Сия

Смотря на ухмылку Дэниэла, боролась с собственными чувствами.

– Забудь его и просто играй, – шептали мои совесть и сострадание.

– Прости его, – шептала меланхолия.

Все-таки несколько свиданий были вполне успешными.

– Втащи ему, – прошептало злорадство.

Послушалась я последнего, потому что… потому что оно злорадство.

День был не из легких. Я снова и снова уступала всем парням в физической подготовке, Клайд продолжал меня доставать, чтобы я сбежала из шмакадемии, роняя тапки, Виктор красноречиво буравил взглядом, потому что мне не хватало выносливости и силы, Уолтеры неожиданно преисполнились в роли защитника. Вишенкой на торте стал Дженкс, которого господин Эвандер пригласил на мою тренировку.

Иногда у меня складывается впечатление, что Рэйден меня насквозь видит, он же специально позвал именно того адепта, кто раздражал до кровавых мозолей. Естественно, я сама себя превзошла.

Никогда не думала, что способна заклинать целую площадку, а после схватки с умертвиями моя фантазия разгулялась не на шутку. Правда, мучили и кошмары.

С командой Дэниэла мы расквитались моментально. Мучитель не смог унять тревоги и боязни перед ужасными мертвяками. А его прихвостни, по-моему, так и не догадались, что это не настоящие скелеты, а моя выдумка.

Выиграв, я подошла к наставнику и… судье. Уэллинг хмурился.

– Ты как, Алекс? – спросил он первым, пока господин Эвандер что-то очень красочно расписывал моему бывшему парню. – Резерв еще не пуст?

Я невольно потерла ладонью по сдавленной груди. Где-то там притаился артефакт. Пользоваться им не запрещалось, но волнение стало привычным спутником.

– Еще нет.

– Хорошо, – кивнул куратор. – И плохо одновременно.

Уэллинг поморщился и фыркнул. Только ему подвластно настолько задевать струнки мои души, чтобы я начинала сиять, как лучик солнышка. И с такой же легкостью он бросал меня в пропасть.

– Что опять не так? – скривилась я.

Я определенно себя теряю. То симпатизирую ему и выгляжу влюбленной дурочкой, то ненавижу, потому что Виктор оказался очень требовательным наставником.

– Ты рассчитываешь исключительно на волшебство, – устало прояснил он, отбрасывая уже ненужный мяч. – Притом на тот дар, который чудом умудрился развить до поступления. На кой поступать в ШМАК, чтобы расти однобоко? Шел бы в Атарийскую или обычную боевую. Тебя туда примут с распростертыми объятиями.

И хотя он жутко раздражал, не могла признать, что предъявляет мне по делу.

– Алекс, Виктор прав, – на плечо Уэллинга легла ладонь преподавателя. – Бесспорно, ты смог всех поразить. С каждым днем иллюзия все сильнее и сильнее. Но этого мало.

– Больше тренировок я не впихну в свое расписание.– Промямлила я оправдываясь. – Но я буду стараться.

Какая же дура. Могла же и огнем Дэниэла поджечь, или на ребят положиться. Нет, хотела выделиться, изумить всех.

– Старайся не старайся, а ты так и продолжишь в том же ключе, – завертел головой старший адепт. – У тебя артефакты, да? Отдай. И давай на неделю-две скуем твой дар?

Я попятилась.

Скуют? Ага, бегу, и волосы назад. Если я лишусь иллюзии, то меня вычислят в первое же мгновение.

Рэйден как-то странно переглянулся с Виктором, словно оба о чем-то знали и недоговаривали.

– Да, – наставник потер щетину, – мне нравится его предложение. Не двигайся, Алекс. Сейчас я на тебе руну нарисую.

Поступая в любую академию, каждый адепт подписывал бумаги, дающие преподавателям сковать дар. И для господина Эвандера не составило бы никакого труда забрать у меня способность создавать волшебные картинки. Вот только что с ним произойдет, когда вместо пусть и хилого, но парня, он увидит девчонку.

– Давайте попозже, – я запищала, словно амбарная мышь.

Эх, была не была. Рванула по полю, махая ладошкой Артуру и Рою. Позади раздавалось:

– Чего тянуть? Виктор, он, что, убегает? Виктор, лови его! Перл, не зли меня. У меня мерзкий характер, а фантазия богаче твоей.

