Ноябрь-Декабрь 1780 года. Екатеринбург, Сибирская губерния, Российская империя

В середине ноября на Урале зима уже в полном разгаре, и жизнь постепенно замирает. Только заводы и связанные с ними люди продолжают работать. Это я могу позволить себе отдохнуть. Год выдался насыщенный, даже более энергозатратный, чем в Орской крепости. Там всё было просто: есть враг, причём неумный, которого надо давить. Основание металлургических производств, угледобыча и получение керосина шли параллельно. Нет там особо моих заслуг, разве что идея с пространными описаниями крекинга нефти. Далее учёные всё сделали сами. С металлургией вообще легко — выделил деньги, привёз инженеров и поставил задачу.

А вот заниматься сразу несколькими делами в условиях сжатого времени мне давно не приходилось. Если честно, я вообще привык не напрягаться. Обладая колоссальными ресурсами и послезнанием, оно без надобности. И вдруг пришлось переоборудовать сразу несколько заводов, одновременно встраивая в концерн предприятия компаньонов. Ну и золото! Как без него? Просчитался я, чего греха таить. Думал, будет минимум два года на развёртывание, однако по факту получилось намного меньше. Упомянутые компаньоны и не позволили спокойно работать. Уже в конце лета Трубецкой, Демидов и Разумовский прислали своих людей, начав обустраивать их на выделенных участках. Весной прибудут представители других союзников, да и сами они хотят на месте обсудить перспективы недавно созданной «РЗК». Покой нам только снится.

Зато «Первый золотой обоз» отправился в столицу в конце октября, как только ударили нормальные морозы. В Екатеринбург, где формировался караван, прибыла целая охранная рота, состоящая из семёновцев. Солдат сопровождало два десятка конных офицеров и целых три пищали. За сохранность груза можно не переживать. Для исключения потерь или проблем с расчётом веса на запад отправились три моих распорядителя в сопровождении пятёрки бойцов. В этом деле нельзя доверять даже гвардейцам. Мешки опломбированы и пройдут первую проверку в Москве. Поэтому сопровождающие будут даже спать с золотом.

Далее пускай казначейство само занимается организацией перевозок. Что очень трудно. Лучше всего создавать полноценное охранное подразделение, а не использовать обычных солдат. Шутка ли, но с первой партией едет почти семьдесят три пуда драгоценного металла — тысяча двести килограмм по метрической системе. На которую я пытаюсь перевести все расчёты. Однако Академия наук продолжает упорствовать, и хорошая идея увязла в бесконечной болтовне.

Старт золотой компании отнял у меня множество моральных сил. В физическом плане я в полном порядке. Зато снова начал путаться в собственных проектах. Значит, снова придётся дробить дело на части, поручая их подготовленным людям. Сейчас начинаешь жалеть, что нет возможности находиться в Москве. Руководить огромной корпорацией из глуши очень сложно. Приходится доверять разведке и ревизорам. Хотя я привык проверять наиболее важные моменты.

Так как глобально изменить ничего нельзя, нет смысла нервничать. На Южном Урале сейчас относительный порядок, движение начнётся весной, поэтому я просто получаю удовольствие от общения с семьёй. Тем более у нас пополнение. Да ещё какое! В середине апреля Маша родила сына! Наследника по настоянию супруги назвали Петром, в честь моего отца. Повезло, что здоровье ребёнка и матери стабилизировалось. Даже с учётом уровня привезённых из Москвы врачей, детская смертность в это время очень высокая. Но вроде обошлось.

Мы как раз гуляем всей семьёй по Большой улице стремительно растущего города. Я подкинул местным властям идею создать архитектурный проект будущей столицы губернии. Удивительно, но к моему мнению прислушались, и теперь есть шансы, что город станет обладателем широких и прямых улиц.

