Обычно разведчики выполняют основную задачу – сбор и анализ информации о противнике. Они посылаются на территорию противника, чтобы узнать о его силах, вооружении, планах и намерениях. Используют прикрытые методы, такие как наблюдение, перехват связи, а также применяют современное оборудование разведки. Но это в идеале. В реальности идеальных условий не бывает. Прорыв супостата в Курскую область заставил бойцов Центра действовать жёстко, подставившись под прямые удары врага.

Разрозненный отряд Старого, произведя ряд диверсионных операций, на свои территории выходил вплоть до 18-го августа. К этому времени фронт в Курской области фактически стабилизировался. Выходившие разведчики в своих докладных записках отмечали о стремлении ВСУ закрепиться на достигнутых рубежах. Это соответствовало и разведданным из других источников. По всему фронту на курском направлении шла рубиловка не на жизнь, а на смерть.

По данным Минобороны РФ, на 18 августа враг потерял «более 3460 военнослужащих, 50 танков, 25 боевых машин пехоты, 45 бронетранспортёров, 262 боевые бронированные машины, 115 автомобилей, 5 установок зенитных ракетных комплексов, 7 пусковых установок реактивных систем залпового огня, в том числе 3 РСЗО HIMARS и 1 MLRS, 25 орудий полевой артиллерии, 4 станции радиоэлектронной борьбы, 4 единицы инженерной техники, в том числе 2-е инженерные машины разграждения и 1-ну установку разминирования УР-77». Даже если эти данные были несколько завышены, то, что украинцы несут ощутимые потери, ни у кого сомнений не вызвало.

Со стабилизацией фронта у экспертов разведки и армии в целом, появилось время осмыслить произошедшее. Профессионалы пришли к выводу – за авантюрой нападения на Курскую область проглядывались уши английской разведки и не только её. Меньше чем за месяц до событий, 18–19 июля Зеленский посетил Великобританию. В первый день своего визита он присутствовал на 4-м саммите Европейского политического сообщества, а на следующий день принял участие в заседании британского кабмина. Судя по всему, тогда-то и было принято решение о Курском наступлении. 18-го июля на совещании с генералами Зеленский заявил, что следует готовиться к новому контрнаступлению. Ключевым драйвером этой истории был глава Ми-6 Ричард Мур. Вторжение Украины совпало также с африканским вояжем главы МИД Украины Кулебы, который посетил Малави, Замбию и Маврикий. Дело в том, что в эти дни в отпуске на Маврикии был Ричард Мур. Кулеба имел встречу с ним и, вероятно, тот курировал начало Курской операции. Разработкой операции, по-видимому, занимался генерал-лейтенант Роли Уокер, глава Генштаба Сухопутных войск Великобритании. Он был в «командировках» в Ираке в составе САС, в Афганистане побывал. С 2018-го года возглавлял САС. Он же разрабатывал операцию совместно с главой ГУР Кириллом Будановым, потому первыми в Курскую область вошли подразделения ГУР МО Украины, в том числе и «Интернациональный легион», РДК (организация, признанная в РФ террористической), которые имели задачу не ввязываться в бои, а как можно дальше продвигаться по российским территориям. Не стоит забывать, что одновременно с вторжением были атаки на Запорожскую и Курскую АЭС, попытка высадки десанта на Кинбурнскую косу. Эти все комплексные мероприятия, это точно не только инициатива Зеленского.

20-го августа потрёпанный боями отряд Аверина не в полном составе и без командира, находившегося в госпитале, прибыл в Ростов на Дону…

* * *

Утром проснулся чуть свет. Общага ещё спала. Некоторое время рассматривал потолок над кроватью. Необычным было уже то, что никуда бежать, торопиться, стрелять, взрывать и прятаться, не нужно. Не было и посткомандировочного отходняка. Нервы не сдавали, появления кровавых мальчиков в глазах тоже не предвиделось. Было лёгкое ощущение того, что вернулся после тяжёлой работы, отоспался, но до конца не расслабился. Короче, уродом моральным себя точно не ощущал.

