До города еле доковыляла в узком платье. И только внутри злоба и раздражение поднимутся – всплывет перед глазами образ Айвена с развевающимися волосами, я и успокоюсь, а потом по новой. Умаялась от перепадов настроения жутко, но, когда хотелось кого-нибудь убить, вспоминала про жабу в кармане – я-то хоть по дурости пряник съела, а она, несчастная, по моей вине страдала.

Поприветствовала стражников у ворот кивком и зашла за городские стены, сразу оглохнув от гомона вокруг. Творилось что-то непонятное: на рыночной площади вместо ряда лотков выстраивались солдаты в сверкающих доспехах. Куда ж они, такие бодрые, собрались? Я замерла на секунду, привыкая к солнечным зайчикам в глазах, и пошла напрямик к дому мага. Если где и искать ответы, то только там. Ну, или в пекарне у Добронравы. Там даже быстрее будет, с ответами-то. И если бы не приворот, обязательно бы к торговке сначала сунулась, разузнала все. Но тут только поплотнее запахнулась в плащ и прибавила шаг – очень мне хотелось Айвена увидеть.

Знакомый синий дом вынырнул внезапно, я задержалась на мгновение у калитки, погладила оттопыренный карман с жабой, набираясь храбрости, поднялась по ступенькам и громко постучала.

– Вы? – дверь открылась мгновенно, будто господин маг кого-то ждал. Он оглядел улицу поверх моей головы и, никого больше не увидев, спросил: – Чего вам, госпожа ведьма?

Карман взвыл, и я прихлопнула жабу ладонью. Не время еще, потерпи.

– Мне очень нужно поговорить, господин Айвен, – вскинула я подбородок.

Интересно, то, что я еще не лезу к нему на шею, означает, что у ведьм повышенная сопротивляемость к привороту?..

Он снова оглядел меня с ног до головы, на этот раз пристальное внимание уделяя лицу.

– Что там? – не утерпела я. – Бровь потекла?

Так и знала, что надо было свою старую краску использовать, а не пробовать новую, купленную и положенную мне с собой Элькой. Ответственное же мероприятие! Что ж я!

– Куда потекла? – отмер маг.

– Мне почем знать, я же не вижу, – пожала я плечами.

Айвен нахмурился, моргнул несколько раз и отошел назад, пропуская меня в дом.

– Там зеркало в углу, если у вас что-то куда-то утекло, можно посмотреть.

Я не стала церемониться, быстро вошла следом, оглядываясь на улицу. Опять показалось, будто кто за забором прячется. Нахмурилась и захлопнула дверь. Кто бы там за мной ни следил, дома у мага не увидит.

Деловито подошла к зеркалу – брови были на месте, как и глаза, и даже яркие красные губы не размазались. Все, как я старательно рисовала несколько часов назад.

Поэтому я обернулась к магу, замершему рядом, и скинула с плеч плащ, не забыв удержать его в руках. Конечно, красивей было бы его на пол сбросить, но кто знает, как этот пол моет одинокий холостой мужик, пусть даже и такой, как Айвен. И подняла голову, встретившись взглядом с ошалевшим магом. Он тяжело сглотнул и, прокашлявшись, сказал:

– Пройдемте в столовую, госпожа ведьма.

Я кивнула, тайком оглядываясь и мучаясь, куда бы этот плащ пристроить. А потом кинула на спинку кресла. И только заходя в комнату и поправляя сползающее с плеч платье, поняла, что жаба так и осталась там, в кармане. Дернулась было обратно, но Айвен повернулся и пододвинул стул:

– Садитесь, чаю хотите?

– Знаете, а я бы вообще поела, – оглядываясь в проход, ответила я. Как поведет себя моя влюбленная спутница, оставшись одна, было совершенно непонятно. К сожалению, научных работ по поведению животных под воздействием приворотного зелья еще не было. И это возвращало меня к теме диплома… Для полноты эксперимента еще бы лося найти. Но лось пока подождет, сперва леший, а потом уже и остальных искать!

