Быстро не получается. Хорошо ещё, что я заранее предполагал что-то подобное. Всё-таки предыдущие эволюции показательны. Трое бесенят и главный бесенок закуклились от одного ритуала, а тут просто масса энергии.

Другое дело — сам Икорь. Каждая следующая эволюция монстрика требует все большей энергии. И сейчас, опережая своих троих подчиненных на две итерации, он один, по идее, должен впитать в себя энергии больше, чем десяток таких бесенят.

Трое подчинённых бесёнка отваливаются кверху животами на половине второго портала. Они буквально не могут пошевелиться, обожравшись до предела. Похоже, эти существа больше энергетические, а не физические. Но чтобы эволюционировать дальше жрать одну энергию недостаточно. Тут нужно что-то ещё. По всей видимости, съеденная энергия помогает им строить новое тело, но и живность они тоже жрут как не в себя. А еще — идея, что найденные в монстрах камни тоже играют во всем этом процессе определенную роль, тоже имеет право на существование. Но тут надо проверять. Времени на это пока нет, но как догадку оставлю.

Продолжаю наблюдать, как бесенята валяются на спине и не могут пошевелить своими небольшими крыльями. Икорь единственный, кто уверенно стоит на лапах. Некоторое время он порыкивает на своих подчиненных, но те не могут встать. Да что там говорить, они даже шевелятся с трудом.

Монстрик хмурит лоб, плюёт на это всё и принимается сам ползать по воздуху, съедая энергию Прорыва, совершенно игнорируя силу притяжения.

С другой стороны — о какой силе притяжения может идти речь в том месте, где за верх, низ, право и лево отвечает воображение? И, видимо, у этих существ оно работает сильно иначе, чем человеческое.

Сожрав энергию второго Прорыва, Икорь как заправский бригадир строителей практически пинками поднимает своих подчинённых. Те, пошатываясь, встают, держатся друг за друга и тихонько пищат.

— И-и-и? — Икорь оборачивается ко мне, мол, что делать?

— Даже не знаю что тебе сказать, — говорю. — Если приведёшь какую-нибудь тварь — могу её завалить, чтобы вам было, что есть. Понимаю, что мясо монстров и энергия порталов — две абсолютно разные субстанции.

Бесёнок не отказывается. Наоборот, Икорь радостно подпрыгивает на месте и молниеносно ныряет в пелену тумана. Спрашивать дважды не приходится, да и мне давно уже понятно, как бесенята относятся к охоте.

Главный бесёнок исчезает, а его подчиненные тут же валятся на землю — прямо там, где и стояли. Перевернуться у них нет сил.

Подхожу ближе и смотрю в их маленькие злобные глазки.

Как бы то ни было, но эти существа меня почти ни во что не ставят. Боятся — да, но при случае с удовольствием перегрызут всё, что смогут. И ведь это удивительно: конкретно я им вроде бы ничего такого не сделал. Видимо, даёт о себе знать внутренняя ненависть к существам нашего мира, которой пышут все монстры Прорыва. И эта ненависть значительно больше, чем любая моя помощь. С этими тварями у меня нет такой истории, как с Икорём.

Хорошенько задумываюсь насчёт того, стоит ли прокачивать этих товарищей. По эволюции они отстают от главного бесёнка примерно на две итерации. Предположим, с полученной от порталов энергией главный бесёнок сможет подняться ещё на одну ступень, так же, как и его товарищи. Но в таком случае сможет ли он их тогда их контролировать? Три сильных твари плюс Икорь, бегающие по всей Академии — не совсем то, что хотелось бы видеть. А ведь порталов, насколько мне теперь известно, значительно больше одного — примерно с полтора десятка, судя по количеству якорей. Прислушиваюсь к ощущениям — меня буквально растягивает в разные стороны. Надо будет сильно задуматься об этом. И в идеале всё-таки придётся с кем-то советоваться.

Ощущаю, как главный бесёнок бежит обратно. Раз бежит с такой скоростью — её, кстати, тоже прекрасно считываю — значит, он не один.

Тут же ставлю сферический щит и достаю револьвер.

