— Тихо-тихо дружок, — я натянул поводья коня, заставляя того остановиться. На въезде в город дорогу нам заступил патруль из шести солдат и командира. Бацинеты, бригантины, стёганки с вышитым на них зелёным жуком на золотом поле и поблёскивающие в рыжих лучах заходящего солнца длинные пики. Несмотря на полное отсутствие укреплений у городка, охранялся он всё же серьёзно.

— Солдаты смир-р-р-но! — рявкнул командир патруля, и вся шестёрка тут же вытянулась по струнке, — Пики на пле-е-чо! — он повернулся к барону, конь которого как раз поравнялся с ним, разгладил усы и отрапортовал, — Ваше сиятельство! За время вашего отъезда никаких происшествий не было!

— Ага, если не считать кучи дохлых пауков в лесу, — хмыкнул Байран, — Скажи мне, Фальрик, почему их никто не потрудился убрать. А лучше сжечь. Одна такая дрянь лежала прямо посреди тракта и порядком нас сегодня задержала.

— Не могу знать, ваше сиятельство! — ничуть не смутившись ответил командир патруля, — От вашей, значица, высокородной супруги распоряжений на сей счёт не поступало.

— Супруги? — в голосе барона проскользнули нотки удивления, — Я же оставлял Йозефа за главного. Почему он не распоряжается?

— Потому что ваш старший сын изволил уехать в Воронью скалу. Маркиз устраивает турнир и приём. Вино, много молодых женщин, приз опять-же, как говаривают, немалый… — перечислял Фальрик, загибая пальцы, — Ну и молодая кровь. Сами понимаете. Она кипит, требует дела. Сидеть возиться со всякими хозяйственными делами в таком возрасте… А что там, я сам вон своего старшего дома удержать едва могу. Всё порывается уйти с первым же караваном торговцев на поиски приключений.

— Ему вроде уже четырнадцать… — барон почесал затылок, слегка сдвинув на лоб свой чёрный берет из которого торчало большое цветастое павлинье перо, — С радостью приму его на службу. Там из его головы и дурь лишнюю повыбьют и человека сделают.

— Спасибо, ваше сиятельство! Непременно! — солдат бросил короткий взгляд на нас с Айлин, немного помялся и затем всё-же спросил, — Могу я поинтересоваться, кто ваши спутники?

— Это, — барон указал на меня, — Сир Генри отважный. Это — его супруга, Айлин.

Мои брови на мгновение дёрнулись вверх, но я тут же взял себя в руки. Если барон предпочёл соврать собственному солдату, значит это для чего-то да нужно. В конце-концов я всё ещё довольно плохо разбираюсь в том, как работают местные феодальные взаимоотношения. Да и случай в столице, когда мы поцапались с его сынком, показал, что знание обычаев — тоже не наша сильная сторона. Эти пробелы, конечно, потихоньку заполнялись, но до понимания, что, к чему и как было всё ещё далеко.

— Ваше благородие, — солдат едва заметно кивнул мне, затем повернулся к Айлин, — Госпожа. Добро пожаловать в Торбруне.

— Там ещё в хвосте плетётся сир Пентброк, — добавил барон, — Не забудь и его поприветствовать, как полагается. Сам же знаешь, насколько эта старая грымза, обидчивый.

— Всенепременно, — кивнул Фальрик, — Ещё распоряжения будут?

— Завтра утром отправь людей на расчистку леса. На этом всё, — барон кивнул капитану стражи и легонько тронул пятками коня, направляя того вперёд по широкой и удивительно чистой улочке.

— Будет сделано, ваш сиятельство, — крикнул тот, уже в наши спины.

Некоторое время мы ехали молча, с удивлением глядя по сторонам. Людей на улицах было немного. Те, что попадались нам на встречу — почтительно уступали дорогу. Страха в их глазах не было. Лишь уважение и почтение. Одетые в опрятные цветастые рубахи и платья, чистые, упитанные, без признаков голода, цинги или лишая, они разительным образом контрастировали с теми, кого мы встречали в Деммерворте и даже в нижних районах Девяти Башен. И уж точно не походили на тех, кого мы ожидали увидеть тут. Похоже, несмотря на все свои рассуждения о том, что жизнь простолюдина и гроша ломанного не стоит, за которые мне порой хотелось дать барону по морде, своё хозяйство он предпочитал держать в образцовом порядке. И как-никак, но всё-же заботится о нуждах собственных подданных. Уж точно делал это получше короля или ныне покойного Де Валлона.

