Дом, в котором жил старик, внутри оказался таким же чистым и красивым, как и снаружи. Маг и Мартен вошли в просторную вхожую комнату, огороженную от остального дома деревянной решёткой, проклеенной промасленной бумагой и разулись. Эхуанг обратил внимание на странную обувь юноши, но ничего не сказал.

Мартен с любопытством осмотрел комнату, в особенности две статуи у входа, изображающие спящих фениксов. Не надо было обладать магическим чутьём, чтобы почувствовать — статуи выполняли не только декоративную функцию, но и были самыми настоящими стражами. Веяло от них холодком и невольно охватывал беспричинный страх от одного только взгляда на них.

Булька занервничал и непроизвольно царапнул живот мальчика.

— Прекрати! — шепнул Мартен крысу.

— Охранные стражи! — проворчал тот. — Могут ведь и пожечь!

— Не бойся, они не тронут, — произнёс Эхуанг, аккуратно подтолкнув Мартена вперёд, направляя того к двери.

Они прошли в центральную комнату.

— И что же мы должны сделать? — спросил мальчик, разглядывая огромные, под самый потолок, полки, заставленные глиняными тубусами и свитками.

— Надо провести очень сложный ритуал, — ответил старик после некоторой паузы.

Ответ мага не понравился Мартену.

— Опасный? — напрямую спросил он.

— Да, — ответил Эхуанг и пристально посмотрел на мальчика. — Не буду от тебя этого скрывать. Очень опасный. Но гораздо опаснее будет ничего не делать. У нас есть три дня, которые ты можешь прожить в безопасности. А вот потом, если мы не предоставим Императору результатов, то…

Эхуанг не договорил, но Мартен понял всё и без слов. Его жизнь не стоила здесь и ломанного гроша.

Мартен решительно произнёс. — Давайте тогда немедленно начнём этот ритуал.

Эхуанг рассмеялся.

— Что?

— Я же говорю — это очень сложная процедура, нужны приготовления. Слава богам если к третьему дню успеем его начать.

— Чего же мы тогда стоим? — всполошился Мартен. — Нужно начинать приготовления прямо сейчас!

— Мне нравится твоё рвение, — кивнул Эхуанг, поглаживая седую бороду. — Если бы все мои ученики с таким же рвением учились, мы бы далеко пошли.

— Ученики? — переспросил Мартен. — Вы что, учитель?

— Да… был учителем, — немного смутился Эхуанг. — Сейчас уже отошёл от дел.

— Мой господин, вы уже пришли? — раздался женский голосок из дальней комнаты. — Я была в огороде и не слышала, как вы…

В комнату вошла девушка. Мартен взглянул на неё и тут же смутился. Несмотря на свой юный возраст она была очень красива. Девушка, увидев гостя, тоже смутилась, её белые щеки быстро налились румянцем.

— Веики, я не один пришёл, — произнёс Эхуанг, указывая на Мартена. — Знакомься, это наш гость, его зовут Мартен и он у нас немного поживёт. Мартен, знакомься, это яо-ху Веики, моя помощница по дому.

Мартен кивнул, не зная, что сказать и не в силах поднять взгляд, чтобы как следует рассмотреть девушку.

— Веики, поставь пожалуйста кипяток, мы хотим чаю. Да и перекусить не помешало бы. Правда, Мартен?

— Что? — повернулся к старику мальчик. Вид у него был растерянный.

— Короче, мы голодны, — вместо него ответил Эхуанг.

Мартен рассеяно покивал головой. Только сейчас он смог внимательно разглядеть ту, которую Эхуанг назвал Веики. И эти увиденные детали ещё больше смутили его. У девочки вместо обычных ушей в копне густых рыжих волос виднелись два заострённых лисьих треугольничка.

— Как… — только и смог выдохнуть Мартен, переводя взгляд на старика.

Но когда Веики, повернувшись к ним спиной, пошла на кухню, мальчик и вовсе потерял дар речи. Из-под короткой юбки выглядывал рыжий пушистый хвост.

Выпучив глаза, Мартен глянул на Эхуанга, но тот не смог понять его удивления.

— Что-то не так? — спросил старик.

— Просто… у неё же… хвост…

— Верно, хвост. Она же яо-ху — девочка-лиса.

Мартен не нашёлся что ответить.

Сели обедать. Скромная трапеза вполне устроила мальчика и он с аппетитом начал быстро опустошать глиняную чашку с рисом, поставленную перед ним девушкой.