Образовывалась паника. Их можно было оглушить той же иллюзией, но я опять докажу, что ни на что не способна. Как назло, для Уэллинга я не конкурент. Парень догнал меня в два счета.

– Алекс, ты больной? – подхватил он меня за шкирку. – Ты чего добиваешься? Исключения?

– Будет хуже, – мрачно отозвалась я и зажмурилась.

Приближался господин Эвандер, закативший рукава своей рубахи.

Внезапно со стороны входа наша яркая компания услышала женские голоса и переливчатый смех. Такой необычный для этого места.

– Это ты? – с укором взглянул преподаватель.

Я все неистово отрицала.

Из-за угла вышли господин Хаммерс и Клайд Бернинг, сопровождавшие девушек. И экзекуция с лишением иллюзии уже не казалась страшной. В девушках я признала Тессу, Надю и Ингу, слава богам, в капюшоне.

Разум лихорадочно заметался из стороны в сторону. Что они здесь делают? Ректор в курсе про мой обман?

Надо повиниться и бросаться в ноги, вымаливая прощение?

– Тайлер, – повернулся господин Эвандер. – Ты же вроде за одной дамой ехал, почему привез троих?

На что глава Шеронвудской магической академии ничего не ответил. Только за переносицу взялся и закатил глаза.

– Потому что, красивый, военный мужчина, – выдала Тесса сладким, приторным голосочком, – девушки не живут поодиночке. Мы сбиваемся в стайки и ведем общественный образ жизни. Ой, Алекс, привет. – Замахала она мне рукой, на что-то отчаянно намекая.

Молиться я буду явно потом.

Господин Хаммерс фыркнул, слушая речь девушки.

– Адепт Перл, адепт Бернинг!

– Да, ректор, – вытянулись мы оба по струнке, и я очень старалась сохранить отчужденный вид, потому что подружки начинали похрюкивать от смеха.

– Проводите девушек в корпус… – он схватился за виски. – Им выделили второй этаж. Вы с ними дружны, объясните правила. И девушки, – обратился он ко всем, – с этажа ни на шаг.

– Точно-точно, – невежливо вклинился в беседу господин Эвандер. – У меня пара тысяч ребят в позднем пубертате. Мне куда их энергию направлять, если они выяснят, что поблизости живут красивые, невоенные девицы? – отдал дань витиеватому обращению леди Маклин.

И я бы ушла с гордо поднятой головой и поджатым хвостом, но заселение подруг выглядело странным.

– Простите, господин Хаммерс, – присмотрелась внимательнее к мужчине. – А почему здесь моя сестра, – я прямо нажимала на это слово, чтобы глава академии был сговорчивее, – и остальные?

– Клайд тебе расскажет, – вздохнул мужчина. – А завтра мы уже побеседуем с вами обстоятельно.

Я оглянулась по сторонам.

– В смысле, с нами?

– С тобой и юной госпожой Перл, разумеется.

Инга в плаще то ли икнула, то ли чихнула.

Я зачем-то взглянула на Виктора и поняла, что куратор меня жалеет. Не Сию-Ингу, не кого-то другого, а меня. Окончательно смешавшись, я попрощалась с Рэйденом, с Уолтерами, которые чуть ли слюни не пускали на возникший цветник, и Уэллингу даже пару слов сказала.

– Спасибо за тренировку.

– Ага, – кивнул он. – Я зайду вечером. К кому мне идти? В твою комнату или в комнату…

Но прежде чем он договорил, вступил наш ректор.

– Нет, Виктор. Девушки прибыли сюда тайно. Не следует ходить к ним. Оставайся у себя, а у них и без того достаточно провожатых.

В голосе проскальзывала ревность. Тайлер Хаммерс – герой границы ревнует третьекурсницу к выпускнику? Я бы заржала, но что-то не до смеха.

Впрочем, поразмышлять об этом времени не хватало. Клайд кашлянул, намекая, что нас скоро заметят, а малинником светить не стоит. Я послушалась.

Уже в помещение, твердо удостоверившись, что двери заперты, нам никто не помешает, наложен полог тишины и предусмотрены любые другие меры от случайного проникновения, я напала на ребят.

– Какого некроманта здесь происходит?

