Я и моргнуть не успела, как остались мы с Лихом одни. Хмыкнула, засучила рукава и провела ладонями над зеленым хвостом, возвращая ему ноги. А потом наклонилась к его уху и запела протяжно. Я не знала способа быстрее снять наведенный сон.

– Пленных пытать запрещено! – отмахнулся парень, переворачиваясь на бок и откашливаясь. – Спишь себе, спишь, и тут на тебе! Ну ты и Заноза!

– Зара… Блин, Забава! – фыркнула я. – Тебе всю память под водой вымыло?

– Сама меня туда засунула, а теперь возмущается!

Я улыбнулась, доставая из кармана пирожок:

– На-ка, не нуди.

– О, – обрадовался Лихо, – это ты с чего такая добренькая?

– Ведьма не может быть доброй, – подперла я голову рукой и грустно добавила: – Когда ведьма проявляет доброту, вечно какая-то ерунда происходит.

– Ну не скажи, – жуя, ответил парень. – Вот ежели ведьма своим делом занимается и не лезет куда не следует, то ее доброта, направленная на жизнь леса и его жителей, очень даже полезна!

– Ты мне еще расскажи, что ведьме делать нужно! Нашелся учитель! – тут же разозлилась я.

Потому что, как бы ни было противно моей природе признаваться себе в этом, Лихо был прав.

– А ты чего пришла? Пирожок – это, конечно, хорошо, но меня тут неплохо кормят. Продержусь как-нибудь и без твоих подачек.

Лихо сел, опираясь на руки, и только теперь заметил, что хвоста у него больше нет.

– О! А вот это уже интересно!

Я нахмурилась, раздумывая, не слишком ли далеко зашла моя спонтанная месть магу, прикусила щеку изнутри. Нельзя мне сейчас раскисать, нельзя! Ведьма должна руководствоваться только собственной выгодой.

– Я тебя сейчас отпущу, – медленно проговорила я, поднимаясь.

Лихо промолчал, напряженно следя за мной взглядом. По нему видно было – только заметит, что я отвлеклась, мигом деру даст! Не верит мне, что, в общем-то, и правильно.

– Да расслабься ты, я не вру, – скрестила я руки на груди.

– Ага, я обычно тоже, – Лихо встал, покачиваясь на неустойчивых ногах.

– Еще я дам тебе кое-что для кое-кого, – загадочно начала я.

Лихо, не выдержав, фыркнул, а потом заржал:

– Главное, не кой-чего на лопате для матушки моей.

Я тоже улыбнулась:

– Предложение очень заманчивое, я подумаю…

– Да давай уже, говори, не томи.

Предчувствие мое кольнуло где-то у сердца. Я сердито отмахнулась. Дурацкое предчувствие! Знала бы я, что оно бесперебойно работает, может быть, и задумалась, но ведь решение уже принято! А ни одна уважающая себя ведьма не пойдет против принятого решения!

– Держи, – я достала из сумки Книгу, повертела ее в руках и протянула Лиху.

– Ого! – округлил он глаза.

– Ага, – грустно ответила я.

– Это что же такого случилось, пока я тут с русалками связи налаживал?

– Да так… – я отвернулась.

Что-то я сейчас нехорошее ощущала. Свербило в груди, ныло. Неужели совесть? Я снова досадливо отмахнулась. Не бывает у хорошей ведьмы совести! Иначе не ведьма это, а просто знахарка деревенская!

– Только это… Забав… – замялся Лихо, трогая меня за плечо. – Не надо ее Владиславе отдавать, она ведь…

– То есть как, не надо? – разозлилась я. – А кто магу мстить будет? Отдай!

Я потянула Книгу обратно, но бессовестный обжора вцепился в нее мертвой хваткой.

– Подожди ты! – зашипел он, когда я ему по колену ботинком зазвездила, но Книгу не выпустил. – Да! Не надо с этой ведьмой вообще связываться! Но я тебе пока не могу больше сказать, просто поверь…

– Так, вселенское зло, надоел ты мне! – закричала я в ответ. – И тайны ваши надоели! И маги эти дурацкие, которые сперва меня из леса прогонят, а потом и лешего следом.

И, не сдержавшись, я позорно разревелась, продолжая тянуть Книгу.

– Мне ведь всего-то практику надо было без проблем пройти! А тут сначала ты – вымирающий вид, с которым поди пойми, что делать… Потом баран этот белобрысый. Бык то есть! А я… А я… – начала я икать, – я ведь хорошая ведьма, правильная!

– Так! – Лихо резко выпустил Книгу из рук, и я грохнулась на землю, продолжая подвывать. – Прекрати истерику, правильная ведьма!