— А почему Веики не садится с нами? — спросил Мартен, уминая хлеб. Украдкой он поглядывал на яо-ху, которая их обслуживала. Та успевала и подливать вина старику и подкладывать рис в тарелку Мартена.

— Прислуга не садится вместе с хозяином, — пояснил Эхуанг, опрокидывая очередную чашку с вином себе в рот. — Таков закон. Зверолюди служат нам, это их главная задача и смысл жизни.

— Что, правда? — удивлённо спросил Мартен у девушки.

Веики, улыбнувшись, стеснительно опустила взгляд в пол.

— Сразу видно, что ты абсолютно из других мест, — задумчиво произнёс старик, поглядывая на Мартена. — У вас там видимо совсем нет зверолюдей. Будет время, надо выяснить — откуда ты именно прибыл?

— А почему не узнать это сейчас? Вы ведь можете?

— Это не так-то просто, — усмехнулся Эхуанг. — Да и занят я буду совсем другим делом — приготовлением к ритуалу, — отмахнулся: — Как-нибудь потом.

Ответ мага не понравился мальчику. Мартен задумчиво спросил:

— А я сам могу это узнать?

— Это как же⁈ — вскинул брови старик. — Ты же не маг. Хотя и есть определённые… к-хм… — старик замешкался. — Нет, ты не можешь. Для этого надо долго учится.

— Тогда научите!

Старик от такого напора растерялся.

— Научить?

— Да вы же сами говорили, что были учителем. Дайте мне учебники, я и буду читать.

Эхуанг рассмеялся.

— Сам⁈ Мало прочитать, нужно ведь и основы знать…

— Я правда хочу узнать кто я такой и откуда. Вы единственный, кто может мне помочь. Я не прошу вас о многом, просто подскажите в каком направлении двигаться, а я буду стараться изо всех сил.

— М-да, твоя настойчивость не может не восхищать, — Эхуанг на некоторое время замер, глядя на мальчика. — Хорошо… Я дам тебе учебники, хотя изначально смотрю на всю эту затею очень скептически. Ну нельзя за три дня изучить основы магии, чтобы сразу попытаться восстановить свои воспоминания! Надо быть очень способным магом, имеющим…

— Я буду стараться!

— Ладно, читай, мне не жалко, — отмахнулся старик, как от назойливой мухи. — Да ты ешь, ешь, набирайся сил. В тюрьме небось такого не давали? И не переживай, дам я тебе свитки. Будешь читать… И сам будешь занят, и мне мешать не будешь. Не слоняться же тебе без дела.

После сытного обеда Эхуанг, уже изрядно набравшись, махнул Мартену:

— Пошли за мной.

Они проследовали через весь дом и пройдя через веранду, зашли, уже в другое, совсем ветхое строение.

— Моя библиотека, — пояснил старик, проходя вперёд.

Эхуанг прекрасно ориентировался в тёмном затхлом помещении и вскоре скрылся в узком лабиринте из шкафов и полок. Здесь было множество различных дощечек, глиняных табличек и свитков — от совсем маленьких, размером не больше ладони, до огромных неподъёмных тубусов с золотым тиснением у основания. Но больше всего конечно же тут было именно свитков, лежащих на полках ровными рядами, как поленья. Почти на каждом виднелся иероглиф, определяющий его принадлежность к той или иной теме.

— Вы были учителем магии? — осторожно спросил Мартен, чтобы по ответу определить, где сейчас находится хозяин библиотеки.

— Да, — ответил тот откуда-то справа, из глубины библиотеки. — Но ушёл… Попросили… Это всё политические дела. Грязные дела!

В голосе старика отчётливо просквозила печаль.

— Один мерз… нехороший человек всё это устроил, будь он неладен!

Эхуанг, выйдя из неприметного закутка, внезапно появился за спиной мальчика.

Мартен резко обернулся и пытаясь скрыть испуг, спросил. — Это Фэй Фо?

Эхуанг задумался, словно взвешивая — нужно ли говорить дальше или лучше промолчать.

— Да, он, — старик протянул мальчику свиток. — Держи. Начни читать с этого. Тут описаны определённые практики, способные стимулировать возвращение памяти. Не очень мощные, больше для домохозяек, но… надо же с чего-то начинать.

Мартен взял свиток, который оказался на удивление тяжёлым.

