Сапоги Императора Тита Валерия Севера вязли в раскисшей глине. Дождь прошел еще ночью, но земля на высоком холме, нависающем над излучиной реки, никак не хотела просыхать. Позади, укрытая плотным кольцом преторианской гвардии, развернулась ставка. Огромные походные шатры, снующие адъютанты, хриплые команды центурионов, доносящиеся снизу.

Тит смотрел на мутную воду реки. Он решил возглавить это сражение лично. Решение не спонтанное, а продиктованное голой необходимостью. Несколько дней назад курьер доставил короткое послание от Валерии: она отправляется к линии фронта вместе с эквитом Корневым по реке. Принцесса писала без лишних эмоций, гарантируя «серьезную огневую поддержку» со стороны Федерации.

Император тогда долго вертел пергамент в руках. Поддержка — это отлично. Вот только доклады имперской разведки говорили об обратном. Никаких крупных сил, никаких многотысячных колонн «зеленых» через ту единственную арку, что они контролировали, на эту сторону не проходило. Разведчики уже неплохо могли классифицировать то, проходило через Врата. И это по большей части был грузовой транспорт. Пара сотен бойцов, несколько боевых машин — да, это большая сила, но не для прорыва эшелонированной обороны малоран. Как Корнев собирался оказывать «серьезную поддержку» с реки, оставалось для правителя загадкой.

Тем не менее, Тит рисковал.

Справа от императорского шатра, на небольшой расчищенной площадке, кипела совершенно иная, чуждая этому миру жизнь. Группа связистов «зеленых», прибывшая сюда еще на рассвете, развернула свой узел. Жужжал компактный дизель-генератор. Трое парней в пятнистом камуфляже настраивали черные ящики с мигающими лампочками и разворачивали какую-то сложную паутину из металлических трубок, направленную в серое небо. Тит наблюдал за ними краем глаза. Никакой суеты, никаких лишних движений. Работали молча, понимая друг друга с полуслова.

От группы отделился один из связистов. Парень подошел к границе оцепления, дождался кивка центуриона и направился прямо к Императору. Вскинул руку к виску в их резком приветствии.

— Ваше Императорское Величество, — с сильным акцентом, но абсолютно понятно произнес связист. — Разрешите доложить.

Тит медленно повернулся, запахнув тяжелый плащ.

— Говори.

— Группировка наших сил задерживается, — связист сверился с записями на светящейся дощечке. — Прибытие в заданный квадрат смещается на два часа.

Брови Императора сошлись на переносице. В военном деле два часа могут стоить легиона.

— Причина? — сухо спросил Тит.

— Небольшое сопротивление противника ниже по течению. Наткнулись на заслон ушастых. Пришлось потратить время на зачистку. План операции не меняется, все договоренности в силе.

Тит молча кивнул. Связист развернулся и так же технично удалился к своим мигающим ящикам.

— Небольшое сопротивление, — мысленно усмехнулся Император. Ушастые не ставили «небольших» заслонов на реке. Они перегораживали фарватер цепями, ставили на берегах тяжелые баллисты и сажали магов воды. Если «зеленые» просто потеряли там два часа, а не пошли на дно, это уже внушало осторожный оптимизм.

Правитель чуть повернул голову, жестом подзывая легата Прокула. Седой ветеран мгновенно оказался рядом.

— Все готовы?

— Так точно, доминус, — легат ударил кулаком в нагрудник. — Четыре полнокровных легиона готовы к сражению. Плюс пять тысяч вспомогательной пехоты на флангах.

Прокул чуть замялся, покосившись в сторону правого крыла лагеря.

— Сильваны тоже на позициях. Десять магических колен.

Тит поморщился, словно у него заболели зубы. Сильваны… Местные эльфы, давние вассалы Империи. Выбить из них эту магическую поддержку стоило правителю немало сожженных нервных клеток. Их магистр, надменный ублюдок в расшитой золотом мантии, ныл в столице битых сорок минут. Требовал гарантий, жаловался на истощение резервов, просил снизить квоты на рекрутский набор.

