Активнее всего слухи распространялись в Сан-Хосе-дель-Гуавьяре. Этот городок с приземистыми домами когда-то находился на окраине колумбийской Амазонии и служил основным рынком сбыта для торговцев шкурами и редкими дикими животными. Но в 1980–1990-е годы большую часть джунглей сожгли ради плантаций коки, и к началу 2000-х город оказался под контролем FARC. В 2023 году он достиг относительного процветания. Центральную площадь с огромными деревьями шебы и памятником колонистам-основателям отремонтировали. Вокруг площади расположились торговый центр, кинотеатр, а также местные турагентства, предлагающие путешествия к водопадам и в пещеры с древними наскальными рисунками. Туризм в городе процветал. Но местные жители говорят, что все это только видимость. Военизированная группировка оказывает влияние на все, включая упавший самолет и пропавших детей.

Водитель желтого такси рассказывает, что EMC воюют с другой группировкой за маршруты перевозки кокаина. С уверенностью, типичной для таксиста, он рассказал, что люди Ивана Мордиско захватили детей в заложники, чтобы убедить правительство атаковать их конкурентов. К таким откровениям склоняла теснота его места работы, похожего на исповедальню. Но это не более чем слухи.

Позже местная журналистка рассказала, что в середине мая ей позвонил человек, который утверждал, что видел детей в деревне коренных жителей на притоке Апапорис. Но звонивший не оставил своего номера и звонок не был записан. Местная жительница утверждала, что отправила в качестве помощи детям пакет с одеждой и с удивлением обнаружила ее на Лесли в день спасения. Джинсы и кофта на фото, опубликованных военными, были очень похожи. Наконец, один из жителей города, пожелавший остаться анонимным, сообщил, что один партизан хвастался, будто дети находятся у него. Вот только этот партизан прятался в джунглях, и, даже если с ним можно было бы связаться, он не стал бы говорить с журналистом.

Журналистка Салюд Эрнандес-Мора побывала в регионе и проплыла по реке Апапорис. В июльской статье она утверждала, что детей нашли члены картеля EMC Мордиско спустя всего пару дней после крушения. Эта встреча открыла им целый ряд возможностей, которыми они поспешили воспользоваться. Партизаны забрали детей, чтобы использовать как рычаг давления на правительство. Состояние, в котором были найдены дети, по ее мнению, стало результатом нехватки припасов у партизан. Апапорис – единственный доступный им маршрут доставки припасов – контролировали с воздуха. Лишь когда партизаны почувствовали себя в безопасности – самолеты и вертолеты реже стали летать над зоной, – они вернули детей на точку, где их впоследствии нашли. Эрнандес-Мора писала, что ее слова может подтвердить некий источник.

Публикация вызвала противоречивые отклики. Кто-то хвалил журналистскую храбрость Эрнандес-Моры, другие критиковали нежелание признать способность детей выжить и прокормить себя в джунглях. Рассказывали о похожих случаях невероятного выживания. В июне 2015 года пять девочек из коренного населения от 10 до 14 лет были найдены живыми после почти трех недель в джунглях. Они пропали, возвращаясь домой из школы в Ваупесе. В 2020 году сорокалетняя мать и ее трое детей 37 дней бродили у реки Путумайо, выживая на воде и семенах.

Другие детали статьи не вязались с известными фактами. В последних отчетах военных утверждалось, что партизанские отряды покинули этот регион. В джунглях ни военные, ни опытные следопыты из коренного населения не обнаружили следов пребывания каких-либо групп, и кроме давно заброшенного лагеря им не встретилось ни следа. Место обнаружения детей также совершенно не вязалось с данной теорией. Если партизанская группировка взяла детей в заложники, самым быстрым и надежным способом вывезти их с территории поисков была бы река. Прятать их логичнее всего было бы к востоку от нее, вне зоны доступа солдат и военно-воздушных сил. В таком случае самый простой и наименее рискованный способ «вернуть» детей в зону поисков – перевезти их через реку и оставить как можно ближе к западному берегу. Но детей нашли в джунглях, в нескольких километрах к западу. Для того чтобы их там оставить, партизанам нужно было пересечь зону поисков, избегая встречи с сотнями солдат.

Помимо прочего возникает вопрос мотива. Партизанские группировки отрицали, что дети были у них. Найди они их в первый же день, гораздо проще было бы объявить потрясающую новость, вернуть в целости и сохранности и изменить о себе общественное мнение. Если же от удерживания детей и была какая-то политическая выгода, неясно, в чем она заключалась, потому что в последующие месяцы правительство только усилило давление на EMC.