Потянувшись, резко поднялся с кровати. Дальше выполнил положенный при подъёме комплекс мероприятий: туалет, душ, чай. Выходить на физическую зарядку сегодня даже не планировал, а вот в город…

Стук в дверь заставил подняться со стула и отпереть защёлку на ней.

За дверью стояла Светлана, сегодня дежурившая по общежитию. Женщина примерно Костиного возраста. Не слишком привлекательная на его вкус, с характером неуживчивым, но не склочным. С её лица ещё не сошло сонное состояние. Морщась, недовольно сообщила:

– Львов, там из штаба помощник дежурного звонил… Этот,.. как его,.. старший лейтенант Греков, кажется. Да, Греков.

Чуть тормознулась, будто боялась, что ошиблась с фамилией звонившего ни свет ни зоря офицера.

– Ну, Светочка,.. – словесно слегка подтолкнул женщину к продолжению начатого. – И, что Греков?

– Передал, чтоб ты в город не слинял.

– А ты ему не сказала случайно, что сегодня воскресенье, у всех нормальных людей выходной. А у меня к тому же ещё и неделя отсыпных после командировки.

– Он передал, что к 9-ти тебя ЭсЭс в свой кабинет вызывает.

Возмутился, хоть и бесполезно было, скорее не для себя, а для дежурной:

– Вот не было печали, так черти накачали! Узнаю родную армию. А тебе спасибо, что сказала.

Пришлось лезть в шкаф за «повседневкой». Благо дело та чистой и наглаженной была, не часто одевать приходилось. А вот с одеждой, в которой прибыл, труба дело. В хлам! Не отстирать. Не зашить. Только на выброс. Да к тому же с чужого плеча она была.

К девяти часам подошёл к кабинету начальника Центра. Постучал. После громкого и отрывистого «Войди!» из-за двери, вошёл.

– Товарищ полковник, старшина Львов по вашему приказу прибыл! – доложил молодцевато.

За своим столом громоздился полковник Фадеев, по правую руку от него незнакомый мужчина в штатском, с непроницаемой маской на лице. Незнакомый ли? Константин его узнал сразу.

Стандартная для европейца внешность в заблуждение не ввела. Обычный человек на такого глянет, отвернётся и уже не вспомнит, что такое лицо видел когда-то. Но Хильченков вспомнил. С этим человеком он уже встречался и было это в стенах следственного изолятора.

«Покупатель». – Мысленно определился Хильченков.

Ну, да. Именно он сосватал его в отряд штрафников.

«Здрасти, приехали! – мелькнула следующая мысль. – Ты-то откуда и зачем здесь нарисовался?»

Изредка дёргающийся уголок губ, выдавал внутреннее напряжение СС. По мимолетному взгляду было понятно, что присутствие нового лица на территории его части полковнику не нравится, но и против приезжего, явно имевшего высокий статус, он пойти не мог.

Фадеев явно скрывая раздражение расправил и без того широкие плечи, глядя на подчинённого произнёс:

– Вот, старшина, с тобой хочет побеседовать приехавший из Главка товарищ.

– На предмет? – вырвалось у Кости.

Полковник с пол оборота завёлся, видно «товарищ из Главка» и его напрягал:

– Не понял, старшина, ты на пенсии уже, что ли? Выйдешь на пенсию, купишь себе кота и балалайку. Куклачёвым заделаешься. А сейчас, беседуй на те темы, которые приезжего интересуют. Допуск у него самый высокий. Понял?

– Так точно.

Фадеев спросил чиновника от Минобороны:

– Моё присутствие нужно?

– Нет, Александр Александрович. – Оставаясь полностью серьёзным, ответил тот.

– Тогда я по территории прогуляюсь. Если что, дежурный найдёт.

После того, как за командиром части закрылась дверь, мужчина оценивающе рассмотрел Хильченкова, будто в первый раз его видел.

«Узнал? Нет?» – подумал тот.

Как и в прошлый раз обычного представления и стандартной попытки расположить к разговору не воспоследовало.