По факту, Империя сейчас балансировала на тонкой грани. Тотальная мобилизация вымывала из провинций мужиков. Вспыхивали локальные бунты. Чтобы собрать этот ударный кулак здесь, на реке, Титу пришлось вытряхнуть личную казну семьи, оплачивая лояльность на местах и закупая провиант втридорога. Если сегодня они не отбросят малоран, завтра начнется гражданская война. Вся надежда строилась на том, что союз с Федерацией — не блеф, а реальная сила, способная переломить хребет врагу.

И в центре этой политической рулетки внезапно оказалась Валерия.

Император позволил себе короткую, холодную усмешку, вспоминая доклады Оффиций. Как только по Сенату поползли слухи о том, что младшая принцесса лично ведет дела с командиром чужаков, патриархи старых родов резко возбудились. Седалищный нерв римской аристократии работал безотказно. Почуяв, откуда дует ветер власти и новых ресурсов, они косяками потянулись в приемные Императора. Намекали на родство, предлагали своих сыновей в мужья Валерии, сулили горы золота за поддержку их кандидатур.

Тит держал паузу. Он делал задумчивый вид, принимал дары, но молчал. Если сегодня эквит Корнев покажет товар лицом, вопрос с замужеством решится сам собой, и никакие сенаторы тут уже не пискнут. А то, что эквит кого-то пристрелит из очередной грязной интриги, так это не беда. Одним больше сенатором, одним меньше…

Размышления прервал тот же связист.

— Ваше Величество! — он подскочил к Титу и протянул ему черные наушники с микрофоном. — На связи принцесса Валерия.

Тит внутренне подобрался. Ему хотелось вырвать эту пластиковую дрянь из рук солдата и немедленно узнать, что стряслось, но лицо Императора осталось непроницаемым. Он медленно, с достоинством взял наушники, нацепил их на голову, поправляя жесткий ободок.

Сквозь треск статики прорвался голос дочери.

— Отец! Ты меня слышишь?

Голос Валерии звучал непривычно. В нем не было привычной холодной сдержанности.

— Слышу тебя, Валерия, — спокойно ответил Тит. — Все в порядке? Ваша задержка не вызвала особых проблем?

— Каких проблем⁈ — почти закричала принцесса. Тит даже чуть отстранил наушник от уха. — Отец, мы задержались из-за штурма!

Император нахмурился. Брови сошлись на переносице.

— Какого штурма? Вы шли по реке.

— Бракара Аугуста, отец! — голос дочери сорвался на восторженный выдох. — Город снова наш! «Зеленые» взяли его за одну ночь! Вырезали гарнизон малоран подчистую!

Тит замер. Легат Прокул, стоявший рядом и слышавший только реплики Императора, напряженно вглядывался в его лицо.

Бракара Аугуста, крупный портовый город ниже по течению, который малораны захватили несколько месяцев назад, был ключом от региона. Тит планировал осаждать его полгода.

А чужаки взяли его мимоходом за одну ночь. Просто потому, что город стоял у них на пути.

— Как такое возможно⁈ — прошептал Тит. На мгновение маска невозмутимого правителя дала трещину. Взять укрепленный порт без тяжелых осадных машин, без долгих недель подготовки рвов и валов?

Ответом ему стал не голос дочери, а звук. С той стороны реки, где в густом лесу располагался авангард малоран, раздался дикий, пробирающий до костей рев.

Тит резко поднял голову. Из-за крон деревьев на вражеском берегу в серое небо взмыли три гигантские багровые драконы. Крылатые твари тяжело лопатили воздух, набирая высоту. Они явно почуяли угрозу, приближающуюся по руслу.

— Смотри в небо, отец! — пробился голос Валерии в наушниках.

Император перевел взгляд левее, туда, где река делала крутой изгиб, скрываясь за высокими, заросшими соснами холмами.

