* * *

— Так для чего вы использовали столь… впечатляющий способ постучаться, — спросил Горец, как только створки сомкнулись теперь уже за нашими спинами. Да, сатрап был прав — здесь ворота работали куда быстрее, чем в его БОРЛе. И да, анклавовец хоть и сказал «вы», в упор смотрел именно на меня.

— Задать вопросы, — давя взглядом в ответ, не стал юлить я. — Самый важный из которых: как отключить Главный контур в центре Шрама.

— Что?! — такое впечатление, что долгое время служивший в Рубежниках потомок персонала лаборатории ждал чего угодно, кроме этих слов.

— Нужно вручную заглушить Главный контур, — терпеливо повторил я. — Отключить, разомкнуть. Из-за его перегрузки и происходят нерегулярные выбросы дикой магии.

— Но это же бред! — мне не понравилось, с какой интонацией это было сказано. Не только мне.

— Зря мы решили, что здесь сохранили нужные нам знания, — вполголоса прокомментировала наш диалог Таня.

— Они демонтировали оборудование БОРЛа сатрапа, чтобы установить в свою башню, — точно так же тихо, но отнюдь не шепотом отозвалась Рона. — И научили делать пушки. Значит, не всё забыли.

— Хватит! — оборвал моих жен Горец. — Контур… никакой, не только Главный, нельзя перегрузить! Это просто кольцо или цилиндр из акцептивного металла, способного принимать и управляемо отдавать эманации Стихий! Он просто не сможет принять в себя больше большего! Какая, ко всей Тьме, перегрузка?!

Анклавовец в сердцах хлопнул по стене своей башни, а у меня в голове словно выключатель повернули, в очередной раз. Определённо, элегантное решение: и защита одновременно, и линия энергопередач, и антенна связи, и, может, даже двигатель — работников двадцать девятой подстанции материал стен спас от мгновенной мутации или ещё чего похуже, приняв и удержав энергию того, первого, древнего выплеска, и сам использовал её для переноса спаскапсулы, видимо, примерно так же, как «телепортируются» гидры. А вот удалённой от места катастрофы лаборатории энергии для отправки блока управления уже не хватило.

— Мы не с потолка взяли информацию о перегрузке, — обратил я на себя внимание теперь уже скорее всего бывшего офицера Рубежников. Не думаю, что он собирался возвращаться из увольнительной. — Это показания системы мониторинга контрольной системы из БОРЛа Объединённых протекторатов. Слово-в-слово.

— И как вы их смогли получить, если все экраны накрылись ещё во время Последней Аварии? — Горца, как и любого офицера Войска Рубежа, пронять было чрезвычайно сложно. Звание давали не за красивые глаза, большинство старших командиров проходило через такие «приключения», что обычные неприятности Горловины становились для них чем-то вроде скучной рутины. Но сейчас тон собеседника опасно балансировал на границе… ну не знаю, не истерики же в самом деле?

— Маша… — попросил я, однако Светлая уже догадалась и сама, что нужно сделать. Накрыла коробочку терминала управления створками рукой, Свет на считанные секунды окутал панель — и когда дочка кузнеца убрала пальцы, под ними обнаружились чётко читаемые буквы:

ЗАКРЫТО

Ошибка доступа

Блокировано

На секунду показалось: Горца сейчас кондратий хватит. Я машинально приготовился купировать инсульт или инфаркт Жизнью — но обошлось: мужик, не обращая на нас внимания, кинулся к терминалу. Едва ли не упёрся носом в интерактивную поверхность, разглядывая буквы, потом сделал быстрое движение рукой. Я успел заметить, как поменялась индикация:

ЗАКРЫТО

Доступ разрешен

Разблокировано

— Глазам не верю…

— Дай угадаю, — наверное, стоило сформулировать мысль как-то более… нейтрально, но после вот этой вот сцены и после оставленных на смерть эльфов — не получилось. — За все века, прошедшие с момента этой вашей Последней Аварии, никому не пришло в голову, что повреждения приборов, нанесённые прошедшей контур при выплеске Тьмой, может исправить адепт Света?

— Сюда! — ответом мне был безумный взгляд и короткая команда. Переглянувшись между собой, мы подошли к застывшему у противоположной стены Горцу… и оказались на плите лифта. А я ещё подумал — начерта такой огромный проём в потолке? Как-то огородить подъёмный механизм давно сгинувшие строители и не подумали, но о технике безопасности в какой-то мере позаботились — платформа двигалась по спирали, потому проёмы на уровнях не совпадали между собой. Выпав, человек рисковал пролететь «всего» один довольно высокий этаж.

Явно предназначенный для перевозки грузов механизм поднимал нас всех с лёгкостью, но весьма неторопливо. Наконец-то я увидел, как выглядят собранные стойки с техномагическим оборудованием и как уложены не раздербаненные коммуникации… и не узнал для себя ничего нового. Ну крышки с лампочками, ну такие же миниатюрные (а, значит, и простые), как дверной, терминалы кое-где рядом. В основном, всё работало тихо, но кое-что гудело. Наверное, инженер или хотя бы техник с Земли узнал бы для себя много нового и нашёл бы, чему удивиться — а мне, увы, знания не позволяли. Наконец лифт остановился: выше проёма не было, дальше можно было только по лестнице. Я с удовлетворением отметил выгравированную прямо на потолке надпись «Граница БОРЛ». И тут не ошибся.

