Фортуна с плачем проводила своего мужа в город и поспешила вернуться домой: ведь дети остались на попечении родственницы, которая жила на другом конце деревни.
Однажды на рассвете десятка два самого разношерстного люда двинулись на грузовике в леса Чапаре. Среди арестованных находился и Туми, охваченный страхом перед неизвестностью. У него не было ни малейшего представления о том, куда его везут. Спутники рассказывали о стремительных реках, которые не перейти вброд, о неприступных горах, о непроходимых лесных чащах, о болезнях. Послушать их, не найдется человека, способного вырваться из этого ада. Впрочем, они роняли слова как бы шутя, нароком, с единственной целью позабавиться за счет неопытных новичков.
Грузовик тащился по обрывистым горным склонам почти до вечера. У лесной чащи мотор внезапно заглох. Кое-кто вызвался помочь шоферу, и остаток дня прошел в попытках исправить поломку. Поблизости не оказалось ни одной хижины, и жандармский конвой решил, что все проведут ночь в грузовике. Так и сделали. Люди устроились как могли; кто прикорнул в углу, кто просто прислонился к борту грузовика. Но тут пошел мелкий и частый дождь. Два жандарма укрылись в кабине, а один остался сторожить арестантов.
Рядом с Туми, свесив голову, клевал носом паренек. В пути он не произнес ни слова. По его лицу с мягкими чертами и спокойным взглядом трудно было предположить, что это злодей. Казалось, он искоса наблюдает за уснувшими и особенно за стражником, который громко храпел в углу. Вдруг юноша приподнялся, осторожно спустил вниз за борт пончо и бесшумно скользнул сам. Туми не мог прийти в себя от удивления, что побег совершился с такой легкостью, но потом он невольно задумался над судьбой беглеца и всеми невзгодами, подстерегавшими его в незнакомой девственной чаще. Кругом все спали. Что, если и он попытается? Бедняга вспомнил свою хижину, Фортуну, детей. Никто не сказал ему, сколько времени продлится наказание, но он слышал, что колонию называли адом. А вдруг это и в самом деле так? Что станется с Фортуной и ребятишками, если он погибнет в проклятом аду? Дождь продолжал идти не переставая. Туми, не колеблясь долго, снял с себя пончо, кинул его вниз и сам скользнул за борт машины. Очутившись на земле, он подобрал пончо и, опасаясь, как бы стражник не проснулся и не заметил его исчезновения, стал ползком пробираться по склону к лесу. Потом пустился бежать.
С трудом продирался он в темноте сквозь густую чащу деревьев, лиан и кустарника, стараясь не производить шума. В ужасной борьбе за жизнь он потерял счет времени и не мог сообразить, какое расстояние пройдено. Силы его иссякали, тело ныло, мучила жажда, в душе росла тревога, что новый день застанет его слишком близко от грузовика, и он решил вернуться на шоссе — там можно быстрее бежать. Но найти дорогу было не так-то легко. Вскоре он почувствовал, что идет по ровной местности, спуск кончился, но земля стала мягкой и податливой, и ноги проваливались в нее, как в солому. Он попытался вернуться назад, туда, где почва была тверже, но еще больше запутался. Он уже не мог сообразить, в какой стороне находится грузовик. Чувство невыразимого ужаса охватило его. Стеснило грудь, ноги свело. Видно, пропадать ему здесь. Но малодушное уныние длилось недолго. Собравшись с силами, он пошел вперед,— там, по его мнению, было спасение. Он все шагал и шагал — три, может, четыре часа, кто знает,— не обращая внимания на треск сучьев, на колючки, обдиравшие одежду и руки. Вдруг до него донесся какой-то шум. Туми похолодел от страха. Уж не погоня ли? Однообразный, неясный шум продолжал доноситься все с той же стороны. Шум нарастал, и не оставалось никакого сомнения, что впереди ручей. Туда и направился Туми. Лесная чащоба становилась все более грозной и непроходимой. У Туми подкашивались ноги, руки кровоточили. Но он продолжал упрямо идти вперед, отчаянно борясь за жизнь и страстно желая поскорее добраться до ручья. И он дошел. Перед ним пенился небольшой водопад. В это время в лесу стало светлеть. Занималась заря. Где он находится? Что делать дальше? По-видимому, он ушел недалеко. Но выйти на шоссе среди бела дня означало попасть в руки жандармов. Едва ли они сидят сложа руки, обнаружив побег двух арестантов. Вернее всего, рыщут где-нибудь поблизости. Однако провести целый день в лесу, без еды тоже невесело. Он вспомнил рассказы арестантов о таившихся в лесу опасностях.
Туми был весь в поту, в горле пересохло от жажды. Он припал к источнику. Свежая, кристально чистая, чудесная вода! Однако необходимо во что бы то ни стало продолжать путь. Но не успел он сделать и нескольких шагов, как наткнулся на бесформенное тело, наполовину ушедшее в мох. Волосы Туми встали дыбом: перед ним у подножия могучего дерева лежал спящий человек. Туми хотел бежать, но вдруг встретился с глазами перепуганного насмерть человека. Туми узнал в нем юного беглеца, и радость наполнила его сердце, подсказавшее ему, что он нашел друга.