Можно было перестать прятаться, я лихо разделалась с остатками иллюзии и стащила с себя парик.

– Сия, ты в опасности, – удрученно сообщил Клайд. – В последней схватке вычислили, что ты и твой, – он сделал характерный жест двумя пальцами, – якобы брат, иллюзорники. Теперь о вас прознали некроманты, намереваются завербовать себе.

– Боги, – я ахнула. – Алекс в опасности? Нужно мчаться за ним.

Я бы и помчалась, но здравый рассудок Бернинга меня опередил.

– По всем данным, Алекс здесь, теперь и ты, – он скептически посмотрел на Ингу, – тоже.

– Ага, – подтвердила Бекманн, – и вот-вот себя выдадим. Твой ректор близко знаком с тобой настоящей?

Пришлось задуматься. Вблизи он меня видел, да, но вряд ли его занимала моя внешность. Тот скорее был окрылен моим подходящим характером.

– Наложим заклинание, повесим артефакт, – не видела ничего предосудительного.

– Дура, ты Сия, – не заржавело за Клайдом. – Дженкс и Уэллинг раскусят вас в два счета.

– Ты пессимист, Клайд, – на грудь парня упала рука блондинки-астрологини. – Нам нельзя выходить с этажа. Если никто не разнесет новость по всей академии, то мы будем томиться в комнате, как три пленных девы, а ты, мой дракон, будешь нас охранять.

– Кстати, – я остолбенела, – а как вы умудрились уговорить господина Хаммерса и на ваше перемещение?

Девочки начали переглядываться и глупо хихикать.

– Как, как, – Надя картинно приложила пальчик к губам. – Нытьем, катаньем и всяческими уловками. Слез твой ректор не выносит, сдался. И как он на некромантов идет? Можно податься в предатели и сдать сакральную информацию, сумирцам ничего не стоит выиграть войну, всего-то и надо – расплакаться.

Их глупые разговорчики служили целью отвлечь меня от напастей. И, признаю, работали. Я успела соскучиться по подружкам, обнималась с ними, прыгала, игнорируя нарастающую панику. Если боги смилостивятся, то злоумышленников отыщут, и никто ничего не поймет.

С другой стороны, что-то не складывалось в ладном объяснении Бернинга.

– Так, – я повернулась к нему и угрожающе подняла палец, – а как меня могут завербовать сумирцы? С чего мне соглашаться переходить к ним?

– Эм… эх… – растерялся он, разводя руками, – ну, ты девочка, испугаешься, задрожишь.

Аргумент был принят, но раздражающий червячок сомнения никуда не делся.

– Клайд, – я шагнула к нему, – ты чего-то не договариваешь.

Я блефовала. Все было предельно логично, но глаза парня бегали из угла в угол. Плох тот кадет, кто не умеет распознавать ложь!

– Сия, что за чушь ты несешь? – он отступил, выдав себя.

– Нет, Клайд, – взвизгнула, – признавайся!

Мне не надо было повторять или давать команду. Это с виду мои девочки похожи на трепетных ланей, боящихся выйти на тонкий лед. На самом деле они больше походили команду бандитов-разбойников, на наглых троллей, на стаю волков, в конце концов.

Не сговариваясь, они окружили Бернинга со всех сторон. Юноша сглотнул, не ожидая массовой атаки, к тому же его благородное воспитание не давало Клайду ударить, кинуть заклятием в кого бы то ни было женского пола.

– Сия, я все сказал! – упрямо твердил он.

– Да чего мы телимся? – кровожадно произнесла Тесса. – Давайте устроим пытку макияжем?

Бедный Клайд попятился, но с опозданием вспомнил, что, вообще-то, он кадет, а не обычный парень.

– Нет! Даже не думайте, – поднял он ладони вверх, образуя искры сдерживающего заклинания. – Свяжу, обездвижу и оставлю в таком виде до утра.

– Оу, – наша блондинка зарделась. – Сия, а если сказать, что у меня под платьем взрывное устройство, он проверит?

Им бы всю жизнь хихикать.

– Тесса, он будущий солдат, – приглядывалась я к другу внимательнее. – Конечно, проверит.

А Инга Бекманн не без восхищения в голосе рассмеялась.

– А ты мне таким больше нравишься.

