Долгое время считалось, что если бы мы видели собеседника во время телефонного разговора, то почти полностью воспроизводился бы опыт личной встречи. Казалось, что с появлением и распространением видеозвонков мечта станет реальностью. Однако, как мы все знаем, произошло это лишь частично.

Видеосвязь создает иллюзию реального присутствия. Мы видим человека, но не взаимодействуем с ним физически. Появляется желание компенсировать нехватку реального контакта жестами, движениями, мимикой – всем тем, что мы бы использовали при личной встрече.

Невозможность реализовать естественные реакции порой вызывает фрустрацию – в отличие от обычного телефонного разговора, где образ собеседника отсутствует и не возникает чувства «недосказанности». В результате видеоконференции воспринимаются как более холодный и ограниченный формат: они вроде бы приближаются к живому общению, но не заменяют его полностью.

Именно поэтому, если нам действительно важно убедить в чем-то или расположить к себе собеседника, мы всегда при возможности предпочитаем личную встречу. Кроме того, договоренность увидеться в конкретный день и час требует усилий с обеих сторон. Тот, кто приезжает, тратит время, силы и ресурсы на дорогу туда и обратно. Тот, кто принимает, должен выделить время и подготовить пространство для встречи. Все это создает особую вовлеченность и формирует связь между людьми – то, чего так не хватает в формате видеозвонков.