— Как думаешь, он сильно расстроится? — в который раз с тревогой спрашиваю я Влада.

— Все будет хорошо! Не переживай, — в который раз отвечает мне Влад, обнимая и целуя.

Я задумчиво смотрю в окно, там в заснеженном дворе Анечка и Ваня строят замок. Наверное, последний в эту зиму. Совсем скоро наступит весна, и сад расцветет, наполнится ароматами пробуждающейся природы. Тогда мы с ними будем сажать цветы и наводить красоту.

Как быстро летит время! Только вроде недавно мы с Владом под крики «горько!» узаконили нашу любовь, а уже полгода прошло.

Свадьбу мы сыграли скромную, в кругу самых близких и родных. Я не хотела большого торжества, слишком вымотал меня развод и все события. Но конечно же, Влад не мог не шикануть и не купить мне дорогущее платье и заказать вечер в самом крутом ресторане.

Теперь я полноправная хозяйка в доме Влада. Мой муж настоял на брачном контракте, где я являюсь владелицей половины его состояния. Для моего спокойствия, говорит он. Хотя я и сама теперь в деньгах не нуждаюсь. Мой бизнес выровнялся и стабильно приносит доход.

Макс отказался от дележки имущества в мою пользу, чем немало удивил меня. Мы даже пару раз вполне нормально поговорили, он даже взялся выплачивать алименты и очень просил давать ему возможность видеться с Анечкой. Говорит, что многое понял. Я знаю, что он забрал Матвея и живет с ним на съемной квартире. Что ж, поступок достойный уважения, кто знает, может и правда повзрослел?

Только я не готова давать ему дочь и разрешила видеться только в моем присутствии два часа в неделю и без посторонних. Поступок свекрови до сих пор бросает меня в дрожь. Как можно было так поступить со своей внучкой? Не хочу чтобы эта женщина даже близко подходила к Анечке.

Я не могу запретить Ане общаться с отцом ни по моральным, ни по юридическим законам. Когда она подрастет, то сама решит, нужен ли ей такой папа. А пока я только действую в ее интересах. Хотя мои глаза бы на Макса вообще не смотрели!

Ванечка с каждым днем говорит все больше, открывается. Почти ушла его настороженность к людям, страхи. Он стал больше походить на ребенка, чем на маленького хмурого мужичка. Чаще смеется. Еще, конечно, есть с чем работать, но прогресс на лицо. Мы всячески стараемся его подбодрить, дать понять, что любим его, что он в безопасности, и мальчик отвечает нам своей теплой улыбкой. Я давно считаю его сыном и иногда даже называю, забывшись, но он все еще держит дистанцию со мной.

— Ладно, зови! — решительно говорю я, как в омут с головой.

Новость, которую мы хотим сообщить Ване, наверняка перевернет его жизнь и нарушит привычный уклад. Вот только как он к ней отнесется? Обрадуется ли переменам или замкнется в себе и снова замолчит?

— Еще рано обедать! — возмущается дочь, заходя в дом. — Мы не достроили!

— Нам нужно с вами поговорить, дети, — серьезно говорю я.

Дети сразу же настораживаются.

— Что случилось? — спрашивает Ваня, заподозрив неладное.

— Дети, вот вы же уже большие, да? Ваня в этом году в школу пойдет, — начинаю я издалека.

— Ага, — кивает сынок.

— Ну вот…

— Мама хочет сказать, — не выдерживает Влад, — что неплохо бы нам в семью кого-нибудь маленького. Чтобы нянчить и любить.

— Собачку?! — в глазах дочери загорается радостный огонек.

— М-м-м, не совсем, — поправляю я, посылая Владу укоризненный взгляд. — Например, еще одного ребеночка. Вашего братика или сестричку.

— Ну… — Ваня задумывается, — пожалуй, я бы не отказался.

— А я хочу собачку, — грустно говорит Аня. — Ну, раз нельзя, пусть братик будет.

— Раз все согласны, то мы рады вам сообщить, что у мамы в животике поселился ребеночек, и скоро у нас будет новый член семьи, — радостно говорит Влад.

Дети недоверчиво смотрят на мой, все еще плоский живот.

— Он еще очень маленький, но скоро подрастет, — поясняю я.

— Я знаю, — важно говорит Ваня. — Я видел беременных теть. И вы такая же будете?

Я осторожно киваю. Ваня подходит ко мне.

— И у меня будет настоящий брат? — он с надеждой смотрит мне в глаза. — Родной?

— Или сестренка…

— И вы никогда от нас не уйдете?

От его взгляда у меня в груди все переворачивается от любви, на глаза наворачиваются слезы.

— Конечно, нет, — я встаю рядом с ним на колени.

— Тогда вы… ты моя мама? — Ваня крепко обнимает меня.

Я не выдерживаю и плачу.

— Да, сынок, я твоя мама, — я крепко прижимаю к себе маленького, травмированного мальчика.

— Почему ты плачешь, мам? — он смотрит мне в лицо.

— От счастья, сынок, — улыбаюсь я. — Я так рада, что ты у меня есть.

— Я тоже хочу потрогать! — ко мне подбегает Анечка, и дети принимаются слушать и трогать мой живот.

— Ничего не слышно, хоть бы поздоровался, — разочарованно тянет доченька.

Мы смеемся, и я выдыхаю с облегчением. Несмотря на мои страхи, все прошло как нельзя лучше!

— Предлагаю по этому поводу съесть торт! — радостно предлагает Влад.

Мы усаживаемся за стол.

— Жалко все-таки, что собачки не будет, — преувеличенно тяжело вздыхает Анечка и делает те самые глаза, от которых Влад тут же мчится исполнять ее желания.

— Да, — вторит Ваня, опуская голову. — Братик бы родился и играл с ней. Мы бы с Аней уже ее к тому времени выдрессировали.

— Думаю, мама не будет против малю-ю-ю-сенькой собачки? — Влад закидывает удочку.

— Но кто будет за ней ухаживать?! — возражаю я.

— Я! — три руки взметнулись над столом.

— Ну… ладно, — мне не устоять перед этой троицей.

— Дети, одеваемся и едем за собакой! — командует Влад.

Дети с гиканьем несутся наверх, в свои комнаты.

— Спасибо тебе, родная, — Влад обнимает меня.

Я глажу его по колючей щеке. Если бы мне пришлось снова пережить все, что мне устроил Макс, ради этой минуты, я бы не задумываясь согласилась. Сейчас я по-настоящему счастлива. Я люблю и любима своей семьей, и это главное!