Из-за этого изгиба, снизу вверх, вырвался огненный росчерк. Он шел с пугающей скоростью, оставляя за собой густой белый шлейф дыма. Наездник ушастых попытался заложить вираж. Тварь дернулась вправо, складывая крылья, но бесполезно. Огненный шар догнал ящера.

Вспышка и глухой, раскатистый удар грома докатился до римских позиций секундой позже. Дракона просто разорвало в клочья. В реку полетели ошметки чешуи, куски горящего мяса и обломки седла. Оставшиеся два ящера в панике разлетелись в разные стороны.

Оба берега мгновенно пришли в движение. В стане малоран завыли рожки, пехота начала спешно строиться, прикрываясь щитами. Римские легионы на холмах синхронно ударили мечами в скутумы, приветствуя смерть врага.

В наушниках Тита щелкнуло. Голос дочери пропал, сменившись мужским баритоном.

— Ваше Императорское Величество.

Говорили на чистой латыни, без малейшего акцента. Сомнений не было.

— Слушаю тебя, эквит, — Тит выровнял дыхание, возвращая себе самообладание.

— Готовьте легионы к переправе, — спокойно, словно заказывал обед в таверне, произнес капитан. — Мы обеспечим прикрытие. Уничтожим береговые укрепления и подчистим плацдарм от магов.

Император скользнул взглядом по серому небу.

— Я не вижу ваших стальных птиц, эквит. Вы планируете атаковать с воды? Это самоубийство, у них там маги земли и тяжелые скорпионы.

В наушниках раздался короткий смешок.

— Сегодня у нас другая музыка, Ваше Величество, — усмехнулся Корнев. — Ждите отмашки. Конец связи.

Тит стянул наушники и швырнул их связисту.

— Прокул! — рявкнул Император. — Передовым когортам приготовиться! Магистра сильванов ко мне, живо!

Генералы Рима не стали изобретать велосипед. Тактика переправы под огнем всегда стоила рек крови, поэтому решили использовать наработки самих ушастых. Десять десятков эльфов-сильванов, в своих зеленых мантиях, выстроились у кромки воды. Их задача была простой и одновременно смертельно опасной — заморозить участок реки, создав ледяной мост для тяжелой пехоты, пока враг отвлечен.

Маги подняли посохи, вода у берега начала покрываться белесой коркой.

— Чего мы ждем, мой Император? — тихо спросил Прокул, нервно сжимая рукоять клинка. На той стороне малораны уже выкатывали из леса тяжелые машины.

Тит молча поднял руку и указал пальцем на изгиб реки.

Вода там вспенилась. Из-за мыса на широком плесе показался первый силуэт. За ним второй, третий. Всего пять кораблей.

Римские легионеры, привыкшие к пузатым триремам с рядами весел и парусами, ошеломленно замерли. Эти посудины не имели ни того, ни другого. Низкие, хищные, окрашенные в матовый серый цвет. Они резали воду с пугающей скоростью, оставляя за собой высокие белые буруны.

Тит поднес к глазам подаренный бинокль. Оптика приблизила головной корабль.

Гладкая стальная броня. Башни на носу и на корме, подозрительно напоминающие те, что стояли на железных повозках чужаков. На мачтах крутились какие-то решетки.

— Стальные корабли, — с какой-то философской обреченностью произнес Тит, опуская бинокль. — Почему я не удивлен.

Пять ракетных кораблей проекта Буян-М бодро шли по водам нового мира. Вокруг них настоящим москитным флотом двигались быстроходные катера серии «Раптор».

— Разве этого достаточно, чтобы взять штурмом укрепленный берег? А тем более город? — выразил общее сомнение легат Прокул. В его понимании морской бой — это таран и абордаж.

Малораны на том берегу, видимо, подумали так же.

Один из высших магов ушастых, стоявший у самой кромки воды, вскинул руки. С его пальцев сорвался сгусток концентрированной плазмы размером с арбуз. Плетение понеслось над водой, целясь в ближайший скоростной катер, который заложил крутой вираж, пытаясь уйти с линии атаки.