Через десять секунд туман выплёвывает громко верещащего Икоря. Следом выскакивает крупное существо, которое раньше вполне могло быть быком, туром или кем-то другим копытным и мощным. Сейчас из-за многослойных наростов и уродливых язв вообще непонятно, что за тварь была изначально.

— Гдах! — Револьвер выплёвывает пулю — и существо ожидаемо подгибает передние копыта. Кубарем катится в нашу сторону. Причём последним перекатом, на излёте, падает прямо на трёх валяющихся без сил бесенят.

Пару секунд ничего не происходит. С интересом наблюдаю, что будет дальше. Сомневаюсь, что монстров Прорыва можно так просто убить, придавив массой.

Ещё немного — и туша измененного быка начинает шевелиться. Через несколько мгновений сквозь неё просовываются грязные, все в крови, головы бесят. Как я и думал — чтобы их раздавить нужно что-то большее, чем огромная туша бывшего жвачного.

Икорь ворчит на своём, недовольно глядя на всю эту картину. А бесенята словно обретают второе дыхание и жрут как не в себя — туша исчезает вместе с костями и со всем остальным. Отворачиваюсь от этого не очень аппетитного зрелища. До этого, с порталами, всё выглядело намного проще.

Чувствую, как меня дёргают за полу плаща. Смотрю — Икорь тянет меня за одежду и показывает на один из карманов, где недавно у меня лежали камни.

— Им для эволюции нужны эти камни? — спрашиваю.

Икорь мелко кивает. Похоже, бесёнок прекрасно понимает всё более и более сложные фразы.

— Тогда мне нужно с тобой поговорить, — обращаюсь к монстрику, а тот внимательно слушает.

— И-и-и? — Вопросительно смотрит на меня.

— Ну, смотри. С тобой мы как-то связаны, это факт, — говорю. — А вот их, — киваю на бесенят. — Я вообще не контролирую.

Икорь стучит себя лапкой в грудь.

— Да, понимаю — ты их контролируешь, — киваю. — Хорошо, молодец. А если тебя не будет рядом? А если ещё что-нибудь случится?

Бесёнок задумывается — и отрывисто кивает. Мол, он серьёзно хочет дать им возможность вырасти.

— Хорошо, дело твоё, — соглашаюсь. — Я дам вам камни — те, что у меня остались.

Бесёнок нетерпеливо тянет лапку.

— Не сейчас, — поясняю. — Они в Академии. Но с одним условием — за своих подчиненных отвечаешь сам. И подумай над моими словами.

Очень сложная конструкция — и надо сказать, что существо к ней прислушивается и на удивление вроде бы даже понимает.

Ждём ещё пару минут — и перемещаемся к последней, третьей зоне порталов.

Похоже, что здесь Икорю придётся справляться в одиночку. Объевшаяся тройка его спутников способна только слегка подпрыгивать и переваливаться с лапы на лапу. Монстрики еле плетутся за главным бесёнком и даже не реагируют на понукание. Икорю приходится несколько раз пользоваться своим золотистым жезлом-молнией под крылом, всаживая энергетическую структуру в спины бесенят — после чего те некоторое время ускоряются и бегут быстрее. Хотя, если честно, бегом это можно назвать с натяжкой. Так, слабая попытка.

Третий прорыв зачищаем сложнее, чем первые два. Очень хорошо, что оставил его напоследок. Даже если бы мы тут не справились — ничего страшного. Третий прорыв не скоро развернется в полноценный, поэтому не переживаю.

А вот на камень Юрия Олеговича у Икоря сил уже не хватило — точнее, не хватило возможности поглотить его энергию. Четыре толстых бесёнка-бочонка ни на шаг не отходят от меня. Похоже, им нужно время или место, чтобы переварить всё то, что они съели. Произвольное место лучше не использовать — даже для них очевидно, что со мной всяко безопаснее. Существа, в отличие от прошлого раза, совершенно не собираются сбегать от меня в туман. Вместо этого они, медленно, подпрыгивая и отставая, ползут за мной. Похоже, собираются добраться вместе со мной до Академии — а там уже провернуть всё необходимое для эволюции или подготовки к ней в безопасном месте. Либо просто переварить всю поглощённую энергию.