По бокам широкой, вымощенной булыжником улочки располагались небольшие двухэтажные домики. Такие же опрятные, как и сами горожане. Черепичные крыши, фасады, выкрашенные в яркие цвета, небольшие балкончики мансард, с которых то тут, то там свисали цветущие лозы дикого винограда. Над крепкими дубовыми дверями тихо поскрипывали небольшие деревянные таблички. Рисунки на них обозначали, что за мастеровой проживал в том или ином доме. Ступка и пестик — алхимик или лекарь, связка трав и цветов — травник, калач — пекарь, доска с торчащими из неё гвоздями — плотник. Почти за каждым домом виднелись небольшие подсобные хозяйства, огороженные высокими заборами. Там, очевидно, трудились подмастерья или домочадцы. Слышался стук молотков, кудахтанье кур, удары топора и скрип остругиваемого дерева. Городок жил своей неспешной тихой жизнью.

Пару раз нам навстречу попались патрули солдат. Как и те, что встретили нас у входа в город, эти были одеты по последней военной моде. Бригантины, цельно кованные шлема, латные рукавицы и алебарды, закинутые на плечо. Завидев нас они уступали дорогу и перекидывались с бароном одной-двумя незначительными фразами и неспешно шли дальше. На наш караван воины не обращали ровным счётом никакого внимания. Чего нельзя было сказать о горожанах. Те, напротив, останавливались и с неприкрытым любопытством оглядывали лошадей, повозки, обветренные, заросшие, изборождённые шрамами лица моих ребят и одетых в доспехи женщин. Видать для местных мы были чем-то вроде заморской диковинки.

Перед тем, как приблизится к городу наш женский взвод попросил у меня разрешения облачиться в «парадную форму». И получил его. Как-никак они уже прошли несколько стычек, так что полностью заслужили право немножко погарцевать наравне с мужиками. Тем более, что это поможет им лучше понять и ощутить преимущества их нового статуса.

Мои парни тоже вовсю глазели по сторонам. На горожанок, на опрятные чистые домики, на богатые подсобные хозяйства. Глазели и в их взглядах отчётливо угадывался совершенно нездоровый интерес. Схожий с тем, который читается во взгляде лисы, влезшей в курятник, полный жирных, непуганых несух. Только у этих несух вместо яиц — умильные мордашки, титьки и задницы, от которых тяжело оторвать взгляд. По крайней мере, солдату, который долгое время был вынужден обходиться без женщин. А таких у нас в отряде оставалось немало. Придётся сегодня им доходчиво объяснить, что не следует тут распускать руки. Их, в конце-концов могут и отрубить. А без рук жить ой как неудобно.

— А почему… — Айлин наконец-то нарушила затянувшееся молчание, но барон тут же её перебил.

— Я назвал вас супругами? — он с лёгкостью предугадал её вопрос, — Чтобы было меньше проблем. Видишь ли, моя дорогая, уж не знаю, как это принято там, откуда вы родом, но в наших краях у женщин, которые спят с мужчинами без замужества, складывается совершенно… кхм… особая репутация.

— Репутация шлюхи, — раздраженно бросила девушка, — Я знаю. И можно в этом плане меня не щадить. Слышала я вещи и похуже. Да и видела тоже.

Я дёрнул Гневко за повод, подъехал поближе и легонько тронул её за руку, привлекая к себе внимание. Затем едва заметно покачал головой. Не стоит заводиться на ровном месте. Такие уж тут порядки. И даже если нам они не нравятся, нам всё равно предстоит по ним жить. Это только в хреновых книжках про попаданцев герой загибает мир в рог подстраивая его под свои хотелки. В реальности оно всё выглядит совершенно иначе. И, как правило, заканчивается смертью в ближайшей придорожной канаве с перерезанной глоткой. Так что нам ещё крупно повезло, если так уж подумать.

— Грубо, но в точку, — кивнул барон, — А шлюхой может воспользоваться каждый. Я понимаю, что у вас совершенно не такие отношения, но каждому встречному-поперечному вы заманаетесь это объяснять. Мои люди то ладно, им скажешь — они сделают. Но вы же сами слышали про турнир. Не сегодня, так завтра через мои земли будет проезжать немало охочего до денег, развлечений и славы народа. И вот с ними уже хлопот не оберёшься, — он на мгновение замолчал, поправляя наползший на глаза берет, — К супругам же вопросов ни у кого не возникнет. Тем более, что фактически вы уже живёте вместе, только статус формально не закреплён. И не лишним будет навести соответствующий марафет, чтобы не повторилась история из девяти Башен.

— Да уж, пожалуй без таких приключений мы обойдемся, — кивнула Айлин, отпустив поводья и начав прямо на ходу заплетать волосы в косу. Девушка прекрасно управлялась с лошадью и без помощи рук.

