Вертолёт показался мне куда более интересным вариантом — даже с учётом времени взлёта и посадки, дорога должна была занять всего два с половиной часа. Правда «Балтийские авиалинии» специализировались на двадцатиминутных полётах с туристами на борту. Из-за чего пришлось вести с ними переговоры, прямо из самолёта, с его постоянно рвущимся соединением вай-фая и сообщениями, что порой грузились добрых пять минут.

В итоге желание денег победило. Для меня зарезервировали их дополнительный Ми-8, который как раз возвращался с ремонта. Прямо там, на условной ремонтной базе, где бы она точно ни находилась, ему и прицепили дополнительные подвесные баки. Чтобы топлива хватило до полёта к точке назначения.

Уже поднявшись в воздух, я отправил Дмитрию сообщение с ещё одной задачей — найти транспорт, который заберёт меня из Каргополя-2 и доставит в город.

Пусть названия и звучали похоже, но место куда мы летели, находилось в Няндоме. По сути, Каргополь-2 был микрорайоном небольшого города. Там же находилась заброшенная и зарастающая травой авиабаза, где спокойно мог приземлиться вертолёт.

Я бы предпочёл, чтобы они высадили меня где-то гораздо ближе, но на такое менеджеры компании пойти не захотели. Мол, максимум, где могут обеспечить посадку — аэродром.

Изначально вообще требовали наличия документов для посадки в том районе, но удвоение цены сделало своё дело. Согласились выгрузить меня там.

Взлётная полоса на этой самой базе была недостроена. Но совсем скоро там появятся военные строители, которые примутся ровнять землю и рубить молодые сосны. Потом примутся укладывать бетонные плиты и спустя несколько дней, Каргополь-2 станет основным перевалочным пунктом около Изумрудного Столба. Ил-76 будут сновать туда-сюда. Грузы тяжелее станет принимать Плесецк, до которого от Столба сто шестьдесят километров. Там же, в параллель с космодромом развернут тыловое обеспечение. Однако ближайшим останется именно этот аэродром.

Пока же там должно было быть пусто. Военные шли через тот аэродром, который уже был готовым — Плесецк. Плюс, использовали более удалённые базы — колонны стягивались к Изумрудному Столбу со всего севера. Часть солдат вовсе перебрасывали вертолётами.

Сам я сейчас тоже мчал на винтокрылой машине. Нацепив наушники и расположившись на одном из двадцати пассажирских мест.

Летел вертолёт низко, а первые несколько десятков километров проходили над освоенной людьми территорией, так что доступ в интернет у меня имелся.

Первым делом проверил, как обстоят дела с открытыми сделками. Медь предсказуемо пошла вверх — учитывая открытый объём моих позиций и кредитное плечо, прибыль уже составила почти двести тысяч.

На всякий случай пробежался по новостям в сети. И тут же вернулся к вкладке с открытым сайтом брокера. Материалы о том, что плоть животных, убитых в двенадцати мирах и доставленных сюда, помогает лечить болезни, должна была появиться только завтра к вечеру. А настоящую популярность тема обрела бы только спустя ещё сутки.

Но статьи о том, как здорово иноземная добыча лечит любые болезни, уже появились в агрегаторах. Пока ещё не в самых топах, но судя по темпам роста, совсем скоро там окажутся.

Поэтому я закрыл часть позиции по меди у брокера, забрав четверть уже полученной прибыли. После чего раскидал её по пяти крупным медицинским гигантам, которые специализировались на лекарствах от рака и иных сверхтяжелых заболеваниях.

Именно по ним ситуация ударит больнее всего. Как только станет понятно, что достаточный объём меноса, употреблённый человеком, способен вылечить любую болезнь, акции компаний немедленно устремятся вниз.

Позже, когда аналитики прикинут количество будущих Защитников и объёмы добычи, которую те будут доставлять, ценные бумаги провалятся ещё. Намного сильнее прежнего.

В финале всё это закончится закрытием фьючерсов, а потом и банкротством самих компаний. Но до этого момента держать свои сделки открытыми я не собирался. Планировал закрыть их сильно раньше. В момент, когда ещё можно будет спокойно забрать свои деньги.

Полусотней тысяч, развёрнутых в пяти позициях, я не удовлетворился. Открыв сайт ещё одной брокерской компании, зарегистрированной в ОАЭ, пополнил баланс через крипту. Ещё на сто тысяч, которые я раскидал по той же пятёрке компаний. Учитывая максимальное кредитное плечо и катастрофическое падение, относительно скоро эта сотня должна была превратиться в добрый десяток миллионов.

Но выведу я эти деньги раньше. Чтобы точно не возникло никаких заминок в процессе.

Что до причины, из-за которой изменился ход истории — она была очевидна. Вчера я спас внучку второго человека в КНР. И он это всесторонне оценил, отдав вопрос на проработку собственных специалистов. У последних произошла утечка, начавшая расходиться по сети. А на неё отреагировали французы, не желающие потерять первенство. Заявили, что уже запустили полноценное исследование вопроса и первые результаты крайне впечатляющие.

Пока всё это ещё не сыграло. Суть уловили только узкоспециализированные трейдеры, в распоряжении которых были не столь серьёзные ресурсы, чтобы двинуть цены вниз. Теперь к их деньгам присоединились и мои сто пятьдесят тысяч.