– Не-не-не могу! – заревела снова, размазывая слезы рукавом. – У меня ведь, страшное дело, даже совесть проснула-а-ась!

– Беда, – присел передо мной Лихо и щеку подпер. – И чего нам теперь делать-то с тобой?

– Не знаю, – всхлипнула я. – Скоро сюда комиссия магов приедет из Ковена, расследование проводить, перетряхнут весь лес… Тебя найдут… лешего выгонят…

– А леший тут при чем?

– За пособничество, – насупилась я. – Мне господин маг сказал.

– Так и сказал?

Я нахмурилась:

– Если подумать, то прямо так и не говорил… Он про горожан что-то кричал, будто я их на него натравила… Но я ведь не травила! То есть чуть-чуть все же травила, но только Любаву. И за дело. Да и то, она с моего зелья только краше должна стать на пару килограммов.

– Ну и чего ты тогда, – ласково погладил меня по голове Лихо, – расстроилась?

– Ведьмы не расстраиваются, – дернула я плечом, – ведьмы придумывают план мести.

– И как план?

– Пока никак, – я шмыгнула носом. – Если ты говоришь, что с Владиславой нельзя встречаться, то никакого плана нет.

– И зачем тебе Владислава?

– Я пока не решила, – нахохлилась я. – Думала, как Книга к ней вернется, она магу решит веселую жизнь устроить, он от меня и отстанет, не до того будет.

– М-да, – потянул Лихо. – Давай-ка мы с тобой в избушку пойдем, лешего позовем и что-нибудь вместе придумаем. Нельзя так сгоряча решать. На крайний случай я всегда тебя в болотах спрячу.

– Мне нельзя в болота, – ответила я. – Я кикимор жуть как не люблю!

– Они тебя, собственно, тоже не жалуют, но для дела потерпят. И это… – он замялся, подбирая слова. – Владислава, понимаешь, не лучший вариант, поверь мне.

Я наклонила голову к плечу. А Лихо продолжил:

– Не по ведьминым правилам она живет… Да и не по нашим. Наговорит тебе всякого, убедит в чем захочет, а потом…

– Чего потом?

– Потом вывернет все в угоду себе и не посмотрит на остальных! – махнул он рукой.

– Ладно, – я поднялась и отряхнула подол. – Пойдем в избу, позовем лешего, но там, имей в виду, ты нам все-все расскажешь!

– Что смогу, то расскажу, – улыбнулся Лихо. – А ты меня тогда ужином накормишь!

Я только глаза закатила. Кто о чем, а Лихо как обычно.

Изба встретила нас протяжным скрипом и отворенной дверью. Лихо придержал меня за локоть, не давая выйти из-за деревьев, и стал старательно вслушиваться, подергивая носом.

Посмотрела я него, осторожного, хмыкнула и запустила ведьмин огонек вперед. Он быстро облетел поляну с домом и вернулся ко мне.

– Никого там нет, – зашептала я в самое ухо вздрогнувшего парня. – Это я дверь оставила нараспашку, когда уходила.

– Поживешь тут с мое – и на воду дуть начнешь, – дернул плечом он.

Я только хмыкнула. Поднялась по ступенькам крыльца, погладив резные перила, и резко остановилась. Головой чуть качнула, но Лиху и этого хватило – понял, не стал идти следом, замер за кустами.

– И как это вы мои поисковые чары обманули? Да еще и в избу без спроса попали? – поинтересовалась у сидящего за столом мужчины.

– Магическая наука не стоит на месте, – ответил Айвен, поднимаясь. – И вы бы это знали, если бы учились усерднее.

Я молча прошла в свою комнату, открыла чулан и кинула туда сумку с Книгой.

– Где были? – пошел маг за мной, заглядывая в спальню.

– Брала себя в руки и готовилась отвечать за свои поступки, как вы и советовали, – сквозь зубы ответила я. – Заодно очень постаралась и, представляете, ни на кого проклятия не наложила!

Маг покашлял и переступил с ноги на ногу:

– Я же чего пришел… – виновато начал он и улыбнулся. – Даже не знаю, с чего начать…

– Вы начните с чего угодно, только побыстрее, – попросила я, выглядывая в окно.

Лихо должен был услышать мага. Дождется ли меня теперь или опять ищи-свищи героя на болотах?

– Я хотел извиниться за сегодняшнее недоразумение, – мягко продолжил Айвен.

– Это которое? – вскинула я подбородок. – У меня этот день побил все рекорды по недоразумениям.

– Я не привык ошибаться, и с ведьмами мне… не очень везло раньше, – господин маг потер плечо, морщась. – Но я поговорил с горожанами, они рассказали мне, как было дело, и я готов признать, что был неправ.