Растерянный юноша перевел свой взгляд с них на меня. И в омуте его глаз была такая невысказанная мука… Гулять и развлекаться с девчонками одно, но когда мы объединяемся, и нам что-то нужно, то Клайд в поле не воин.

– Сия, образумь своих фурий.

– Как только ты нормально объяснишь, что происходит. Ну же, Клайд, – я подалась вперед и обернула его шею своей рукой, до конца не определившись: соблазнить я собираюсь или придушить ( второй вариант, естественно, второй вариант), – всем очевидно, что ты что-то скрываешь. Завтра меня вызывает ректор, и мне половину ночи придумывать, как пойти самой и прихватить Ингу, чтобы не спалиться. Не тяни кота за неизбежное, признавайся.

– После новостей ты точно не заснешь, – он мрачно подтвердил все мои опасения. – Будет хуже.

Вот в это верилось легко. Не пошел бы господин Хаммерс на уступки предполагаемой невесте, в жизни бы не потащил других девиц под своды шмакадемии, если бы дело было в ей одной. Ему, наоборот, удобнее за ней ухаживать, пока она под крылом прославленного мужчины. Нет, дело в другом. Про Алекса никто не ведает, значит…

Сердце сделало кульбит.

Мои родители?

– Подождите, ничего не говорите, – неожиданно попросила Инга. Ей понадобился туалет, несмотря на то, что я изнывала от недостатка информации.

Бернинг продолжал юлить, по нему видно было, как он мечтает перенестись в другое помещение, а в идеале сбежать от подружек. Он, как и многие мужчины, ненавидел приносить плохие новости, избегал тяжелых разговоров и боялся женских слез и обид.

Внезапно в дверь тихо и аккуратно постучали. Гостей никто из нас не ожидал, и в связи с этим мы превратились в стаю диких сусликов, которых словно застали за кражей съестного у путников. Мы замерли.

– Кто там? – отозвалась вежливая Надя Барр.

– Виктор Уэллинг, – я признала интонацию своего куратора и заметалась по комнате.

Его-то зачем принесло? А я еще в форме шмакадемии, и по численности женского вида мы в накладных не сходимся. Но прежде чем я успела хоть что-то предпринять, адепт уже наклонил медную ручку и вошел.

Заметив меня, нахмурился.

– Сия? Почему ты в форме Алекса?

Слава богам, что на истинной мне, без иллюзий и махинаций, она выглядела мешковатой и большой.

– Я испортила весь свой багаж, вот он и одолжил, – соврала первое, что пришло в голову.

Когда наставник Эвандер хвалил меня за расторопность, ум и смекалку, он меня сильно переоценил. Я тупила, как уже упомянутый суслик.

– Получается, – понизил тон Виктор и оглянулся на Клайда, словно искал у него поддержки, – Алекс разделся в присутствии трех девушек и ушел в одних трусах? Он понимает, что за это последует суровое наказание, и плевать на ваше с ним родство. Это нарушение правил.

В туалете раздались звуки воды.

– Нет, он здесь, – часто-часто задышала я. – Да и какие правила. Он с Тессой встречается.

Что делать? Что нам делать? Секунда, и мой обман раскроется.

– Встречается? – изумилась подружка, но соображалка у нее работала в темпе гепарда. – Да, встречается.

Куратор хмыкнул и сделал шаг вперед, собираясь пройти в уборную. Но его опередила Тесса, прижавшись к двери ванной комнаты. С той стороны тоже забились, но подруга с силой двинула ногой в нижнюю часть створки.

– Вот тебе нечего там делать, – завопила она во всю мощь. – Алекс планирует мне сюрприз.

– В туалете? – ошалел Виктор.

– Какая тебе разница, где? – фыркнула девушка. – Нельзя осуждать чужие фетиши и фантазии. Ты, вообще, зачем пришел? Ректор тебя отправил в другом направлении.

– Эм, да, – парень поморщился и, пару раз мотнув головой, обратил свой взор на Клайда. – Ты им сказал?

Все притихли. Судя по серьезному тону, сказал означало поведал ли он нам плохие новости.

– Нет, – закатил глаза Бернинг, – хотя стой, – опомнился он. – Алекс в курсе, я успел ему шепнуть.

– И что? – приподнялась бровь у блондина.

– Как видишь, – поддержал общую ложь второй адепт. – Заперся в ванной.

