– Забава, – позвал Бакуня, выходя в зал, – фартук в кладовке возьми! Можешь прямо сейчас и начинать, у нас тут вечером маги будут что-то праздновать, нужно подготовиться.

– Где? Здесь? – удивилась я, поскольку «Вурдалачья радость» уже давно стала пристанищем исключительно ведьм. Маги любили места побогаче, да и к Ковену поближе.

– Вот прямо тут, – ткнул Бакуня пальцем в сторону столов. – Ну? Будешь работать?

– Конечно, – вздохнула я. – Уже иду.

На кухне творилось колдовство. Я встала в проходе, восхищенно наблюдая за тем, как две кухарки споро снуют между столами. Одна месила тесто, другая резала овощи, скидывая их в огромный котел на огне. Печь тут тоже стояла отменная: большая, светлая. Сразу видно, новый хозяин у трактира появился. Навел порядок!

– Ого, это тебе не зелья варить! – восхитилась вылезшая Вася.

– Помощница? – повернулась ко мне одна из кухарок и нахмурилась. – Больно тоща! Ты хоть что-то умеешь?

– Умею, – подумав, ответила я и добавила на всякий случай: – Еще как умею! У меня борщ получается замечательный! А настойка…

– Тогда иди тарелки мыть, – велела она, утирая лоб рукавом. – Стеша тебе покажет.

Стеша хихикнула, вытерла руки о фартук и поманила за собой.

– Вот, – махнула она рукой на гору грязной посуды в углу. – Воду наберешь в колодце на улице, умывальники у нас пока только в жилой части дома. Бакуня старается все быстрее устроить, но пока так.

– М-да, – протянула я, оглядывая фронт работы, – это ж я до вечера тут…

– До вечера нельзя, – нахмурилась Стеша, – только завтрак закончился, потом в обед еще принесу.

– Поняла, – вздохнула я, закатывая рукава. – Значит, до обеда.

– Ну, давай, – махнула мне кухарка и побежала обратно к печке.

– Гхррр, – выдохнул за спиной Корвус. – Quid est hoc mihi?[13]

– Сначала всякие маги кучу еды себе заказывают, – я взяла ведро и через заднюю дверь зашагала во двор, – а потом бедным ведьмам за ними тарелки намывать.

– Зато кормят бесплатно, – успокоила меня Вася.

В маленьком дворе лежали горой наваленные дрова, за которыми стоял покосившийся от времени колодец.

– Бесплатно, ага. Если нас так все бесплатно кормить начнут, я загнусь. – Я наклонилась и заглянула внутрь. – И как дальше?

– Прыгаешь внутрь и тонешь, – ответил появившийся в дверях Корвус. На солнышке сквозь черную кожу на нем стали проступать светящиеся рисунки.

– Как ты вообще до такого возраста дожила? – уперла лапки в бока жаба. – Кидаешь туда ведро, потом вытаскиваешь с водой. Все.

– Ведьмам такое без надобности, – сообщила я, поджав губы. – Пальцами щелкаешь, и ведро само наполняется, а потом за тобой летит.

– Ну-ну. – Вася прыгнула на землю, подползла к краю колодца и тоже заглянула внутрь.

– Ладно, что я, не справлюсь что ли? – пожала я плечами и бросила ведро в воду.

– Забав! – Жаба посмотрела на меня и прикрыла глаза.

– Ты чего? – Я тронула ее пальцем. – Плохо тебе?

– Мне хорошо, – отозвалась она. – Только надо было другое ведро взять, с веревкой.

– Ой! – пискнула я, вместе с жабой следя за тем, как медленно тонет в воде мое ведро.

– Ничего, сейчас. – Я свесилась с края колодца. – Ноги держи.

– Я? – изумилась жаба.

Однако я слушать не стала. Не хватало только в первый рабочий день так опростоволоситься. А потому я наклонилась еще ниже и едва кончиками пальцев зацепила свою потерю, как над ухом прошипели:

– Прыгай!

Конечно, я не удержалась и ухнула в ледяную воду, скрывшись сразу с головой.

– Вот зараза! – закричала Васька, когда я вынырнула, отплевываясь.

– Я не Зара…

– Да я тебя за такое! – донеслось до меня приглушенное сопение, и тут же взвизгнул демон.

– Ой! Ты кусаешься!

– Доставай ее живо! – проорала моя жаба, а я чуть снова под воду не ушла. Что там происходит?

– Quam?[14] – завопил Корвус. – Как ты можешь меня касаться?

– Я тебе сейчас покажу как! Я тебе сейчас такое покажу!

Голоса удалялись, и я вцепилась пальцами в мокрые доски, стараясь удержаться на поверхности.

– Эй! – позвала тихонько, – я тут…

Прислушалась. Какое-то время раздавалось лишь странное пыхтение, а потом надо мной появилась голова демона.