– Вас ко мне горожане отправили извиняться? – удивилась я, протискиваясь мимо мага к столу и садясь на скамью.

– Очень настойчиво попросили, – снова потер плечо Айвен. – Но я бы и сам… Вы не думайте, что я всегда такой несдержанный. Просто наложилось одно на другое.

– Угу, – задумчиво потянула я. – Сам.

– Да, сам! – мотнул головой он.

– Ладно, – пожала я плечами. – Начинайте.

– Чего?

– Ну, извиняться начинайте, признавать, что были неправы, – я взяла со стола кусок хлеба и откусила.

– Знаете что? – вскинулся маг, но тут же образумился. – Ладно, извините меня, пожалуйста, госпожа ведьма, я не разобрался в ситуации, осудил вас сгоряча, отчего мои выводы были неверны. Так нормально?

– И вы не будете жаловаться в Ковен и каким-либо образом мешать моей учебе?

– Пока вы соблюдаете нашу договоренность – нет.

– Ладно, идите, – махнула я рукой.

Господин маг только зубами скрипнул, но говорить больше ничего не стал. Вышел за дверь. А я вздохнула и опустила голову на сложенные руки. А какой был удобный момент у мага помощи попросить, про Лихо ему рассказать, про Владиславу…

Силы вдруг резко закончились – слишком многое за один день произошло. Сейчас, сейчас, – я зевнула, – полежу так чуточку и позову Лихо. Дождемся Бурьяна и будем на общем совете решать, чего дальше делать.

Проснулась я уже под утро, когда начало светать. Вышла на крыльцо, потянулась, подставляя нос под первые лучи солнца, а потом решительно развернулась и пошла в дом.

Бурьян пришел ближе к обеду, когда я у печи стояла и помешивала в котелке щи. Никогда у меня съедобно не получалось, но всухомятку питаться надоело.

Он потянул носом и скривился:

– Ты хоть котел вымыла перед тем, как еду в нем готовить?

– Чего этой еде сделается, если все мои зелья можно употреблять внутрь? – посмотрела на опешившего лешего и добавила ехидно: – Да помыла я, помыла, не боись.

И пока он усаживался, ловко разлила щи по тарелкам.

– Хлебушка? – поставила перед наставником деревянную доску со свежеиспеченным караваем.

Леший, кажется, совсем растерялся, отломил горбушку, пододвинул себе тарелку и начал есть. А я, подперев щеку рукой, с умилением наблюдала.

– Ну как?

– Местами даже вкусно, – подумав, ответил Бурьян.

– Да? – удивилась я, ложку взяла и стала пробовать то, на что несколько часов убила.

– Недурно, – подвела я итог. – Еще немного потренироваться, и совсем хорошо получится.

Довольно зажмурилась и продолжила:

– Сейчас посидим, чайку попьем, а потом пойдем с тобой в лес, порядок наводить.

Леший нахмурился:

– Пугаешь ты меня, Забава. Нет, порядок в лесу – это, конечно, главное ведьмино дело, но что-то раньше я такого рвения не видел.

– А я еще сегодня выучила целый параграф из теории магии к экзамену, – добила я наставника. – Повторить, конечно, надо будет, но…

Бурьян схватился за грудь:

– В чем подвох?

Я пожала плечами:

– Нет никакого подвоха. Просто я теперь буду делать только то, для чего сюда и приехала. Учиться, готовиться к экзаменам, напитывать лес своей силой. И никаких больше магов, Лих и Владислав.

– То есть как – никаких Лих? Куда ты его денешь? Мы же договаривались, если Айвен нам не поможет, то я обращусь в Ковен!

– Обращайся, – махнула я рукой. – Набегут сюда маги, везде носы свои сунут, все переворошат, жить нормально не дадут, и зачем оно тебе?

– Как это зачем? Жертвы же! Человеческие! – зарокотал Бурьян.

– Ты видел этих жертв? – спокойно ответила я. – Я вот – нет. И горожане ничего такого не говорили. А по поводу Лиха…

Я задумалась, водя по столу пальцем:

– Не думаю, что мы услышим о нем в ближайшее время, пусть его.

– С чего ты взяла?

– Считай, ведьмина интуиция, – улыбнулась я лешему, порывисто его обняла и поцеловала в щеку.

Бурьян только головой покачал.

А я поднялась, убрала тарелки, привычно уже глянула в окно и смяла в кармане фартука письмо, которое нашла утром на столе. Интуиция – интуицией, но если тебе прямо пишут, что больше не вернутся, можно и поверить, да?