Мир нес на руках мирно похрапывающую жену и улыбался.

— Жива, — радовался он.

Следом спящих бандитов стаскивали и укладывали штабелями в микроавтобус Вадим с Жекой.

— Не хочешь нам помочь? — окликнул, усевшегося на заднее сидение Мира, Вадим.

— У вас и без меня хорошо получается, — ответил мстительный программист, укладывая на своём плече голову Лены.

— Как ты с ней спишь? — спросил Вадим. — Оглохнуть можно. То визжит, то храпит.

— Я женился, не для того, чтобы с ней спать.

А что ещё он мог сказать коллегам? Парни заржали в голос.

— Тихо, — шикнул на них Мир.

— Не бойся, до вечера продрыхнет, и эти тоже, — кивнул Вадим в сторону бандитов.

— Слушай, а ты про неё ничего не рассказывал? Как ты с ней познакомился?

— Сестра познакомила, — уклонился Мир от разговора.

— Это та, которая в ЗАГСе работает в Перми? — переспросил Женя.

— Да.

— А москвички что, не устроили? Там ведь вроде ваших много живёт? — не унимался Вадим.

— Это допрос? — огрызнулся Мир.

— Ты чего, просто интересно. Как смог найти такую девчонку? Умная, сама на бюджет поступила, с таким-то конкурсом в архитектурный, да еще и моложе тебя на восемь лет, — докапывался Вадим. — Красивая, чернявенькая, кареглазая, и смотритесь вы с ней классно. Она согласилась принять мусульманство?

— Я не настаивал, — снова уклонился Мир.

— Вадик уже в разводе, а я вот не женат, — попенял Минин.

— Кому мы нужны? — поморщился Вадим, вспоминая свою личную жизнь. — Зарплаты мало, работы много.

— Так он программист, они хорошо зарабатывают. И умный. Да и работать может из дома, — возразил Минин. — Вот и жену себе под стать нашёл. На нас такие девицы не смотрят.

— Завидуйте молча, — ответил Мир и задумался. — Во что бы то ни стало добьюсь её благосклонности. Достаток у меня есть, а это большой плюс. Единственный минус — вдруг она не захочет быть замужем за мусульманином. Некоторые русские девушки к нам предвзято относятся, из-заа того, что у нас якобы много жен. Что мы заставляем жен сидеть дома под замком и воспитывать кучу детей. Не спорю, перегибы есть, в основном в аулах. Только многие наши, живущие в Москве или других православных городах, живут с русскими женами. Тот же Рамиль, достаток хороший, а жену вторую не берет, ему и Раяны хватает.

* * *

Лена открыла глаза, голова раскалывалась. — Где я? — осмотрелась. — Темно.

— Тихо, дорогая, вот выпей аспирин, поможет, — приятный мужской голос прозвучал так близко, что Лена вздрогнула, а затем мужская рука поднесла ко рту стакан со спасительной жидкостью.

Так, стоп — мужской. Точно, меня похитили. Заснула на ящиках на складе. А сейчас — мягкая кровать. Куда меня перенесли?

— Где я? — повторила она свой вопрос.

— В нашем номере, — ответил голос. В комнате мрак, шторы задернуты.

— Сейчас ночь?

— Да.

— А где Уля?

— Спит. Ночь же.

— А я где? О нет, я уже спрашивала. А ты кто?

— Мир Томаев.

— Значит, всё-таки спас? Ты бандит? Агент? Почему меня украли? Хотели выкуп? Ты настолько богат?

— Хотели поймать меня, а тебя похитили, потому что знали, что я приду тебя спасать.

— Ты жил в нашем отеле с самого начала, а почему скрывал, что муж?

— Боялся, что прогонишь. Ты такая особенная, такая красивая.

— Кто? Я? А паспорт почему украл?

— Не крал, ты сама его в ЗАГСе оставила.

— Вот оно что. Я ведь тебя видела в тот день. Ты меня без очереди пропустил. Но откуда ты мог знать, что я забуду паспорт?

Мир усмехнулся. — Аллах помог.

— Я не буду носить паранджу. Господи, что я несу.

— Конечно, не будешь, иначе как все узнают, какая у меня красивая жена.

— Об этом обязательно должны все знать?

— Конечно, знать и завидовать, — льстил Мир.

— Господи, сюр какой-то, — выдохнула Лена и снова упала на подушки. Голова всё ещё болела так, что даже не хотелось шевелиться.

— Вот ещё немного полежу, и тогда вернусь к Ульке. Раз мне больше ничего не угрожает, — подумала она, — то можно и здесь… Почему не угрожает? Почему я так решила? — и глаза снова начали закрываться под мешанину мыслей.

* * *

Утро.