Возможность раннего распространения информации о лечебных свойствах концентрированного меноса, я рассматривал. Но счёл, что вероятность такого развития невелика. Сильно недооценив прагматичность китайского функционера. Спасению внучки он, безусловно, обрадовался. Однако хватку не потерял.

Когда мы полетели над лесным массивом, связь начала рваться и убрав телефон, я устроился около иллюминатора. Смотря на зелень внизу, ещё раз прогнал в голове план действий.

Костяк стратегии, которой я сейчас следовал, сформировал давно. В те времена, когда я размышлял о возвращении в прошлое, исключительно под углом праздного любопытства. Что не мешало моей голове рожать неплохие идеи.

Потом, когда стало понятно, что наша операция по уничтожению Столбов может иметь не только победный исход, разум начал перебирать варианты уже с более серьёзным подходом.

Вывод к которому я пришёл — есть две глобальные стратегии. В рамках одной я должен был действовать полностью автономно и один. Опираясь исключительно на личную силу. Стать не просто номером один, а фигурой которая способна раздавить девяносто девять участников первой сотни, не испытав при этом никаких проблем. Чтобы никто не мог возразить.

Вторая предполагала наличие соратников и владение многочисленными активами. Создание целой структуры, которая будет способна противостоять любой крупной организации на планете, даже если это будет целое государство.

В итоге я остановился на промежуточном варианте. Так было сложнее — приходилось параллельно играть на двух шахматных досках. Однако, результат на мой взгляд должен был оказаться более предсказуемым.

Когда мы оказались в последней трети нашего маршрута, я пересел ближе к пилотам и бортмеханику. Достав из кармана три стопки банкнот, в каждой из которых было по сто тысяч, молча протянул вперёд.

— Это что? — прозвучало через секунд в моих наушниках.

— Бонус, если выкинете меня поближе. Садиться не обязательно. Просто опуститесь так, чтобы до земли было метров семь.

В глазах смотрящего на меня пилота мелькнуло удивление. Которое тут же сменилось раздражением.

— Семь метров? Ты совсем дурной? Разобьёшься ведь нахрен!

— В десанте мы и не такое вытворяли. Вы главное к Каргополю поближе подвезите.

Тот с подозрением покосился на меня — видимо с точки зрения пилота, телосложение у десантника должно было быть совсем иным. Потом глянул на деньги в моей руке.

— А тебе зачем? Там махина эта сейчас. Полёты запрещены. Запросто долбануть чем-то могут.

— Так вы километров за тридцать меня выбросьте хотя бы. Дальше сам как-нибудь. Потофографировать его хочу.

Мужчина переглянулся со своими коллегами.

— Угу. Мы тебя выкинем, а ты шпионом каким-то окажешься. Поставят всех к стенке потом.

Рассмеяться я постарался максимально естественно.

— Шпионы скорее заплатят кому надо и им кто-то из охраны сам нафоткает, сколько надо. Мне для статьи надо. Журналист я. Вы знаете, сколько за эксклюзивные фотки этих хреновин сейчас платят?

Пилот снова глянул на деньги в моей руке.

— Маловато за такой-то риск.

Сделав вид, что задумался, я несколько секунд подождал. Потом достал ещё три такие же пачки.

— Всё, что есть. Больше дать не могу.

Сработало. Не знаю, сколько именно платили экипажу, но от двухсот дополнительных тысяч на нос они не отказались. Дмитрий со своей задачей правда тоже справился — её я ставил для подстраховки, чтобы в случае чего не бежать восемьдесят километров на своих ногах. Несмотря на все возможности уровня «гамма», это потребовало бы больше времени, чем поездка на авто.

Вариант с использованием силы обошёлся бы бесплатно. Всего и нужно было, что снять оптическую иллюзию с копью и выглядеть достаточно угрожающе. Но в этом случае, они бы точно рассказали о нападении.

Убивать их мне тоже не хотелось. Великой целью можно оправдать всё, что угодно. Однако стоит начать так делать и остановиться уже будет сложно. Сам не заметишь, как окажешься последней скотиной, у которого руки по локоть в крови.

А вот про изменения в полёте и полученную взятку они станут молчать по собственной инициативе. Корректировку маршрута никто даже не заметит — чтобы добраться до Няндомы, мы и так должны были по широкой дуге облететь место падения Столба.

Они снизились над тайгой, когда до Каргополя оставалось чуть больше тридцати километров. Начали искать место, где можно опуститься почти к самой земле, но я попросил просто зависнуть над деревьями и выпрыгнул.

Ещё один плюс ранга «гамма». Ткани организма и его скелет изменились, позволяя выдерживать колоссальные нагрузки. Добравшись же до «лямбды», можно было спокойно прыгнуть с крыши любого небоскрёба и не получить никаких повреждений. Изящно приземлиться при таком раскладе, скорее всего не получилось бы — такое требовало профильных способностей или специальной перестройки тела. Но бахнуться, сделав вмятину в асфальте, а потом выбраться оттуда и отряхнувшись, пойти по делам — запросто.

Вот и сейчас, я проломил с десяток веток, проехался локтем по стволу дерева, немного разодрав куртку и упал на землю. После чего перекатился вбок и помахал пилоту, который наблюдал за мной из кабины.

Не знаю, что они там про меня подумали, но машина развернулась и начала набирать высоту, двигаясь в обратном направлении. Я же подтянул к себе копьё, которое левитировало в стороне, сформировал вокруг самого себя оптическую иллюзию и помчал в сторону Каргополя.

