– Фрай, что это было?! Или… простите, так мы не знакомы, Харон? – зло кинула Лукка, выбегая из кабинета гадалки.

– Так, полегче! – спокойно ответил мужчина, засовывая в рот чипсинку.

– Давай начистоту, даже если это сон, хотя я уже и сама не знаю… Я должна была умереть? Ты пришел за мной, но передумал? Что вообще, черт возьми, происходит?! – Девушка встряхнула руками, словно пытаясь разогнать морок, собравшийся вокруг нее невидимым туманом.

– Пойдем присядем… – Харон взял испуганную Лукку за рукав пальто и потянул за собой. Она не сопротивлялась – слишком много всего было сказано и слишком много всего ей следовало переварить прямо сейчас. Словно послушная болонка, девушка поплелась за ним. Они прошли весь бар, а затем свернули за угол. Подойдя к неприметной двери, мужчина повернул ручку и зашел внутрь. Еще один кабинет, только, в отличие от комнаты гадалки, аккуратно прибранный. Письменный стол, стул, куча одинаковых папок, разложенных по многочисленным полкам, словно в какой-то неплохой юридической конторе. На полу лежал турецкий ковер, а на стенах висело несколько совершенно офисных картин в стиле «дизайнерская мазня». На углу стола стоял одинокий цветок в горшке. Не хватало только вывески «Харон и партнеры». Лукка хихикнула. Это было нервное – она всегда по-дурацки хихикала, когда нервничала.

– Твой кабинет? – спросила девушка, оглядывая владения Харона любопытным взглядом.

– Ага, – кивнул тот и расположился за столом, закинув на него ноги. – Разве что у меня ощущение, что в моем столе кто-то рылся… Пора менять замки, – недовольно пробурчал он, оглядывая верхний ящик стола, в котором рядком лежали тонкие папки с бумагами.

– Что за документы? – хмыкнула Лукка. В сравнении с бардаком, что творился в ее компании, ровные рядки бумаг в столе Харона вызывали искреннюю зависть.

– Контракты, конечно, личные дела, «рыбы» договоров, – буднично ответил тот и захлопнул ящик. – Ладно, потом разберусь с тем, кто так нагло ворвался в мой порядок.

– В общем-то твой кабинет не выглядит так, словно принадлежит тому, кто переправляет людей в «Загробный», – промолвила девушка, проводя пальцем по полке – она была чистой, ни намека на пыль.

– Всю эту чепуху про устрашающих мертвецов, скелеты и дребезжащую от старости лодку на реке Стикс придумали вы, люди. Полагаю, фантазии хватило лишь на такую скучную жуть, потому что жизнь у вас, как правило, тоже очень скучная, – устало произнес Харон.

– То есть ты считаешь, что мертвецы и лодка на реке Стикс – это скучно. А… офис в стиле сериала «Хорошая жена» – это не скучно? – удивилась Лукка, располагаясь на стуле напротив.

– Ну… да, – ухмыльнулся мужчина и изучающе посмотрел на нее. – Так ты хотела меня о чем-то спросить?

За дверью кабинета происходила какая-то возня, что ненадолго отвлекло девушку от разговора. Она прислушалась.

– Скоро утро, нам нужно поторопиться, – привел ее в чувство Харон.

– А, точно…

Лукка задумчиво уставилась на свои пальцы: они уже не дрожали.

– Послушай, ты не подумай, что я наезжаю. Я, конечно, благодарна за то, что все еще жива. Хотя теперь не совсем уверена… Тут все так нереально, что можно подумать, будто и жизнь тоже в прошлом осталась… – начала она.

– Ты жива, успокойся, – словно в последний раз напомнил Харон, устало прикрывая глаза.

– Так вот, о чем я… – продолжила девушка. – Гадалка сказала правду или она очередная шарлатанка?

Мужчина открыл глаза и развернулся к Лукке. Он выглядел так, будто невероятно устал от ее простого человеческого желания выяснить правду.

– Ну, если быть откровенным, ты должна была умереть, но… у меня выходной, как я уже пояснил ранее. И я решил дать тебе отсрочку.

– Так… – спокойно прошептала девушка. – И… что же за смерть такая меня ждала?

– Да самая обычная, смерть как смерть. Чик, и все, – как ни в чем не бывало ответил Харон.

– Насильственная или по естественным причинам? Ну, например… сердечный приступ, разрыв аорты… Я вот перебарщиваю с кофе порой… О боже, а вдруг остановка сердца от передоза кофеина? – Лукка округлила глаза, начав перечислять в своей голове способы умереть внезапно. Она вдруг осознала, что смерть – нечто более реальное, чем что-то, что обычно происходит с другими людьми.

Ведь именно так это и бывает – живешь себе спокойно. Злоупотребляешь или нет. Ходишь на йогу или на вечеринки. Или посещаешь и то и другое. Занимаешься собой, своей жизнью или же направляешь все силы на то, чтобы заняться жизнями других людей. Ведешь себя хорошо или нет… Где-то там происходит смерть, и кажется, будто она чья-то чужая, не касается ни тебя, ни твоих родных, словно и не коснется никогда. Ну и пусть себе помирают где-то там подальше.

«Я бессмертна и буду жить вечно. Или нет, не так: я умру когда-нибудь. Но это будет нескоро, и я ничего не почувствую».

Всегда кажется, что с тобой не произойдет ни страшной болезни, ни жуткой автокатастрофы, ни маньяка-убийцы, ни врачебной ошибки… А оно берет и происходит.

И ты такая: «Пу-пу-пу… Вот те на-а-а…»

Или только должно случиться. И вот ты выходишь за едой ночью…

«Блин, как глупо, не правда ли?»

Ты просто хочешь перекусить, висишь на волоске… Но сам проводник душ решает взять тебя с собой в бар и угостить пивом. И ты сидишь, хлопаешь ушами и не понимаешь, что лучше: знать о том, что должна была случиться смерть, или продолжать жить в сладком неведении?

– Разве, если я скажу, тебе станет легче? – перебил поток мыслей Лукки Харон.

– Не знаю, – пожала плечами та.

Он продолжал изучающе смотреть на нее, словно подбирал варианты развития событий.

– Так мне все еще грозит смерть или… можно спокойно жить дальше? – с истерическим смешком спросила девушка, ерзая на стуле.

Харон медленно втянул носом воздух. Он думал над ответом. А точнее – над тем, нужен тот Лукке или нет.

– Ну… когда-нибудь ты точно умрешь, – тихо ответил он.

– Когда-нибудь – это нескоро или, по закону жанра, Смерть вернется за мной в ближайшее время? – понизила голос девушка.

– Не знаю, подруга.

Мужчина выглядел, как врач-онколог, который сообщает пациенту страшный диагноз. Лукка замерла. Внутренние органы словно сдавило тисками.

«Черт возьми…»

– И что же мне делать? – спросила она.

– Очевидно, не забивать голову пустяками и жить дальше, – ответил Харон.

«Тоже мне пустяки…»

Лукка посмотрела на мужчину как на идиота.

– Тебе пора, – произнес тот и встал из-за стола.

– Погоди, – заартачилась она, вцепившись в стул, – я еще не закончила.

– Тебе пора, – продолжил настаивать проводник, подходя к девушке.

– Да подожди ты! – вскрикнула Лукка и попыталась отодвинуться от него, оттолкнувшись ногами от пола. Заедающие колесики стула нехотя поддались.

– Просыпайся. – Харон резко приблизился и коснулся ладонью ее лба.