Римляне затаили дыхание. Плазма прожигала дубовые борта галер насквозь.

За мгновение до попадания над легким катером вспыхнул прозрачный синий купол. Плазменный шар врезался в него, растекся зеленым пламенем и… погас, не причинив судну никакого вреда. Хвостатые артефакторы, сидевшие в Новом Арзамасе, работали на износ, под пылающим взглядом Тиссы. В корпуса земных лодок были намертво вмонтированы сапфиры с барьерными плетениями.

Ответ последовал незамедлительно.

На носу катера ожил роторный пулемет. Грохот хлестнул по ушам даже на холме Тита. Огненная трасса прочертила линию над водой и ударила в мага малоран.

Ушастый рефлекторно выставил личный щит. Для тяжелых бронебойных пуль этот барьер оказался не прочнее мыльного пузыря. Защиту пробило моментально. Мага просто разорвало на куски, отбросив то, что осталось, на десяток метров вглубь леса.

А затем берег атаковал весь флот. За дело взялись реактивные системы. С воем и шипением десятки снарядов сорвались с направляющих. Огненный шквал накрыл позиции малоран сплошным ковром разрывов. Лес на том берегу превратился в бушующий огненный шквал. Земля летела вперемешку с деревьями и кусками тел.

— Мой Император… — легат Прокул сглотнул, глядя на этот филиал ада. — Лед готов.

Тит оторвал взгляд от горящего берега и посмотрел вниз. Сильваны закончили работу. Река на широком участке была скована толстым слоем магического льда.

— Трубите наступление, — приказал Тит, — Добьем то, что от них останется.

Принцесса Валерия стояла на ходовом мостике головного ракетного корабля, вцепившись побелевшими пальцами в стальной поручень. Глаза девушки лихорадочно блестели. Она буквально упивалась зрелищем.

Кромка берега, где еще десять минут назад в два ряда стояли укрепления малоран, сейчас представляла собой перепаханную, дымящуюся пустошь. Трупы врагов валялись вповалку, смешанные с землей и бревнами.

Рядом с Валерией сидел боец в камуфляже. Парень постоянно что-то негромко, монотонно диктовал в микрофон, называя непонятные цифры. Валерия уже немного понимала систему. Корректировщик связывал флот с тяжелой наземной артиллерией «зеленых», которая била откуда-то почти из-за горизонта, накрывая вторую линию обороны ушастых в глубине леса. Каждое слово этого парня с рацией оборачивалось новым огненным смерчем на том берегу.

Земля на том берегу вставала на дыбы. Да, это не шло ни в какое сравнение с тем филиалом абсолютного конца света, который армейцы устроили вокруг Врат малоран, стирая в пыль целый лагерь. Но здесь, на узкой полоске прибрежного песка, и этой огневой мощи хватало за глаза. Осколочно-фугасные снаряды перемалывали первую и частично вторую линию обороны ушастых в кровавый винегрет. Остовы осадных машин разлетались в щепки. Пехота, лишившаяся магических барьеров, просто переставала существовать как вымпел.

А легионы Рима уже пришли в движение. Тяжелая пехота с ритмичным стуком сапог хлынула по намороженному сильванами ледяному мосту. Им оставалось только добить оглушенных, истекающих кровью остатки вражеских сил.

На мостике было довольно тесно. Из лишних кроме самой принцессы, корректировщика и невозмутимого эквита Корнева, здесь находился весьма пестрый контингент. Пятеро хвостатых, включая старую лесную ведьму Ил’ду. Старейшина стояла у стекла, опираясь на свой посох, и ее кошачьи глаза жадно фиксировали каждый взрыв. Рядом переминалась Тисса, а в углу, благоразумно усаженный на прикрученный к палубе металлический стул, возвышался аштари по имени Орди.