В беседу нагло вклинилась Тесса.

– А вести плохие, мальчики? – озабоченно произнесла она. Получив утвердительный ответ, пихнула Ингу через приоткрытую дверь. – Я тогда пойду, утешу.

– Эм, ладно, – снова смешался Виктор.

Чувствую, что обо мне и о моих подругах у него будет занятное представление. Воспитание не позволит назвать нас дурами, но умалишенными, чокнутыми или со съезжающим чердаком вполне.

– Что сказал, Виктор? – я сложила руки на груди, попутно отвлекая от девчонок. – Почему вы говорите загадками?

Взъерошив свою прическу, он критически меня осмотрел. Напрягся.

– Давай выйдем, – протянул он ладонь. – Информация касается твоей семьи, и ты сама определишься, разглашать ее или нет.

Окончательно испугавшись, я сплела свои пальцы с его и дала себя увести. С одной стороны, было мило, но с другой, он упомянул мою семью. И волновалась я не за Александра.

Мы вышли из комнаты под язвительные взгляды девчонок, но мне было наплевать. Да и обстановка между нами не располагала к романтике.

– Сия… – Уэллинг медленно притянул меня к себе.

И голос, и движения, и манеры – все выдавало озабоченность и жалость. А последнюю я ненавидела. И ненавидела, когда я не понимаю, в эта жалость состоит.

– Что? – вырвалась из его объятий. – Можешь уже внятно пояснить, что происходит? Почему в академию… ой, то есть в институт за мной явился Тай… ваш ректор. Почему Клайд отмалчивается, словно я идиотка какая-то.

– Ты можешь мне не поверить, – Виктор зачесал одну прядь назад, и по необъяснимой причине мне захотелось вернуть непослушный локон на место. – Мне показалось, что либо я, либо Бернинг должны предупредить тебя и брата заранее.

– Да о чем вы? Опять про наш дар, я в курсе.

– Нет, Сия, – закачал головой парень. – Это касается твоих родителей.

Предчувствие не обмануло. А ребята очень методично готовили меня к плохим новостям.

Наверное, я отвратительная дочь, да и Александр – не самый идеальный сын. Мало того что мы обманываем, нарушаем закон, вступили в сговор и совершили взяточничество, мы совершенно забыли про семью. И хотя у нас обоих были на то основания – поведение непростительное.

Мама с папой отправились в командировку давно и с той поры не выходили на связь. На них это не похоже, обычно они хоть пару строчек могут написать из поездки.

– Да? – я подалась вперед и снова оказалась в теплых, уютных руках куратора. – Говори.

Он и рассказал, и был прав, потому что с первого раза я не поверила. Какие из Шилы и Ричарда Перла шпионы или дипломаты? Отец визором пользоваться толком не умеет. Орет на пульт и проклинает несчастного артефактора.

И как назло, до меня начало доходить. Никто бы не позволил парню перейти сразу на третий курс ШМАКа, в Пресьенский не ждали девушку, принадлежащую не высшей знати. Достаток в семье выше среднего, хотя другие чиновники средней руки не могут похвастаться огромным особняком на знаменитой улочке.

– Ну же, Сия, – выгнул брови Виктор. – Совсем ничего странного в них не замечала?

– Я всю жизнь их игнорировала, – с прискорбием призналась я. – Конечно, я понятия об этом не имела.

Осознание больно рвануло в мозгу.

Они в плену у сумирцев? Как к ним относятся? Что с ними делают? Вдруг их пытают, калечат?

Боги, я была готова рвануть в сторону границы.

– Сия, – кажется, Виктор разгадал мои намерения и хорошенько потряс, – успокойся. Ты можешь помочь им прямо сейчас?

Я вяло и отстраненно произнесла:

– Нет.

– Тогда не заставляй полгорода и академию беспокоиться за тебя. Завтра с вами побеседует господин Тайлер, подключен мой отец, работает отец Клайда – они не последние люди в Атарии. Твою семью найдут. А ты сама очень поможешь, если будешь находиться под наблюдением, не доставишь проблем.

Ха, вот с этим все они просчитались. В шмакадемию проникло четверо девиц, нас было проще запереть в атарийской тюрьме, а не среди красивых кадетов.

– Ладно, – я так и не пришла в себя после полученной информации.

