Первый курс Университета Саут-Харбор.

Несколько недель спустя…

MORS SOLUM INITIUM.

Смерть – это только начало.

Древние слова звучат у меня в голове на обоих языках. Входят в мозг, как топор в древесину, постепенно разрушая мою выдержку. Я знал, что этот день придет и что он не станет моим последним днем на земле.

Для кого-то более слабого – возможно.

Некто стягивает с моей головы капюшон, и я моргаю от яркого света. Глаза привыкают медленно, но инстинкты уже требуют действовать. Убивать.

Спорю на свое наследство, для этого лига убийц меня сюда и притащила.

Я быстро оглядываюсь, подмечая, кто еще здесь. Конкуренты. Парни, которые либо станут моими братьями по оружию, либо набросятся на меня.

Инициацию нам устроили в башне замка, наверное куда более древнего, чем сам Орден. В воздухе густо пахнет землей, камнем и страхом. От мерцающего на стене факела льется слабый свет, но в помещении все равно царит зловещий полумрак.

Холодный пол под ногами беспощадно высасывает из тела тепло, а позвякивающие при каждом движении кандалы на запястьях и лодыжках – терпение. Руки и ноги скованы, я чувствую себя пленником, и от этого в памяти всплывают былые травмы.

Мне легче кровь пролить, чем избавиться от выбирающихся из подсознания темных образов.

Окидываю взглядом двенадцать парней, вместе со мной угодивших в это странное место. Все они, как и я, отпрыски одной из десяти семей основателей. Все мы были рождены для этой цели.

Кроме одного.

Новичок хмурит брови, словно спрашивая: «Какого хрена?» И даже не пытается скрыть шока и ярости при виде кандалов. А должен бы! Нельзя позволять другим читать твои мысли, это дает им преимущество.

Скоро он научится… или умрет.

Посреди комнаты, скрестив руки на груди, стоит мужчина, у ног его высится гора скинутых худи. Впрочем, будь его воля, Марк Барнум с большим удовольствием смотрел бы на гору трупов. Я не встречал никого безжалостнее его, он на все готов, чтобы выжить.

Впрочем, я еще безжалостнее.

– Внимание, рекруты! – гремит Марк, и шепотки тут же стихают.

Чтобы все перенести и выжить, призываю на помощь все силы. Ментальные и физические. Что бы он ни приказал, мне это по плечу.

– Ублюдки, вам не выбраться отсюда, пока один из вас не умрет, – скалится Марк.

И башня мгновенно превращается в арену. Скоро прольется чья-то кровь. Только не моя.

Краем глаза наблюдаю за новичком. Он, звеня кандалами, ерошит белокурые волосы, и все на него оборачиваются. Бедный придурок, он только что поставил на себе мишень.

Остальных-то к этому готовили. Нас для того и растили. В других семьях детей отправляют в армию, а в наших – в Орден Обсидиана, чтобы сделать из нас элитных убийц. Это считается честью.

И отказаться от этого предложения нельзя.

– Чтобы было интереснее, я нашел вам стимул, – цедит Марк. Потом достает из заднего кармана джинсов три ножа и кладет их у своих ног. – Mors solum initium, подонки.

Стоит ему выйти и запереть за собой бронированную дверь, как все кидаются вперед в надежде завладеть оружием. Звон цепей заглушают вопли и брань.

Не отрывая глаз от потасовки на полу, я медленно поднимаюсь на ноги. По венам привычно струится адреналин, готовя меня к битве.

Мне, чтобы убивать, нож не нужен.

Раздается болезненный вскрик – это Эрик Гейдж ранит кого-то своим новообретенным оружием.

Райан Эмерсон, скорчившись от боли, зажимает руками живот, дорогая рубашка окрашивается красным. К запаху земли в воздухе теперь примешивается металлический аромат крови.

– Это все, на что ты способен, Эрик? – Райан сплевывает на землю. – Похоже, вместо тренировок только и делал, что удалбывался. У тебя и так-то мозгов не много было, а дурь отшибла последние.

– Я покажу тебе, кому тут мозги отшибло. – Эрик усмехается, но глаза его гневно сверкают. – А после займусь твоей девчонкой.

Эрик пытается нанести Райану удар снизу, но тот легко уклоняется от его кулака, а когда Эрика заносит по инерции, воспользовавшись моментом, вставляет ногу между его коленей. Слегка растерявшись, Эрик отшатывается, почти успешно уклоняясь от удара Райана. Наследник состояния Эмерсон, даже раненый, – грозный соперник.