Касательно нас, то это обычный маршрут для прогулок. Тем более что для Шереметева-младшего вешняковские мастера изготовили новый вариант коляски, продажа которых неожиданно начала приносить немалые прибыли. Представители местного высшего света были шокированы девайсом, после чего начали интересоваться возможностью его получения. Не принято здесь и вообще в стране гулять с детьми. Вернее, мы с Волконской ввели такую моду ещё в Москве. Может, вокруг и домострой с угнетением женщин, однако слабый пол проел не одну плешь на головах благоверных, требуя такую же коляску и возможность дефилировать по улицам. Знаю не понаслышке. Мне как-то жаловался Степан Куракин, родной брат моего друга. И это не единственный случай.

Кроме четырёхколёсной повозки, отделанной снаружи бархатом, а внутри верблюжьими одеялами, слуги тащили двое санок, на которых гордо восседали Саша с Лизой. Нас с детьми сопровождала охрана и гувернантки. Кроме плана застройки, я помог властям городка создать первую на Урале коммунальную службу. Поэтому центральную улицу очищали от снега, а все остальные пока только от мусора. Но мы только начали.

В общем, гулять по ноябрьскому Екатеринбургу — весьма приятное занятие. На улице лёгкий морозец, светит солнце, воздух пронзительно чистый. Чего ещё нужно? Когда город разрастётся, надо будет разбить парк и сделать пешеходную зону. Думаю, лет через десять так и будет.

— Батюшка уже в Перми и через неделю прибудет в Екатеринбург. Надо готовиться к его приезду, — Маша продолжила разговор, отвлёкшись на вопрос Лизы. — Может, лучше снять ещё один дом?

Тесть решил повидать любимую дочку и внука, поэтому неожиданно выехал на Урал. Дело хорошее, и супруга просто счастлива. Но как бы не возбудить лишние подозрения в столице. Ведь после генерал-губернатора Москвы здесь появится сразу несколько богатейших людей империи или их наследников. Любая вменяемая спецслужба должна всполошиться от такого паломничества.

Машу подобные материи не волнуют. Для неё важно не ударить лицом в грязь при встрече с отцом. Это ещё хорошо, что у нас мало времени. Иначе она потребовала бы построить для князя целый дворец. Хотя тесть едет с небольшой свитой, которой вполне хватит снятого дома купца Твердышева. Сам Волконский остановится у нас. Но его дочка дёргается уже третью неделю, узнав о визите. Меня она тоже напрягает, требуя сделать что-то необычное. Я же решил ограничиться приёмом. Генерал едет, дабы увидеть близких людей, а не оказаться в центре праздника. И вообще, скоро начинается рождественский пост. После него можно нормально отпраздновать приезд важного гостя. Детей это не касается, им веселье обеспечено. Вскоре будет залит каток, горки уже построены, а в декабре мои скульпторы начнут вырезать фигуры изо льда. Есть у меня ещё мысли, чем удивить ребятишек.

А тестя я свожу в Златоуст с Миассом и устрою ему охоту, очень любимую Михаилом Никитичем. Заодно подарю штуцеры, недавно привезённые из Тулы, с восторгом встреченные дядькой. Так же не мешает обсудить общую обстановку, особенно шевеления вокруг моей персоны. Князь — один из самых авторитетных вельмож империи, поэтому в курсе многих кулуарных вещей.

— Ты зря переживаешь, — беру супругу за руку. — Тесть приезжает не пускать пыль в глаза, а увидеть родных людей. Думаю, ему давно надоели пышные и многочисленные приёмы. Дай отцу отдохнуть и побыть дедушкой, а не важным сановником.

— Думаешь? — Маша взглянула на меня с надеждой.

— Я уверен, поэтому хватит себя накручивать. А насыщенный отдых Михаилу Никитичу я обеспечу.

* * *

— Итого сто тысяч золотых! — с придыханием произнёс голландец и ещё раз уточнил: — Пятая часть русской чеканки, а остальное утрехтские дукаты. Обе монеты не отличаются от оригинала.