– Ладно. – Корвус отвернулся и добавил громче: – Я сказал ладно! Только отойди от меня.

Он протянул руку, пытаясь когтистыми пальцами уцепиться за мое плечо, но снова ничего не получилось: его ладонь проходила сквозь меня, как через растопленное сало.

– Видишь? – Он повернулся к жабе, которая с воинственным видом, раздувая брюшко, коршуном следила за его действиями.

– Вижу. – Она прищурилась. – Забав, попробуй ты.

Демон снова опустил когтистую конечность, а я, подтянувшись на руках, осторожно тронула его ладонь и тут же вцепилась в нее клещом.

– Что? – От неожиданности Корвус отпрянул, махом вытянув меня наружу, и вырвал свою руку. – Quare?[15]

– Неожиданно, – согласилась я, выпуская ведро, которое перед этим повесила на локоть. – Но хоть воды набрали.

Демон стоял поодаль, нахохлившись и злобно поглядывая на Ваську.

– Интересненько. – Приблизившись к нему, я выставила палец вперед. – А если так?

И ткнула этим самым пальцем в грудь демона. Палец уперся в шестиконечную звезду, резко засветившуюся на темной коже. Демон рыкнул и в ответ попробовал толкнуть меня. Но я только хохотнула и приложила к его переливающейся груди уже обе ладони.

– Ха, – улыбнулась я и добавила злорадно: – Ну и кто тут попал? А? Кто тут никуда от меня не денется?

– Ведьма, – прошипел Корвус, отступая.

– Была, – с грустью произнесла я, отворачиваясь и хватая ведро. – Одно хорошо, нашлась и на тебя управа.

Я кивнула на Ваську, хихикнув, и двинулась обратно на кухню. Нутром чуяла, что с мытьем тарелок тоже не все гладко будет, но сдаваться так просто не привыкла.

* * *

Мы сидели друг напротив друга и мрачно смотрели на одинокую тарелку с мясной поджаркой.

– Ешь давай, – устало подперев голову рукой, сказала я Ваське.

– Чего-то не хочется.

Жаба опустилась на брюшко, растопырив лапки в разные стороны, и закрыла глаза.

– Честно заработанная еда, между прочим.

Взяв вилку, я принялась ковыряться в тарелке. Аппетит, впрочем, пока не приходил. Никогда в жизни потомственная госпожа ведьма так не уставала, даже когда участвовала в великой кикиморошной битве на болотах.

Стеша сновала по кухне, будто и не упахивалась тут с рассвета. Она протирала столы и готовилась к завтрашнему дню, что-то тихо напевая себе под нос. А Бажена, которая была за старшую, помогала Бакуне в зале. Гостей сегодня действительно пришло много. И мы с Васькой, голов не поднимая, только терли и терли эти грязные тарелки и пивные кружки, которые приносил нам маленький чудь.

Василиса поначалу лишь ценные указания раздавала, а потом, поняв, что я не выдерживаю, присоединилась. Так, вдвоем, и отработали до закрытия.

– Завтра полегче будет, – улыбнулась Стеша. – Бажена завсегда сначала проверяет работницу, дает ей самую грязную работу. А ты вон молодец, справилась. И с завтрего будем вместе все. Я эту посуду, ух! – Она махнула полотенцем. – Быстро наловчилась мыть, не пропадем!

– Угу, – я посмотрела на свои красные опухшие руки, которые полдня пробыли в ледяной воде, – ух.

– Там тебя, кстати, спрашивали сегодня, – вспомнила кухарка, рассовывая кастрюли по полкам. – Но компания какая-то уж больно буйная явилась, я тебя и не стала звать. Ни к чему.

– Угу, – повторила я, засовывая в рот кусочек мяса.

Мясо, надо отдать ему должное, оказалось очень вкусным, но в горло не лезло. И я с тяжелым вздохом отложила вилку. Нет, следовало только на деньги договариваться, с такой работой еда может и не понадобиться.

– Где этот? – поинтересовалась жаба, открыв один глаз. – Что-то давно его не слышно.

– Где-то там, – махнула я рукой в сторону зала, откуда доносились крики и вопли подвыпивших посетителей, и добавила тихо: – Демону, видите ли, не по статусу на кухне сидеть и на посудомоек смотреть.

– Нам же лучше, – кивнула Вася.

– Ладно. – Я оперлась о спинку стула, покряхтела и потянулась. – Надо еще до кровати добраться, завтра новый прекрасный день.

– Приходи к обеду. – Стеша сняла фартук. – За завтраком сами управимся, да и народа обычно не бывает.

– Что за удивительное везение, – кисло ответила я и положила сонную жабу в карман, глядя на то, как гасит свечи кухарка.

– Да ладно тебе! – Стеша положила мне руку на плечо. – Тут работа отличная и платит Бакуня вовремя.