Раньше для того, чтобы преодолеть подобное расстояние, у меня бы ушло не меньше пяти часов. Скорее всего, ближе к шести или семи, если считать время на остановки.

Теперь же я добежал за восемьдесят четыре минуты — специально засёк на хронометре, чтобы зафиксировать. Когда преодолею планку четвёртого ранга и менос окончательно сроднится с моим телом, смогу стабильно держать около семидесяти километров крейсерской скорости. А на десятисекундных отрезках разгоняться до ста двадцати. Изменившееся тело позволит держать и такие нагрузки.

Охрану около Каргополя, само собой выставили. И продолжали укреплять — ревела техника, роющая ров, рубили деревья команды солдат. Власти выбрали их стандартную, для любых непонятных ситуаций, парадигму — изолировать объект, завязав доступ на громоздкую бюрократическую машину. Но в этот раз так не получится — пошли уже третьи сутки с момента падения Столбов и каждый выдёргивал тысячи людей со всего мира, перенося их к себе.

Первую линию постов, я пересёк, почти не притормаживая. Выставленные бронетранспортёры, около которых кучковались солдаты, в основном смотрящие не в сторону леса, а на Изумрудный Столб. Что-то подсказывало — нести тут службу, для них было страшновато.

Вторая линия обороны была уже в самом городе, который покинули все его жители. Тут проблемы тоже не возникло. Всего-то надо было замедлиться и проскользнуть мимо военной техники и солдат.

Потом я добрался до самого столба, который, как и в Шанхае огораживали забором. Только в этом случае из бетонных плит. Закончен он пока не был — я спокойно прошёл через остающуюся дыру.

Внутри периметра была только одна полевая команда. Семь человек, что соорудили из ящиков что-то вроде стола, поставив на него ноутбуки. Подключив к ним какую-то аппаратуру и видимо проводя замеры.

Я же подошёл к поверхности слабо мерцающего Столба, который видимо только недавно поглотил очередную партию будущих Защитников. И подняв левую руку, коснулся его ладонью.

* * *

Изумрудная вспышка выкинула меня прямо на переплетение гигантских корней. Оптическая иллюзия во время переноса спала — такое иногда случалось во время пиковых нагрузок или потери концентрации. Я тут же сформировал её вновь, одновременно смещаясь в сторону. Потом замер, сжимая копьё и готовясь к возможной схватке.

Никого. Только шелестят кроны гигантских деревьев, которые уходят вверх на добрые полсотни метров и летают птицы. Внизу, под слоем корней, что пронизывают воздух, течёт вода. Прозрачная — мути и взвеси по минимуму. Зато полно разнообразных микроорганизмов. Такая же обманчивая ситуация, как с мангровыми лесами в Азии.

Если в такой водичке решит искупаться Защитник, хотя бы второго ранга, для него никаких последствий, скорее всего не будет. Но вот обычный человек рискует подхватить столько всего, что потом придётся долго лежать в больнице.

Именно Изумрудный мир стал причиной нескольких десятков вспышек заражения, во время которых земные вирусы мутировали под воздействием иноземных компонентов и превращались в смертоносные вариации самих себя.

Убедившись, что рядом нет хищников, которые могли бы представлять опасность, я осторожно зашагал в сторону. Судя по лесу вокруг, меня забросило на северный континент. Теперь нужно было определиться с…

Сделав несколько шагов я замер. Столб. Гигантский колосс, уходящий в небо недалеко отсюда. До того его закрывали плотные кроны деревьев, но теперь я видел его в просвет.

Столб был серого цвета. Как и все те, которые мы встречали в двенадцати мирах. У каждого были свои двенадцать Столбов. Более не активных и ничего не делающих. Серые истуканы, которые молчаливо напоминали, что когда-то на этих планетах произошло всё то же самое.

Первое время их активно исследовали. Даже появились специалисты-археологи — команды Защитников, что вели раскопки в мирах по ту сторону и пытались восстановить ход событий. Но всё это быстро развалилось, когда Земля сама утонула во внутренней борьбе.

Ходил упорный слух, что у одного из таких исследователей получилось найти нечто, позволившее пробудить Столб. Якобы он прошёл сквозь него, отправившись в ещё один мир. Но сам тот этого подтвердить не мог — с момента появления этой самой легенды, его больше никто не видел. Независимых свидетелей тоже не было. Только его напарник, который утверждал, что мужчина отправился к Столбу поставить эксперимент, а потом в той стороне засверкало и тот пропал.

Второй Защитник интерпретировал это, как удачный проход на ту сторону. Но на самом деле, там могло произойти абсолютно всё, что угодно.

Упавших Столбов на северном континенте Изумрудного мира было сразу пять — в ориентировании на местности это не слишком помогло. Поэтому я поступил тем способом, который для этой планеты был классическим — поднялся на дерево. Способность позволила быстро добраться до кроны, а вот дальше пришлось по-старинке использовать конечности, чтобы подняться на самый верх.

Проще было добежать до Столба и подняться при помощи способности на его верх. Я забирался на них несколько раз раньше, но если быть честным, каждый такой контакт заставлял нервничать. Поэтому сейчас я предпочёл дерево.