Ван Брёкелен постучал по ювелирной лупе, при помощи которой внимательно изучил монеты из всех партий, затратив на процесс более пяти часов. Мне такая дотошность нравится, вдруг работники чего-то пропустили. Хотя золотые моей чеканки слишком качественные, придётся их хорошенько потрясти, дабы придать им более потёртый вид. Этим мы займёмся сегодня же.

Голландец прибыл на Урал второй раз, на этот раз за деньгами. Вернее, за инструкциями. Дукаты поедут отдельно в составе нескольких караванов. Я решил начать чеканить сразу оба вида дукатов — оригинал и русский вариант. Первые пока будут лежать в кусковском хранилище, ожидая начала массового выпуска денег монетным двором. Вторых ждёт иная судьба, так как в отношении голландских золотых подозрений ни у кого нет, и они в большом количестве ходят по Европе и Америке.

Мыслей, как их использовать у меня много, но есть несколько проблем. Основная из них — нельзя перегревать рынок. Большой объём золота взвинтит цены. Поэтому я буквально завалил Камер и Коммерц-коллегии просьбой повременить и пока использовать серебро, а золото направить на погашение внешнего долга и расчёты с иностранными купцами. Щербатов и Миних, возглавляющие ведомства, — толковые управленцы. Более того, они способны отстаивать собственное мнение, не давая всякому ворью и махинаторам вмешиваться в столь тонкие материи. Боюсь только, что количество золота затмит глаза приближённым Екатерины, и они начнут активно совать липкие ручки в государственный карман. А далее ничем не обеспеченные деньги хлынут в экономику.

— Лучше отложить масштабное кредитование волжского купечества, — в продолжение своих мыслей говорю банкиру.

Затем объясняю, на чём строятся мои предположения.

— Но ведь мы хотели начать масштабное строительство портов и складов. Особенно с учётом возросшей торговли с Персией и другими магометанскими странами. Вы сами говорили, что товарооборот увеличится ещё.

— Для этого хватит нынешних ресурсов. Финансирование других купцов пока не имеет смысла. Персы и мой каспийский торговый флот привезут в Астрахань нужный объём любых товаров. Я ведь не зря вложил столько сил в строительство кораблей и обучение экипажа. Только получилось немного иначе, чем задумывалось, — киваю гостю, чтобы он пил глинтвейн, и сам делаю пару глотков полюбившегося напитка. — Старообрядческие купцы использовали мои вложения в своих целях. Практически весь привозимый товар перекупается ими и затем доставляется вверх по Волге. Ушлые торгаши даже усилили монополию на некоторые позиции. Получается, я позволил сектантам зарабатывать больше и захватить новые куски рынка. Другим купцам пока сложно влезть в это дело. Ведь вначале обнаглевшие от безнаказанности старообрядцы сжигали мои склады и причалы. Пришлось немного сократить поголовье наглецов, пока даже самые тупые не осознали, что нельзя воевать с графом Шереметевым.

— Мне это известно. Потому я полностью одобряю запрет на кредитование сектантов. Только остальные купцы неспособны им ничего противопоставить и больше торгуют по Оке с верховьями Волги. Их не пускают даже на Каму, — Аугустус поставил бокал на стол и щегольнул знанием обстановки. — Но деньги должны находиться в обороте. Ещё вы поставили задачу развивать финансовую систему в важных городах. А Нижний Новгород — это главный торговый центр России. Вскоре там будет крутиться денег не меньше, чем в Москве. Нельзя упускать такую возможность. Иначе туда придут другие иностранные банкиры, либо сектанты сами додумаются создать свою кредитную контору. У них есть особые кассы, должные помогать своим. Банк — логичный шаг вперёд.