Я покосилась на свою недоеденную оплату и хмыкнула.

– Я раньше в «Маговом выворотне» работала, вот там да, там тяжко приходилось. – Кухарка присела на краешек стула, подперев щеку ладонью. – Весь день носилась как угорелая, то дров принеси, то щей навари, то вон в зале на подхвате подавайкой. А там уж и всякие гости бывали, кто монетку даст, а кто и зажмет под лестницей.

– И чего ты? – нахмурилась я.

– А чего? – удивилась Стеша. – Терпела. Так везде. Это тут Бакуня не дает гостям разгуляться, сам за порядком следит. А он хоть и маленький, но кулак у него будь здоров!

– Н-да… – протянула я и загрустила. Все-таки ведьмой работать было не в пример легче.

– Ладно, иди давай, а то так и уснешь тут за столом!

Кухарка вскочила, обдав меня ароматом свежей выпечки, и ушла через заднюю дверь.

Я со стоном поднялась на ноги, задула последнюю свечу и тихо направилась в зал, стараясь никому не попадаться на глаза.

А вот там творилось нечто невообразимое. На кухне мы, конечно, слышали, как веселятся гости, но тяжелая дубовая дверь заглушала шум. Я остановилась на пороге, пытаясь сквозь дымку разглядеть Бакуню, чтобы отчитаться о работе, но белесая голова чуди ныряла в глубине зала.

– Ладно, все завтра, – решила я и осторожно, стремясь не привлекать внимания загулявших магов, двинулась к лестнице.

– Смотрите! – закричал кто-то у крайнего стола. – Я же говорил, она тут!

И заржал, вставая, хлопая себя по бедрам.

– Да ладно? – принялись пьяно оглядываться его дружки, поднимаясь.

А я вздохнула, прижала всполошившуюся жабку ладонью, застегнула на пуговичку карман, чтобы не вылезла, и выпрямила спину.

– Ну ничего себе, кто у нас тут в поломойках. – Маги окружили меня, тесня к лестнице. – Наша веселая подружка, госпожа ведьма.

– Где? – пожала я плечами, оборачиваясь.

Этих конкретных магов я знала слишком хорошо, чтобы понять: просто так мне не сбежать. Еще когда я одному из них, Вилфу, свое экспериментальное зелье подлила в столовой Ковена и он несколько месяцев проходил в фурункулах, мне обещали серьезно отомстить. Но где отомстить и где ведьма? Я, помнится, с Элькиной помощью после их угроз весь выпускной курс на горшок посадила. Похудательная настойка у меня всегда отменная получалась.

– Ах да, – ухмыльнулся Рилан, обдав меня перегаром, – она ведь у нас теперь, сюрприз-сюрприз, больше не ведьма!

– Как интересно, – протянул из-за спины запропавший демон. – Неужто тебя сейчас убьют? Надо было соглашаться на мою сделку, я бы сделал это быстро.

– Вот еще! – Я дернула головой, еще выше поднимая подбородок. – Никогда никого не боялась, а уж этих маленьких мальчиков…

– Чего? – надвинулся Рилан. – Ты еще огрызаешься? А ну встала на колени, девка!

– Эти точно долго убивать будут, я такое нутром чую, – кивнул Корвус.

– Эй, что тут происходит? – ввинтился в наш тесный кружок Бакуня. – Разошлись, я сказал!

– Иди ты, гном, дальше, куда шел, – пьяно улыбнулся Вилф. – Зашибем ненароком.

И упал на месте как подкошенный. Мы с магами дружно уставились на чудь, который наливался нездоровой краснотой.

– Я не гном, – процедил он, ударом кулака укладывая рядом следующего выпускника.

– Ой!

Я поспешила отойти к скучавшей в углу знакомой швабре.

– Стоять! – рявкнул Рилан, дергая меня за рукав.

– А это уже интересно, – оскалился Корвус.

– Интересно ему, – проворчала я, выворачиваясь и хватая инвентарь.

А Рилан уже поднял руки, готовя заклинание. Но ведьма со шваброй – страшная сила. Пусть ведьма и бывшая.

Я взмахнула своим оружием, подсекая мага, и когда он повалился мне под ноги, припечатала по лбу.

– Плохо, – прокомментировал Корвус, скрещивая руки на груди. – Он жив остался. Надо сильнее бить, даже черепушка не треснула.

– Нормально, – процедила я. – Если я каждого мага, которому насолила, убивать стану, в Ковене никого не останется.

– Выпусти меня, – завозилась в кармане Вася. – Я им сейчас…

Корвус передернул плечами, и я помимо воли улыбнулась. Да уж, кто бы думал, что маленькая жаба целого демона запугает.