Открывшийся вид сразу подсказал ориентировочную область, в которой я очутился. Восточное побережье. Два пика, которые были видны вдалеке — горы, которые прозвали «Клыками». Сразу за ними — гигантская бухта и уходящий вдаль океан.

Многочисленных теорий, которые пытались объяснить приблизительно идентичный состав атмосферы и схожесть планет, в будущем будет придумано немало. Но фактуры на которую они могли бы опереться ни у одной не имелось.

Сам я склонялся к мысли, что всё это не случайно. Не бывает таких совпадений. Тем более, если предположить, что Столбы, которые имелись в каждом из этих двенадцати миров, ведут ещё дальше. Тогда выходило, что где-то там есть ещё почти полторы сотни таких же планет. А если и на них есть свои Столбы…

Фантазировать на базе этого можно было до бесконечности. Но тратить на это время я естественно не стал. Тем более все версии, которые можно было бы придумать, уже появились в моей голове ранее и были благополучно рассмотрены со всех возможных углов.

Сейчас же, я спустился на серединный уровень кроны и не убирая оптической иллюзии, двинулся дальше. Изумрудный мир был потрясающе красив. Птицы, крылатые рептилии, обезьяны и многочисленные белки разных видов, постоянно сновали туда-сюда.

Громадные реки были полны рыбы, а местные жители, в отличие от ваанов, напоминали людей. Ради справедливости, у расы Красного мира физиология тоже была отчасти схожа с человеческой. Но вот лаффары, которые жили тут, были похожи ещё и внешне. Со своими отличиями, понятное дело. Однако они только усиливали первое впечатление. Стройные девушки с тёмно-бирюзовыми глазами, гладкой кожей и ростом до метра шестьдесят, произвели настоящий фурор.

Потом правда выяснилось, что наций тут сразу несколько, визуально они друг от друга немного отличаются, а на контакт идут только некоторые. Но людей это всё равно не остановило — всегда имелось какое-то количество Защитников, которые приходили сюда в поисках своей ненаглядной. Как французы охотились за индейскими скво, так и эти пытались заполучить кого-то из лафаррок.

Ради справедливости, разница была — им приходилось полностью перебираться в Изумрудный мир. С возможностью в любой момент вернуться на Землю, но всё равно — по сути они эмигрировали.

Когда Со Сан Хёк открыл способность перемещаться группами, без разброса по местности, сюда начали отправляться целыми отрядами. Сотни и тысячи переселенцев, которые хотели попасть в Изумрудный мир и наслаждаться жизнью в единении с природой. Россия даже начала брать с таких пошлину. По пятьсот долларов с каждого, кто желал войти в Изумрудный Столб с целью эмиграции и в составе организованной группы.

Всё это проносилось в голове, пока я скользил с ветки на ветку, осматриваясь вокруг. Природа, опасные красотки с их ревнивыми мужчинами и шикарные пляжи, были не единственными плюсами Изумрудного мира. Тут имелось ещё кое-что интересное.

Заметив крупную обезьяну, которая перемещалась с ветки на ветку, я замер. Вот и вторая, которая выплыла сразу за первой. Третья.

Пропустив их мимо, двинулся следом, стараясь держаться на расстоянии. Эти особи вышли на охоту. Значит рано или поздно вернутся к стае. Которая и была мне нужна.

Если уже быть точным — меня интересовало иное. Большой шторм, который случится как раз здесь, на восточном побережье. Это произойдёт позже и откроет возможность получить большую порцию меноса, сразу перескочив на четвёртый ранг. Может быть даже добраться до пятого.

Ну а пока я хотел воспользоваться возможностью и заполучить ещё одно конкурентное преимущество, которое надолго останется уникальным. Первый шаг к его реализации я уже сделал — отыскал нужных обезьян. Теперь оставалось дождаться, пока те вернутся к своей стае.

* * *

За провал операции по захвату подозреваемого, Елисеева по голове не погладили, понятное дело. Но и наказывать было не за что. Он был лишь заместителем, да и то формальным. А провалилось всё целиком — вины майора тут не было.

Зато наверху сочли, что раз он уже участвовал в процессе — значит именно ему и стоит возглавить сформированную группу поиска подозреваемого. До того момента, никто в МВД об этом не задумывался — всем рулила контрразведка. Но их ослепительного фиаско в аэропорту оказалось достаточно. Сверху дали отмашку и развязали руки остальным ведомствам, которые тут же включились в дело.

Новое назначение обещало неминуемую кару в будущем. С точки зрения Елисеева взять Лагова не получится. Майор уже читал статьи о людях, которые получили сверхспособности. По интернету вовсю гулял ролик с парнем, который смог летать. Не слишком уверенно держась в воздухе, но зато проделывая это весьма быстро. Натуральный супермен, чтоб его.

У Константина наверняка было что-то такого же формата. Невидимость или нечто иное, способное отвести взор, что людям, что камерам.

Само по себе, это уже звучало удивительно. Но куда больше майора смущало другое. Открытые им сделки. Сейчас у него на руках оказались все финансовые документы и офицер мог спокойно их изучить.

Перевод брокеру и быстрый вывод из компании в несколько раз большей суммы, уже был веской причиной для подозрений. Подтвердить их прямо сейчас было сложно — Елисеев хоть и отправил в компанию запрос, но не был уверен, что оттуда ответят. Юрисдикция у них была штатовской и руководство запросто могло потребовать участия в процессе их собственных правоохранительных органов.