Наконец, если это было прикрытием или лжеоперацией, то она была чрезмерно дорогостоящей и непродуманной. Военные мобилизовали гораздо больше людей, чем обычно направляют на спасательные операции, а решение увеличить силы и привлечь сотни волонтеров лишь мешало бы цели, потому что появлялось больше потенциальных свидетелей какой-либо неблаговидной деятельности. В последующие недели журналистам дали полный доступ к командирам, отрядам и представителям коренного населения. Никто из участников операции, находившихся в месте ее проведения, никоим образом не показывал, что дети могли быть у кого-то еще. Даже Мануэль, не любивший партизан и конфликтовавший с ними в прошлом, не думал, что они имеют какое-то отношение к произошедшему. Он сказал, что считает статью Эрнандес-Моры неуважительной. «Присутствовавшие там люди знают, что все было не так, – говорит он. – Если бы дети находились в руках партизан, они бы запросили миллионы [выкупа] и ни за что бы не вернули их такими истощенными».

В Сан-Хосе-дель-Гуавьяре были исследованы все зацепки относительно участия партизан, но каждый раз они ни к чему не приводили. Улики были не надежны, источники – не авторитетны. Вероятнее всего, в городе, где еще жива память контроля FARC, слухи об участии в событиях партизан попросту преувеличены. Однако, чтобы полностью исключить участие третьей стороны, было необходимо разобраться в самом удивительном аспекте истории – выживании Кристин.

Объяснения Нарсисо, что дети выжили благодаря фруктам и фаринье, хватило на первые несколько дней, но оно казалось все менее убедительным – по мере того, как всплывали новые детали. Детская бутылочка, в которой Лесли смешивала фаринью с водой, была найдена командой Монтьеля 16 мая, а значит, Кристин почти месяц после выживала без нее. Коренное население часто объясняет недоверчивым журналистам, что западному человеку трудно понять, как детей уитото воспитывают в джунглях, прививают им с самого раннего возраста знания о растениях и животных. Там, где белый человек видит «зеленую тюрьму» из «Пучины», местные видят нескончаемые ресурсы для жизни.

Однако это противоречит опыту представителей уитото, муйнане и андоке в поисковых отрядах. Они рассказывали о бесплодных, враждебных джунглях, где не растут те фрукты, которыми богат бассейн Какеты-Путумайо. Если даже опытные охотники голодали на берегах Апапорис, то как же четверо детей выжили на этой территории? Частично ответ на этот вопрос кроется в том факте, что детям требуется меньше калорий. Они сжигают энергии меньше, чем взрослые мужчины, без остановки продирающиеся сквозь джунгли. И все же многие скептически отнеслись к способности детей, особенно Кристин, находить подходящее питание столь долгое время. В проведенных интервью удалось добиться подтверждения того, что Герман летел с довольно большим мешком фариньи и что Магдалена часто брала с собой фрукты для детей. Также человек, общавшийся с Лесли после спасения, сказал, что в сумке Кристин с подгузниками были пакетики с сухим молоком. Но даже всего этого недостаточно для 40 дней.

Поездка в Ла-Чорреру позволила убедиться, что дети вполне могли прокормить себя больше месяца в джунглях. В один ноябрьский день в центральной малоке города племенные старейшины вели долгую беседу. Под крышей из пальмовых листьев стояла жара и высокая влажность, тогда как снаружи упали первые капли дождя. Вдалеке сверкнула молния, и малока затряслась от грома. Под ближайшим деревом две женщины уитото склонились над пластиковым ведром. Жидкость внутри была молочно-коричневатого оттенка с плавающими на поверхности пурпурными шкурками плодов мильпесос. Женщины разминали мякоть пальцами. На вопрос они с воодушевлением рассказали о готовящемся суперсоке, который одна из них назвала питательнее материнского молока. Среди уитото не возникало сомнений, что именно этот фрукт стал ключом к выживанию детей – тем более что поисковый отряд коренных жителей обнаружил у Лесли за щекой семечко мильпесос. На бедных почвах берегов Апапорис лишь это растение могло дать необходимые питательные вещества 11-месячному ребенку.

В мае 2024 года управление гражданской авиации опубликовало краткое содержание интервью, которое дала Лесли, чтобы помочь установить причину крушения самолета. Она подтвердила, что пальма мильпесос была одним из главным источников пищи для детей. Фаринья и сухое молоко не упоминались, но, возможно, их упоминание опустили, как само собой разумеющееся. Лесли так же описала события до и сразу после аварии НК-2803, которые помогли объяснить ее действия и мотивацию. Они совпадали с тем, что она рассказала родным в больнице.