Бакуню меж тем окружили оставшиеся трое магов, трезвевшие на ходу. Дарен даже вспомнил обездвиживающее заклинание. Заметив, как он складывает третий и четвертый пальцы, я хмыкнула: у ведьм это дело намного быстрее получалось. И хорошенько пихнула его шваброй в зад, сбивая заклятие.

А потом входная дверь настежь отворилась, громко ударившись о стену, и кто-то громко заорал:

– Забава! Девчонки, Забаву бьют.

– Все. – Я опустила палку и посоветовала: – Теперь точно бегите.

Маги переглянулись и рванули в разные стороны, перепрыгивая через столы, к окнам, оставив своих павших товарищей на милость врага. Потому что одно дело задирать одну бывшую ведьму, и совсем другое – столкнуться с одиннадцатью звереющими на глазах ведьмочками, которые сильно не жалуют магов. Даже Ждану из кровати подняли. А во главе злобноведьминского отряда стояла магиня Элька, сейчас задорно выпускающая огненные шарики, которые жалили удирающих магов во все места, в которые попадали.

И только все обидчики с поразительной ловкостью покинули помещение, девчонки обступили меня со всех сторон, гомоня кто во что горазд.

– Я тебе зелье принесла оздоравливающее, – сунула мне в руку пузырек Отрада. – Больше двух ложек сразу не пей, я еще не знаю точно, как оно работает. У моего лешего от него, правда, прыщи полезли, но сил, сказал, прибавилось, даже добавку пить не стал!

– Слушай, а хочешь, я тебе одежду зачарую от пятен, а то… – подняла руки вверх Алеся, и я испуганно отшатнулась. В последний раз, когда Алеся использовала бытовые заклинания, у нее половина гардероба сгорела.

– Вот тебе добрынь-трава, сама собирала на практике, засушила почти правильно, а что чуток подмокло в конце, так ничего страшного! Отличные зелья будут получаться, даже без ведьминых сил, – тряхнула холщовым мешком размером с чудь Алеся.

– А от меня кольцо семейное, вурдалаков должно отпугивать, но я не проверяла, – взяла меня за руку Ждана, цепляя массивное золотое украшение на палец. – Ни одного завалящего вурдалака за год не нашла. Думала уж сама его сотворить, но в моем лесу добровольцев не нашлось!

– Так, ведьмы, – вышла вперед Верея, наша староста, – не наседаем. Забаве и так досталось! Сейчас я только быстренько заговор на здоровье прочитаю.

Я, уже не зная, плакать или смеяться, обняла сразу всех своих девчонок и всхлипнула.

– Эй-эй, не толпимся, давайте сядем и поговорим спокойно, – вытянула меня Эля.

– Закрываемся мы! – выступил вперед растрепанный Бакуня, как раз закончивший вытаскивать бессознательных хулиганов на улицу, и встопорщил бороду. – Никаких больше магов в моем трактире!

– Так мы и не маги, – подперла рукой круглое бедро Верея, а потом посмотрела на Эльку и добавила: – Почти.

– Дел тут наворотили сегодня, уборки до утра! – нахмурился чудь. – Нет уж, закрыто, говорю.

– Тю! – взмахнула руками Добролика. – Так что ж вы, родненький, сразу не сказали, мы тут быстренько!

– Ой нет, – выставил вперед ладони Бакуня, – я сам!

Я хмыкнула. Похоже, хорошо он ведьм знал.

– Какой ужас, – тихо простонал из-за плеча Корвус. – Мало мне тебя одной, так вас вон сколько.

– Хорошо, батюшка чудь, – повела плечом Алеся, – уходим уже!

И наклонилась ко мне:

– Что-то в Ковене неспокойно сегодня, весь день Верховная бегает, и Зигмунд волнуется!

– Да-да, – зашептала на ухо Ждана. – И я слышала, как твое имя называют!

– Я-то им на что? – удивилась я. – Вроде все уж порешали.

– Кто знает, – протянула оттеснившая от меня ведьм Эля. – Держи ухо востро!

– Спасибо вам! – сказала я, прижимая руки к груди.

Девчонки снова меня обступили, похлопывая по плечам. А потом вздохнули разом, и одна за другой покинули трактир, помахав на прощание.

– Да… – подала голос из кармана Вася, – не зря леший говорил: «Видишь много ведьм – прячься».

– Не преувеличивай, – отмахнулась, выпуская жабку. – Хотя в твоем случае, может, и оправданно. – И хмыкнула: – Тебя бы точно затискали!

– Во-во, – высунула голову Василиса, – пойдем уже спать, а? Сколько можно?

– Забав, – позвал меня Бакуня, когда мы уже поднимались, – ты уж прости, но сегодня помочь на чердаке не выйдет.

Он снова взмахнул руками, показывая на разбитые окна и опрокинутые столы.

– Да уж понятно, – со вздохом ответила я. – Ничего, мне там даже нравится.