Бесенята сейчас больше похожи не на монстриков изнанки, а на объевшихся свинок. Круглых, с крыльями. То количество энергии, что они сожрали, да ещё и та туша, которую подъели по пути, раздувают их в разные стороны. Удивительно: в прошлые разы тот же Икорь словно демонстрировал чёрную дыру в желудке, в которую можно было забрасывать всё, что угодно. А тут до чёрной дыры мягко говоря далековато.

Интересно наблюдать за тем, что предел для этих существ всё же существует, даже если они поначалу кажутся бездонными.

— Я возвращаюсь в Академию, — ставлю в известность бесенят.

Существа поднимают на меня усталые взгляды. Каждый шаг дается им с большим трудом.

— Можете остаться тут, не настаиваю, — говорю им, продолжая путь.

Монстрики со скрипом и жуткими вздохами продолжают плестись за мной. Держатся друг за друга, но при всем желании скорость набрать все равно не получается. Разворачиваюсь и жду, пока они доковыляют. Делаю последний шаг.

Перемещение почти ничем не отличается от предыдущих. Забираю с собой существ и снова хватаюсь за уже знакомое чувство — повторяется та же история, что и с Юрием Олеговичем. Я вполне мог бы бросить бесенят в любой момент времени. Более того, мог бы оставить их на изнанке по отдельности — всех в разных местах. Жутковато.

Как только мы выходим на крышу Академии, мимо меня пролетают тушки бесенят. Успеваю обернуться и услышать их недовольное верещание. Монстрики с хлопком пробивают стену тумана и исчезают. И, похоже, хаос доброжелателен только ко мне, а вот бесят он так не признает. Прорыв подхватывает существ, и те, кувыркаясь, подлетают в воздух и со всего размаху впечатываются в плотную стену тумана, создавая четыре небольших дыры, которые тут же затягиваются.

Прислушиваюсь к ощущениям. По-прежнему ощущаю Икоря и, похоже, тот вполне жив-здоров. Просто именно в этом месте ему не очень рады.

Прикидываю ощущение времени. Надо хотя бы примерно понять, как лучше выходить. По моим соображениям выйду примерно через четверть часа после Юрия Олеговича, Юли и Ариадны.

Чувствую, что Икорь уже в Академии но, на удивление, не в бессознательном состоянии, как бывало во время эволюции. Обычно он сворачивался в кокон, и маяк, по которому я отслеживал перемещение бесенка, практически полностью терялся. Начинаю искать путь обратно. Сейчас, без имперского мага, сделать это несколько сложнее. Это тоже предполагал. Можно сказать, даже рассчитывал, что придется немного поблуждать. Благо, блуждать приходится недолго — достаточно напороться на обрыв стены, как тут же определяюсь с местонахождением двери.

Всего пара шагов, и выхожу, куда надо.

Открываю дверь и делаю шаг в темноту. Она мгновенно сменяется обычным интерьером Академии. Замок словно проступает из темноты.

Только выхожу из двери, как факелы по стенам зажигаются сами собой.

Оглядываюсь. За дверью, там, откуда я пришел, остается темнота. Что там дальше — непонятно. Закрываю дверь.

В самой Академии пространство достаточно зыбкое, и хлопья хмари по стенам не дают об этом забыть. Спускаюсь на пролёт и выхожу к кабинету директора. Поблизости уже никого нет. Видимо, все причастные к нашему недавнему выходу уже нашли себе занятие. Да и Юрия Олеговича, похоже, задерживать не стали.

Спокойно спускаюсь вниз и ещё успеваю увидеть в окно, как поднимается в воздух винтокрыл имперского мага. Наблюдаю буквально несколько секунд, но и этого хватает: по всей видимости, брат директора забрал менталисток и отправился обратно в город.

Что ж, уверен, это к лучшему.

По идее, сейчас уже можно рассчитывать на завтрак. Чувство голода пока не накатило, но при этом не чувствую себя сильно уставшим. Эликсир Пилюлькина действует прекрасно. А вот отсутствие полноценного сна, конечно, сказывается неприятно. Голова варит чуть хуже обычного, а тело будто постепенно наливается свинцом. Главное после всего произошедшего хорошенько отоспаться. Это, конечно, пока не критично, но постепенно замечаю первые звоночки. К обеду точно свалюсь.