Я немного лопухнулся со строительством каспийской флотилии. Волжские староверы, контролирующие весомую часть торговли, воспользовались ситуацией. Именно они оказались в наиболее выигрышной позиции. Понятно, что основной целью создания флота являлись перевозки нефти и хлопка с юга, а меди, инструментов и различных механизмов — в обратном направлении. Недавно мои люди договорились о поставках персам ружей, пушек и карамышевых ламп. Магометанская сторона, в свою очередь, обещала нарастить объёмы селитры, которую закупали в Индии. Здесь я помог стране, хотя генералы и чиновники хотели поживиться. Но в кои-то веки возобладал разум. Все понимают необходимость запасов пороха и недостаток сырья, из которого он производится.

Только из песни слов не выкинешь. Мои корабли усилили волжских монополистов. Хотя куда сильнее?

А ещё сложно объяснить ван Брёкелену, что персидская торговля сейчас интересует меня исключительно в контексте поставок нефти. Остальное — всё прикрытие. Аугустус свой человек, но иностранец, надо всегда это учитывать. Открытие секрета керосина сулит колоссальные прибыли. Ведь нефти достаточно в других регионах мира. А из той же Африки везти её гораздо удобнее, чтобы потом переработать и захватить европейский рынок. Нам сложно поставлять большие объёмы за разумные деньги. Надо наращивать объёмы добычи и открывать южный маршрут через Чёрное море. Пока ситуация сложная.

Только развивать торговлю всё равно нужно. Особенно пора подрезать слишком наглые старообрядческие крылышки. Они самая настоящая секта, только в экономическом смысле. Религиозные вопросы меня мало волнуют.

Тактичный и понятливый Антип налил нам новые порции согревающего напитка, после чего я продолжил разговор.

— Меняем стратегию. В сложившихся условиях бессмысленно кредитовать слабеньких купцов, неспособных противостоять целому купеческому союзу, сложившемуся много лет. Я просто не хотел взваливать на себя новый груз, но… Мы создадим компанию, куда войдут богатые вельможи, способные обеспечить её работе защиту как от коррумпированных властей, так и от конкурентов. Другую часть акционеров составят наиболее толковые купцы из новообрядцев. Должен получиться хороший сплав дворян и торгашей. Если грамотно обозначить цели, заранее договориться о сбыте, в том числе иностранным купцам, то получится компания-монстр, способная просто уничтожить любого конкурента. Вот в неё мы и вложим золото, которое сначала отмоем и завезём будто европейское. Только это опасный путь.

— Почему? — ван Брёкелен полностью превратился в слух, позабыв о глинтвейне. — Такая компания начнёт приносить колоссальную прибыль. В Европе постоянно вспыхивают войны, часто полностью останавливающие торговлю. Например, начавшийся в этом году конфликт между Британией и Голландией фактически лишил мою Родину поставок колониальных товаров. Чёртовы островитяне устроили блокаду нашего побережья с юга, ещё захватили два голландских острова на Карибах! Со стороны Немецкого моря корабли прорываются, так как сложно закрыть всё побережье. Ещё и Фризские острова затрудняют полную блокировку. Но цены взлетели буквально до небес. Купец, который сейчас привезёт в Амстердам корабль специй, получит тройную прибыль от обычной. Гамбуржцы всё-таки больше везут товары из Америки. Только у них нет выхода в Индийский океан. Тем более есть слухи, что англичане отправили эскадру для захвата Капштадта и голландских владений в Индии. Война продлится ещё года три. Затем начнётся новая заварушка. Вот и нужен запасной путь.

Я об этом думал. Только наладить постоянные поставки на долгий срок проблематично. Работа займёт два года, а затем боевые действия прекратятся. И кто тогда будет покупать перец в три раза дороже? Сами англичане завалят специями рынки бывших противников. У меня планы на более отдалённое время. Можно попробовать заработать на ажиотаже, но правильнее отдать эту возможность союзным купцам, которых уже начали подбирать мои люди. Но лучше начать основную работу через несколько лет, хорошенько подготовившись. Революция во Франции даст возможность разбогатеть толковым людям. На моей стороне ещё и послезнание, что существенно облегчит процесс обогащения. А пока пусть идёт налаживание отношений с персами и бухарцами.

