Уже позже я набил татуировку.

– Тебя хорошо известно, как много ты значила для меня, – я намеренно произношу слово «значила» в прошедшем времени просто для того, чтобы уколоть ее.

– А твоя девушка? Не думаю, что ей понравиться знать, что ты хранишь фото своей бывшей подружки.

– Ей может не понравится многое. Например, то, что мы с тобой переспали.

Щеки Леры покрываются легким румянцем, и я вспоминаю, как она умоляла меня не останавливаться и выкрикивала мое имя на пике наслаждения.

Я сажусь напротив и дотрагиваюсь до ее руки.

– Мы должны обсудить это.

– Что здесь обсуждать? – резко бросает Лера, одергивая руку, – Это был одноразовый, ни к чему не обязывающий секс.

Нихрена себе!

Если бы я не был зол, я бы рассмеялся.

– Вот как, – я складываю руки на груди, стараясь не показывать насколько сильно меня задели ее слова – Но ты ведь знаешь, что это не так.

– А как, Лекс? Эта ночь ничего не изменила между нами. Я по-прежнему замужем, а ты помолвлен.

– Я не говорил тебе, что помолвлен, – подмечаю я.

– Ты – нет. Но об этом говорит вся западная пресса.

Так значит она все-таки интересовалась моей жизнью. Приятно слышать хотя желтая пресса и не самый лучший источник информации. Впредь нужно внимательнее относиться к сотрудникам, занимающимся связями с общественностью.

– И ты серьезно веришь тому, что пишут в газетах? – почему, черт возьми, мне, кажется, это таким забавным?

– Какая разница, – Ласточка пожимает плечами и встает.

– Куда ты?

– Мне пора на работу, – она проходит мимо меня, но я останавливаю ее, ухватив за запястье.

– Лера, ты не можешь просто уйти. Это неправильно.

– А то, что мы сделали, по-твоему, правильно?

Я подскакиваю на ноги с такой силой, что стул позади меня с грохотом падает.

– Я тебя не понимаю! Ты сама пришла ко мне, я ни к чему тебя не принуждал. Ты могла остановить меня, но ты этого не сделала.

– Мы с Олегом поссорились, я была зла, выпила вина…, – мямлит она, – Прости, если дала тебе надежду.

ЕСЛИ?! ЕСЛИ, МАТЬ ВАШУ?!

Она не просто дала мне надежду, она заставила поверить меня в то, что я не упустил шанс все исправить.

– Отлично, мать твою! – рычу я, – Значит, ты просто использовала меня в качестве мести?

– Так вышло.

Я пытаюсь поймать ее взгляд, но тщетно. Верный признак того, что Лера хочет обмануть меня.

– Ты лжешь, Ласточка. Я достаточно хорошо тебя знаю, чтобы быть уверенным, что ты никогда бы не переспала с человеком, к которому ничего не испытываешь.

Она открывает рот, чтобы возразить, но я, не дожидаясь, хватаю ее за шею и, притянув к себе, прижимаюсь к ее губам.

– Лекс, пусти, – просит Лера, упираясь ладонями в мою грудь. Но я не хочу ее отпускать.

Ни сейчас.

Ни позже.

Никогда.

Неужели, она не понимает насколько сильно нужна мне?

– Останься. Прошу тебя. Я не хочу, чтобы ты уходила.

– Я не могу остаться, Лекс. Пойми, у меня есть определенные обязательства. Мы и так уже зашли слишком далеко, – она вырывается и выходит в коридор.

Я слышу звук застегивающейся молнии и стук закрывшейся двери, в то время как внутри меня растет огромная зияющая дыра. Моя Ласточка снова ускользает от меня, а я даже не представляю, как с этим справиться. Я наивно полагал, что после этой ночи штамп в ее паспорте магическим образом исчезнет, а Лия окажется не более чем очередной выдумкой журналистов.

Лера права. Мы зашли слишком далеко и обратной дороги больше нет. Я полностью погряз в ней, стал зависим и пусть сейчас она чужая женщина, я должен вернуть ее.

С каждой минутой, ярость овладевает мной все сильнее от понимания того, что моя женщина ляжет в постель к другому, он будет к ней прикасаться, целовать ее сладкие губы, займется с ней любовью, и я ничего не смогу с этим поделать.

Он – ее муж, а я просто эпизод из прошлого.

Как же жалко осознавать свое бессилие.

Я замечаю тарелку с омлетом и свежими тостами и горько усмехаюсь. Лера приготовила для меня завтрак будто это лучшее, что она могла сделать для меня.

Раздражаясь еще сильнее, я хватаю тарелку и швыряю в раковину. Посуда с громким звоном ударяется о металлическую поверхность раковины, разлетаясь на осколки. Обессиленно опустившись на пол, я прижимаюсь спиной к кухонному шкафу и закуриваю. Удручающую тишину нарушает звук входящего звонка по видеосвязи, но последнее чего мне хочется – это вести оживленный диалог с кем бы то ни было. Звонок затихает, но затем повторяется еще раз.

И еще раз.

В конечном счете я не выдерживаю, поднимаюсь с пола и тащу свою унылую задницу к ноутбуку.