Но помимо этого было иное. Отправка денег на счета двух корейских компаний, купленные билеты на паром и поезд, плюс оплата того самого самолёта, на котором он добирался из Шанхая в Петербург.

Картина складывалась, но оставалась абсолютно непонятной. Выходило, что этот Лагов купил билет до Сеула и полетел туда ещё до того, как с неба упали эти колоссы. Заранее провёл платёж в компанию, которая занималась производством холодного оружия и во вторую, что сопровождала такие сделки, если требовался вывоз за рубеж. Для Кореи, где у населения почти нет на руках оружия, грамотное оформление документов было особенно важным.

Можно было бы предположить, что Лагов в самом деле полетел туда за этим. Но уже днём первого мая, спустя четыре часа после Контакта, как стали называть момент обрушения махин, он купил билет на паром и покинул Корею.

Второго мая он уже был в Шанхае и тем же днём улетел оттуда в Петербург. Никаких доказательств у майора не было, но смотря на видео, где оказался запечатлён человек с копьём, который первым оказался на другой стороне, он не мог отделаться от мысли, что это и есть Константин Лагов.

Запросы в обе корейские компании тоже ушли. Но от них ответа он вовсе не ждал. В их стране тоже имелись свои правоохранители, которые наверняка отследили странного иностранца. Просто так делиться информацией они точно не станут.

— Мы его отследили!

Дверь кабинета распахнулась и внутрь ворвался Воткин. Тоже майор, но в данном случае — его заместитель внутри группы.

Посмотрев на него, Елисеев вопросительно приподнял брови.

— Лагова нашли. В смысле куда он делся после аэропорта.

— И куда? — нетерпеливо поинтересовался руководитель группы.

— Вылетели из Петропавловки. Там у них вертолётная площадка есть для туристов. Он уломал на дальний рейс.

Вздохнув, Елисеев откинулся на спинку стула. Заложив обе руки за затылок, взглянул на подчинённого, который ждал нового вопроса.

— Дай угадаю, вертолёт полетел к Каргополю?

— Ну да, — на лице Воткина отразилось лёгкое разочарование из-за того, что начальник так быстро догадался. — Что теперь? Там всё в военных, но у нас карт-бланш от министра. Можем наших послать. Спецназ для захвата.

Иногда Елисееву казалось, что вся структура его министерства не развалилась только чудом. Ну и ещё из-за того, что происходящего внутри никто не видел. Второй майор прекрасно знал, что произошло в аэропорту. Тогда они не смогли взять одиночную цель в замкнутом пространстве, имея многократный перевес в численности. А он ведь даже в боевой контакт не вступал. На открытой местности у них попросту не будет ни единого шанса.

— Вышлем группу наблюдателей. Двадцать четыре человека. Пусть разобьются на смены по восемь и дежурят вокруг «надолбыша» двадцать четыре часа в сутки. На каждом по две нательные камеры. И не то дерьмо, что патрульным выдают, а нормальные.

— Но…

Моргнув, майор сделал такое выражение лица, что подчинённый немедленно заткнулся. Сам же офицер продолжил.

— Людей я отберу сам. Инструктаж тоже проведу лично. Твоя задача — обеспечить транспортную цепочку. Чтобы их туда максимально быстро доставили. В идеале — вертолёты отсюда и прямо до Каргополя.

— А спецназ?

— Ты идиот, Воткин? Давай туда ещё ясельную группу детсада отправим. Пусть они его дракончиками плюшевыми закидают.

Стоящий в дверях офицер непонимающе уставился на командира. Елисеев же раздражённо поморщился.

— Быстрее давай, в темпе вальса! Нельзя допустить, чтобы он далеко свалил. И связь мне со старшим из армейцев в Каргополе, организуй. Кое-что они и без нас смогут сделать.

* * *

Маяк. Вот, что я хотел поставить. Своего рода устройство, работающее на меносе и позволяющее корректировать точку входа. Перемещаясь в Изумрудный мир, мне будет достаточно подумать о том, чтобы оказаться около маяка и задача будет выполнена.

Удобная вещь. Которая помимо всего прочего, позволяла отправиться сюда издалека. Практически из любой точки планеты. Достаточно было хорошенько сосредоточиться. Ну и дождаться, пока менос станет единым целым с моим телом.

С последним серьёзных проблем не предвиделось. Первые сутки уже прошли, а пока я здесь, процесс двигался пятикратно быстрее за счёт высокой плотности меноса в атмосфере, земле и флоре.

Минус был в том, что представители фауны тоже были им пропитаны. Обезьяны, которые были немного схожи с земными гориллами, вернулись к своей стае. Точного названия этого вида я не помнил — тот оказался стёрт из памяти вместе со всеми остальными маловажными деталями.

Зато в памяти имелась точная схема по созданию маяка. Требовалось убить гигантскую змею, которую эти обезьяны повсюду таскали с собой. Примитивный разум у них уже имелся — как считалось, они воспринимали её чем-то вроде живого тотема племени. Постоянно перенося с собой, надёжно зафиксированной и без возможности вырваться.

В случае конфликта между стаями, между собой сражались как раз тотемы. Удобная схема, позволяющая этим обезьянам сохранять ресурсы для противостояния другим видам.

По этой же причине они усиленно откармливали змею, что визуально напоминала громадного удава. В случае схватки с таким же противников, тотем должен был передавить соперника, задушить его и сожрать.