Кроме политики, есть технологический фактор, если можно так выразиться. Недавно дю Пре обрадовал и даже обнадёжил меня началом испытаний нового варианта паровой машины. Работа над ней ведётся с момента моего возвращения в Россию. До сих пор нас ждали сплошные разочарования. Нет, были и прорывы. Например, вешняковцы обеспечили машинами людиновские шахты, помогающие откачивать воду. Также прессы и часть станков уже работает на пару. Только я поставил задачу произвести двигатель для установки на судно, пока речное.

Вот под такое дело и надо создавать инфраструктуру из причалов, складов, угольных или дровяных запасов, станций техобслуживания и много всего по мелочам. Пароходы, бороздящие Миссисипи, дали колоссальный толчок развитию экономики США. На Волге было примерно так же. Так почему не начать тотальный переход на пар гораздо раньше? Тем более у меня есть научно-технический потенциал и деньги. Сначала мы взяли за образец машину Уатта, но затем инженеры создали фактически свой механизм.

Значит, будем развиваться в этом направлении. Благо время позволяет и есть поводы для оптимизма. Только ван Брёкелена снова нельзя знакомить со столь важной информацией. Англичане, голландцы и французы тоже работают в данном направлении. Если дать им ориентиры, то более развитые страны совершат скачок. Они обгонят нас, ещё и начнут продавать свою технику России. После чего вороватые чиновники благополучно похоронят отечественные наработки, перейдя на импорт. Ведь за границей всё лучше! Это я ещё молчу про использование паровых двигателей в военной сфере. Нечего давать потенциальным врагам такую возможность.

— Нельзя создавать монополиста. Со временем он станет опасным для страны, — отвечаю гостю после небольшого раздумья. — Поэтому мы профинансируем несколько толковых купцов. Пусть налаживают торговые пути. Может, им удастся привезти и другие товары. Сумма выходит небольшая, и можно спокойно обойтись нынешними ресурсами, не трогая золото. Заодно создадим конкурента будущему монстру, состоящему исключительно из купцов, но только из новых фамилий, разбогатевших благодаря нашим кредитам. При таких раскладах не стоит уничтожать староверов. Пусть не дают расслабляться конкурентам. В любом случае купцам практически невозможно объединиться. Религиозные и сословные разногласия помешают.

— Логично. А что делать с утрехтскими дукатами? Вы хотите всё золото вложить в экономику России? — голландец снова приник к бокалу, выпив почти половину. — Или лучше построить новые корабли? Ваши?

Аугустус знает о «Судоходной компании» и моей личной части купеческого флота. Может, это паранойя, но несколько капитанов с командами подчиняются строго мне. Всякое бывает. Вдруг придётся быстро уходить? Надо помогать России при любых раскладах, и глупо оказаться в заключении по прихоти императрицы или её вороватого окружения. А пользу я способен приносить и из-за рубежа. Иногда ловлю себя на мысли, что давно надо было перебраться в тот же Гамбург. Но тогда придётся зарабатывать деньги на иностранных проектах, невольно помогая Европе развиваться и отрываться от моей Родины.

Сейчас же Россия начала потихоньку перестраиваться. Пусть это пока незаметно, но в первую очередь перемены коснулись общества. Дело даже не в росте сторонников отмены крепостного права, а в выходе дворян из сословной спячки. Благородные люди в буржуазию не превратятся, но начали активно заниматься промышленностью и даже торговлей, в отличие от привычного земледелия, винных откупов и ростовщичества. Если набирающий ход процесс не остановить в ближайшие два года, он будет необратим.

Да, нас ждёт раскол внутри сословия, но в итоге победят владельцы банков, заводов и торговых компаний. У них просто будет больше денег. И императоры вынуждены будут учитывать мнение новой олигархии. Иначе — апоплексический удар табакеркой. Хотелось бы в результате получить вариант государственного строя, близкого к английскому, без людоедского отношения элиты островитян к собственному народу. Только у России особенная стать и путь. Никто не знает, куда он выведет. Возможно, в ад.

