— Что?! — я думаю что ослышалась, — кто вы?!

Мне кажется, это какая-то глупая шутка, какой-то розыгрыш, какие идиоты или мошенники хотят обмануть меня. Я читала, слышала что они вот так могут. Только сердце тревожное подсказывает "Вот оно! Я тебя предупреждало!"

— Дочь вашу мы изъяли! Что непонятного, мамаша?! — рявкает женщина. — Может, вы наконец протрезвеете, иначе…

— Я… я не пью… — в голове полный хаос, мысли мечутся, как сумасшедшие. Надо собраться.

— Да, конечно, — усмехается она презрительно.

Это приводит меня в чувство, чтобы биться с этой мегерой, кто бы она не была, мне нужна холодная голова.

— Вы точно о моей дочери говорите?! — я добавляю твердости в голос, — ничего не перепутали?

— Анна Максимовна Корнева, ваша? — сбавляет тон инспекторша или как они там в опеке называются.

— Моя, — киваю я, — но как…

— А вот так! — злобно отвечает она. — Меньше шляться будете!

— Так, хватит оскорблений! — рявкаю я. — Говорите адрес, я приеду. Это какая-то чудовищная ошибка!

— Все вы так говорите, — бурчит дама, но адрес все-таки дает. — Но учтите, ребенка мы вам не отдадим!

— Это мы посмотрим, — отвечаю и кладу трубку.

Залпом выпиваю стакан воды, чтобы унять панику. Что делать?! В первую очередь надо позвонить свекрови. Все-таки у меня еще есть надежда, что это все тупой розыгрыш.

— Да, Кирочка, — тихо отвечает свекровь.

— Мария Ивановна, где Анечка? — спрашиваю я в лоб.

— Дома, где же ей еще быть? — удивленно отвечает она.

На заднем фоне я слышу шум голосов и эхо… Такое бывает когда находишься в каких-то госучреждениях. Похоже сама свекровь не дома.

— А вы где? — я все еще стараюсь сохранять спокойствие.

— Ох, Кира, беда у нас. Саше плохо стало, говорят подозрение на инфаркт, в больнице мы, — всхлипывает она, — его сейчас врачи осматривают а я…

Я холодею, свекра, конечно, жаль, но сейчас меня не он беспокоит.

— А Аня с кем? — перебиваю я.

— С Максимом, — отвечает она неохотно, продолжая плакать. — Кира, что случилось? Почему ты допрашиваешь меня? Что я сделала?

Ничего не ответив, я бросаю трубку. Я просто в бешенстве! Не могу найти оправдания для свекрови. Я все понимаю, беда, но почему она мне не позвонила?! Она же знает, что Макс никудышный отец, но ее эта слепая вера в сына переходит все границы, тем более она же знает, что Макс отказался от дочери! А может, он потерял Аню?! А вдруг бы с ней что-то случилось?!

От этой мысли у меня кровь от лица отливает, ноги подкашиваются, в ушах начинает звенеть, я нащупываю стул и сажусь. Моя девочка, моя доченька где она сейчас?! Перед глазами встает ее заплаканное личико. Ей, наверное, так страшно среди чужих людей…

Я с трудом удерживаю себя, чтобы не помчаться и не разгромить эту гребаную опеку. Так я ничего не решу, наоборот, меня примут за неадекватную и навсегда отберут дочь.

Я вызываю такси и набираю Макса, хотя надежда на розыгрыш стремительно тает. Не отвечает!

Надо успокоиться, чтобы не наломать дров. Нужно прийти в себя! Мне нужно, чтобы рядом был кто-то сильный, спокойный, кто сможет объяснить этой опеке, что произошло недоразумение. Снова беру телефон в руки.

— Влад! Аню забрали! — кричу я в трубку.

— Кира, ты где? — коротко спрашивает он.

— В магазине, — всхлипываю я, до этого копившиеся слезы, вдруг потекли по щекам.

— Я сейчас приеду, жди! Никуда без меня не уходи и постарайся взять себя в руки, все решаемо! — коротко говорит он и отключается.

Я отменяю такси. Мне становится чуточку спокойнее. Влад поможет, он сильный, он знает что делать, что им говорить. Не проходит и десяти минут, как перед дверью тормозит статусный БМВ Влада. Я выбегаю навстречу.

— Поехали! Скорее поехали! — говорю я, забираясь на переднее сиденье.

— Спокойно, Кира, — говорит Влад, и я, как по команде, выдыхаю. — Объясни нормально, что произошло.

Я четко и коротко рассказываю о звонке, о свекрови и Максе.

— Все будет хорошо, — он ободряюще улыбается. — Это не проблема, сейчас решим.

Ох, как мне хочется ему верить, только я от знакомых мамочек слышала, что опека, если в кого вцепится, то забрать очень сложно. Особенно если ребенок находился в опасности. Опасность! Мне снова становится плохо, паника накрывает волной. Стараюсь равномерно и глубоко дышать, чтобы в обморок от напряжения не свалиться. Анечка жива и здорова — это главное!

Влад звонит кому-то и тихо разговаривает, я не слушаю, смотрю в окно. Ну почему так медленно? Была бы возможность, выскочила бы и бегом побежала! Я не озвучиваю свои мысли, понимаю, что Влад сделает все возможное, я словно подпитываюсь от него. Его уверенностью, его спокойной силой и превосходством. Вместе мы сможем объяснить этим женщинам, что Анечке нельзя оставаться в приюте.

Наконец мы останавливаемся возле серого невзрачного здания. Я выскакиваю из машины и бегом бегу к входу.

— Кира! Стой! — кричит Влад.

— Ну что еще? — оборачиваюсь я. Разве он не понимает, что с каждой минутой вдали от меня Анечка страдает все больше.

— Кира, — Влад берет меня за плечи и смотрит в глаза, — спокойно! Доверься мне. Я все сделаю в лучшем виде!