В промежутках между сюжетными миссиями, которые в большинстве своём проходили в рамках полевых заданий, у главного героя было множество разнообразных дополнительных активностей, которыми он мог заниматься в Академии.

В этом отношении игра, по крайней мере первая часть, представляла собой полноценный симулятор школьной жизни. Каждый день игрок располагал ограниченным количеством времени, которое можно было потратить на уроки, чтобы повысить успеваемость, дружеские встречи с основными персонажами для развития отношений, или дополнительные задания в рамках «Бригады помощи студентам».

С началом предвыборной кампании открывалась возможность поддержать кандидатуру Адель: развешивать листовки или раскрывать тайные планы другого кандидата, направленные на подрыв доверия к ней, — например, когда он пытался саботировать её эссе, чтобы понизить общий балл девушки, или занимался шпионажем, пытаясь разузнать её планы на предстоящие дебаты.

Одной из самых важных активностей, напрямую влиявших на скорость развития характеристик, была «боевая тренировка».

Я был не совсем уверен, когда именно она начнётся в этой временной линии, но в итоге всё произошло так же, как и в игре.

Каждое утро мы собирались на классный час, на котором Ник зачитывал наши оценки, разбирал успеваемость, давал рекомендации и, при необходимости, назначал индивидуальную тренировочную программу.

В этом отношении Ник был настоящим профессионалом. Елена — в меньшей степени, что вызывало у него определённое раздражение, которое день за днём становилось всё сильнее, постепенно приближаясь к точке кипения.

Сегодня мы, как обычно, собрались в классной комнате около восьми утра. На месте были все: Алекс, Саша, Зигфрид, который держался в стороне, так как сюжетная линия, призванная сблизить его с другими героями, ещё не произошла, Адель, которая в последнее время всецело посвящала себя предвыборной кампании, но при этом умудрялась сохранять образцовую успеваемость, Альфирия и я.

Со мной и раньше никто не общался, а после недавних интервью между мной и остальными героями словно образовалась ледяная стена. Что, впрочем, неудивительно: на долю секунды я позволил им заглянуть в свою голову — и ничего хорошего они там не увидели.

— … На этом всё. По крайней мере, в отношении теоретических предметов, — сказал Ник, опуская тоненькую папку нашего классного журнала на стол. — Что же касается ваших практических успехов, то я попрошу старшего профессора Елену дать свои рекомендации.

Тишина.

Ник с холодным раздражением посмотрел на женщину, которая сидела, закинув ноги в сапогах на стол и откинувшись на спинку стула. Елена, не отрывая взгляда от потолка, сказала:

— Всё ок.

— Что это значит? — спросил Ник.

Она показала кружочек, сложив большой и указательный пальцы.

— … Не могли бы вы дать более подробные рекомендации? — в голосе Ника прозвучал заметный скрежет.

Обычно Елена отвечала: «В другой раз». Ник, да и все остальные, были уверены, что и теперь она скажет то же самое, но к всеобщему удивлению…

— Ладно, — кивнула Елена.

Ник широко раскрыл глаза.

Не обращая на него внимания, Елена встала и направилась к выходу. В дверном проёме она остановилась, откинула голову назад и сказала:

— За мной.

— Куда? — спросил ошарашенный Ник.

— На природу.

Спустя минуту мы уже стояли посреди внутреннего дворика, на глазах у многочисленных студентов, с интересом наблюдавших за нами с тропинок, скамеек или прямо через окна коридоров и классных комнат. С каждой минутой толпа всё разрасталась, однако Елена не обращала на неё ни малейшего внимания. Она потянулась, похрустела шеей, осмотрелась по сторонам, подобрала с земли деревянную палку и довольно кивнула.

— Что вы задумали? — спросил Ник, с подозрением разглядывая свою начальницу.

— Время от времени нужно устраивать боевую тренировку, — с лёгкой улыбкой заявила Елена, размахивая палкой и словно примеряясь, с какой силой нужно бить, чтобы не сломать её во время замаха.

— Для этого существуют специально оборудованные места. Мы можем переместиться в один из тренировочных залов, который…

— Сражаться нужно на природе, — отрезала Елена. — Иначе не научишься корректировать удары под направление ветра.

Ник поджал губы. Очевидно, на такой аргумент он ничего не мог возразить.

— Даже если так… — наконец выдавил он, но было уже слишком поздно. Елена встала перед нами, прокашлялась и заявила:

— Сражаться будем «все на одного»! То есть на меня. Я буду использовать только половину своей силы, может, треть, и оценивать вас буду по шкале от нуля до единицы. Если наберёте один балл, получите… — она задумалась на секунду, сунула руку в карман своего длинного пальто и достала сверкающий зелёный кристалл:

— Кристалл 3-го ранга. Хорошая награда?

— … А?

— Это…

— Он что, настоящий⁈

Среди собравшихся студентов и некоторых учителей, которые тоже пришли посмотреть, что происходит, пробежал ропот. Они не могли поверить своим глазам. Кристаллы 3-го ранга представляли собой ценнейшие ресурсы государственного значения. Для многих маленьких стран они и вовсе были бесценными.

— Старший профессор, в мирное время запрещено использовать кристаллы 3-го ранга! Это… — воскликнула Адель.

— У меня есть лицензия, — небрежно бросила Елена.

— Стойте… Стойте, у вас есть лицензия использовать его, а не раздавать ученикам! Они не могут владеть им, пока не выпустятся из Академии! И даже после! — Ник пришёл в себя и сорвался на крик, поправляя едва не упавшие очки и нервно оглядываясь по сторонам: сам факт появления на публике кристалла 3-го ранга мог вызвать международный скандал.

— Им необязательно его использовать. Могут и продать. Думаю, этот обойдётся в… — Елена подбросила кристалл, — сотни человек затаили дыхание, у Ника затряслись колени, — поймала его и сказала: — Сто семьдесят тысяч федеральных ессо или сто тысяч гилингов…