— Уж постарайтесь, — ухмыльнулся барон, — Там всё обошлось малой кровью. Собрались разумные люди и решили все свои споры на словах. Но среди знати не так уж много разумных людей. Куда больше тех, кто владеет мечом лучше, чем владеет рассудком. А мне если честно не хотелось бы ни скандалов, ни кровопролития на собственной земле.

— Мы постараемся не доставлять проблем, — кивнул я.

— А насчёт статуса… — Айлин на мгновение замялась, кинула в мою сторону короткий неуверенный взгляд, затем посмотрела на барона, — Как-нибудь можно решить вопрос с его… формальностью? Вернее, с её отсутствием?

Я едва заметно ухмыльнулся. Похоже, на мой счёт у девушки были очень уж далеко идущие планы. Впрочем… Не могу сказать, что против них что-то имею. Это в том «верхнем» мире я бы ещё десять раз подумал, прежде чем соглашаться на подобную авантюру. Плюсов толком нет, а вот ограбить или вовсе, привязать лет на двадцать — запросто. Однако тут… Тут подобный союз открывал крайне неплохие перспективы. Помимо банальной защиты для Айлин, к которой действительно исчезнут все вопросы, мы могли бы неплохо укрепить своё положение в обществе. Я бы получил титул барона, до которого иными способами мне попросту не добраться. На «отваге» туда уже не доедешь, хоть ты в лепёшку расшибись. Айлин — избавилась бы от спорности собственного статуса, подкрепив его военной силой нашего отряда. А кроме того, мы вполне могли бы претендовать на её родовые земли. Да, сейчас они разорены крестьянским бунтом, но у нас более чем достаточно подготовленных бойцов, чтобы перебить всю эту шушеру. Звучит цинично? Может быть. Но среди наёмников выживают только самые циничные сукины дети, так что положение обязывает.

— Боюсь, тут всё не так просто, — барон качнул головой, — Даже если вы оба этого союза хотите.

Мы выехали на небольшую, аккуратную площадь, посреди которой возвышался деревянный помост с двумя знамёнами барона. Сейчас на помосте никого не было. Небольшие горстки богато одетых горожан столпились у нескольких прилавков, расположившихся по краям площади. Тут продавали практически всё. От яиц, кренделей и свежеиспечённых лепёшек, до всякой бытовой мелочёвки, вроде шил, игл, выструганных ложек, глиняных горшочков и пуговиц. У дальней стороны площади стояло несколько бочек и прилавок с пузатыми дубовыми кружками. Возле него столпились несколько мужчин. Упитанная торговка в заляпанном переднике разливала им дешёвое вино и пиво. Чуть в стороне от них виднелся столик менялы, усыпанный горстями мелких монет. В обычной ситуации я бы счёл несусветной глупостью вот так вот выставлять деньги на всеобщее обозрение. Мало ли в толпе щипачей да карманников. Но за его спиной маячили фигуры двух стражников, выряженных в униформу солдат барона. Они одним своим видом говорили всем любителям поживиться — попробуешь что-то стянуть, живо узнаешь, каково на вкус местное правосудие.

Впрочем у его столика посетителей не было. Торговля на площади кипела и без денег. Там один из горожан пытался обменять живую курицу на старые, но всё ещё прилично выглядящие сапоги, с кожаной заплаткой на пятке. Чуть дальше дородная женщина предлагала несколько дюжин яиц за шило. Рядом с ней стоял какой-то мастеровой, зажав под мышкой тёмную бутылку вина. Судя по его взгляду, он присмотрел себе тот самый набор деревянных ложек.

— Так, а в чём сложности? — поинтересовался я, всё ещё мысленно прикидывая плюсы подобного альянса. Вообще-то нам с Айлин тут дважды повезло. Мало того, что мы оба выиграем в плане статуса, так ещё и чувства у нас взаимные. Немногие знатные могут похвастаться таким совпадением. Да и простолюдины тоже.

— Если вкратце — во всём. Вы не можете просто взять и пожениться, — пожал плечами барон, — Даже если вдруг вы найдете священника, который согласиться вас обвенчать — такой брак будет считаться фикцией и ничего вам не даст. Его просто никто не признает. Если же вы захотите закрепить свой союз по всем полагающимся законам и обычаям, то тут у вас три пути. Либо обратиться к сюзерену Айлин, ежели тот ещё жив и попросить у него благословить этот брак. Вот только за предыдущей владелицей твоего тела, — Байран посмотрел на Айлин, — Всё ещё тянется долг в виде помолвки. Помолвки за которую, наверняка был заплачен немалый выкуп. И, когда встанет вопрос между — выдать тебя за своего вассала, которого ты давно знаешь, с которым ведёшь дела и который давал тебе клятву верности, или в в нарушение всех обычаев и уже заключенной сделки, выдать тебя за какого-то хера с горы, который свалился как снег на голову и за которым не числится ни земель, ни титулов, ни родовых связей… Думаю, мне не нужно объяснять, на чью сторону он встанет в этом споре.