Меня словно оглушили, осушили и выбросили одновременно.

На негнущихся ногах я развернулась, чтобы вернуться в комнату к подругам, но едва сделала шаг, как Уэллинг схватил меня за запястье и рывком вернул на предыдущее место.

– Подожди, не торопись, – голос у него звучал глухо. – Хочу тебя отвлечь.

– О-отвлечь?

Я не успела отреагировать, а Виктор уже наклонился и коснулся губами до моих губ. Осторожно, немного робко. Мазнул легко, отодвинулся, посмотрел, будто ждал одобрения.

Учитывая мой шок, точнее, в двойне шок, я не сопротивлялась.

И он приник снова, но куда более настойчиво. Дотронулся до моей талии, буквально вжал в себя… Видимо, у меня тоже сломались все барьеры, но едва я начала отвечать, как юноша сразу завершил это волшебное действо.

– Не хочу, чтобы ты говорила, что я воспользовался твоим положением, Сия, – он понурил голову. – Этот способ хорошо отвлекает, и пока ты не надумала себе чего-нибудь еще, предупреждаю, что испробовал его лишь на тебе. А теперь иди, – он нехотя отошел назад, безвольно опуская ладони, – скажи брату, что завтра после беседы с ректором я хочу с ним увидеться. И сегодняшняя проделка с рук ему не сойдет.

Да, блин. Кто же так делает?

Отвлек он меня действительно на отлично. Надо сболтнуть леди Аркади про новый способ усмирять паникующих дам. Но бедный Алекс… в смысле бедная я.

В общую спальню с девчонками я зашла, покачиваясь из стороны в сторону, и очень надеялась, что они не заметят во мне никаких изменений. Некромант там плавал.

– Ты целовалась с Уэллингом! – с ходу определила Инга. – Так и знала!

– А я знала, что ты знаешь, – фыркнула, обводя взглядом других подружек.

У меня на лбу что-то написано, что ли? Но губы-то горят.

– Ты знала, что я знаю? – удивилась она.

Естественно, у меня не друзья, а отряд любовных детективов. По волосу на пиджаке отыщут, с кем изменяет избранник. По лайку в социальных сетях вычислят воздыхательницу.

– Как я могла не знать, что ты знаешь? Ты меня с детства знаешь.

– Хватит, – заорал Клайд, порядком уставший от нас. – Я ничего не знаю, объяснитесь. Сия, ты, вообще, как?

Я зло взглянула на друга. Он-то обо всем знал, его предупредили. Мог не ставить меня в неловкое положение перед Виктором. С другой стороны…

– Это тайна? Обожаю тайны, – нетерпеливо заиграла пальцами Тесса, – жаль, хранить их не умею.

– Тесса, заткнись, – оглянулся на блондинку Бернинг.

– Эй, хватит меня ненавидеть, за то, что я такая красивая, – фыркнула она. – Знаю, знаю, карты мне все рассказали.

– А почему карты тебе не рассказали, что ненавижу я тебя не из-за красоты, а из-за тупости, – не остался парень в долгу и вновь воззрился на меня. Очень обеспокоенно.

Я села на кровати рядом с девчонками.

– Пока не знаю, сложно во все поверить.

– Мы же не о поцелуях? – уточнила на всякий случай Надя. – Сия, что произошло?

От них подобный секрет я бы точно не скрыла. Это глупо. Попали же они в шмакадемию, не отстанут, прежде чем не выяснят подробности нашего перемещения. И если со мной они бы такт и сочувствие проявили, то господину Хаммерсу сильно не везло. Он хотел жениться и избежать осаждающих его девиц.

Ха, тогда не сели их поблизости.

Я, осторожно подбирая слова, поведала о родительских приключениях. Думала, что мой воинственный отряд в колготках и в помаде тоже бросится на вызволение четы Перл из лап некромантов, но девочки молча меня облепили. Клайд долго стоял и смотрел, а потом махнул рукой и присоединился.

В объятиях друзей страшные мысли постепенно отступали. В кого я неугомонная, храбрая и сильная? Надеюсь, в папу. А изворотливая, хитрая и ловкая, надеюсь, в маму. Раз у меня получается как-то выживать среди кадетов, они справятся со злыми и темными магами. Это пусть некроманты нервничают.