— Пошли, ещё дам, — смерив мальчика оценивающим взглядом, с едва заметной насмешкой произнёс Эхуанг. — Или этого хватит?

— Нет, давайте ещё! — оживился мальчик.

Ответ понравился старику.

Они прошли в другой закуток.

— Вот тебе ещё географический свиток, почитай его, может, какие-нибудь знакомые названия деревень или уездов попадутся.

Мартен взял свиток.

— Господин Эхуанг, — обратился Мартен к старику. — А вы не боитесь давать мне магические документы? Ведь я, по сути, незнакомец для вас.

— Не такой уж и незнакомец, — усмехнулся старик.

— Как это?

— Я ведь маг… Могу заглянуть человеку внутрь, в его астрал или ещё глубже, в аур. В тебе нет обмана, вот поэтому я так легко согласился дать тебе книги. Да и сейчас не в твоих интересах что-то таить у меня за спиной.

— Спасибо вам за доверие, — поблагодарил мальчик.

Растроганный мастер огня закивал головой.

— Ты не переживай. Мы тебе память вернём. Разберусь сначала с одним делом, потом плотнее этим займусь. Ты сначала вот этот свиток прочитай… И вот этот ещё… И этот. Будет полезно для общего развития.

Старик один за другим складывал свитки в руки Мартена до тех пор, пока за ними не скрылось лицо мальчика.

— Я кое-чему тебя всё же научу — потенциал у тебя есть. Захочешь, останешься со мной. Я ведь отличным учителем был, азам магии любого мог научить. В храме сейчас такому не учат! — произнёс Эхуанг, доставая с верхней полки очередной пыльный свиток. — При мне там всё было как надо, а теперь этот выскочка Фэй Фо учит своих учеников совсем не тому, чему надо. Только фокусы и горазд показывать, шарлатан! А настоящая магия что же?

— Что?

— Нет её теперь! Позабыли всю! Спроси любого выпускника… да что там выпускника? Спроси самого Фэй Фо— пусть покажет настоящую магию. Не покажет! Огонёк там из пальца или танец огня — это он ещё сможет, а больше ни-че-го! У меня такие фокусы мальчишки на первом году обучения делали. А нынче что? Забылась уже магия? Нет! Не забылась! Пока жив я, Эхуанг Лю, настоящая магия не будет забыта! Да в былые дни только она и спасала… настоящая, перворождённая, огненная! Теперь все друг с другом в относительном перемирии, уже и оружие начало ржаветь в кладовых. Да только если опять война случится? Что тогда? Фокусы будем показывать? Огнём из пальца грозить врагам? Тьфу!

— А что, война будет? — прошептал испуганно мальчик.

— Нет, ну что ты! — добродушно улыбнулся Эхуанг. — Будем надеяться, что не будет. Это я так… образно. Ты не переживай, Император войны не допустит.

Эхуанг похлопал Мартена по плечу.

— Не волнуйся, со мной не пропадёшь. Я тебя научу настоящей магии. Хочешь?

— Хочу, наверно.

— Что значит «наверно»?

— Хочу, — поспешил поправиться Мартен.

— Вот! Это другое дело! Я научу, — Эхуанг вручил очередной, пахнущий плесенью свиток парню и полез за следующим. — Я, когда был верховным жрецом храма огненной магии, держал всех в кулаке! У меня не забалуешь! Провинился — наряд на уборку отхожих мест храма. Провинился — штудируй до утра устав храма. Провинился — колоти до рассвета сахарных тростник, чтобы выжать из него сок до последней капельки.

Эхуанг достал ещё один свиток, вручил Мартену и полез за следующим.

— В храме хорошая библиотека, но и у меня кое-что имеется, — Забормотал старик. — Я тебя обучу… я чувствую… огромный потенциал. Фэй Фо ещё умоется, мы утрём ему нос.

Эхуанг протянул ещё два свитка парню и произнёс:

— Вот… Изучи это до завтра, а я пока пойду, надо кое-какие дела успеть сделать. Веики покажет тебе твою комнату.

Мартен, выпучив глаза, открыл было рот, чтобы сообщить старому магу, что прочитать такой объем лишь за одну ночь просто невозможно, но Эхуанг, позвякивая фляжкой, уже скрылся за дверями.

