Морган глянул на меня так, как смотрел на все мои затеи в первую неделю знакомства, но спорить не стал.

В этот момент к нам протиснулись Адриан и Грозелла.

Адриан сиял, будто лично выиграл войну. Грозелла держала в руке бутылку и щурилась на зал с уверенным видом, будто знала всё наперёд.

— Главнокомандующий, — Адриан шутливо отдал честь, — войско прибыло в полном составе. Все двести голов, как и обещал.

— Двести одна, — поправила Грозелла и ткнула пальцем себе в лоб, где красовалась надпись «Воин Винтерская». — Я тоже служу, между прочим.

— Это заметно, — я ответил на её реплику. — Спасибо обоим.

* * *

Снаружи тем временем глухо гудела улица. У дверей с самого утра толклась раздражённая очередь, и сквозь приоткрытую створку долетал охрипший голос официанта Тобби, державшего оборону:

— Уважаемые, до полудня закрыто. Спецобслуживание. Могу принять заказ на доставку или записать вас на вечер.

Люди ворчали, ругали хозяина, его порядки и весь несправедливый мир, но имена на доставку всё равно диктовали. Ещё бы. Еда того стоила.

Клейн с Рейнаром объявились, когда очередь растянулась вдоль витрины, и перепалка у входа стала слышна на весь зал.

— Господа, сегодня закрыто, запишу вас на…

— Мы обязаны есть тут каждый день, — оборвал его Клейн, и по его лицу было видно, до чего он ненавидит эту фразу. — Небесная клятва. Хочешь, чтоб на нас с неба молния прилетела прямо у вашего порога?

Рейнар за его спиной обречённо кивнул.

Тобби заглянул в список обязательных гостей, нашёл две фамилии и посторонился.

— Клейн и Рейнар. Проходите.

Оба протиснулись в зал и замерли: две сотни голов повернулись к ним разом, а их ложки застыли на полпути ко ртам. По вытянувшимся лицам Клейна и Рейнара читалось: до обоих дошло, что сегодняшний обед будет не так прост…

* * *

Я оставил Андриана и Провидицу и уже вернулся к делам. Едва успел прикинуть, кого куда пристроить, как под локоть мне поднырнул Кевин.

— Господин Ив, беда, — выпалил он, отдуваясь. — С доставкой полный завал. Мои пацаны носятся с рассвета, а заказов всё больше. Ваше «закрытие» только раззадорило народ, все рвутся заказывать на дом.

— Вовремя ты, — хмыкнул я. — Как раз собирался раздать всем работу.

Я хлопнул в ладоши, звук раскатился по залу.

— Внимание! Кто доел, тот слушает. У меня для армии Винтерская есть работа. И за работу я буду платить.

Слово «платить» сработало лучше любого гонга. Шум стих, толпа разом повернулась ко мне.

— Но сначала общая задача, и касается она каждого, — продолжил я. — У меня пропал кот. Большой, бронзовой шерсти, с тремя хвостами, гуляет где-то по городу уже не первые сутки. Услышали слух, заметили след, любую мелочь рассказываете её мне, Моргану, Элизе или сюда, в ресторан.

Про себя я усмехнулся. Дине я обещал разыскать её мохнатого приятеля, а две сотни ушей по городу нароют больше, чем я сам, разрываясь между котлами, доками и сквером.

— Да если кот в городе, мы его из-под земли выкопаем! — гаркнул кто-то из бойцов, и толпа согласно загудела.

— Вот и славно. Теперь по делу.

Я поднял палец.

— Первое. Всем крепким ребятам, кто привык работать кулаками, предлагаю охрану. Ресторан, лавки, склады, причалы. Платить буду честно, кормлю тем же, что вы сейчас едите.

Бойцы у окна заулыбались и захрустели суставами. Из толпы тут же выдвинулось десятка четыре тех, кому мысль махать кулаками за деньги, да ещё и на сытый желудок, пришлась по душе.

— Идёте к Моргану, он распределит и нарежет задач.

Морган кивнул, отсчитал взглядом бойцов, пару оставил у дверей ресторана, а остальным выдал первые направления к лавкам и докам.

— Второе. Кто знает город и владеет техниками перемещения, предлагаю заняться доставкой.

Вперёд подались человек тридцать. Среди них выкатился круглый коротышка, и по залу пробежали смешки.

— Этот-то куда, — фыркнул сосед. — Он до угла полдня будет ползти.

Коротышка притопнул ногой, под ним вспыхнул воздух, и он промчал через зал от стены до стены и обратно быстрее, чем шутник успел закрыть рот. Смешки оборвались.

— Вопросов больше нет, — заключил я. — Все тридцать к Элизе, она обговорит условия. Разгрузите наконец пацанов Кевина.

Кевин выдохнул с облегчением.

Когда армия поредела на добрую треть, я перешёл к главному.

— И последнее. Самое важное. Реклама. Будете разносить по городу листовки и зазывать гостей в ресторан.

Зал недовольно зашевелился.

— Бумажки раздавать? — процедил жилистый практик с гербом на рукаве. — Мы вообще-то следуем пути культивации, а не по рынку с писульками собираемся бегать. Клятва клятвой, но чем Винтерскай покроет нам такой позор?

— Хороший вопрос.

Пробную партию я велел Адриану подготовить ещё вчера: обычные листовки, номера для учёта и слабая ароматическая пропитка на основе рыбного бульона. И он сразу мне её передал.

Я запустил руку в перстень и вытащил пачку флаеров.

От бумаги потянуло усиленным ароматом рыбного бульона, который они только что хлебали, и по залу прокатился вздох — голодный даже у тех, кто минуту назад выскребал вторую миску.