Схема создания маяка была проста. Убить змею и зарыть её череп в нужном месте. После чего перетереть её позвонки в порошок и съесть его. Сначала поедали и всё мясо, но как потом выяснилось, суть не в том, чтобы поглотить абсолютно всё тело «удава» до последнего грамма. Требовалась лишь достаточная порция его меноса, чтобы установить контакт.

Ещё одно очевидное условие — тотем должен был быть старым и сильным. Обычно с этим проблем не было — стаи откармливали свои «талисманы», а те могли жить до трёхсот лет. Нередко становясь настолько сильными, что для успокоения обезьяны регулярно скармливали им листья одного из растений, которые вводили нервную систему змея в состояние полного расслабления. Потому как в противном случае, удержать тотем попросту не вышло бы.

Как мне казалось, змей этой стаи, не так давно сожрал целую прорву этих листьев, которые служили для громадных хищников, своего рода лакомством. Того, что он сам будет способен оказать сопротивление, можно было не ждать.

Зато обезьяны точно будут сражаться. И тут начинались плохие новости — судя по тому, что я видел и ощущал, в стае было два сильных противника. Старый самец, который был вожаком и ещё один помоложе. Пока не претендующий на место лидера, но уже не уступающий нынешнему главе по своим возможностям.

Если отталкиваться от земной классификации, оба дотягивали до второго ранга Защитников. А помочь им могли десятка три особей, которые находились между первым и вторым рангами. Заметно слабее этой пары, но могущих стать серьёзным препятствием.

Разбирайся эти обезьяны в тонкостях применения меноса, меня бы уже давно заметили. Но к счастью свою силу они использовали весьма примитивно. Что позволяло мне оставаться на месте и наблюдать.

О том, что мне может встретиться подобная стая, я попросту не подумал. Поохотиться на них и добыть змею, естественно планировал. Но уже после того, как тут отгремит шторм и я подниму свой уровень. Попасть в нужную локацию, я собирался самым банальным способом — каждый час заново входить в Столб, пока не окажусь в нужном месте. После чего остаться там. Заночевав и подготовив всё необходимое.

Однако упускать подобный шанс я не собирался. Тем более, что у меня была реальная возможность добиться успеха. Меня не видели, что открывало возможность для внезапной атаки.

Стоянка обезьян располагалась внизу. На переплетении воздушных корней деревьев, под которыми плескалась вода. Вниз я спустился в стороне, после чего подобрался по этому ярусу, используя свою способность. А сейчас стоял около ствола одного из гигантских деревьев, смотря на бродящих совсем рядом животных.

Дважды рядом со мной оказывался молодой самец. Один раз даже остановился и принялся крутить головой по сторонам, издавая настороженные звуки. Остальные члены стаи тут же подобрались, но в итоге поднимать тревогу самец не стал и через пару минут все успокоились.

Наконец дождался. Ко мне подошёл вожак. Встал точно на то место, где до него был молодой конкурент и тоже повёл головой. Звуков он никаких не издавал, но поведение говорило само за себя — старый главарь хотел проверить, что именно встревожило молодняк и убедиться, что опасений действительно нет.

Говоря начистоту — они были. Задействовав способность, я поднялся на тридцать сантиметров над сплетёнными корнями и бесшумно придвинулся ближе, держа наготове копьё.

Когда я медленно отвёл оружие назад, готовясь к удару, главарь шумно втянул ноздрями воздух, посмотрев точно в мою сторону. Но сделать уже ничего не успел — в следующий миг копьё пробило его лобовую кость и головной мозг.

Меня тут же тряхнуло от вливающегося меноса, но несмотря на это, вышло удержать оптическую иллюзию. Я даже увёл под неё капли крови, что забрызгали копьё.

Взревевший молодой самец кинулся прямо к лидеру — бой можно было предрешить одним ударом копья. Но в него боком врезался один из старых и опытных членов стаи, откинув в сторону.

Молодого воина он спас. При этом угодил под удар сам — наконечник вонзился в корпус, проделав там солидную дыру и зацепив лёгкое.

Противник резво отпрыгнул назад и взревел, указывая лапой на место, где я стоял. А через секунду заревел вновь, уже совсем в другой тональности. Они привыкли, что раны быстро зарастали — если тебя не разорвало пополам или не повредили головной мозг, значит всё будет хорошо. Тогда как палладий разрушал саму энергетическую структуру, не позволяя ране зажить.

Обезьян склонился к земле, подвывая от боли и заливая пространство кровью. Меня же окружило кольцо из доброго десятка постоянно перемещающихся и рычащих врагов. Снова я немного переоценил свои силы. Воду-то с собой прихватил. Она сейчас была в рюкзаке за спиной. Но вот ничего, что могло бы издать мощный звуковой сигнал, распугав их всех, не взял. Сейчас бы и фейерверк какой-нибудь сгодился.

Противника они до сих пор не видели. Потому атаковать не решались. Я же крутился на месте, следя за ними.

Один из самцов кинулся в сторону тотема, обвязанного лианами. Потрясая кулаками зарычал на двух старых самок, которые дежурили рядом. Те сразу встрепенулись. Потянулись к охапкам листьев, которые лежали рядом.

