Пуласки ехал по совершенно незнакомой автостраде. Где-то он свернул не туда и теперь въезжал в Вену с севера, вдоль Дуная.

По его прикидкам, до городской черты оставалось ещё минут пять. Самое время было Веро объявиться и назвать адрес.

В последние минуты он всё чаще косился на телефон, который беззвучно дремал на пассажирском сиденье с погасшим экраном. Может, аккумулятор давно сел. Приходилось сдерживаться, чтобы не тыкать поминутно в экран и не проверять, остался ли заряд. Если в батарее теплилась хоть искра — её следовало беречь.

Наконец телефон ожил. Он схватил его в ту же секунду.

Веро!

— Адрес есть? — рявкнул он в трубку.

— Да. Клиента зовут доктор Роберт Константин. Врач. Живёт в двадцать втором округе.

Это ему ни о чём не говорило.

— Как туда добраться?

— У тебя что, нет интернета или навигатора в…

— Нет!

— Ладно-ладно. Господи! Минутку, посмотрю. Ты сейчас где?

Пуласки слышал, как она стучит по клавиатуре. Сам же изучал указатели над дорогой. Шоссе как раз расходилось на несколько направлений.

— На развязке Штокерау.

— Так… ага.

Она продолжала барабанить по клавишам. Время утекало.

— Шевелись!

— Я не волшебница, между прочим.

Он сбавил скорость, и тут же сзади загудели машины, замигал дальний свет.

Ну да, козлы.

— Ну? — поторопил он.

— Тебе надо как-то выбраться на Донаууфер-автобан, потом съезд в сторону Кайзермюлен, к мосту Кагранер-брюке. Там он и живёт.

Он подался вперёд, всматриваясь сквозь лобовое стекло в табло над собой.

— А сейчас мне куда?

— Держись правее, по указателям на Вену / Штокерау-центр.

Какая-то машина подрезала его справа. Чёрт. Съезд он пропустил.

— Всё ясно?

— Да, — буркнул он.

Она ещё назвала улицу и номер дома.

— Ладно, спасибо. Этого хватит.

— Я, кстати, ещё пробовала дозвониться до Островского. Лично к телефону его не вытащила — он, видимо, изрядно занят, — зато поговорила с одним из его сотрудников.

— Да-да, давай быстрее! — поторопил Пуласки. — Ну?

— Ничего «ну»! Сегодня вечером он созванивался с адвокатом Майерс. Ей ничто не угрожает. Так что сиди смирно.

Не верю. По телефону у меня она звучала иначе.

— Подожди, не клади трубку. Мне ещё кое-что нужно.

Веро застонала:

— Когда ты на больничном, ты совершенно невыносим, ты в курсе? А ещё говорят: мужчины, которые страдают…

— Ещё одна услуга! Если Фукс меня не подвёл, LKA сейчас связалось с пражской и пассауской уголовкой и заказывает фоторобот одного типа, который сделал себе татуировку фосфором.

— У меня связи в LKA не самые блестящие.

— У меня тоже. Будет картинка — просто сбрось мне на телефон, ладно? Спасибо.

Он положил трубку.

Индикатор батареи показывал лишь узкую красную полоску — пять процентов.