— Это вам не простые бумажки. На каждой свой номер, и эти номера будут закреплены за каждым из вас. Гость приходит с листовкой, делает заказ, показывает её кассе, и тот, кто эту листовку вручил, получает долю с его счёта. Сколько раздал, столько и заработал.

— А что будет если их потерять? — Выкрикнул кто-то из толпы.

— Значит сам виноват и останется без дополнительных денег.

Толпа примолкла, переваривая озвученную мной информацию.

— А чтоб было веселее, заведём рейтинг. Первая пятёрка по концу недели получит сверху награду: пятьдесят серебром за первое место, дальше сорок, тридцать, двадцать и десять.

Настроение толпы развернулось на сто восемьдесят градусов.

— Первое моё! — рявкнул здоровяк с перебинтованной рукой.

— Куда тебе, лоб, — окрысился щуплый очкарик рядом. — Ты и читаешь-то по слогам. Первое место заберу я.

— А вот и нет, мальчики.

Между ними втиснулась пышная блондинка, повела плечом, и оба спорщика мигом забыли, о чём вообще ругались.

— Первое место будет моё. У меня улыбка, а у вас только кулаки и очки. Эти бумажки мужики с руками оторвут, ещё и по второму листику попросят.

Толпа учуяла живые деньги и повалила ко мне за листовками. Пачки расходились по рукам, номера мелькали, и через минуту половина зала уже ломанулась к дверям, деля город на участки.

Последним подошёл Адриан и с ухмылкой вытянул из моих рук оставшуюся стопку.

— А я, пожалуй, тоже попробую. Любопытно, каково это, раздавать ароматные листовки. Заодно пригляжу, чтоб наше воинство не передралось за первое место.

— Пригляди, — кивнул я. — И если кто-то начнёт мухлевать с номерами, сразу мне сообщи.

Я уже собирался идти на кухню запускать ресторан, когда передо мной выросли двое. Клейн и Рейнар.

Клейн мялся, перекатывая желваки, Рейнар щурился на Грозеллу, которая как раз прикладывалась к бутылке у соседнего стола. По их лицам было видно, что они долго репетировали этот разговор и всё равно не знали с чего начать.

Ну да, конечно. Сейчас начнут канючить, чтобы я скостил им срок наказания.

Тем более Грозелла рядом, не уж то они рассчитывают надавить на жалость и попробовать скостить срок клятвы или предложить отступные?

— Господин Винтерскай, — начал Клейн и замолчал.

Рейнар пихнул его локтем.

— Мы хотели сказать, — Клейн набрал воздуха, — что ваша еда… она улучшила нашу культивацию. Даёт больше сил, чем пилюли. Мы такого не ожидали.

Я приподнял бровь.

— И?

— И мы хотим делом доказать свою лояльность, — выпалил Рейнар. — Вступить в армию Винтерская.

Вот это поворот.

Ещё недавно они пытались выглядеть хищниками. Теперь стояли как два побитых пса, которые вдруг решили, что ошейник Винтерская может оказаться выгоднее свободы.

Я смотрел на них и не мог понять, шутят они или серьёзно. Ещё три дня назад эти двое зажимали Ксению в коридоре бара, потом пытались меня убить на дуэли, а теперь стоят и просятся в мою армию. Вместо того чтоб клянчить свободу, напрашиваются в упряжку.

Похоже, мои блюда и правда лечат не только каналы, но и мозги. Стокгольмский синдром через желудок. Надо будет записать рецепт.

— Значит, хотите доказать свою полезность, — протянул я. — Ладно. Есть для вас особое поручение.

Оба подобрались.

— Вся армия ищет слухи о коте. А вы двое будете искать не слухи. Вы ищете самого кота. Или хотя бы точный след, куда он делся.

Я оглядел их с ног до головы и продолжил тем тоном, каким снаряжают на охоту за драконом.

— Дело смертельно важное. Кот дорог мне, как брат. Приведёте его или укажете, где искать, и место в армии ваше. Не справитесь, что ж, продолжите семь лет обедать по расписанию.

Под взгляды всей моей армии, для которой вы так и останетесь парой ходячих анекдотов.

Клейн выпятил грудь, Рейнар кивнул с торжественностью, словно ему вручили родовой клинок. Для этих двоих поиск загулявшего кота внезапно превратился в шанс перестать быть посмешищем и получить нечто большее.

— Найдём, господин Винтерскай, — пообещал Клейн. — Хоть весь город наизнанку вывернем.

— Вот и договорились.

Проводив взглядом свежеиспечённых котоловов, я взялся за ресторан.

Дел набралось на добрый час. Я выдал Леону запас концентрата из перстня и растолковал, какие заготовки пускать в ход первыми, а какие приберечь под вечерний наплыв.

— Меню на сегодня короткое, — предупредил я поваров. — Рыба под отваром, уха, медальоны. Работаем на стабильность и качество.

Проверил доставку, свёл с Элизой списки предзаказов, проверил у входа пару крепких ребят из свежей охраны, что вызвались помогать официанту на входе и записывать адреса для доставки.

К полудню ресторан разогнался и набрав рабочий ритм в контроле уже не нуждался.

Я же снял передник и вышел на улицу.

Я обратил внимание, что весь город стоял на ушах. Дозоры стояли на каждом перекрёстке, стража трясла лавки, а по рынку, если верить доносившимся до меня сплетням, до сих пор гоняют какого-то седого беднягу в сером балахоне. Весь город искал неуловимого культиста.

А я тем временем шёл прямиком к месту преступления — выбивать из рогатого должника плату за пустышку. Как же я не люблю не оплаченных счетов…