Понятно, что с банкиром мы обсуждали иные вещи. Я приказал перебрасывать в Гамбург примерно треть золота и оставлять его в хранилище. Понимаю опрометчивость такой идеи — деньги должны работать. Однако надо учитывать политическую обстановку. Вдруг срочно понадобятся крупные суммы, а у меня всё в деле.

Мы хорошо пообщались с голландцем, определив стратегию развития Бергбанка в России на ближайшие годы. Надо поддерживать не только торговлю, но и производство. Основной упор решено сделать на развитие текстильной промышленности. В марте ван Брёкелен должен привезти проект, посоветовавшись с Мальцовым и хозяевами крупнейших мануфактур. В общем, дел хватает.

* * *

Через три дня после отъезда банкира я ушёл в домик для отдыха, где уселся в кресло-качалку перед камином. Прямо как старик, хотя мне здешнему всего двадцать девять. Шучу, конечно. Иногда полезно подумать над текущими делами и будущим. Тем более в особняке суета. Завтра приезжает тесть, вот Маша и наводит порядок, терроризируя окружающих. Поэтому я забрал детей, которые играют с Ермолаем и Тимохой в соседней комнате, а сам предаюсь безделью.

Снова вру. Ловлю себя на мысли, что я практически неспособен расслабиться и постоянно думаю о делах. Будто от меня одного зависит судьба России. Она вроде умудрялась ранее выкарабкиваться без помощи путешественников во времени. Только со мной у страны больше шансов выбиться в ведущие экономики мира, перестроить общество и избежать внутренних потрясений.

Плавно мои мысли перетекли к тому, какие позитивные изменения удалось совершить. Вроде многие проекты в начале пути или сделаны наполовину, но есть чем похвастаться.

Главной заслугой являются люди. Сначала я объединил под своим крылом талантливых учёных и инженеров. Именно они двигают НТП страны, сделав его поступательное развитие необратимым. Далее мои идеи поддержали русские политические и финансовые тяжеловесы. Без них большая часть проектов до сих пор находилась бы в подвешенном состоянии. Далее опора на столь важных соратников позволила сделать много полезных дел.

Первой на ум приходит медицина. Гипс, йод, опиумная настойка, массовые прививки и, конечно, эфир, позволивший делать сложные операции. Добавим к этому продвижение гигиены, внедрение продуктов с витамином «С» и изменение подхода к акушерству. Несколько нехитрых ходов уже спасли десятки, а скорее сотни тысяч жизней.

Вдруг в глазах потемнело и больно кольнуло в сердце. Я спас множество людей, но не смог сберечь единственную женщину, которую полюбил в прошлой и новой жизни. Иногда мне удаётся не думать об Анне, закопавшись в делах. Только потом приходят воспоминания, рвущие душу в клочья. А ведь всё могло сложиться иначе. По крайней мере, я был бы счастлив, а не делал вид.

Меня немного отпустило, и мысли снова вернулись к достижениям. Безусловно, надо упомянуть развитие промышленности и техники в частности. Внедрение коксования угля даст толчок металлургии уже в ближайшие десять лет. Как только мой металл станет не только лучше, но и существенно дешевле, конкуренты начнут шевелиться. Они уже начали действовать. Но пока ограничились жалобами в Берг-коллегию и императрице с требованием обуздать графа Шереметева, использующего нечестные методы работы. Ха-ха! Идиоты!

Также нельзя забывать о развитии производства инструментов и механизмов. Машина для изготовления гвоздей из проволоки дала мощную опору сразу нескольким сферам экономики, существенно удешевив рабочие процессы и строительство. Создание рессор помогло армии и торговле. Повозки, включая вспомогательный транспорт, стали надёжнее и более грузоподъёмными. То же самое касается инструмента — от обычных лопат до более сложных сеялок или кранов. Перечень номенклатуры моих заводов займёт несколько страниц. Особо радует замещение импорта отечественной продукцией.

