Благосклонным кивком отпустив экономку, леди Чедуик с ленивой улыбкой принялась разглядывать красного встрепанного чиновника:

– Вы исказили мои слова, миледи! Вы не проявляете ни малейшего уважения к моему статусу! Я – государственный служащий, а вы позволяете себе…

– А вы довольно подленький человечишко, мистер Битлз! – задумчиво протянула Джейн.

– Да как вы смеете, мадам! – чиновник задохнулся от гнева.

– Вот это вас и мучает, что я – смею! Вы привыкли повелителем входить в дома людей, требовать отчета в самом интимном, и любоваться их страхом! Вы привыкли быть хозяином положения: захочу – сохраню брак, захочу – разрушу! И уж к чему вы не привыкли, так это к сопротивлению со стороны бедных славянских женщин, которых вы можете безнаказанно унижать своими бестактными вопросами и хамским поведением! Вы – всего лишь мелкий тиранчик, господин борец за чистоту английской крови!

– Вы… Вы… Да как вы… Вам это даром не пройдет! – возопил мистер Битлз, – Вы не останетесь в Британии, мадам, можете не сомневаться! Я найду способ… Я…

– Еще одно слово в присутствии моей жены, и вы птичкой выпорхнете в окно! – в голосе лорда Чедуик звучал металл. Чарльз вышел из своего кабинета и теперь стоял на опоясывающей второй этаж галерее, гневно-брезгливо изучая находящегося внизу мистера Битлза.

– Я – государственный служащий, милорд! – прикрывшись портфелем словно щитом, мистер Битлз пропищал свой стандартный аргумент.

– Тогда будьте любезны покинуть мой дом через дверь, – неторопливо спустившись по лестнице, лорд Чедуик собственноручно распахнул двери.

Мистер Битлз выпятил грудь, собираясь отстаивать свои права, но очутившись лицом к лицу с хозяином дома, вдруг смертельно побледнел и, видимо, узрев в нахмуренных бровях лорда нечто жуткое, пулей вылетел за дверь.

– Да-а, – воцарившееся молчание разбил задумчивый Танькин голос, – Этот, твой муж, который, он того – Мужик!

Джейн невольно покивала. От хулиганов ее защищали, от рэкетиров защищали, даже жизнь ей мужчины спасали – в конце концов, за то она охране и платила – но, чтобы на чиновника вот так напереть! Трепетно засмущавшись, Джейн из-под ресниц глянула на мужа. Тот тем временем с удовольствием изучая ладную фигурку стоящей на галерее гостьи. Танька по-прежнему была в черном платье из Хэрродз, но парик уже успела снять и по ее плечам струились собственные длинные рыжие волосы.

– Очаровательное платье, мисс Коваленко! Вы прелестно выглядите! – любезно проговорил Чарльз. Джейн чуть не зарычала от досады. Ну все, теперь точно это платьице не купить, не могут же они с Танькой обе ходить в одинаковых тряпках!

– А вот вы что-то пополнели, моя дорогая! И постарели! Причем так стремительно, всего за один день! – ироническое замечание мужа заставило Джейн буквально подскочить на месте. Боже мой, да ведь она все еще в сером костюме, напяленном поверх собственной одежды! И с нарисованными вокруг глаз морщинами! Крепкая мужская рука легла ей на талию, и Чарльз повел жену к ее комнате. Джейн испуганно замерла. Что подумает муж, нащупав под кошмарным серым костюмом еще кучу тряпок! – Ничего, немного отдыха и к обеду вы снова помолодеете, – тем временем продолжал Чарльз, останавливаясь перед дверью Джейн, – Мне почему-то кажется, что и похудеете тоже.

Впервые не находя слов Джейн заскочила в комнату. Лихорадочно ворвавшись в ванную, она бросилась к зеркалу. Кошмар! Быстро, быстро смыть все это! И надо же, чтобы Чарльз увидел подобный ужас! Стремительно проведя по лицу ваткой с косметическим молочком, Джейн сделала легкий макияж и кинулась перетряхивать свой гардероб. Танька выглядит совсем девчонкой в своем «школьном» платье, поэтому надо подобрать что-нибудь… Ага, вот это желтое подойдет, в сочетании с распущенными волосами оно создаст впечатление юности и свежести. А теперь бегом вниз, Чарльз истинный англичанин и терпеть не может, когда опаздывают к обеду.

Уже у самой двери Джейн вдруг резко затормозила. Чего она, собственно, суетится? Не все ли равно, в каком виде ее застал лорд Чедуик!? С какой радости она обязана потакать его привычкам!? Он ей кто – сват, брат, хахаль, полюбовник? Нет, конечно, он ей муж, но ведь фиктивный же! Уж не собралась ли ты, милочка, закрутить роман с законным мужем? И думать не смей, дорогуша, чувства к деловому партнеру – верный проигрыш! Джейн строго поглядела на себя в зеркало. Оттуда на нее смотрела привлекательная молодая женщина с элегантном платье, с безукоризненным макияжем и роскошной гривой каштановых волос, уложенных в продуманном беспорядке. Красотке в зеркале никак нельзя было дать больше двадцати пяти.