В Академии сейчас практически никого нет. Никто меня не встречает, охраны тоже не вижу. В коридорах пусто. Судя по всему, Юрия Олеговича не просто отпустили из Академии, его срочно выдернули в другое место — маг на тропе несколько раз обмолвился о своей занятости.

Спускаюсь на два этажа ниже, прохожу мимо лестницы к столовой и иду к своей комнате. Всё-таки нужно понять, что сейчас происходит с существами. На этой итерации Икорь как раз получил свои зелёные разряды. Монстрики после очередного этапа эволюции, по идее, тоже должны получить новые способности.

Пара минут — и я в своей комнате. С лёгким скептицизмом смотрю на заправленную кровать. По большому счёту, просто хочется на минутку упасть и ни о чем не думать. Но спать? Нет, элексир на некоторое время убирает ощущение сонливости. Тело не согласно — но тут уже неважно. Пока действие эликсира не кончилось, ложиться спать бесполезно. Ничего не поделаешь. Обхожу шкаф.

То, что вижу в ванной комнате, меня совершенно не удивляет. Монстры лежат кверху пузом на тех же местах, где они уже ранее эволюционировали. Раздувшиеся, смотрят в потолок и почти ни на что не реагируют. Икорь лениво машет лапой, но точно так же как и остальные лежит на спине.

— Понятно, — говорю.

Вытаскиваю из шкафа несколько разноцветных камней. Собственно, больше простых камней у меня нет. Может, стоит купить? Кажется как-то видел в информере объявление о продаже.

— Подойдут? — обращаюсь к главному бесёнку, показывая мешок с камнями. Знаю, что он легко определяет, что именно лежит внутри.

Икорь приподнимает голову над раздутым животом и одобрительно ворчит. Что именно — кто ж его знает?

— Ладно. Просто раздам вам по одному, а дальше посмотрим, что из этого выйдет, — решаю. Всё-таки всё складывается в сторону эксперимента. Время нашлось само собой. Почему бы не воспользоваться, раз совсем недавно об этом думал.

Икорь снова ворчит себе под нос и отказывается от камня. Тяжело приподнимается, еле волоча лапки, и двигается ко мне.

Вытряхиваю камни на ладонь. Их осталось не так много, но и те, что остались, не такие уж редкие. Тоже проверял в информере ради любопытства.

При этом интересно, что в предыдущие разы — и в последний тоже — Икорю для эволюции не понадобились камни. Может быть камни нужны для какого-то принципиального скачка? Ладно, поглядим, что из этого получится.

Бесёнок смотрит на меня с удивлением, будто не верит, что ему действительно дают возможность выбирать самому.

— Тогда забирай те, которые нужны, — говорю существу.

Монстрик быстро перебирает коготками и выбирает три разных камня.

— Точно не возьмешь себе? — уточняю.

Бесёнок резко качает головой из стороны в сторону. Потом, переваливаясь, медленно подходит к своим страдающим собратьям. Те и правда почти страдают — если не от переедания, то от чего-то другого. Икорь засовывает каждому в пасть лапу с камнем.

Десять секунд — и я наблюдаю тот самый процесс. Вижу, как именно образуются коконы у этих существ. Первого бесёнка подбрасывает вверх. Тот непонимающе крутит головой за спину и обратно. Выглядит как обычно жутковато. Крылья растопыриваются и, дрожа, медленно укрывают всё существо. С места тот же подкидывается второе существо, потом третье.

Всё происходит абсолютно одинаково, но вокруг каждого монстрика растекается свой еле заметный оттенок. Один подсвечивается красным, другой голубоватым. В общем, оттенки соответствуют цвету камня, заложенному в пасть каждого из монстров. Ещё пара секунд — и существа плотно закутываются в кокон. Ещё немного времени — и первый кокон с треском твердеет. Потом второй и третий.

Всего пара минут — и в моей ванной комнате снова стоят три плотных кокона-яйца.