Из портфеля опечатанного печатью, приезжий извлёк красную папку со звездой на обложке и тиснёной надписью: «Личное дело офицера». Наверху сбоку «красовалась» наклеенная белая бумажная полоса, предупреждавшая об ответственности взявшего в руки папку:

«СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО»

«Экземпляр для внутреннего пользования, передачи в комиссариат и архив Министерства Обороны РФ не подлежит».

– Да вы присаживайтесь, Александр Тихонович, – предложил Хильченкову. – Разговор у нас может быть долгим. Нутес-ка…

Развязал тесёмки. Краем глаза мазнул присевшего за стол напротив Костю. Открыв папку, с первого листа прочитал вслух:

– …Хильченков Константин Константинович, 1989-го года рождения. Воинское звание капитан…

Хильченков поморщился, окончательно делая вывод:

«Узнал-таки! От этого волкодава иного можно было бы и не ждать. Но как разговор начал!»

– Минуточку!.. – прервал товарища Костя.

Не то, чтобы удивился и права решил качнуть, скорее больше для прояснения непонятного для себя.

– …С каких это пор капитан? Что-то не замечал раньше четырёх звёзд на своих погонах.

Чиновник, представляющий родное ведомство, ухом не повёл. Монотонно продолжил излагать напечатанный текст:

– Холост… Так, дальше лишнее опустим… Ага. Позывной – «Пионер». Специализация – проведение диверсионных мероприятий, ликвидатор. Участие в боевых операциях – «Серая Мгла», «Калиф», «Дождь» и тэ-дэ, всего девять выходов. Уровень квалификации: боевик, минноподрывное дело – специалист; стрельба – снайпер; рукопашный бой – мастер. Возможность использования технических средств – широкий профиль. Ранения – два лёгких, одно тяжёлое, одна контузия, отмечены в приложении 9. Уволен в запас в… Это ясно!.. Вот,.. осуждён… Полностью реабилитирован в 22-м году.

Оторвался от чтива. Усмехнулся. Задал вопрос:

– Ну и как мне вас называть?.. Может всё же Константином Константиновичем?

Окончательно удостоверившись, что попался, Костя наглея и свой вопрос задал:

– А, вы с какой целью интересуетесь?

– Уполномочен предложить вам службу по вашему основному профилю. С вашими навыками и знанием иностранных языков, использовать вас в армейском, хоть и элитном подразделении, всё равно, что в доску гвозди микроскопом забивать.

Константин хмыкнул, с нотками сарказма в голосе спросил:

– Зачем же тогда использовали? Ведь вряд ли из поля зрения выпускали?

– Судимость снять нужно было, да и на гражданке вы расслабились. Понятно, что не всё вспомнили, но после вашего добровольного согласия, пройдёте курс подготовки и вперёд и с песней. Уж очень работы много накопилось, а свободных рук не хватает.

Константин уже в мыслях согласился с неизбежным. Родная песочница покруче ФСБ, хоть со стороны и выглядит попроще. Вход в неё рубль, зато выход все два, а то и больше. Поинтересовался, хоть и не рассчитывая на откровенность:

– Где работать придётся?

Но ответ на удивление получил:

– Я так понял, что вы с предложением согласны?

– Да.

– Прекрасно. Работать предстоит в Европе.

– В Европе? Это которая Украине посильную помощь оказывает? Интересное предложение. Только почему о ней лишь сейчас вспомнили? И как собираетесь к этому делу меня подключать?

– Всё дело в предпосылках к дальнейшему развитию событий. Наши аналитики просчитали уход США из Европы. Это не приведёт автоматически к тому, что Европа станет лояльной к России. Скорее уж наоборот: это почти с неизбежностью подтолкнёт Старый Свет на нас наброситься.

– Что-то сомнительно всё выглядит такое развитие событий. Европейские чиновники высокого ранга ведь не самоубийцы?

– Их подтолкнут к подобному шагу.

– Кто?