Сойдя с подъёмника, экс-Рубежник поспешил дальше, иногда нетерпеливо оглядываясь. Спаскапсула, венчающая башню лаборатории, ожидаемо оказалась копией своей товарки из Протекторатов, разве что никто не превращал её в сокровищницу, сохранив в первозданном виде. А вот центр управления на последнем этаже собран оказался по-другому: иная конфигурация пультов, другая активная схема на стене, включавшая больше активных текстовых «дисплеев»… и надпись под потолком, заставившая меня… эээ, сильно удивиться.

— Здесь нужно исправить все терминалы! — даже не пытаясь быть вежливым, махнул рукой Горец, показывая фронт работ. Маша улыбнулась… и осталась стоять там, где стояла, сложив руки бронированных перчатках на груди. — Что?

— За работу обычно принято платить, — подсказал я ему. — Ничего лично, мы тут просто совершенно случайно заметили, что с благодарностью у вас туго…

— Что вы хотите? — секунду назад анклавовец готов был взорваться от негодования, но теперь из него словно воздух выпустили.

— Информацию же, — я удивился. — Это самое ценное, что у вас есть.

— …Но если у вас её не хватит — готовы добрать эльфийками, — с безмятежной улыбкой радушно предложила Рона, едва не заставив меня поперхнуться. Не только меня. Вот так, господа попаданцы: отправляясь в очередное приключение — берите с собой бухгалтера. А то можете по глупости мимо халявных эльфиек пролететь!

На самом деле, по уму Фирониэль мне нужно было оставить в посольстве, а не тащить с собой с перспективой влипнуть в эпицентр магической аномалии. Я бы так и сделал, если бы не Печать, после смерти хозяина убивающая его рабов. Никто толком не знал, как срабатывает в этом случае связь между резидентными заклинаниями, а я не хотел на себе и своих любимых проверять, что будет, если я влезу в зону по-настоящему сильной дикой магии.

Был, правда, другой вариант: моя Светлая могла снять Печать с эльфийки… Вот только один намёк на это обошёлся мне в неостановимую получасовую истерику с морем слёз и ещё три часа интенсивных доказательств, что я свою талантливую остроухую жену люблю, очень люблю, очень-очень люблю — совсем-совсем-совсем не собираюсь разводиться, просто кто-то глупенький неправильно понял мужа.

М-да, после такой психотерапии мне реально тяжело было прощаться со Вспышкой. Бессловесная белая кобылка схрупала всё принесённое угощение, кося на меня грустным чёрным глазом, послушно выслушала все не очень-то ей нужные слова… Уходил из посольской конюшни я с тяжёлым сердцем. Увы, но взять ездовых химер с собой, даже если их каким-то чудом получилось бы впихнуть в трюм, было равносильно убийству. Ценой длительных тренировок Маша научилась не очищать накинутым куполом света Таню, но дальше дело застопорилось окончательно. Даже Натане приходилось втягивать в себя Первостихию, дабы оградить свою Тьму от взимодействия со Светом Белой…

— …Спрашивайте, — сдался Горец. Я невольно перевёл взгляд на мозолящую глаза надпись. Почему тут тоже «Подстанция-29»-то? Или это типа завода-изготовителя, что ли? Семейные легенды семьи сатрапов за столько времени могли существенно переврать информацию… — А, это? Так называется наш мир. Этот мир.

ЧТО?!

— Не самое благозвучное название, конечно, но какое есть, — игнорируя всеобщий шок, продолжил отвечать анклавовец. — Название внутри БОРЛов обязательно наносилось, как я понимаю, для быстрой идентификации прибывшей спаскапсулы.

— Прибывшей… куда? — в звенящей тишине переспросил я.

— Не знаю, — пожал плечами собеседник. — Великий Путь насчитывал тысячи миров. Вроде бы сперва миры соединялись как бусины один за другим, чтобы попасть в следующий — надо было пройти от одного перехода к другому. Но потом были сделаны новые открытия, Великий Путь стал чем-то большим, появились «тупики» вроде нашей подстанции, служащие лишь одной цели — обслуживать и поддерживать супер-тракт. БОРЛы, сами знаете, могут как-то перемещаться в пространстве… надо думать, были и другие средства «срезать».

— Были, — вдруг подал голос Полак Трей, разом выделивший самое важное.

— Были, — согласился Горец. — Семь с половиной сотен лет прошло с Последней Аварии, и никто так и не появился хотя бы узнать причины произошедшего. Мы ждали. Мы ждали все эти века, поколение за поколением — они должны были посетить уцелевшую лабораторию… и не дождались. Думаю, означать это может только одно: Великого Пути больше нет. Остались одни осколки, вновь оказавшиеся изолированными миры, как наш.