Среди местной флоры были не только растения, которые вырубали змей, но и те, что моментально возвращали их в бодрое состояние. А старый обезьян судя по всему был тем, кто отвечал за тотем. И справедливо решив, что невидимый враг подходит под определение глобальной угрозы, дал команду разбудить монстра.

На членов племени, которые рождались и росли бок о бок с ним, змей напасть был не должен. Зато любой сильный чужак должен был рассматриваться им исключительно в качестве добычи.

До того я не хотел использовать свою вторую способность. Слишком резким был запах у моей новой крови. Здесь он разнесётся далеко и будет чужим. И в отличие от пустынь Красного мира, тут было полно сильных хищников, которым я могу показаться неплохой добычей.

Но теперь, выбора у меня не оставалось. Миг и из левой руки ударила тонкая нить максимально концентрированной жидкости, которая выходила под безумным давлением.

Чуть поведя кистью, я срезал головы сразу трёх самцов. Располовинил четвёртого. Отсёк руку, плечо и часть корпуса пятому.

Молодой преемник вожака видел, откуда бьёт нить и кинулся прямо ко мне. Наверное рассчитывал напасть сбоку и разорвать. Но я выбросил навстречу правую руку с копьём, вогнав наконечник прямо в его пасть, которая издавала боевой рёв.

Это оказалось последней каплей — стая обратилась в бегство. Правда не вся. Двое затормозили около тотема, которого кормил бодрящей листвой хранитель традиций.

Зря. Пытаться достать их на таком расстоянии кровью, я не стал. Тело передёргивалось от поглощаемого меноса — легко было потерять концентрацию и сделать удар слишком слабым.

Вместо этого я вытащил из-за спины дротик. А в следующую секунду он пробил одного из самцов. Став видимым только после того, как обезьян коснулся его пальцами. Другой вонзился в живот второго из остановившихся противников. Третий, с металлическим наконечником, я уложил точно между лопаток хранителя, который продолжал запихивать в глотку змея бодрящую листву.

Громадный монстр уже начинал приходить в себя. Потому я устремился вперёд и сблизившись, вонзил копьё прямо в его глаз.

Змей оказался ещё сильнее, чем я считал. Меноса в мой организм хлынуло столько, что я едва устоял, буквально повиснув на древке. Перед глазами на момент вообще всё померкло. А оптическую иллюзию всё-таки сняло.

Хорошо, что на тот момент рядом не оказалось врагов. Остатки стаи улепётывали со всех ног. Последний из молодых самцов, который задержался посмотреть, чем всё закончится, кинулся прочь сразу после гибели их условного жреца.

Я рассчитывал стать четвёртым рангом после шторма. Но вполне вероятно, уже добрался до этого значения. Жаль под рукой не было экспресс-теста, чтобы проверить. Те пока не придумали, что создавало некоторые неудобства. И если по поводу ранга «гамма» я был уверен из-за предварительных расчётов и анализа, то вот сейчас сам не знал, на каком уровне силы нахожусь.

Заняться делом мне это не помешало — взявшись за топор, я принялся разделывать змею. Сталь, которая только начала пропитываться меносом, сломалась через тридцать секунд. Раскололась, как стекло. Пришлось использовать в качестве инструмента свою собственную кровь, легко рассекающую кожу и плоть змеи. А для тонкой работы — трофейные ножи ваана. Качество у них было так себе — оба изготовили по примитивной технологии. Но металл был насыщен меносом и они были эффективны в разделке.

Сначала я просто отделил голову от туловища и уложил на землю. Потом вскрыл кожу вдоль позвоночника и принялся вырезать позвонки. Помимо них самих, меня ждал ещё один бонус — три менос-ядра. Концентрированных и наполненных энергией.

Небольшие шарики, которые я мог крутить между пальцами. Можно было поглотить их самому, использовать для лечения больного человека, либо применять для усиления оружия. Ценная вещь. Особенно, если они извлечены из позвоночника настолько мощной твари. Думаю, если скормить все три обычному человеку на Земле, тот вполне может перешагнуть нижний потолок ранга «альфа».

Эту добычу я сложил отдельно — засунул в небольшой чехол, который был пристёгнут к ремню штанов. Вот позвонки, упакованные в пакеты, рассовал по кармашкам.

Взяв в правую руку копьё, а в левую голову, сформировал оптическую иллюзию и поднявшись над поверхностью, двинулся прочь отсюда. Несмотря на то, что старался действовать с максимальной скоростью, кто-то из хищников мог приближаться, привлечённый запахом.

Именно поэтому я уходил при помощи способности, а не бежал. Второй вариант был бы намного быстрее. Но при этом создал вибрации, которые расходились бы по воздушным корням и позволили бы меня выследить.

Остановился я только спустя час непрерывной дороги. Повышение уровня силы сказалось и на развиваемой скорости. Точно оценить я её не мог, но по ощущениям, удалился от места недавней схватки, как минимум на пятнадцать километров.

Причина остановки была прозаична — нашлось подходящее место для установки маяка. Некоторые Защитники называли его якорем. Но я предпочитал маяк.

Все годы, которые Столбы простояли на планете, вёлся поиск вариантов, которые позволили бы сделать то же самое в других мирах. Но там так ничего и не обнаружили. Как предполагали исследователи, дело было в странном симбиозе, который тотемный змей создавал со стаей. Он ведь не нападал на них, даже будучи освобождённым. Чувствовал связь.