Лена проснулась и огляделась. Она лежала на кровати одна и в одежде. Значит, он не приставал. Шторы еще были задернуты. Лена встала и отдернула их. За окном открывался потрясающий вид на море — кровать стояла прямо напротив панорамного окна.

В комнате было уже совсем светло. Лена поискала глазами телефон — вот он, на прикроватной тумбочке. Разрядился. Интересно, сколько сейчас времени? Черт, Улька, наверное, с ума сошла, может, даже полицию вызвала.

Мир мирно посапывал на диване у противоположной стены. Диван был маленький, рядом стояли пара кресел — неудобно, наверное, ему. Какой он большой и красивый… Рука сама потянулась к его волосам — таким блестящим и жестким. Мама всегда говорила: если у мужчины волосы жесткие, как проволока, значит, и характер у него такой же.

Мир открыл глаза. Лена быстро отдернула руку.

— Доброе утро. Как себя чувствуешь?

— Доброе. Уже лучше. Голова еще немного болит, но не так, как вчера.

— Я сейчас умоюсь, и пойдем в кафе завтракать, — предложил он.

— Мне надо в свой номер. Ульяна, наверное, с ума сходит.

— Я ей сказал, что ты у меня.

— И что, она согласилась меня у тебя оставить?

— Ты же моя жена, почему она должна быть против?

— Жена… Ты, кстати, и не сказал, почему так поступил.

— Я служу в ОБЭП программистом. Бандитам нужен был хакер, меня собирались внедрить к ним. И тут вскрылась проблема: мне двадцать пять, а я все еще не женат.

— Тоже мне проблема, — фыркнула Лена.

— Не скажи. На Востоке свой менталитет. Если ты не женат после двадцати одного, значит, у тебя проблемы.

— А у тебя проблемы?

— Да, искал жену, чтобы с ней было интересно. Не все восточные мужчины ищут в жены домработницу.

— А я слышала, что у вас как раз ценятся необразованные.

— В аулах — да. Но я за всех сказать не могу. Мне нужно другое.

— Но ты меня совсем не знаешь.

— Почему же? Мне понравилось, как ты ответила пожилой даме в очереди. Быстро поставила ее на место. Я бы так не смог. У нас вообще не принято спорить со старшими, а ты не побоялась отстоять свое мнение и при этом не ругалась, а просто спокойно высказалась. Еще раз говорю: мне не нужна покладистая и удобная жена. Мне должно быть интересно с человеком. А еще ты красивая.

— Я полная.

— Ты ведь слышала поговорку о собаке и костях?

Лена рассмеялась:

— Слышала.

— А еще я считаю, что Аллах помог мне. И хоть наше бракосочетание прошло так внезапно, предлагаю не рубить с плеча, а попробовать наладить отношения. Верю, из нас получится отличная пара. Как тебе мой план?

— Я подумаю.

— Давай оставим в покое наши паспорта со штампами. Представь, что мы познакомились здесь, в Турции, и позволь мне за тобой ухаживать.

— Курортный роман?

— Он позволит нам узнать друг друга получше. А потом мы вместе решим — остаться вместе или расстаться.

— Я согласна. Тогда расскажи о себе и своей семье…

В дверь постучали. Мир встал и впустил гостью.

— Улька! — Лена бросилась обнимать подругу.

— Жива! — обняла ее в ответ Ульяна. — Ну ты даешь!

— Пойдемте завтракать, дамы, — предложил Мир.

— Мы сейчас спустимся, я только переоденусь в своем номере, — сказала Лена и потянула подругу за собой.

— Ну, рассказывай! — не унималась Улька.

— Подожди, — Лена зашла в ванную. Встала под шумные струи воды и задумалась, что стоит рассказать подруге, а что лучше умолчать. Мир только успел вкратце объяснить, что с ними произошло, но поговорить толком им не дали. А что дальше? Его, возможно, отзовут в Москву, у нее закончатся каникулы, и она вернется в институт.

— Лен, ну сколько можно мыться? Я сейчас умру от любопытства! — крикнула Ульяна из-за двери.

Лена вышла с тюрбаном на голове, закуталась в халат. Надо уложить волосы… А что надеть на завтрак? Стоп, что происходит? Что изменилось? Я ведь ему уже понравилась, может, не стоит так стараться? Он же мент, сразу все заметит. Пусть будет, как раньше.

— Ну, Лен! — не унималась Ульяна.

— Он женился на мне для конспирации, а теперь предложил поухаживать за мной, чтобы мы могли узнать друг друга получше и потом решить — остаться вместе или развестись. И это была секретная операция, про нее никто не должен знать. Поняла? — строго посмотрела Лена на подругу.

Ульяна закивала.

Завтракали втроём.

— Мы через три дня возвращаемся домой. Как быстро пролетели эти две недели, — призналась Лена.

