Марта вернулась за мной через час. Помогла мне вылезти из ванны, накинула на плечи мягкое полотенце и молча принялась вытирать мои волосы. Я стояла как кукла, позволяя ей делать всё, что нужно — сил сопротивляться или помогать просто не было. Тело казалось чужим, неповоротливым, наполненным свинцовой тяжестью.

— Что это? — удивилась женщина, показывая на странные шрамы на внутренней стороне моего бедра. — Как будто следы от ожогов. Как ты их получила, бедная девочка?

— Я не помню, — упрямо мотнула я головой, действительно не ведая, как настоящая Катрин могла поранить себя в таком месте.

— Хорошо, милая, я не буду сейчас приставать к вам с вопросами, — проговорила герцогиня, помогая мне надеть тонкую батистовую сорочку, которая скользнула по коже, как прикосновение прохладного ветерка. — Сейчас вы ляжете, отдохнёте. Завтра всё будет иначе.

— Спасибо, миледи, — благодарно прошептала я, позволив уложить себя в постель.

Она поправила подушки, укрыла одеялом до самого подбородка и бесшумно вышла из спальни.

Оставшись одна в темноте комнаты, я сентиментально расплакалась. Слёзы потекли сами собой — сначала тихо, потом всё громче, пока не перешли в беззвучные рыдания. Я ревела по Джефри, который лежал сейчас в лазарете с простреленным плечом. Рыдала по Натану, по нашему последнему рассвету на причале, по яхте, которая так некстати взорвалась, перенеся меня в иной мир. Плакала о себе, женщине с пятикратным опытом замужества, которая ввязалась в эту авантюрную историю и теперь не знает, чем она закончится.

Полный стакан выпитого виски сделал своё дело — мысли стали путаться, веки тяжелели, и в какой-то момент я провалилась в сон, тёмный и глубокий, как колодец.

* * *

— Маленьким красивым девочкам не положено пить крепкое мужское пойло, — услышала я у себя над ухом назидательный тон Рика Нортона.

Я вздрогнула и открыла глаза. Надо мной склонился силуэт детектива, подсвеченный слабым лунным светом, пробивающимся сквозь щель между шторами.

Сердце пропустило удар, потом забилось быстрее — я была рада на этот раз видеть своего нежданного ночного гостя. Его взгляд, встревоженный и напряженный, внимательно осматривал меня, словно опасаясь, что я вот-вот рассыплюсь.

— Рик, — начала я, мой голос совсем охрип, и на глаза выступили слёзы. — Ты был прав: мужчины вокруг меня мрут, как мухи.

— Но с Джефом вроде пока всё в порядке, он ещё тот живчик?! — он присел на край кровати, и я почувствовала тепло его руки на своём плече. — Ты сама-то как? Сильно испугалась?

— Я в порядке, — предательски шмыгнула я носом. — Он… он спас мне жизнь…

Рик выдохнул с таким облегчением, что это было почти слышно. А потом не сдержался, наклонился и поцеловал: горячо, жадно, словно проверяя, что я живая, что я всё ещё здесь. Его пальцы скользнули по моей щеке, зарылись в волосы, и я ответила на его поцелуй, чувствуя, как внутри разливается тепло, вытесняя холод страха.

Потом он резко дернулся от меня, словно обжегся. Я непонимающе захлопала глазами.

— Ты чего? — обалдела я от такой его реакции. — Вроде не кусаюсь.

— Какого черта, ты сейчас целовала меня? — он вскочил на ноги.

— Я? — ко мне мгновенно вернулась вся злость на этого самоуверенного нахала. — То ты сам накидываешься на меня со своими поцелуями, то строишь недотрогу!

— Я? — глаза детектива полезли наверх от искреннего изумления. — Ты сейчас хочешь сказать, что это я первый начал тебя целовать?

— Конечно! — утвердительно кивнула я в ответ.

— Запомни, малышка, — высокомерно заявил детектив. — Я не целую чужих невест!

О, Боги, дайте мне сил со всем этим справиться! Неужели, действительно я, под парами алкоголя, полезла к Рику со своими поцелуями? Надо срочно взять себя в руки!

— Полиция определила причину смерти Генри Локвуда и мистера Вилекса, — решила я резко сменить тему нашего диалога, который, по всей видимости, зашел в тупик. — Они оба были отравлены редким ядом, который убивает свою жертву в течение нескольких суток, поэтому трудно выявить причастных к покушению лиц.

Детектив о чем-то задумался, а я безапелляционно продолжила:

— Кстати, учитывая сложность обнаружения источника этого эксклюзива, в круг подозреваемых Джефри зачислил и тебя в том числе.

— Меня? — удивился мой ночной гость. — И за что, позвольте спросить, мне уготована такая честь?

Я, вздохнув, села на кровати и нарочито важно произнесла:

— Такой яд под силу добыть только человеку со связями! Я права, герцог Ричард Лэмбери?

— Ах, вот в чём дело? — развеселился детектив. — Тогда пойдём, ты это должна сама увидеть!

Он взял с комода газовый фонарь, и, подойдя к кровати, схватил меня за руку, рывком вытаскивая из-под одеяла.

Уже выйдя в коридор, детектив ослабил хватку, зажег фонарь и подтолкнул меня к лестнице.

— Идем в библиотеку, — услышала его приглушённый приказ.

Идя впереди, я чувствовала спиной его напряженный взгляд. Мне было явно дискомфортно, и это ощущалось каждой клеточкой моего тела.

— Что опять не так? — резко обернувшись, спросила я, сердито вглядываясь в лицо детектива.

Он молчал. Потом стянул с себя плащ и в два шага нагнал меня, накинув тяжёлую ткань мне на плечи.

— Твоя сорочка слишком тонкая, — сказал он хрипло, отводя глаза. — Я не могу… сосредоточиться.

Я улыбнулась в темноте, запахивая плащ плотнее, и продолжила спуск.

— Ты сам так торопился, что не дал мне возможности накинуть на себя халат, — ворчала я весь остаток дороги.

— Значит, тебе придется потерпеть данную деталь моего гардероба, — буркнул Рик, — негоже мне демонстрировать прелести чужой невесты.

— Я потерплю, — угрожающе прошептала я, заходя в библиотеку. — Ты ещё узнаешь, какая я терпеливая — мало не покажется…