— Ну титул у меня вообще-то есть, — возразил я, — Не просто же так мне выдали соответствующую грамоту, печать и собственное знамя.

— Титул безземельного рыцаря, — покачал головой барон, — Или рыцаря наёмника. Он ставит тебя чуть выше простолюдина, но это всё ещё самый низ в феодальной иерархии. Иначе говоря — самая младшая знать, среди младшей знати. Да, я не спорю, от обычного странствующего рыцаря ты сильно отличаешься. У тех обычно и с финансами всё куда беднее и отряды наёмников они за собой не водят. Им даже на оруженосцев — и то не всегда хватает. Но низкий статус есть низкий статус. И ничего с этим не поделаешь.

— А другие варианты? — поинтересовалась Айлин.

— Второй вариант — вы можете заручиться личной поддержкой какого-нибудь высокого лорда. Лучше всего, конечно, маркиза. Он вполне может благословить ваш брак, и вряд-ли твой сюзерен или тот, с кем ты была помолвлена, осмелятся ему возразить. Однако и тут есть одно жирное «НО», — барон выдержал театральную паузу, — Маркизу будет просто плевать на вас. И он уж точно не станет ради вас заморачиваться, если, конечно, вы каким-либо образом не завоюете его личное благорасположение. Что, в теории, можно, но невероятно сложно.

— Короче говоря, придётся лизать ему задницу, в надежде, что он кинет нам кость со своего стола, — резюмировал я.

— Звучит достаточно грубо, но самую суть ты ухватил, — согласился барон.

— Что насчёт третьего варианта? — мы с Айлин спросили почти синхронно. Переглянулись и едва заметно улыбнулись друг-другу. Забавное совпадение. И, как недавно сказала девушка, по-своему милое.

— Тут не сильно много отличий от второго, — хмыкнул барон, — Разница лишь в том, что полировать языком придётся королевскую задницу. Благословлённый им союз тоже никто не станет оспаривать. Более того, король по доброте душевной может выделить вам собственный феод, став вашим непосредственным сюзереном. Так что лизать ему задницу придётся пожизненно.

— Надо полагать варианта получить титул и землю, оставшись при этом независимыми, у нас просто нет? — уточнил я, легонько дёрнув Гневко за поводья. Коню явно наскучило неторопливо плестись по улочкам городка. Он то и дело порывался сорваться в галоп, — При любом раскладе придётся лизать чью-то задницу?

— Так уж устроен этот мир, — улыбнулся Байран, — Сильные властвуют над слабыми. Если за вами не стоит реальная сила в виде сюзерена, который может собрать с полтысячи бойцов, а за ним ещё одна сила в виде его сюзерена, который может привести армию, то свободный клочок земли для всех окружающих домов будет, что красная тряпка для быка. Или большая цветастая вывеска, на которой написано: «Приходи и забирай столько, сколько сможешь унести».

Мда уж. Печально всё это. С другой стороны, а чего я ещё ожидал. Никто не обещал, что будет легко. Но лизать чью-то задницу что-то уж больно неохота. Впрочем, нам даже такая «честь» пока не светит. Властьимущие задницы ещё не заинтересовались нашими языками.

— Ну вот, мы и приехали, — барон внезапно натянул поводья остановившись перед каменным забором, высотой в полтора человеческих роста. За ним виднелись несколько длинных деревянных крыш, — Вы можете разместить ваш отряд тут. Раньше, когда граница с султанатом проходила по берегу реки Туманной, тут располагались казармы одиннадцатого пехотного полка из личной армии маркиза. Но с тех пор и граница отодвинулась, а на северном берегу реки выстроили Рогволл, Ардфолл и Хагланд, так что необходимость в этом отпала. Полагаю, вашим людям они вполне подойдут. Всё лучше, чем спать в чистом поле. Насчёт еды и фуража тоже не беспокойтесь. Вам всё доставят. Так же я пришлю несколько конюхов, чтобы те почистили лошадей и задали им овса, — он немного помолчал, что-то прикидывая в уме, — Полагаю вам придётся задержаться и приглядеть за тем, как разместятся ваши люди. Жду вас в замке через час. Я пришлю за вами слугу, так что не заблудитесь. Ну и на этом, пожалуй, всё. Хорошего вечера.

Сказал, тронул пятками коня и неторопливо поехал вперёд. В сторону серой громады старого замка. Его люди, сир «Пенёк» и полдюжины телег направились следом. Мы стояли посреди пустеющей улицы и провожали их долгими задумчивыми взглядами.