Я слежу за ними из дальнего угла и остальных тоже не упускаю из виду. Все не сводят глаз с потасовки. Наверняка надеются, что Райан прикончит Эрика и избавит их от опасности или необходимости самим кого-то убить.

По крайней мере, сегодня.

Так-то для каждого из нас однажды пробьет свой час.

Когда тебя принимают в гильдию убийц, удивляться смертям не приходится. Отцы и дяди всех здесь собравшихся в свое время тоже прошли инициацию, но поскольку общество наше тайное, обряды тоже должны проходить втайне. Тем не менее отец готовил меня к этому всю мою жизнь. В камере я сегодня не в первый раз.

И не в первый раз получаю приказ кого-то убить.

Эрик всегда был самым нестабильным из всех отпрысков. Все дети из семей основателей учились в одних и тех же престижных школах и посещали одни и те же светские мероприятия, так что его поведение меня не шокирует. Откровенно говоря, меня вообще мало что может удивить.

Разве что зеленоглазая девушка с медовыми волосами и ножом в руке. Она последняя, кто угрожал мне оружием. Я улыбаюсь, вспоминая этот момент.

Стараюсь выбросить Делайлу из головы. Это непросто, но, поскольку меня того и гляди убьют, мозг подчиняется. Наконец-то. Я не переставал думать о ней с первой встречи.

Эрик выпрямляется – грудь тяжело вздымается, светлые волосы прилипли ко лбу. Даже издалека я вижу, как он прикидывает шансы на победу над Райаном. Едва заметно расширившиеся зрачки его выдают.

– Меня хотя бы ждет теплая киска, – ухмыляется Райан. Умудряется смеяться, хотя корни его волос потемнели от пота, а по лбу ползут капли. – А тебя – только шприц. С ним трахаться довольно сложно, впрочем, в мире нет ничего невозможного.

По толпе прокатывается сдавленный смешок, который рекруты тут же пытаются спрятать за кашлем.

Эрик явно злится, шея его наливается кровью. На мгновение я теряю самообладание от мысли, что Эрик сейчас сглупит и продолжит схватку с Райаном, хотя и явно уступает ему по силе. Однако инстинкты, подсказывающие, что тут ему не победить, перевешивают упрямство.

– Отвали, – выплевывает он. – Мой отец – один из трех членов cовета. Однажды я займу его место. Наша фармацевтическая империя приносит Ордену столько денег и власти, что вам и не снилось. И тебе об этом не забыть даже в те минуты, когда твоя подружка тебе сосет.

Эрик, звеня цепями, разворачивается и голодным взглядом окидывает зал в поисках нового оппонента. Вернее, новой жертвы.

Когда его взгляд останавливается на новичке, я напрягаюсь, но сохраняю скучающее выражение лица. О приказе, который мне дали, не знает никто, даже моя цель.

Бенджамин Маккензи жмется в углу, лихорадочно оглядываясь по сторонам, пока его взгляд не останавливается на Эрике. Тут он вскидывается, сжимает кулаки и принимает боевую стойку. Но одного желания драться недостаточно. Даже если бы ему удалось завладеть ножом, его шансы победить были бы невысоки.

Эрик, жестоко улыбаясь, направляется к новичку.

– А ты откуда нарисовался, милашка? – Остановившись в паре метров от Бенджамина, он окидывает его придирчивым взглядом. – Ты не один из нас, как же ты сюда попал?

Бенджамин молчит. Секунды бегут: если я не вмешаюсь, смерти ему не миновать. И я перевожу взгляд на Деклана Кента. Наследник медицинской династии встречается со мной глазами и вопросительно вскидывает бровь. Я указываю подбородком на нож в его руке.

В такой ситуации это серьезная просьба. Настало время проверить, действительно ли Деклан мне доверяет. Еще нож есть у Саймона Пайна, и мои шансы завладеть им, не получив травмы, крайне сомнительны.

Деклан многозначительно на меня смотрит, я отвечаю тем же, мы понимаем друг друга без слов. Никогда не считал его своим другом, но, кажется, теперь буду. К тому же останусь перед ним в долгу.

Нахмурившись, он передает мне нож. Я беру его за кончик лезвия. Нож легче, чем те, которыми я обычно пользуюсь, к нему еще нужно приноровиться.