Трехметрового гиганта усадили специально. Во-первых, чтобы горный вождь не пробил макушкой стальной потолок при качке. Во-вторых, с этого места ему было исключительно удобно смотреть через панорамные окна на то, как горит берег ушастых. Судя по мстительному оскалу Орди, зрелище полностью окупало все неудобства поездки на железной посудине.

Валерия перевела взгляд на Корнева. Капитан стоял спокойно и флегматично оценивал результаты артналета.

Только сейчас, глядя на полыхающий берег и невозмутимого эквита, принцесса до конца поняла, зачем хитрый дипломат Асатьев так настойчиво рекомендовал ей прокатиться по реке вместе с женихом. Вчера в штабе, за маской показной усталости землянина, она четко разглядела раздражение именно ее персоной. Асатьев устал торговаться за каждый процент пошлин. И вот он — ответ дипломата. Изящный, брутальный и максимально наглядный.

Демонстрация того, что будет с теми, кто не настроен договариваться с Федерацией на их условиях.

А еще Валерия вспомнила ехидные слова дипломата, брошенные ей в спину перед самой посадкой на корабли. «Прокатитесь, Ваше Высочество. Заодно своими глазами увидите приданое эквита».

Приданое… Она тогда надменно фыркнула, посчитав это неудачной шуткой торгаша. Но приданое оказалось, мягко говоря, неожиданным и масштабным.

Когда Валерия увидела на оперативной карте капитана маршрут движения флотилии, ей захотелось сильно и с наслаждением ударить того, кто прокладывал курс. Маршрут пролегал аккурат мимо Бракара Аугуста — крупного римского порта, захваченного малоранами несколько месяцев назад. Ушастые превратили город в неприступный бастион. Пройти мимо него по реке казалось чистым самоубийством.

А в итоге она стояла в рубке как в трансе, не веря собственным глазам. Флотилия лишь слегка сбавила ход, а с кормы с шипением сорвались огненные столбы. Сначала были ракетные пуски, затем в дело пошли реактивные систем залпового огня, которые накрыли восточную часть города сплошным ковром. Мощные защитные барьеры ушастых, призванные держать осаду легионов месяцами, лопнули под ракетным ударом буквально за три минуты.

Ушастые попытались огрызнуться с воздуха. Три дракона тяжело поднялись с площадей, разевая пасти для плазменного выдоха. И тут же ударили зенитные ракеты. Валерия, затаив дыхание, наблюдала, как в воду один за другим падают горящие туши ящеров, поднимая тучи пара.

Город был взят, вернее, превращен в кровавую кашу в восточном секторе, лишен обороны и полностью деморализован. Пехоте «зеленых» оставалось только зайти и провести зачистку. Вот такое приданое. Город, который Империя готовилась осаждать минимум полгода, вернули за одну короткую ночь.

Но, если быть до конца честной с самой собой, больше всего в этой поездке принцессу Третьего Рима радовала совершенно иная, крошечная, но поистине волшебная вещь.

Таблетки от укачивания.

Еще в самом начале пути Валерия готова была умереть прямо на палубе. Как только корабли вышли на широкий участок реки и попали в зону небольшой, но мерзкой грозы с порывистым ветром, началась не шибко сильная болтанка. Для корабля это было легкое покачивание, но для организма принцессы, выросшей в седле и никогда не ходившей по «большой воде», это стало филиалом пыточной.

Корабельная качка, которую кроме нее на корабле вообще никто не замечал, убивала Валерию похлеще направленных магических плетений. В какой-то момент она просто легла пластом. Лицо приобрело отчетливый зеленый оттенок, кожа покрылась мурашками, а желудок пытался вывернуться наизнанку при каждом крене судна. Воительница, не моргнув глазом рубившая врагов мечом, сейчас чувствовала себя абсолютно беспомощным балластом.

Именно тогда к ней подошел Корнев. Капитан посмотрел на скорчившуюся гордость Империи, усмехнулся и протянул пластиковую упаковку с маленькими белыми таблетками.