По какой-то причине, подобная связь формировалась и между разделённым меносом, которым были пропитаны части его тела. Только в данном случае, по одну сторону «телефонного провода» был Защитник. Получивший возможность перемещаться в одну и ту же точку Изумрудного мира. Или любого иного — если вытащить отсюда голову и зарыть её на любой другой из двенадцати планет, можно будет провернуть точно такую же схему.

Основная проблема — малое количество подходящих мест. Высокая концентрация меноса быстро привлечёт местных животных. Которые с радостью обглодают голову, разломают череп на кусочки и растащат его по норам, чтобы лежать рядом и напитываться энергией. Либо придёт кто-то большой и заберёт голову целиком. А я в следующий раз перемещусь прямо в его логово.

Чтобы избежать подобной перспективы, я и остановился в этом месте, где воздушные корни расходились в разные стороны, открывая доступ к текущей внизу воде.

Тихо спустившись к ней, я погрузился и втиснул череп змеи в основание одного из деревьев. Название, которое ему дали, из моей памяти оказалось стёрто. Но я хорошо помнил свойства этого дерева. Оно маскировало высокую концентрацию меноса. Растение собирало всю энергию в своей сердцевине, что делало его лакомой добычей. Те же обезьяны запросто могли расколотить древесину камнями, чтобы добраться до середины и впитать оттуда хотя бы какой-то процент меноса. Либо просто крутя куски у себя в руках, либо попытавшись банально сожрать.

Из-за этого вся остальная толща древесины маскировала самую ценную часть. Точно так же, дерево укроет и голову тотемного змея, которую я поместил прямо под его корнями, что уходили в грунт. Сначала разрыв влажную почву, а потом снова закопав череп.

Вот и всё. Теперь оставалось растереть позвонки в порошок и съесть. Желательно проделав это за пределами Изумрудного мира. Как бы странно это не звучало, но в таком случае установленная связь будет только крепче.

Поэтому я поднялся наверх и переместился за пару километров от места, где оставил трофей. На всякий случай ещё четверть часа подождал. Заодно использовал одно из менос-ядер, чтобы пропитать энергией своё копьё. Теперь оно стало действительно грозным оружием. Способным при необходимости, легко пробить танковую броню. Или чешую того дракона, которого я убил в Чёрном мире. Хотя, при ударе в его череп, копьё наверняка бы сломалось.

Я бы с удовольствием побыл здесь ещё. Чем дольше я находился по эту сторону, где процесс слияния тела и меноса шёл в ускоренном режиме, тем меньше времени оставалось до его полного завершения.

Однако мне нужно было закончить создание связи с только что установленным маяком. Плюс, проверить как обстоят дела с развёрнутыми позициями на бирже.

Убедившись, что всё же не привлёк внимания самых опасных представителей местной фауны, я ещё раз оглядел окрестности и держа в правой руке копьё, подумал о возвращении.

В этот раз у меня получилось удержать оптическую иллюзию — военные, которые стояли на постах меня не заметили. Зато сам я, с трудом удержал изумлённый возглас.

Прямо за бетонными плитами забора, что были врыты прямо в землю, висел баннер. На вид — обычная рекламная растяжка. Такие во множестве вешают на улицах городов. Если бы не тот факт, что повесили эту конструкцию вплотную к Столбу. А надпись была обращена к конкретному человеку.

«Константин Лагов. Мы не собираемся вас задерживать. Позвоните или напишите по этому номеру. Просто поговорим.»

Номер телефона ниже и правда имелся. Хитрый ход. Такого подхода от силовиков я не ожидал. Похоже среди старших офицеров нашёлся кто-то не с закостеневшим мышлением.

Однако, звонить по номеру я пока всё равно не собирался. Вот потом, когда около побережья пройдёт шторм и я гарантированно достигну пятого ранга, телефон станет отличным каналом связи. А прямо сейчас я планировал убраться подальше отсюда и заняться делами.

Забор почти достроили, так что пришлось использовать способность, чтобы перевалить через бетонные плиты. Заодно обнаружил, что вокруг Столба повесили сразу четыре одинаковых баннера. К которым добавилось ещё столько же, обращённых надписями наружу. Они бы ещё в небе надпись сделали, чтобы я точно не пропустил.

На всякий случай даже поднял глаза наверх. Ничего там не отыскав — до такого фантазия командования не дошла.

Паря над почвой, не оставляя следов прошёл две линии постов. А когда почти добрался до третьей, предвкушая как вот-вот перейду на бег, мир вокруг вдруг окрасился золотом.

Я даже не сразу понял, что происходит. Машинально поднял копьё, готовясь сражаться. Потом золотая пелена рассеялась и ноги ощутили твёрдую поверхность. Золотой Столб, рухнувший в Лондоне, только что переместил меня.

Но самым странным было не это. Я стоял посреди гигантского зала с высоченным, не меньше пятнадцати метров, потолком. А вокруг было не меньше нескольких сотен людей, которые, судя по их поведению, очутились здесь буквально только что.

Проблем было сразу две. Столбы очень редко перемещали внутрь людей целыми группами. И обычно это были команды по два-три человека. Чаще всего заранее знакомых между собой и с крепкой эмоциональной связью.

Что еще более важно — я ничего не слышал о подобном событии. Это могло означать сразу несколько вещей. Но приоритетная версия напрашивалась сама собой. Никто из здесь присутствующих не выжил.