– Чиновники и политики из-за океана. США, уходя из Европы, и зная о том, какой «точкой силы» она была для них многие десятилетия, не пожелают, чтобы потом кто-то другой,.. Скажем так, их потенциальные конкуренты. …создали на этом месте уже свою «точку силы», направленную против США. На первый план выходит чистая логика всех конфликтов, которая называется «тактика выжженной земли»: уничтожать за собой всё, чтобы не досталось оппоненту. Если перевести для вас, как для недавнего штурмовика пример более приземлённого порядка, можно провести аналогию с тем, как при отступлении подразделения ВСУ взрывают многоэтажные здания, чтобы противник потом на этой высоте не мог разместить, да хоть тот же свой наблюдательный пункт. А Европа – это больше, много больше, чем «ключевая высота»!.. И потому ровнять это всё с землёй США будут добротно и старательно, либо… Какая шикарная мысль, не правда ли? …США могут это доверить нам!

– С чего бы это?

– Потому, что наш «верховный», безусловно, мечтает о том, чтобы угроза для России со стороны Европы была снята на десятилетия вперёд. Это будет не так просто… Да, и есть ещё второй фактор, который надо учитывать…

Хильченков с интересом смотрел на собеседника, излагавшего откровения, о которых, можно смело сказать, обычный армеец не мог даже представить. На политическом бойцовом ковре весовые категории с этим человеком у него слишком разными были.

– Дело в том, что США в Европу не вернутся.

– Почему?

Собеседник улыбнулся.

– Во Второй мировой Европа проиграла Советскому Союзу, но Европа отнюдь не лишилась надёжной базы своего богатства и процветания, а именно – своих колоний. Именно поэтому был разработан и внедрён «План Маршала». В Штатах понимали, что они дают деньги не каким-то нищебродам, а очень солидным людям, у которых многое порушено в самой Европе, но зато уцелела колониальная база в Африке и Азии, а значит затраченные деньги – кредиты и прочие финансовые обязательства, европейцы вернут. Из колоний выжмут и вернут. Именно поэтому, наш верховный сейчас не трогает саму Европу. Пока не трогает! Он занят Африкой и Азией. Наши товарищи,.. Если хотите, для себя можете их называть бойцами невидимого фронта. … а так же, различного рода ЧВКа, планомерно и последовательно уничтожают саму основу европейского процветания и богатства. Кстати, именно поэтому со стороны Европы на нас идёт такой лютый поток… неприязни, скажем мягко. Там-то отлично всё понимают, это наш добрый и ласковый народ не до конца понимает, что делает сейчас руководство страны и теневые силовые структуры, чтобы вопрос с нашими западными противниками закрыть на десятилетия вперёд! А вот потом, как ни странно, наступит самое интересное – наступит черёд уже самой Европы. Да-да, уже понятно, что она не остановится. Ну вот если только нам не повезёт сейчас точно так же, как им повезло в 1917-м году, то придётся идти и ручками всё делать: мы не можем ждать, пока они накопят сил и жахнут сами. И вот тогда уже Европа получит и те же проблемы, что после 1945-го года – города в руинах, и отсутствие колониальной базы, из которой можно выжимать средства на восстановление. И вот тогда Европа «улетит» в каменный век лет, эдак на 50. – Собеседник, как-то по особенному хмыкнул, практически не выразив этим особого выплеска эмоций. – При этом хитрый, как они говорят о нём «западники», президент России уже лишил их основы богатства. Африки.

– А потом? – задал вопрос Константин.

– А потом заговорят «Цирконы» с «Кинжалами». Хитрость же нашего ВВ лишь в том, что он учит историю – в отличие от Запада… – ухмыльнулся, в глазах даже искорка промелькнула. – Самое смешное – Америка не против! Америка уже почти всё полезное из Европы вывезла. Год-два – и останется только «оболочка», лишённая всяких экономических и политических перспектив. Для США это будет означать полностью выполненную задачу, а вот для России… – замолчал, на секунду задумавшись о чём-то своём. – На политической шахматной доске ещё Китай есть. Нда! Вот Китай всё ещё пребывает в иллюзиях, что он отберёт у США этот кусок. К тому же Китай слишком далеко, ему Старый Свет не грозит проблемами. И что же делает Европа? Европа собирается вводить санкции против Китая! Лишиться своего самого последнего защитника, который с первых же дней 22-го года тормозил Россию. Европа хочет разорвать все дела с Китаем – и тогда Пекину уже станет всё равно на судьбу Старого Света, и у России окажутся развязаны руки, в которых окажутся европейские инфраструктура, порты, энергетика. В обязательном порядке – все до единого промышленные предприятия.