— Пей, Ваше Высочество, — буднично посоветовал он, подавая фляжку с водой. — А то заявишься пред ясные очи папаши в состоянии крокодила Гены. Цвет лица уже почти совпадает, осталось гармошку найти.

Валерия не знала, кто такой крокодил Гена, да и сил возмущаться наглому тону не было. Она просто проглотила спасительную химию.

И когда спустя полчаса дурнота отступила, мир перестал вращаться, а желудок наконец-то успокоился, Валерия была готова расцеловать капитана при всей честной компании. Спасение ее гордости стоило дороже любых завоеванных городов. Заявиться на встречу с отцом и победоносными легионами, изрыгая завтрак на стальную палубу — от такого позора она бы не отмылась до конца своих дней.

Двигатели корабля сбросили обороты, переходя на низкий гул. Флотилия приближалась к пологому правому берегу.

Там, окруженная плотными рядами преторианцев, уже ждала римская делегация. Пурпурные плащи генералитета резко выделялись на фоне серого песка.

Валерия выдохнула, привычным жестом поправила перевязь меча. И, не удержавшись, украдкой бросила короткий, оценивающий взгляд на Алексея. Капитан поправлял ремень закинутого за спину автомата, отдавая последние указания по рации. Он не красовался, не поправлял судорожно амуницию перед встречей с Императором. Просто делал свою работу. В этом спокойном, лишенном показного пафоса профессионализме было что-то, что цепляло воительницу сильнее любых красивых речей придворных ухажеров.

Этот короткий, сугубо женский взгляд не остался незамеченным.

На берегу Тит Валерий Север, внимательно наблюдавший за подходом катера через подаренный Корневым бинокль, удовлетворенно ухмыльнулся. Он отлично прочитал язык тела собственной дочери. Валерия, переведя взгляд на берег и заметив эту отцовскую ухмылку, знатно покраснела, чувствуя, как кровь приливает к щекам.

Катер мягко, с глухим скрежетом ткнулся стальным носом в песчаную отмель. Корнев не стал ждать, пока матросы кинут сходни. Он спрыгнул на берег первым, его берцы хрустнули по влажному грунту. Капитан развернулся и протянул руку Валерии.

В любой другой ситуации, в дворцовых залах или на плацу, принцесса бы возмущенно фыркнула и проигнорировала жест, ей не нужны сиделки. Но сейчас, под пристальными взглядами сотен легионеров, генералитета и лично отца, она не стала играть в ломовую лошадь. Валерия изящно оперлась пальцами на широкую, затянутую в перчатку ладонь Алексея и легко, без малейшего напряжения спустилась на песок.

Улыбка Тита стала еще шире. Император не скрывал своего удовольствия.

Парочка двинулась вперед. За их спинами с катера спустились пятеро разведчиков «зеленых» в полной боевой выкладке, рассредоточившись по фронту.

Преторианцы расступились, образуя живой коридор. Римские легаты и трибуны молча пожирали глазами чужаков в пятнистой броне, чье оружие сегодня решило исход целой кампании.

Корнев остановился в трех шагах от Императора. Капитан четко, по-уставному вскинул правую руку к виску, отдав воинское приветствие. Никаких поклонов или припаданий на колено.

Тит Валерий Север сделал ответный шаг вперед. Он не стал тратить время на долгие дипломатические расшаркивания. Правитель обвел широким жестом руки догорающий вражеский берег на той стороне реки и громко, так, чтобы его слова разнеслись над рядами гвардии, произнес:

— Победа за вами, эквит! Причем дважды за одни сутки!

Император посмотрел на смущенную Валерию, затем перевел хитрый, по-настоящему отцовский взгляд на Корнева.

— Не такого ли избранника для дочери желает каждый отец?

Дамы и господа! Мужики и мадамы!

Подошел к концу четвертый том цикла. Я крайне признателен и благодарен вам за столь пристальное внимание к произведению и большому количеству комментариев, которые помогают допиливать сюжет напильником до нужной кондиции. Следующий том в идеале выйдет в понедельник-вторник.