Лия.

Умеет же правильно подобрать момент.

– Привет, милый, – щебечет Лия, как только я отвечаю.

Она – красива. Очень красива. Бронзовый загар безупречно покрывает ее кожу, идеально контрастируя с белым купальником, а черные волосы, уложенные в незамысловатую прическу, украшает экзотический цветок. В руках Лия держит высокий бокал с коктейлем, соблазнительно покусывая соломинку. Половина мужского населения планеты, не задумываясь пошла бы на убийство ради возможности быть рядом с этой горячей красоткой. Я же, имея эту возможность предпочитаю думать о сладком плоде, который является для меня запретным.

Придурок!

– Здравствуй, Лия, – на заднем плане слышится шум океанских волн и звуки стил – гитары.

Девушка хмурится.

– С тобой все в порядке? -не знаю, что ответить. Конечно, со мной не все в порядке. Я изменил своей девушке и даже не чувствую себя виноватым, – Ты кажется чем-то обеспокоен.

Я глубоко вздыхаю.

– Все в порядке, Лия. Просто устал немного.

– Опять до глубокой ночи работал?

Ну, в какой – то степени, да…

Фог, ты скотина!

– Как там Гавайи? – спрашиваю я, желая поскорее закончить разговор.

– О, потрясающе! Ты знал, что древние гавайцы верили, что, чем более тяжеловесна женщина, тем она красивее? Очевидно, мои сто двенадцать фунтов (51 кг), не подходят под местный эталон красоты. Не то, чтобы меня это расстроило, но я всерьез подумываю сесть на углеводную диету…, – я пытаюсь вникнуть в суть беседы, но все мои мысли заняты девушкой, вытатуированной на моей груди.

– Вчера, Джош и Нора устроили…

– Лия, нам нужно поговорить, – я обрываю Лию, больше не в силах строить из себя порядочного жениха, безумно скучающего по своей невесте и делающего вид, что меня действительно волнует углеводная диета, антицеллюлитные крема и новый кардио тренажер.

Лия замолкает и выжидающе смотрит на меня. На мгновение у меня в голове проносится мысль, что она и уже и так знает, что я собираюсь сказать.

– Лия, я…, – я закрываю лицо руками, пытаясь подобрать нужные слова. Но проблема в том, что таких слов просто не существует.

– Алекс, что с тобой? Поговори со мной.

Я перевожу взгляд на экран и понимаю, что не могу этого сделать. Не сейчас. Да, глаза Лии голубые и им никогда не стать изумрудно-зелеными, теми, которые я люблю до глубины души, но в них столько света и нежности, столько чуткого блеска, что я просто не могу стать причиной, из-за которой эти глаза померкнут.

Мне нужно время.

– Алекс? – настаивает Лия.

– Нет, детка, все хорошо. Мы обязательно обо всем поговорим, но позже. Хорошо?

Уголки ее губ приподнимаются в печальной улыбке, не затрагивающей голубых глаз, но она понимающе говорит:

– Конечно. Я выслушаю тебя, как только ты будешь готов.

Мы еще несколько минут говорим о сумасшедших гавайских вечеринках, пристрастии Джоша к околехао (гавайский самогон) и обсуждаем идею Лии укоротить длину волос. И на всем протяжении этого на первый взгляд непринужденного разговора меня не покидает мысль «она знает».

Лия все знает.

Глава 14

Валерия

Будь я рождена восточной женщиной, меня бы с удовольствием забили камнями или подвергли публичной порке. Я – изменщица. Женщина, предавшая своего мужа, осквернившая семейные ценности, прыгнувшая в пучину похоти, безрассудно последовавшая за своими желаниями. Всю дорогу от дома Лекса и до своего офиса, я десятки раз прокрутила эту мысль в своей голове. Теперь глупо искать оправдания и винить во всем случившемся алкоголь, дурацкую ссору с Олегом или даже Лекса. Он просто сделал то, что я позволила ему сделать, а все остальное уже не имеет смысла. Это случилось, и это было…невероятно. Я никогда не понимала, что побуждает женщин пойти на измену. До тех пор, пока не оказалась с ними в одной лодке. Очень просто судить, находясь по другую сторону баррикад. Но когда твое сердце замирает от одного прикосновения, во рту пересыхает, а руки дрожат от ощущения его дыхания на твоей коже, ты готова пойти на что угодно лишь бы продлить эти мгновения, пусть даже он не твой муж, которому ты давала обещание «долго и счастливо».

Лекс – чужой мужчина, а я – чужая женщина, но мы всегда будем принадлежать друг другу. Я написана на его теле, а он высечен в моем сердце.

Несколько раз за ночь, я просыпалась, окутанная руками Лекса, гладила его волосы, наблюдала за его умиротворенным лицом, покрытым дерзкой щетиной и точно знала, что с приходом рассвета мы должны будем отпустить друг друга. Мимолетно касалась губами обнаженной груди, прислушиваясь к размеренному дыханию, создавая еще одно воспоминание, которым мне придется довольствоваться следующие десять лет. Утром, поддавшись внезапному порыву, я приготовила завтрак и сварила кофе, совершенно свободно чувствуя себя на кухне Лекса. Я даже была готова остаться еще на несколько часов пока не увидела, как дисплей телефона, оставленного Лексом на прикроватной тумбе, оживает, получая входящий звонок.