– Ну? – нахмурился Айвен, и я поняла, что прослушала все, что он мне только что сказал.

Я еще немножко помолчала, для загадочности. А потом пожала плечами и ответила:

– Да!

А что мне еще надо было отвечать?

– Что да, госпожа ведьма? Что да? – вдруг рассердился он.

И так он красиво рассердился, что я даже залюбовалась взбугрившимися мышцами на шее и сверкающими глазами.

– А что? – ответила, глупо хлопая ресницами.

Тут уже маг замолчал ненадолго, а потом тихо спросил:

– Вы себя хорошо чувствуете?

И, дождавшись моего кивка, сказал:

– Я вам сказал, что еды у меня дома нет, я не готовлю. Поэтому только чай… Чего покрепче я вам не предлагаю.

– Давайте тогда хотя бы его, – попросила я жалобно.

Сев за стол и подперев щеку рукой, я стала смотреть, как Айвен пытается заварить чай, насыпая в чайничек все подряд травы из стоящих на полке банок. Смотрела и умилялась – хозяйственный какой… Ясность ума вернулась, когда он высыпал в горячую воду еще и знакомые остренькие листья горца почечуйного.

– Эм-м, господин маг! – позвала я. Неловко было его отвлекать, но некоторые вещи нужно прояснять сразу. Тут уж не до стеснительности.

Он обернулся, недовольно хмурясь. И что он все время хмурится, на меня глядя? Я сегодня ему еще ничего не сделала такого, из-за чего нужно сердиться!

– А у вас на вечер особые планы? – я кивнула на банку с травой, которая мало того что сделает чай невероятно горьким, так еще и обеспечит нам обоим веселое времяпрепровождение в туалете. – Слабительные травы обычно в чай не добавляют, но если у вас есть проблемы…

Маг стремительно краснел, а я продолжила:

– …так я могу вам специальное зелье сварить, оно и помягче будет, и на вкус приятнее.

И тут Айвен улыбнулся. По-доброму так, неожиданно. Посмотрел на чайник, на меня и, засмеявшись, ответил:

– Нет уж, благодарю покорно. Как-нибудь сам справлюсь.

Я только плечами пожала – его дело. Он отставил чайник в сторону, налил в кружку теплую воду и поставил передо мной:

– Чем богаты.

– Так оно безопаснее, – согласилась я.

– Что привело вас ко мне, Забава? – Айвен сел напротив и сложил руки на столе. – Еще и в парадном ведьмином одеянии?

Теперь пришел мой черед хмуриться. Я отпила воды, поставила кружку на стол и начала с главного:

– У меня леший пропал.

Маг молчал, и я продолжила:

– Я его уже почти нашла, но, боюсь, не справлюсь сама…

– Ох, Забава, – вздохнул Айвен, – вы бы знали, что сейчас в лесу вашем творится, не приходили бы ко мне с вашим загулявшим лешим.

– С загулявшим я бы и не пришла, – ответила я, обидевшись, и тут же спохватилась: – А что в лесу?

– Помните историю с Веселыми Липками?

– Ну?

– Это, оказалось, только начало, – маг встал и начал ходить из угла в угол.

– Я слышала, что были и другие деревни, – осторожно ответила я, думая, как бы не подставить господина градоначальника, который мне по секрету рассказал.

– Да, – Айвен запустил руку в волосы, – были и другие. Очень много жертв…

Он снова сел за стол:

– И я бы хотел еще раз вас попросить о том, чтобы вы сидели в избушке и лишний раз никуда не выходили, пока я разбираюсь со всем этим.

– Я не могу в избушке, – поднялась я в волнении, – у меня леший…

– Леший сам разберется, не маленький. Погуляет и вернется, – поднялся следом Айвен, повышая голос. – А вы еще не дипломированная ведьма! И если попадетесь на пути у…

– У кого? – сузила я глаза. – Продолжайте, господин маг, кому мне в своем лесу нельзя на глаза попадаться? Думаете, силенок не хватит?!