– Серьёзные планы. Так что относительно меня?

– У руководства уже даже есть мысли, как вас залегендировать. В вашем личном деле отмечено, что с серыми гусями вам встречаться доводилось.

– Было такое. Операция «Калиф». Берутся за любую работу. Боевые операции, локальные конфликты, охрана, диверсия. Всё, что угодно, лишь бы платили.

– Вот и ладушки. Пока вы контракт в их рядах отработаете, здесь, даст бог с Украиной всё уладится. А когда её территория делёжке между бывшими союзниками и помощниками подвергнется, вы уже вольным, полноценным гражданином одной из стран Европы станете, со связями в определённых кругах и с толстым кошельком в кармане, вот и поможете Родине, а если потребуется, примените профильные навыки.

Посмотрел на наручные часы, отметил:

– Через три часа у нас самолёт. Собираться вам не нужно. Всё необходимое на месте предоставят. Из списков части старшину Львова задним числом исключат. Полковник Фадеев в курсе.

Костя задал давно беспокоивший его вопрос:

– А если б я не согласился?

Собеседник при высказанном вопросе всем корпусом вперёд подался. Первый раз за весь разговор улыбнулся и то, змеиной улыбкой. Произнёс, меняя тон и манеру общения:

– А куда б ты делся, мила-ай? Ты же не глупый человек, всё понял сразу, когда только меня на этом стуле увидел.

Понял. Чего не понять? Вот только собеседник не мог даже догадаться об решающем факте согласия, а читать мысли он естественно не умел. Желание Хильченкова поработать за границей, целиком и полностью совпало с предложенным. До господина Штокбанда, засевшего в далёком зарубежье, Косте с ЛБС спецоперации точно не дотянуться, а так, обязательно какая ни будь возможность предоставится…

Через три часа с военного аэродрома поднялся в небо пассажирский борт, уносивший к новой жизни Константина Хильченкова. В это же самое время в одной из многоэтажек города в Московской области открылась входная дверь. Бдительная консьержка выглянула из своей дежурки, всплеснула руками, ужаснулась вголос:

– Ой, Николай Николаевич, а мы уж думали с вами в Курской области несчастье случилось. Тамара Андреевна сама не своя ходит, ведь ни связи с вами, ни вестей о вас уж который день нет. Как вы? Ой, – снова запричитала. – Исхудали-то как!

Улыбнулся женщине, по возрасту не младше его самого бывшей, Семибратов ответил:

– Как видите, Нина Петровна, жив.

– Ну, слава богу! Слава богу! А то уж…

Прекратил новую попытку загрузить причитанием:

– Моя супруга уже с работы вернулась? Не подскажете?

– Да-да! Минут сорок уже как.

– Тогда разрешите откланяться.

Поднявшись на 11-й этаж, встал у двери. Ключа от квартиры уже не имел. Потерял, как и многое другое из мелочей. Услышав сопение рядом с ногой, опустил взгляд. Хмыкнул. Сбоку него, не выше колена проявился домовой. Возбуждённый и взволнованный. Задал всю дорогу мучивший вопрос:

– Слышь, а вдруг хозяйка не примет?

Успокоил:

– Епифан, мы ей пока ничего говорить не будем. Потом скажем. Только ты по дому особо не наглей. Соседи могут ведь и не понять.

– Ну крыс-то из подвала выгнать можно? Я этих тварей особо не перевариваю.

– Крыс? Гм!.. Крыс можно.

– И плохих людей…

– Епифан, я же сказал, не наглей!

Позвонил в дверь. Когда жена открыла её перед ним с возгласом «Ой!», явно выраженному не при виде большого кота, скорей всего сибирской масти, прошмыгнувшего мимо неё в квартиру, по простому сказал:

– Здравствуй Тома, я вернулся…