А вот развитие земледелия сложно отнести только к моему воздействию. В конце концов, Вольное экономическое общество основали ещё в 1765 году, и в стране хватает людей, думающих о её развитии. Болотов в любом случае принёс бы колоссальную помощь русскому сельскому хозяйству. Другой вопрос, что я дал толчок селекции столь полезных культур, как сахарная свёкла с подсолнухом. Да и упор на повсеместное выращивание картофеля ещё спасёт тысячи русских жизней.

Отдельным пунктом идут земледельческие артели и латифундии, начавшие постепенно теснить привычные хозяйства. Получились этакие предтечи агрохолдингов моей реальности, только с разной формой собственности. Для научной поддержки масштабного проекта есть Болотовская академия. Что-то вроде Тимирязевки, но с гигантскими сельхозугодиями. По сути, именно детище Андрея Тимофеевича является крупнейшим предприятием страны, включив в себя поля, обрабатывающие производства и сотни мануфактур. Пусть это акционерное общество, но его позиции устойчивы и, главное, поддерживаются государством.

С учётом того, что Россия продолжает оставаться аграрной страной, — это уже плюсик в мою карму, а не просто свершение. Случись завтра реакция и откат от завоёванных позиций, промышленность перестанет прогрессировать, но сельское хозяйство попросту невозможно притормозить. Землевладельцы будут двигаться вперед, и тянуть за собой смежные сектора экономики вроде обрабатывающих и ткацких производств.

Остаётся два важнейших аспекта, невозможных без моего воздействия. Сложно рассуждать, что важнее. Пожалуй, открытие возможности добычи россыпного золота стоит чуть ниже. Драгоценный металл начали добывать ещё тридцать лет назад. Я только ускорил события примерно на такой же срок. Надеюсь, этот процесс позволит России вылезти из долговой удавки. Или немного её расслабить. Екатерина умудрилась наделать огромные долги, а у нас скоро война с османами. Значит, придётся делить полученные деньги. Армия и флот требуют колоссальных расходов. Насколько я помню, в моей реальности императрица воевала с турками в долг, занимая на кампании у голландцев. При этом немка умудрилась после обеих блестящих побед упустить контрибуцию.

А ведь старого врага можно было буквально уничтожить экономически, добившись положенных выплат. Однако сначала четыре с половиной миллиона, а затем семь миллионов рублей не дошли до казны. Или осели в нужных карманах? История об этом умалчивает. Ещё и якобы разрешённое судоходство через проливы шло туго, препятствуя развитию торговли. Хорошо хоть страна приросла огромными землями!

Всё-таки главным достижением я считаю воздействие на русское общество, начавшее меняться. Процесс только начался и идёт туго, но важен сам факт. Весомая часть дворянства осознала необходимость отмены крепостного права. Сложно сказать, когда это постыдное явление канет в лету. Ценен сам факт понимания, что система тормозит развитие страны и даже тянет её назад. К сожалению, для многих образованных людей моральный аспект оказался менее значимым. Ничего страшного, главное, чтобы власть убедилась в неизбежности отмены и начала действовать.

Другой вопрос, что ещё придётся долго обсуждать и даже драться за условия освобождения крестьян. Сторонников английского огораживания в России тоже хватает. Например, ими были разрекламированные большевиками декабристы. Для бар мужик оставался вещью или говорящим скотом, и все эти Пестели с прочими Рылеевыми не собирались отказываться от сословных привилегий. Сколько людей могло умереть от голода после изгнания с земли, их не волновало.

Сейчас в дискуссиях обсуждают эти вопросы, подкинутые мной. И пока мнение общества склоняется к половинчатому варианту — выкуп с землёй, похожий на указ Александра II. Но время у нас есть, значит, успеем прийти к более разумному консенсусу.