– Почему вы все время спорите? Я же пытаюсь вас защитить! – развел он руки в стороны. – Пока вы числитесь учащейся, извольте подчиняться требованиям старшего!

– С чего это вы старший? – начала я закипать. – Вы мне не учитель и не наставник, чтобы вас слушаться…

– Я сильнее, – сложил он руки на груди. – Я могу заставить.

– А я… А я… – Я сжала кулаки, подошла к нему вплотную, несколько мгновений смотрела в наглые синие глаза, а потом, сама от себя не ожидая, схватила его за голову, наклонила к себе и от всей ведьминой души поцеловала прямо в губы. Будь оно неладно это приворотное зелье!

Надо сказать, результат мне понравился – маг настолько оторопел, что даже слова больше не сказал, когда я отскочила от него, кинулась в коридор, схватила плащ и выбежала на улицу. Ничего, без всяких магов справлюсь. Я же ведьма! Потомственная! Сильная! Будут мне тут еще всякие указывать, спасать моего лешего или нет!

Я вытерла ладонью горящие губы. И вовсе мне не стыдно теперь – это все зелье дурацкое. Никогда больше варить такое не буду!

Только выйдя из городских ворот, заметила, что в кармане больше не было жабы. Остановилась на мгновение, решая, возвращаться за ней или нет. И махнула рукой. Что ж, может, хоть ей повезет в любви.

Как дошла до избушки, плохо помню. Щеки горели, грудь вздымалась – видно, откат от приворота пошел. Надо было как-то приходить в себя, раз теперь надежды на помощь мага не осталось. Я и без него многое могла, особенно с такими помощниками, главное в этот раз все тщательно спланировать, а не как обычно. Я вздохнула. Боюсь, со вторым пунктом будут проблемы, потому что, как любила говорить бабушка, я всегда действовала быстрее, чем думала.

Громко топая, я поднялась по ступенькам и с силой толкнула дверь, которая от моего напора со всего маху стукнула о стену. И Овинник, склонившийся над столом, подпрыгнул от неожиданности.

– Ты ч-чего? – опустил он вскинутую руку, в которой уже была зажата скалка. Странно, раньше я ее у себя не видела, видно, опять изба из каких-то закромов достала.

Я сжала губы, насупилась и прошла мимо нежити в комнату, закрыв дверь за собой. А потом села на кровать и стала стягивать надоевшее платье. Чтоб я еще когда его надела! Накинула просторную рубаху и пошла умываться. И с чего я решила, что на мага как-то повлияет моя изменившаяся внешность? Посмотрела на снова рыжую себя в зеркало и вздохнула. Сразу же было видно, что он не из таких. Айвен бы, может, принялся помогать девушке правильной, скромной и чтоб глазками так хлоп-хлоп… Я скривилась. Среди ведьм таких не бывает. Поэтому маги с нами и не связываются. Нервы берегут, чистоплюи.

– Забав! – крикнул Овинник через стену. – Я со всеми пряниками закончил.

– Ну и хорошо, – ответила устало, вытирая лицо полотенцем. – Одно дело сделали.

– Ты это… Помнишь, спрашивала про те, что отдельно лежали, а потом я их все перепутал?

– И? – насторожилась я.

– Я их нашел! Две штуки резко заплесневели! Я так понял, что разные заклятия вместе дали такой вот несъедобный эффект. Нужны они тебе?

Я мигом оказалась у двери, распахнула ее, посмотрела выпученными глазами на протягивающего мне зеленые кружочки Овинника и спросила дрогнувшим голосом:

– Ты что, хочешь мне сказать, что я не была под действием приворотного зелья и просто так мага поцеловала?!

– Нет, – опешил Овинник, – или да?