* * *

Еженедельный доклад советника не предвещал ничего интересного, и Император дремал, развалившись в кресле. Волновало его только одно — как можно скорее вернуть Фанга обратно из комы, а всё остальное, если и заслуживало внимания повелителя, то могло с лёгкостью потерпеть.

Советник, соблюдая все официальные предписания, вошёл в комнату Императора низко преклонив голову, рассыпаясь в благодарностях и восхвалениях. Не сбившись ни в одном слове, он чётко повторил по памяти весьма длинный и витиеватый текст. Его Величество слушал с большим удовольствием, отмечая плавность и текучесть голоса советника, его умение правильно делать дыхательные паузы и расставлять акценты.

— Докладывай, — мягко сказал Император, когда советник замолчал, стоя в ожидании и держа перед собой свиток.

— За отчётную неделю происшествий в Провинции не было зафиксировано… конечно же кроме произошедших на церемонии. Нарушений границ не выявлено. Дозорными магами отмечается незначительное превышение магического фона в северной части Провинции. Думаем, это связано с Зачарованным лесом, в полнолуние подобные небольшие возмущения в порядке вещей. Также отмечается некоторая активность народа в отдельных регионах.

— Что ты имеешь в виду? Что ещё за «активность народа»? — насторожился Император.

— После известий о срыве церемонии наречения вторым именем, в южных деревнях Провинции среди народа начали назревать волнения.

— Это так быстро дошли до них новости⁈ — удивился Император.

— Уже вся Провинция знает, мой господин, — преклонив голову, кротко ответил советник.

— Расскажи подробнее, что за волнения.

— В деревне Аньхой уезда Сунь, активизировалось подпольное движение «Красных рукавов». Согласно докладам наших шпионов, они вновь начали собираться по ночам для чтения крамольных трудов, порочащих власть, и обсуждать ваше свержение.

— Ерунда, — отмахнулся Император. — Основной их костяк мы разбили много лет назад. Это не подпольное движение, это сборище пьянчуг, которым ещё не ведомы удары бамбуковыми палками по пяткам… непуганое поколение. И что же они там читают? Опять язвительные стишки про меня?

— Нет. В основном запретные трактаты, типа «О власти и безвластии» Ли Фу, или «Предсказания» Хай Цин. У них это называется освободительной борьбой.

— Освободительная борьба от чего⁈ — не вытерпел Император. — Их кто-то в рабстве держит? Нет. Их кто-то налогами душит? Нет. Тогда от чего они пытаются освободиться?

— Основное недовольство связано с бедностью — многие регионы по-прежнему пребывают в нищете.

— А согласно ежемесячным отчётам бурмистров и старост в Провинции нищеты нет. Всем всего хватает, посевы растут, засухи уже последние пять лет нигде не было. Чего ещё надо этим людям, которые по ночам собираются почесать языками? Мне кажется, это просто от того, что я дал слишком много вольностей. Раньше все работали с восхода и до поздней луны, и ничего — терпели и молчали. Чёрный хлеб ели раз в день, да вместо соли пόтом его солили. А теперь что же? Нет бед и нужды, вот и забродили в головах крамольные мысли.

Император тяжело вздохнул, сморщившись потёр грудь и спросил:

— Неужели ещё кто-то вступает в их ряды, не понимая, что это глупая и опасная затея?

— У них есть лидер, который организовывает эти сборища.

— Кто?

— Уэн Ят.

— Уэн? — удивился Император. — Я же его за аналогичные дела казнил… ещё десять лет назад.

— Верно, казнили. Только это его сын.

— По стопам папаши пошёл? — скривился Император. — А что же староста деревни? Неужели не видит, что там у него творится? Бездействует⁈

— Староста в их рядах.

— Даже так! — удивлённо протянул Император. — Ну хорошо, отправь туда отряд воинов из моего личного полка. Пусть на корню это пресекут! Но только чтобы тихо… без лишней крови. Моего помощника с ними направь, а лучше сам езжай. Организуй избрание другого старосты, и проследи чтобы народ не волновался. Через неделю доложишь как дела. Уэна этого…

— Что? Казнить?

— Нет. В тюрьму посади. Он ещё молодой, кровь горячая, не ведает что творит. Пусть лет десять посидит в тишине и уединении, глядишь, и пересмотрит свои воззрения. А вот старосту казнить, причём прилюдно, чтобы видел народ каково это — против Императора идти.

— Вас понял, мой господин!

Советник щёлкнул каблуками и вышел из тронного зала.