«Любимая».

Всего два слова, ясно дававшие понять, что наши жизни могут существовать только по отдельности, а эта ночь была чем-то вроде нелепой случайности, допущенной сотрудниками небесной канцелярии. Разозлившись, я позвонила Олегу, выслушала порцию упреков в адрес своего недопустимого поведения, но, тем не менее, почувствовала себя намного лучше.

И вот теперь я захожу в душный офис свадебного агентства и мысленно готовлюсь к допросу с пристрастием от девушки, которая уверила моего мужа, что прошедшую ночь я провела в ее квартире с видом на химчистку и винный магазин.

– Доброе утро, Босс! – бодро произносит Нина, преграждая мне путь. В руках она держит дымящиеся чашки с кофе.

– Выглядишь неважно, – констатирует девушка, критично осматривая мой внешний вид, начиная с темных джинсов и красной футболки и заканчивая «конским» хвостом на голове. К сожалению, из косметики в моей сумочке оказались только тушь для ресниц и жалкий огрызок карандаша для глаз, поэтому макияж тоже оставляет желать лучшего.

Сейчас я, скорее всего больше похожа на провинившегося подростка, спустившего половину родительской зарплаты на развлечения, чем на владелицу свадебного агентства.

– Неужели, мистер Фог…

– Даже не думай заканчивать эту фразу, – предупреждаю я, с благодарностью принимая чашку с ароматным напитком из рук Нины.

– А что? Я просто надеюсь, что мистер Фог действительно хорош, потому что вчера мне пришлось больше сорока минут убеждать твоего благоверного, что ты спишь на моей раскладушке, а не в постели своего бывшего парня. Думаю, я заслужила знать все подробности.

Я прохожу в свой кабинет, который с недавних пор носит гордое звание «парковка для солнца» и, плюхаюсь в кресло. Нина ни на шаг не отстает от меня, буквально наступая мне на пятки.

– С чего ты вообще взяла, что я была с Лексом?

Нина раздраженно закатывает глаза

– У тебя такой взгляд, который так и говорит, что прошедшая ночь была очень жаркой.

Как вообще выглядит подобный взгляд? Очевидно, я ни черта не разбираюсь в людях, потому что в противном случае ни за что на свете не приняла бы на работу эту девицу с повадками закоренелого сыщика.

– Господи Иисусе, – бурчу я, роняя голову на стол и мечтая исчезнуть с лица Земли, только бы не ощущать, как взгляд Нины буравит дыру у меня во лбу.

– Перестань так на меня смотреть, – прошу я, действительно ощущая дискомфорт. Конечно, дело не только в этом. На самом деле меня больше волнует, что я буду чувствовать помимо чувства вины, когда встречусь с Олегом.

– И не мечтай, Босс. Ну, так, что?

– Что?

– Мистер Фог действительно так хорош, как кажется на первый взгляд?

Я медлю еще несколько секунд, прежде чем, вскинуть голову и рассказать своей подруге все горячие подробности ночи, проведенной в компании Лекса Туманова. К тому моменту, как я заканчиваю свой рассказ, Нина сидит с раскрытым ртом.

– С ума сойти! То есть он до сих пор хранит твое фото? Серьезно? Я даже боюсь представить, что он делает с ним, когда остается один, – Нина звонко смеется, а я кривлюсь от ее слов.

– Какой ужас.

– Кстати говоря, тебе не мешало бы вернуть кольцо на место, – говорит девушка, указывая на пустующий безымянный палец. Вот, черт! Я делаю так, как она говорит и вспоминаю, что вроде как, должна поблагодарить ее.

– Нина, спасибо, что прикрыла меня.

– Нет, проблем Босс. Только в следующий раз предупреждай, когда соберешься развлечься, чтобы я не выглядела полной дурой.

– Следующего раза не будет, – уверено произношу я, на самом деле, не уповая на то, что говорю.

– Конечно, нет, – соглашается девушка, но по ее беспечному тону понятно, что она не верит мне.

– Перенеси, пожалуйста, все запланированные встречи на сегодня, я немного не в форме, для деловых разговоров.

– Хорошо.

Нина покидает мой кабинет, а я думаю, что мне все-таки придется поднять ей зарплату.

Следующие два часа, я упорно пытаюсь вникнуть в суть работы над свадьбой в стиле «Шебби шик», но хаос, царившей в моей голове препятствует этому. Мысленно, я возвращаюсь в квартиру Лекса, вспоминая как приятно мне было ощущать его внутри. Мне всегда был приятен секс с мужем, но то, что я испытала с Лексом, было совсем иначе. Не хуже и не лучше. Просто по-другому. Моя кровь превращалась в раскаленную лаву, пока Лекс глубокими толчками пронизывал мое тело, заполняя крошечными атомами наслаждения всю меня – от ногтей до кончиков волос.