Интервью раскрыло новые, ранее неизвестные детали пережитого детьми. На тот момент военные уже опубликовали карты зоны поисков. На них путь, который – по мнению аналитиков – прошли дети, отмечен ярко-желтой линией. Он вел на запад от места крушения, туда, где была найдена бутылочка, а потом уходил на север, прежде чем вернуться на юг. Однако на картах отсутствовала линия к Апапорис, где, по словам Лесли, она поймала рыбу заостренной палкой. Сомневаться в ее словах нет повода. Лесли рассказала, как услышала слова пилота, что они направляются к реке, и она видела Апапорис через лобовое стекло. Она знала, что ближайшее поселение, вероятнее всего, располагалось на берегу, поэтому логично было отправиться дальше по траектории полета. Действительно, ни военные, ни поисковые группы не обнаружили следов или других свидетельств пребывания детей между местом крушения и рекой. Однако, как показывают карты на армейских GPS-навигаторах, эта территория изучена значительно хуже, чем районы к северу и западу от нее. Улики легко могли остаться незамеченными.

И все же некоторые детали отчета, опубликованного службой гражданской авиации, оказались еще более сбивающими с толку. Лесли утверждает, что после трех дней бесцельного хождения они вернулись к самолету. Это невероятная удача, учитывая как долго солдаты не могли обнаружить место крушения. Но все же это могло произойти. Еще более странным кажется объяснение, почему дети не подошли к солдатам. Лесли подтвердила, что слышала, как выкрикивают ее имя, но боялась, что это лишь сводящие с ума звуки диких животных. Однако это заявление противоречит тому, что девочка говорила деду, – она специально спряталась за стволом дерева и рукой зажала рот Кристин. Данные GPS-навигаторов говорят о том, что солдаты не раз патрулировали зону, где дети в итоге были найдены, и проходили достаточно близко от них, чтобы те заметили солдат. Скорее всего, Лесли действительно пряталась, но почему? Боялась, что это партизаны? Или опасалась наказания, как утверждает Нарсисо? Непонятно.

Но ничто не вызвало таких яростных споров, как судьба овчарки Уилсона. Лесли рассказала Педро Санчесу, что худая собака прибегала к ним незадолго до спасения. Нарсисо подтвердил это в беседе с репортерами в больнице. Два раза Солейни рассказывала тете Розамире о псе, прогнавшем стаю кустарниковых собак. Но 16 июня на пресс-конференции OPIAC брат Магдалены утверждал, что дети не видели собаку. В отчете службы гражданской авиации тоже уверенно заявлялось: «Дети не встретили ни людей, ни собак».

Отчет содержит ценную информацию для понимания того, что происходило с детьми в джунглях. При реконструкции событий специалисты сверялись с показаниями членов семьи и другими доступными источниками. Многие факты казались противоречивыми и запутанными, что вполне объяснимо, учитывая, сколько дней дети провели под дождем, голодные и дезориентированные, в темноте и холоде.

Однако одна деталь в заключительной части отчета вызывает особую тревогу. Лесли «внимательно подсчитывала дни, прошедшие с момента аварии… [что помогло] следствию выстроить в хронологическом порядке все детали, связанные с их выживанием». Среди прочих дат, она смогла точно определить, в какие дни она слышала самолеты в джунглях (с десятого по пятнадцатый день), когда у нее перестала болеть нога (двадцатый день) и когда она нашла флаер (тридцатый день). Это казалось странным. Как будто в отчете представлены две версии Лесли. Одна – ребенок, которому знакомство с культурой предков позволило найти еду даже в самых враждебных джунглях, но который принимает голоса солдат за рычание хищников. Другая – рациональный человек, тщательно запоминающий все события в стрессовой ситуации, когда большинство взрослых постепенно лишилось бы рассудка. Создавалось впечатление, что интервью, которое она дала службе гражданской авиации, было отрепетировано.

Но раз дети не видели собаку, почему же они ее нарисовали? Почему Лесли сказала генералу Санчесу, что собирала исключительно упавшие плоды, а бабушке – что карабкалась по деревьям? Станет ли 9-летний ребенок рисовать колумбийский флаг, если ему об этом не скажет патриотически настроенный взрослый? Уставшие и перегруженные вниманием, дети, кажется, или говорили, что им велели, или легко поддавались внушению и отвечали людям, которые их навещали, то, что те хотели слышать.

Конечно, вопрос к точности этих воспоминаний не умаляет находчивость, ментальную выдержку и храбрость детей. Культура уитото действительно способна воспитать сильных людей. С достаточным запасом плодов мильпесос дети вполне могли поддерживать жизнь до прибытия спасателей. Но различия между версией родственников и подробным отчетом службы гражданской авиации вызывали подозрение, что на детей сильно повлияли взрослые, навещавшие их в детском доме последние шесть месяцев 2023 года.

Мало кто обратил внимание на странность этого отчета, когда он вышел. К тому моменту общественность утратила интерес к истории, оставившей горький привкус.

В Колумбии миры мультфильма «Энканто» и сериала «Нарко» тесно переплетены: волшебный мир часто сталкивается с суровой реальностью. 1 августа 2023 года Мануэля Раноке арестовали в парке на севере Боготы и увезли в офис прокурора.

Его обвинили в изнасиловании Лесли Хакобомбайре.