Удовлетворенная осмотром, Джейн направилась вниз, заранее готовая отбиваться от упреков в опоздании. Но ей не пришлось этого делать, поскольку Чарльза она нашла за полностью сервированным, но совершенно пустым столом. Муж меланхолично крутил бокал за ножку. Обеда не было.

– Миссис Симпс умерла? – поинтересовалась Джейн, когда Чарльз подавал ей стул.

– Не знаю, что и думать, – пожал плечами тот, – раньше такого не случалось.

– Раньше, это до моего появления? – ядовито осведомилась Джейн. Вот так, моя милая, ты для него всего лишь раздражающая помеха в привычном образе жизни! И будьте любезны, никаких сантиментов!

Между тем Чарльз окинул ощетинившуюся, готовую к бою жену чуть ироничным взглядом, но ответить не успел, из коридора послышался грохот и миссис Симпс вкатила сервировочный столик. Окинув взглядом небрежно расставленную дребезжащую посуду Чарльз довольно холодно поинтересовался:

– Что произошло на сей раз, миссис Симпс? Опять овсянка?

– Я прошу простить меня, милорд, – миссис Симпс подняла голову и сразу стало видно, что бедняга крайне расстроена. Исчезла ее обычная подтянутость и лощеность, опытным женским глазом Джейн заметила и замятину на обычно безупречной юбке, и выбившуюся из прически прядь. В глазах экономки стояли слезы, – последние дни стали для меня непосильной нагрузкой. Столько потрясений: неожиданные гости, известие о женитьбе милорда, моя ошибка с завтраком, потом визит этого странного чиновника, который требовал сведений об отношениях милорда и миледи… Теперь еще это… Я должна признать, милорд, что стала стара и не могу должным образом выполнять обязанности экономки в вашем доме. Думаю, мне следует уйти.

В этот момент в дверях за спиной Чарльза появилась Танька и, незамеченная, остановилась, слушая скорбный монолог миссис Симпс.

– Ну-ну, дорогая миссис Симпс, что за глупости, вы абсолютно безупречная экономка и полностью меня устраиваете, – из тона Чарльза исчез лед, уступив место бархатистым утешающим ноткам, – неужели вы думаете, что я способен хоть день прожить без вас? Я даже вообразить не могу те ужасы, которые воцарятся в доме без вашего присмотра. Горничная будет оставлять кучи пыли и горы грязи, кухарка станет готовить неудобоваримые блюда, и мы с беднягой Джонсом просто умрем от голода и неустроенности! Неужели вы оставите нас на погибель?

– Ах, милорд, вы так умеете утешить! Благодарю вас! – светло улыбнувшись сквозь непролитые слезы, миссис Симпс принялась расставлять блюда на обеденном столе.

– Какие утешения, миссис Симпс, чистая правда – каждое слово! И что такое страшное «это», которое довело вас до слез?

– Ах, милорд, такие глупости, одно мое воображение…

– И все же?

Изнывая от раздражения Джейн слушала их диалог. В одну секунду утешил, успокоил, примирил и покорил! И все с искренней заботливостью, похоже, ему и впрямь интересно, что случилось с его домашней воблой сушеной. Лучше бы также заботился о собственной жене, хоть и фиктивная, а все же больше, чем экономка. Ну и что, что она сама его на расстоянии держит, мог бы и настоять, сейчас ведь настаивает.

– Мне, право, неловко посвящать милорда в подобные чисто женские детали… – успокоенная миссис Симпс уже радостно щебетала, – Моя племянница, милая девочка, подарила мне парик, такой модный, с довольно короткой стрижкой и рыжеватый, совершенно под цвет моих волос. Не знаю, зачем он мне, я ведь парики не ношу…

«Зато носишь шиньон», – тихонько пробормотала Джейн, за что удостоилась раздраженного взгляда супруга.

Миссис Симпс между тем продолжала, упиваясь минутой доверительных отношений с хозяином:

– Но ведь это подарок, вот я и держала его в своей комнате, на специальной болванке. И представьте себе, милорд, перед тем как подавать обед я забежала к себе за какой-то мелочью и вижу, что парик стал черным, угольно-черным!

Джейн кинула яростный взгляд на стоящую в дверях Таньку. Та отчаянно, но тихо стукнула себя кулаком по лбу и бесшумно канула в проем. Чарльз ее так и не заметил.

– Когда я увидела этот кошмар мне стало дурно, просто дурно, – продолжала делиться пережитым страхом миссис Симпс, – я привалилась к стене и почти потеряла сознание. А когда пришла в себя, то немедленно отправилась на кухню, подавать обед. Я так испугалась, что не осмелилась даже еще раз взглянуть на ужасный парик.