– Последнее слово? – Эрик поднимает руку, на стали зловеще мерцает отблеск факела. Бенджамин по-прежнему молчит, и Эрик закатывает глаза. – Ладно, не хочешь, не говори, все равно скоро начнешь орать.

В глазах Бенджамина светится отчаяние и предвкушение, плечи его напрягаются еще сильнее. Это и выдает его неопытность. Эрик же движется с такой отточенной плавностью, что сразу видно – за этим стоят годы тренировок. Отчасти – вынужденных, отчасти – вызванных желанием насладиться чужими страданиями.

Играя на нервах противника, он перебрасывает нож из одной руки в другую.

– Сейчас повеселимся.

Эрик делает ложный выпад влево, новичок отшатывается назад и окончательно загоняет себя в угол – теперь ему некуда отступать.

Мне удается опередить Эрика. Я вонзаю клинок ему в бок четко, резко и со смертоносной силой. Сталь с приятным звуком прорезает мышцы и сухожилия.

Раздается вопль жертвы – и вопит не Бенджамин.

Эрик с рыком выдирает нож и оборачивается, ища глазами нападавшего. Зал наполняет медный запах свежей крови. Из раны на боку Эрика брызжет алым, но яростью он брызжет еще сильнее.

– Какого хрена, Икс?

– Просто чтобы было интереснее, – развожу руками я.

Краем глаза вижу, как Бенджамин с трясущимися руками разглядывает меня. Цепи на запястьях мешают двигаться, и мой бойцовский инстинкт очень этим недоволен. Драться с Эриком без оружия будет непросто, но наследник Маккензи должен выжить.

Эрик приближается ко мне, Деклан шагает в мою сторону. Заметив такую солидарность, Эрик тормозит. Но долго удивляться преданности Деклана ему не приходится, потому что в ту же минуту на него бросается Саймон.

С точки зрения стратегии я его понимаю. Союзника у Эрика нет, к тому же он ранен, а значит, уязвим. Но это не гарантирует, что он слаб.

Эрик стремительно, как змея, уклоняется от удара и прямо в движении чиркает ножом по боку Саймона. От скрежета стали я сжимаю зубы. Дерущиеся же ничего не замечают.

Саймон, зловеще усмехаясь, обходит противника кругом, а зрители тем временем начинают выкрикивать оскорбления обоим дерущимся, чтобы распалить тех еще сильнее. Эрик пытается ударить Саймона по ребрам, но не дотягивается.

Противники нападают друг на друга по очереди, каждый раз все отчаяннее. Саймон сильнее физически, но Эрик опытнее. Кто же победит?

Тяжело вздымающиеся грудные клетки снова и снова сталкиваются в борьбе. Несмотря на мастерство Эрика, мощный Саймон с каждым шагом теснит его все больше. Каждый пытается нанести смертельный удар, и клинки, сталкиваясь, яростно скрежещут.

Все присутствующие в зале затаили дыхание. Не стоит недооценивать желание Эрика выжить, однако вряд ли ему удастся отбить такой натиск.

Саймон с яростным ревом бросается на него всем своим весом. Но Эрик в последнюю секунду отскакивает в сторону и наносит рубящий удар одним из ножей.

Саймон охает, раздается влажный звук, и на его шее алой улыбкой расцветает порез. Кровь хлещет из раны на пол.

А через пару секунд туда же валится тело.

Деклан пожимает плечами, я тоже. Смерть всего лишь часть нашей жизни.

Бенджамин внимательно наблюдает за происходящим, он не попытался помочь Саймону или помешать его убить. Эрику, впрочем, тоже не помогал. Всю драку просто стоял, напряженно сжав челюсти. Ему явно захочется еще.

Я перевожу взгляд с тела Саймона на его кузена Аларика Пейна.

– Похоже, тебя только что повысили.

Итак, новобранцев осталось двенадцать.

Делайла: Чувак, новая приемная семья просто огонь! У Эмили и Сандры свои комнаты. Представляешь? Правда, ночью Сандра все равно приходит спать к Эмили. Я девочек не виню, им явно так спокойнее. Вокруг же все новое, школа тоже.

Бен: Круто! После первого экзамена приеду посмотреть, как вы там.

Делайла: Дождаться не могу! Как там этот понтовый колледж? Все как ты мечтал?

Бен: Ха-ха. Точно.

Делайла: Круто! Ну мне пора бежать. Хохо

Бен: Охохо

Делайла: Бебебе

Бен: Чокнутая

Делайла: Ага :)