И добавил жалобно:

– Ты что хочешь услышать?

– Ой, мамочки! – принялась я вспоминать все, что наворотила. – Ой-ой-ой, как же это?.. А он? Да как он?!

И закричала, сжимая кулаки:

– Да как он посмел!

– Чего посмел? – робко поинтересовался Овинник. – Дать себя поцеловать?

– Молчи, – помотала я головой. – Сейчас лучше молчи!

– Понял. Чего непонятного… – он тихонько стал пятиться к выходу.

– Стоять! – рявкнула я снова, и Овинник замер, хлопая глазами.

– У-у-у-у, мужики! – потрясла я кулаком перед его носом. – Вечно вы так! Сначала все из себя такие красивые, а потом целоваться!

– Я? – опешил он, приложив руки к груди.

– Да при чем тут ты! – топнула я ногой и замолчала, закрыв глаза.

Вот позор так позор. Всем позорам позор! Узнает Элька – ржать будет месяц, не меньше! И этот напыщенный индюк Айвен, что там себе подумает? Красивый? Ха! С таким-то носом можно идти к кикиморам – за своего примут, и как я могла так ошибиться?!

– Забав, – тихо позвал Овинник, – так маг нам завтра поможет?

Я вздрогнула и открыла глаза:

– Нет.

– Как это нет? А зачем же ты тогда?..

Я сложила руки на груди и плечами дернула:

– Что зачем?

– Ну… Целовалась. Зря целовалась?

– Выходит, зря.

– Обидно, – кивнул Овинник. – И что делать тогда будем? Отменяем все?

– Отменяем? Ничего мы не отменяем! Лешего надо спасать, – я сдвинула брови, прошла на негнущихся ногах к столу и села на лавку. – Ты сможешь точно место определить, где он?

Он шею потер:

– На болотах поди найди точное место… Там вообще наша магия почти не работает, сама ведь знаешь.

– Я-то знаю, но выбора у нас нет, надо, чтоб нашел.

Мы помолчали, повздыхали, друг на друга поглядывая.

– Ладно, – встала я, растирая руки, – спасу своего Бурьяна и буду страдать. Целый день, а может, и все два.

И добавила:

– Ну-ка, подойди ко мне!

Овинник осторожно подошел поближе, я взяла его за руки, наклонила голову, прислушиваясь, а потом кивнула сама себе и стала силой делиться. И не так, как в первый раз получилось, – в этот раз осознанно, по чуть-чуть, медленно и соизмеряя поток.

– О, правда? – я наморщила лоб. – Барсик? Серьезно?

Истинное имя открылось мне не сразу, как тогда с лешим, но Овинник вздрогнул и сморщился:

– Так, ведьма, ты, это… Не трепись!

Я бровь подняла:

– А ты мне еще поугрожай, кот недоделанный!

И тут же переключилась:

– А в кота перекидываться теперь можешь?

– Не пробовал, – выдернул руки Овинник.

– Так попробуй! – развеселилась я. – Ты единственная в своем роде живая нежить. Да притом еще с ведьминой силой. Будешь нашим тайным оружием!

– Ага, тайным даже для нас, – буркнул он.

– Ну, теперь в любом случае колдовать в лесу проще будет, примет он тебя.

– А как колдовать-то? – жалобно спросил он. – Я ведь раньше за рожью следил, за зерном… Там легко все, знакомо. Ну или попросить чего у земли мог…

– Вот и проси дальше, – пожала я плечами. – Не боись, разберемся на месте.

– А мага точно не будет? – сложив брови домиком, с надеждой спросил Овинник.

– Будем надеяться, что нет, – подняла я вверх палец. – Ладно, иди потренируйся, что ли, а я пока делом займусь.

– Потренируйся?

– Силой пользоваться. Посмотри, что можешь. В кота вон превратиться попробуй. Не скажу, что нам это завтра пригодится, но для жизни всяко полезно.