ребра. Все это время народ Скади сражался с нами, не имея другого выбора. Я посмотрела на спящую девушку, догадываясь, что за ее мотивами таилось нечто большее.

– Мне нужно немедленно добраться до Эрика. – Я жестом указала на кровать и неподвижную фигуру Скади. – Мы заберем их туда, где Ларссон и Арион не смогут их достать. Но сейчас я должна попасть к Эрику.

Нарза кивнула.

– Маэлстром уже ждет тебя. Иди. Мы захватили остров. Иди и передай ему, что он заставил Королевство Вечности гордиться им.

Комок из самых разных эмоций застрял в горле, но я, проглотив их, выбежала из комнаты

– Ливия! – окликнул меня отец. Спавший и все еще дышавший с клинком в плоти Сандер находился в руках морских ведьм. Прижимая к себе голову брата, Джонас насмехался над его выражением лица, уверяя сквозь проступившие слезы, что тот все вечно преувеличивает.

Он выжил.

Мы остались живы.

Пока что.

– Я собираюсь найти своего короля, даж, – крикнула я.

– Подожди. – Отец схватил меня за руку.

Я вырвалась.

– Я не оставлю Эрика.

– Ливия. – Он попытался снова. – Знаю. Подожди меня, ведь я иду с тобой.

Благодарная улыбка медленно расплылась по лицу. Я ничего не сказала, лишь коротко кивнула и помчалась из дворца, слыша за спиной торопливые шаги отца.

Маэлстром и Тэвиш, как и было обещано, подготовили Теневое крыло к отплытию. Сирены, ведьмы и морские фейри все еще не покинули берег Наттхавэна, ухаживая за эльфийскими стражниками. Некоторые из них выглядели нездоровыми, все еще захлебываясь кровью и слюной, другие были связаны и беспомощны, отданные на милость народа Королевства Вечности.

– К королю, – громко приказала я Маэлстрому.

– Да. – Подмигнув, он взял в руки штурвал и направил острый нос под прилив.

Я закрыла глаза, готовясь окунуться в морскую прохладу. Расстояние было совсем небольшим, и, учитывая быстроходность кораблей Королевства Вечности, уже вскоре шквальный ветер хлестал меня по лицу, поскольку Теневое крыло прорвалось сквозь поверхность и всплыло рядом с кораблем Эрика.

В бурлившие воды падали канаты и абордажные крюки. Вздымавшиеся волны раскачивали судно Гэвина, отрывая его от корабля Ларссона. Взрывы и вспышки от огнестрельных стволов пробивали новые дыры в парусах, палубах и черных досках на судне Ларссона.

Отсюда хорошо было видно, как скрещиваются и звенят клинки, как тела набрасываются на тела, как множество воинов падают через борт в штормовые воды.

Эрик, где же ты?

– Лив. – Отец указал мне через плечо, моргая от попадавших брызг дождя и моря. – Там.

Морское дно раскололо поверхность Вечного моря. Подобно пальцам влюбленного, запутавшимся в темных локонах, оно образовало вокруг корабля Ларссона некую прочную клетку, где судно покачивалось из стороны в сторону. При очередном наклоне черные паруса сдвинулись настолько, что можно было увидеть квартердек.

– Эрик. – Его имя сорвалось с моих губ как вздох.

Моему взору открылось жестокое сражение между Эриком и Ларссоном, сопровождавшееся множеством свирепых выпадов, ударов и взмахов. Король Вечности уперся в борт, и Ларссон обрушил на него меч, но Эрику удалось откатиться в сторону. Я крикнула Маэлстрому, чтобы он приблизил нас к ним.

А после в бешеном порыве так крепко обхватила такелаж, что кожа на пальцах побледнела, и я пронеслась над клокочущими волнами, пока мои ноги не коснулись палубы эльфийского судна.