— Зато как интересно было! — улыбнулась Уля.

Мир задумался: какие же они ещё девчонки, даже не подозревают, как для них всё могло закончиться. А что бы делал он? Сделал бы вид, что ничего не произошло? Совесть бы не позволила. Может, уйти из ОБЭП? Мда… Вадим вот ради жены не ушёл со службы. Надо подумать. Лена умная, она поймёт. Надеюсь, что поймёт. Да и хорошо, когда у женщины, помимо семьи, есть свои интересы, а не только «Kinder, Küche, Kirche».

— Вы через Москву летите?

— Да, но у нас между самолётом и поездом всего четыре часа, так что погулять по столице не получится, — призналась Лена. Мир уточнил у жены номер рейса и купил билет на тот же. Возвращались они вместе. Он проводил девочек до Ярославского вокзала и поехал домой.

* * *

— Доброе утро, Степан Владимирович, — Мир заглянул в кабинет к полковнику.

— Заходи, Мир Изомович. Слышал, слышал, молодцом сработали! Лихо вы с майором и этим, капитаном из Перми, их упаковали. Как тебе капитан, может, к нам его переманим?

— Не знаю, Степан Владимирович, не спрашивал, но могу пробить.

— Давай, пробей. Тут всех вас решили внеочередным наградить. Так что будешь у нас самым молодым майором.

— Спасибо, Степан Владимирович.

— Спасибо не булькает, Мир Изомович.

— Всё понял, проставлюсь как положено.

— Завтра на службу выходишь.

— Пока из Перми на удалёнке буду работать.

— Решил под крылышко к молодой жене перебраться? Может, лучше её к нам, в Московский Архитектурный переведёшь?

— Попробую, но у неё там в Перми и мать, и сестра с племянницей.

— То, что близких любит, это хорошо. Семейные ценности блюдёт — это правильно. Мудрую жену выбрал, Мир Изомович.

— Пока ничего срочного нет, можешь на удалёнке поработать. У сестры первое время жить будете? Или уже хату с женой присмотрели?

— Уже снял двушку, адрес в отдел кадров скинул, чтобы знали, где меня искать.

— Ну, удачи тогда. На награждение с Мининым в столицу приедете.

— Есть!

Мир поехал домой собирать чемодан. Завтра в 02:55 у него вылет в Пермь.

* * *

Самса пахла бараниной и жареным луком. Мир громко сглотнул и переступил порог кухни, в которую его сразу же провел Рамиль.

— Мир, живой! — Раяна бросилась обнимать брата. — Хвала Аллаху! Садись быстрее к столу.

— Ты приехал разводиться? — спросил Рамиль, внимательно глядя на шурина.

— Нет, мы с Леной решили узнать друг друга получше, а потом уже вместе примем решение — разводиться или строить настоящую семью.

— Она не собирается подавать на меня в суд?

— Нет, не собирается.

Раяна облегчённо выдохнула и подала брату пиалу с бульоном.

— Она собирается принять ислам? — не унималась Раяна, усаживаясь на своем месте.

— Нет, сестра. Пока нет. Она православная христианка, у её семьи тоже есть свои традиции и ценности. Было бы неправильно их игнорировать.

— А как же наши традиции? Ты собираешься отказаться от никаха (свадебный обряд мусульман)? Мужчина не может жить с женщиной без проведения никаха. Ты же не хочешь совершить зина (грех прелюбодеяния мусульман)? А как же махр — ты собираешься лишить её подарка? Что это будет за семья? Она будет отмечать Пасху и Рождество, а ты — Ураза-байрам и Курбан-байрам...

— Никах можно совершить и не с мусульманкой, главное чтобы мужчина был мусульманином, а у нее была вера из Книги, и ты об этом знаешь. И в нашей семье будет больше праздников, чем в вашей, — улыбнулся Мир. — Это и станет нашей традицией. В конце концов, мы сами создадим свои семейные обычаи.

— Раяна, они оба остались живы — разве это не знак свыше? — напомнил жене Рамиль. — Аллах на их стороне. Если Всевышний дал им шанс, кто мы такие, чтобы мешать им строить своё счастье? Я думаю, Елена, девушка умная, она сделает правильный выбор.

— Когда ты приведёшь её знакомиться с нами? — смирилась с неизбежным Раяна.

— Я хочу ухаживать за ней по-настоящему. Она русская, и у них так принято. Её нельзя просто принудить к браку или выдать замуж по договорённости между родителями — с ней это не пройдёт. Когда она станет моей не только по документам, но и по сердцу, я обязательно познакомлю вас.

— Всё это как-то непривычно... Рамиль, ну хоть ты ему скажи что-нибудь.

— Он взрослый, мудрый мужчина, — спокойно ответил Рамиль. — Пусть поступает так, как велит ему сердце.