1510–1573 годы

Прославленный воевода царя Ивана Грозного, разгромивший 120-тысячное войско крымского хана Девлет-Гирея I. Автор первого в России воинского устава «Боярский приговор о станичной и сторожевой службе», который действовал более 100 лет!

В первой половине XVI столетия конница крымского хана 48 раз совершала разбойные набеги на русские «украины». То есть на один мирный год на южных границах Московского государства приходилось три-четыре года войны. Для русского царства это означало ежегодно держать сильную пограничную стражу на крымской «украине».

На южном порубежье и началось возмужание Михаила Воротынского из рода «верховских князей». Впервые Разрядная книга упоминает о нем в 1543 году как о воеводе пограничного города Белев. В следующем году он был уже воеводой Большого полка и наместником в Калуге.

С 1545 года начинается его пограничная служба на восточной границе Московского царства — на казанской «украине». Воеводствовал в «Василь-городе» (Васильсурске). В Казанском походе 1547 года был воеводой полка правой руки, в походе 1549 года — воеводой полка левой руки. Затем был наместником в Костроме, «стерег приход крымского царевича», то есть набег, у Рязани. В Казанском походе 1552 года Михаил Воротынский уже занимал второе место в военной иерархии царства Ивана IV Васильевича. В «приговоре» (высочайшем указе) записано: «В Большом полку воеводы боярин князь Иван Федорович Мстиславский да слуга князь Михаил Иванович Воротынский».

Михаил Воротынский на памятнике «1000-летие России» в Великом Новгороде. 1862 г.

Тот поход начался с того, что царские рати отразили под крепостью Тулой набег крымского хана Девлет-Гирея. Его войско было усилено турецкими янычарами и артиллерией. При бегстве крымским татарам пришлось «телеги пометать и верблюдов много порезать, иных живых бросить», «пушки некоторые и кули потопить, и порох», «коней бросить много». Русские полки под командой Воротынского вели дальнее преследование за Окой.

После этого рать Ивана Грозного подступила к Казани. Князь-воевода Михаил Воротынский руководил осадой со стороны Арских и Царевых ворот. Во время отражения ночной вылазки сражался в первых рядах, получив несколько ранений.

Во время первого штурма города-крепости 30 сентября ратники Большого полка засыпали крепостной ров хворостом и землей, захватили Арскую башню и завязали бой на городских улицах. Воротынский послал гонцов к царю, настаивая на начале общего штурма, но другие воеводы оказались не готовыми пойти на приступ. Воины Большого полка ушли из города, но Арскую башню оставили в своих руках.

2 октября Казань берется приступом. Через проломы, проделанные взрывами подкопов, у Арсих и Ногайских ворот Большой полк воеводы Михаила Воротынского ворвался в город. Там он, усиленный половиной Царского полка, победно завершил уличные бои. После «Казанского взятия» князь-воевода был включен в состав «Ближней думы» (Избранной рады) Ивана IV.

В 1557 году был «дворцовым воеводой» при особе царя. Когда в следующем году началась длительная Ливонская война, Иван Грозный поставил князя Воротынского старшим беречь южную границу от набегов крымской конницы. Война же на северной окраине Дикого поля утихала в ту эпоху только на самые короткие отрезки в десятилетиях.

В 1562 году был отбит набег 15-тысячной крымской орды хана Девлет-Гирея, совершившего нападения на ряд русских пограничных городов и сумевшего сжечь посады Мценска. Этот набег едва не сорвал поход московского государя на Полоцк.

В том же году «большой воевода» Михаил Воротынский попал в царскую опалу и был сослан с семьей в Белоозеро. Это было связано с изменой князей Вишневецкого и Бельского. Опала была снята в 1565 году: Воротынский вновь был поставлен воеводой Большого полка, стоявшего на «крымской украине»: через два года крымская конница «отбивается» от Северской земли.

На пограничном юге «полегчало» только в 1569 году, когда полным провалом закончился Астраханский поход турецких войск (17 тысяч при ста тяжелых пушках) и конной армии крымского хана Девлет-Гирея во всем ее множестве.

Весной 1570 года русские полки отбивают набег 50-тысячной крымской конницы, которая подступила к Рязани и Кашире. Налетчики были не просто прогнаны от русского порубежья: их долго преследовали и отбили людской полон.

В 1571 году государь в специальном «наказе» назначил боярина князя Михаила Воротынского руководителем обороны всей «крымской украины». Ему подчинялись все воеводы южной огнедышащей границы. Ее воевода за долгие годы изучил основательно, и потому для него не виделось секретов в службе порубежных стражников — сторож и станиц.