– Все это ваше воображение, миссис Симпс, – строго заявила Джейн, – свет падал под другим углом, вот вам и померещилось.

– Как будет угодно миледи, – переключившись на Джейн миссис Симпс с трудом сдержала недовольство. Конечно, русская дама была женой хозяина, но как тихо, солидно и спокойно было в доме до ее появления, – я лишь говорю, что я видела. Если миледи считает, что у меня галлюцинации…

– Я думаю, после обеда нам всем следует подняться наверх и поглядеть на ваш необычный парик. Уверена, с ним не произошло ровным счетом никаких изменений.

– Зачем же ждать так долго, – неожиданно возразил Чарльз, – идея прекрасная, давайте посмотрим прямо сейчас, а уж потом спокойно пообедаем.

– Но я страшно хочу есть, слона готова слопать, – испуганно возразила Джейн. Кто ее за язык тянул! Сидела бы тихо, все бы и обошлось! А если сейчас подняться наверх, неясно, что будет. Краска на парике хоть и быстро смывающаяся, но ведь неизвестно, насколько быстро. Не хватает только застукать Таньку в комнате миссис Симпс.

– Ничего, дорогая, думаю за пять минут вы не погибнете от голода, – поднявшись, Чарльз властно подхватил жену под руку и повел ее к дверям столовой, – сейчас все проверим, успокоим миссис Симпс…

– Но позвольте мне хотя бы положить салфетку, – стараясь протянуть время Джейн вернулась к столу, бросила салфетку возле прибора, да так неудачно, что та мгновенно соскользнула на пол. Джейн не спеша нагнулась, снова подняла, снова положила и салфетка вновь упала. Когда Джейн второй раз вынырнула из-под стола с белым прямоугольником в руках, над ней уже стоял муж. Забрав салфетку из рук Джейн, он тщательно сложил ее и подсунул под тарелку. Затем опять подхватил жену под локоток и направился на второй этаж.

– Не замечала, что у вас такая щербатая лестница, – громко заявила Джейн, в третий раз цепляясь каблуком за ступеньку.

– Но, миледи, ее регулярно осматривает специалист, – робко возразила миссис Симпс.

– Значит, плохо осматривает, – еще громче сказала Джейн, остановилась и принялась тщательно изучать свою обувь на предмет возможных повреждений.

– Принести вам из кабинета лупу? – преувеличенно вежливо поинтересовался Чарльз. Чувствовалось, что его терпение на исходе.

Наверху чуть слышно хлопнула дверь, кто-то стремительно пронесся по галерее.

– Благодарю вас, не стоит, – величественно ответствовала Джейн и оскорблено выпрямившись, направилась к комнате экономки.

– Нуте-с, где тут ваш парик-хамелеон? – внимательно оглядев комнату Джейн повернулась к экономке, – Что вы застыли как статуя, вам снова нехорошо?

– Да, миледи, – слабеющим голосом пролепетала бедняжка, без сил опускаясь в кресло, – мне нехорошо. Но, Боже мой, ведь я видела… Я была уверена…

Проследив за безумным взглядом миссис Симпс супруги Чедуик увидали на туалетном столике надетый на болванку парик-каре. Парик был светлый, немного рыжеватый.

– Должен заметить, миссис Симпс, с париком действительно ничего не произошло, – осторожно начал Чарльз.

– Ах вот вы где, – прозвучал за спинами веселый голос Таньки, – Я там в столовой ждала, ждала, думаю, куда все подевались? Что вы смотрите на этот парик, он что, кусается? И почему миссис Симпс сидит зажмурившись?

Миссис Симпс робко приоткрыла один глаз.

– Светлый, совсем не черный, – убито призналась она и опасливо, словно ядовитую змею, потрогала парик кончиком пальца, – Только почему-то влажный.

– Вот вам и разгадка, – преувеличенно радостно заявила Джейн, – Мокрые волосы всегда кажутся темнее сухих. Наверное, вы что-то пролили на парик, а потом переполошили весь дом из-за пустяков.

– Я ничего не проливала! – возмущенно взвилась миссис Симпс, – Я бы запомнила, если бы пролила! Но если мадам считает, что у меня амнезия… – экономка снова нацелилась всплакнуть, но Джейн ледяным взглядом заморозила ее намерение.

– Мадам считает, что мы достаточно долго обсуждали ваш волосяной покров. Надеюсь, теперь вы позволите пообедать или нам с мисс Коваленко следует отправиться в ближайший Макдональдс?

– Что вы, мадам, как можно, – испуганно вскинулась экономка, – понимаю, я непростительно забылась…

– Вот именно, – обдав бедняжку холодом, Джейн торжественно выплыла в столовую.

Обед прошел в мрачном молчании, и лишь когда дамы поднялись, оставляя хозяина дома наедине с его бренди и сигарами, Чарльз задумчиво пробормотал:

– Почему же все-таки парик был мокрым?

Два совершенно невинных взора были ему ответом.