Больше всего меня удивила популярность идей противодействия коррупции и мздоимцам. Это уже не мода, а устоявшаяся практика. Откровенные казнокрады становятся париями. Пусть пока в провинции и мелких городках. Радует, что воровство начало осуждаться и перестало считаться нормой. Я просто не знаю иного пути борьбы с этой язвой на теле общества, кроме отторжения её людьми. Есть, конечно, путь террора. Но, например, в Китае моего времени взяточников казнили пачками, включая важнейших чиновников. И что? Безусловно, властям удалось обуздать откровенный беспредел и заставить махинаторов существенно урезать осетра. Однако Тайвань занимал конец тридцатки Индекса восприятия коррупции, а Китай шёл в районе восьмидесятого места. Для второй или даже первой экономики мира такая ситуация недопустима.

Значит, надо идти эволюционным путём. И начать необходимо как можно раньше. Что и сделано с моей подачи. Ведь менее продажное и объединённое общими целями общество сложнее раскачать. Ещё бы решить политический аспект, аукнувшийся России в конце XIX века, приведший к революции и уничтоживший империю. Я делаю всё возможное, пишу статьи и вербую соратников, пытаясь найти наиболее устойчивую государственную модель. По идее, лучше подходит конституционная монархия. Только кто из царей добровольно откажется от абсолютной власти? И дело не в самих правителях, а в аристократии и весомой части дворянства. Для них трон — опора страны.

Хотя при ближайшем рассмотрении ни о какой абсолютной монархии речи не идёт. Императоры давно заложники придворных группировок. Поэтому любые резкие ходы по изменению строя могут привести к фатальным последствиям. В России нет сильной буржуазии и сорока процентов грамотных людей, как было во Франции перед революцией. Боюсь, случись подобная заваруха у нас, то всё кончится гражданской войной и установлением дворянской республики по типу Речи Посполитой. А это путь в никуда. Вот и остаётся эволюционно-просветительский путь. Лучше подождать десять или двадцать лет, чем через век залить страну русской кровью, позволив инородцам и предателям захватить власть.

Ладно, это другая история. У нас есть одна проблема. Зовут её Екатерина II и компания. Или правильнее — камарилья. Такое ощущение, что немка собрала вокруг себя всё дерьмо с пеной, которые есть в русском обществе. Благо это не касается армии и большей части коллегий, где хватает адекватных и толковых людей. Но политику государства определяют не они. Например, вскоре послом в Англию поедет Семён Воронцов — сын губернатора, масона и вора по кличке «Роман — большой карман».

Как вы думаете, чем отличился отпрыск столь «достойного» родителя в моей реальности? Правильно, он помог англичанам заключить кабальный торговый договор. Затем постоянно пытался вмешаться во внутренние дела страны, вроде раздела Польши или вреда нейтральному статусу России, напирая на недовольство происходящим в Западной Европе. Считай — в Англии, пытавшейся одновременно ослабить потенциального союзника и воевать чужими штыками.

Таких, как Воронцов, при дворе много. Этот персонаж ещё не самый плохой, есть и откровенные скоты, место которых исключительно на виселице. Но они занимают высокие посты, влияют на жизнь государства и сосут из неё соки. Что делать с ними? Здесь эволюция бессильна — слишком долго ждать. И рубить сплеча нельзя — половина гвардии готова поддержать немку. Даже если отодвинуть Екатерину от власти, то камарилья никуда не денется. А она привыкла вкусно жрать и свергать неугодных монархов. Позиционный тупик, однако.

Выход снова один. Готовиться, ждать и усиливать Павла. Только что делать, если императрица почувствует угрозу, и цесаревич случайно отравится или упадёт с лошади, сломав шею? Я уверен, что она не остановится перед убийством сына, объявив наследником престола внука.

Пока у меня вопросов больше, чем ответов.