Воевода Михаил Воротынский составляет свой знаменитый «Боярский приговор в станичной и сторожевой службе» — первый в истории России пограничный устав и он же воинский устав. Устав Воротынского действовал в русском войске более 100 лет!

Весной 1571 года хан Девлет-Гирей во главе почти 40-тысячной конной орды сумел прорваться к Москве. Но ворваться в сам город налетчики не смогли: на Таганском лугу их встретил полк воеводы Михаила Воротынского, отбивший все атаки крымской конницы. После этого князь со своими ратниками «провожал» хана до самого Дикого поля.

Летом следующего года чингизид вновь привел уже 120-тысячную конную армию (по другим сведениям числом несколько меньше) в русские пределы. О том «на Москве» стало известно заранее, и полки своевременно вышли на линию границы — «берег» Оки и Угры. Воевода Воротынский с Большим полком (более 8 тысяч воинов) и «нарядом» (артиллерией) встал в Коломне, закрыв прямую дорогу к Москве.

Конница Девлет-Гирея вышла к «берегу» 26 июля, обойдя стороной Тулу. Попытки крымчаков перейти «перелазы» — броды через Оку — успеха не имели. Однако в ночь на 28 июля ногайцы Теребердей-мурзы прорвались через Сенькин брод, который охраняло всего две сотни поместной дворянской конницы. Так враг прорвал «берег».

Ханская армия вышла на Серпуховскую дорогу, ведущую к Москве. Хан, чувствуя опасность, прикрылся сильным арьергардом во главе со своими сыновьями. Опасался не зря: днем 28 июля у селения Молоди, в 45 верстах от Москвы, «хвост» крымского войска настиг полк воеводы Дмитрия Хворостинина. «Царевичи» были разгромлены и бежали к отцу.

Девлет-Гирей решил уничтожить преследователей, послав против полка Хворостинина свежие силы — 12 тысяч крымских и ногайских всадников. Но у Молодей ситуация уже изменилась: быстро подошедший сюда из Коломны князь Михаил Воротынский с Большим полком поставил на дороге «гуляй-город» — полевую крепость из деревянных щитов на колесах. Он умело заманил противника под огонь пушек и пищалей из «гуляй-города». Ханская конница, понеся большие потери, отхлынула назал.

Хан, перейдя реку Пахру, остановился в 30 верстах от Москвы. Весь день 29 июля он простоял там, не решаясь идти дальше на Москву. На следующий день крымская конница повернула назад и всей массой обрушилась на русские полки, стоявшие у Молодей под прикрытием «гуляй-города».

Первая атака была отражена «огненным боем» из «гуляй-города». Хан вновь и вновь посылал конные тысячи в бой. Однако полевая крепость русских и конные «дети боярские», стоявшие «вне града», отразили все атаки. В плен попало немало приближенных Девлет-Гирея, в том числе его главнокомандующий Димей-мурза.

Видя огромные потери, хан прекратил бесплодные атаки, и два дня приводил свое войско в порядок. Позиция русских у «гуляй-города» была блокирована со всех сторон. 2 августа чингизид возобновил атаки: противник перекрыл ему прямую дорогу в Крым. Атаковал конницей и спешенными тысячами. Особенно старались «царевичи»: Девлет-Гирей приказал им любой ценой отбить Димей-мурзу.

Хан спешил, получив ложную весть о подходе на помощь князю Воротынскому «рати новгородской многой». Когда к концу дня вражеский натиск стал ослабевать, князь пошел на военную хитрость. Он вывел часть войск из «гуляй-города» и незаметно вывел их лощиной в тыл ханскому войску. Одновременно с ней вперед пошли защитники «гуляй-города».

Успех был полный. Крымское войско вместе с ханом под ударом с двух сторон обратилось в повальное бегство к Оке. Преследование велось жестокое: истребление и пленение крымчаков велось до самого речного берега. Все же Девлет-Гирей сумел спасти часть своего войска, прикрывшись на переправе 5-тысячным отрядом конницы, который был перебит весь. В Крым возвратилось только около 30 тысяч деморализованных ханских воинов. Такого разгрома Крымское ханство, вассал турецких султанов, в своей истории еще не знало.

Сражение при Молодях стало венцом полководческой биографии большого воеводы князя Дмитрия Воротынского, автора первого воинского устава в истории России.