– Шилу и Ричарда обсудим после, – напомнила всем Инга. – Но что делать завтра, когда предстоит идти к ректору? Сия, он же нас вычислит.

– Как пить дать вычислит, – я кивнула и поморщилась. – А я в таком раздрае, что не удержу иллюзию.

– Написать Алексу? Клайд, мы сможем перенести его сюда? – предложила Надя.

Парень скривился.

– Чтобы он раскрыл Сию? Он приветствовать не умеет, ляпнет что-то. Пусть сидит на своем месте. Сия, а твои артефакты, они не помогут?

– Они уже помогают. – Я вытащила камешек на цепочке. – Удержать картинку в кабинете я смогу, но до кабинета еще дойти надо.

– Да, засада… – юноша взъерошил волосы на затылке.

Мы долго сидели и перечисляли варианты, но никакой не подходил. Каждый либо требовал множества усилий, посторонней помощи или новых амулетов, которыми мы не владели, либо выглядел подозрительно. Я едва не отчаялась, как внезапно отмерла надутая Тесса.

– Оборотное зелье.

– Что оборотное зелье? – повернулись остальные синхронно.

Закатив глаза, владелица карт, рун и магических камней непонятного предназначения невнятно пояснила.

– Ну, есть же оборотное зелье. Никто по визору программу не смотрел?

– Тесса, – потер переносицу Клайд, – во-первых, это популярная, но недостоверная передача, а во-вторых, рецепт зелья неизвестен. Им бы все пользовались.

– Да ну, – посмотрела она на кадета с пренебрежением. – Я тупая, – передразнила его голос, – подобрала. Даже опробовала.

– На ком?

– На ком?

Вопросы сыпались со всех углов комнаты.

– На своей жабе, на кошке, один раз на сестрах.

– Они близнецы, Тесса, – воскликнул парень. – Сия, не ведись на ее приколы, выпьешь, в козленка превратишься. Что потом делать будем?

– Она хоть что-то предлагает, – ляпнула я.

Впрочем, эмоции Бернинга были понятны. Поборница народных рецептов, лженауки и прорицаний, девушка не вызывала доверия. Но деваться нам некуда.

– Сначала погадаем, – помедлила истинная студентка Пресьенского института. – Я без одобрения Вселенной за серьезные дела не берусь.

– Тесса! – закричала я.

– Сия! – пытался образумить меня Клайд.

– Клайд, – бросила в юношу подушкой Надя.

Слава богам, вселенной и хорошему раскладу, что Тесса не отказалась. Для пущей уверенности она и камешки раскрашенные на постели раскидала.

– Не пойму, – вертела она руны, – вроде все пройдет хорошо, но после беседы произойдет что-то отвратительное.

– Но Тайлер ни о чем не догадается? – прыгала я, потому что на месте уже не сиделось.

– Руны так не работают, – осклабилась девица, – и да, не догадается. Я же зелье варю, – она гордо выпятила грудь, – я профессионал. – В своем институте она была отличницей, лучшей на курсе. И это, увы, не успокаивало. Пресьенский специализировался на вкусном чае, на ароматном кофе, а никак не на опасных, редких зельях. – Нам нужно два котла…

Все необходимое притащил Бернинг, ни на минуту не заткнувшись. Он ворчал, стенал, отлично, что не плакал.

Тесса долго что-то варила, пригарцовывала под луч луны, скромно заглядывающий в комнату.

– Теперь, – девушка торжественно произнесла, – вам надо кинуть туда что-то, волос, например.

– Фу, – поджала губы Инга, – я не буду пить что-то с волосами Алекса.

– Успокойся, это буду делать я, – похлопала ее по спине.

– Все равно фу, там же будет твой волос, – не унималась Бекманн.

– В чем вопрос? Вы в детстве чем только не обменивались, – вклинился между нами Клайд.

Не сговариваясь, свидетеля нашего позора и тайного сговора мы решили выгнать. Нечего уши греть, пока девушки болтают.

Наблюдая за тем, как юноша уходит, я спохватилась.

– Это провал, – теребила карманы, – где же мне взять волосы брата?

– У меня есть, – подошла Надя и вытащила что-то из мешочка.

– Откуда?

– Не спрашивай, если не хочешь знать ответ, Сия, – загадочно объяснила Барр и отошла назад.

Мне и, правда, не очень хотелось.