В тот же день, ближе к двум часам, я закрыл папку и вызвал такси до старого строительного рынка. Михалыч обещал ждать у служебного въезда, но приехал намного раньше, поэтому успел поругаться с молодым охранником из-за того, что тот не разрешал ему курить под шлагбаумом.

Старик выглядел значительно лучше, чем при нашей прошлой встрече. Опрятно оделся, пусть и в старую одежду (что неудивительно с его «новым» образом жизни), а седую бороду подровнял. В левой руке Михалыч держал потёртую папку, а правой рукой сжимал свернутые распечатанные схемы.

Я вышел из машины и первым делом посмотрел на руки своего нового коллеги. Пальцы у него слегка подрагивали, но это было не похмелье, скорее из-за волнения и дешёвого кофе, запах которого я почувствовал еще на расстоянии нескольких шагов.

— Ты почему так долго, Максим, я здесь уже больше двадцати минут, — проворчал старик вместо обычного приветствия, кивнув в сторону охранной будки. — У них единственная камера на въезде и смотрит в стену, а шлагбаум при желании можно поднять руками. Очень надежный объект, ни один нарушитель не пройдет, потому что просто умрёт от смеха.

— Я приехал ровно к назначенному времени, секунда в секунду, — спокойно ответил я, крепко пожав его мозолистую руку. — Ты мне лучше скажи, как себя чувствуешь?

— Чувствую себя как инженер, которого после долгого перерыва наконец позвали посмотреть на грандиозный бардак, то есть чувствую себя просто прекрасно, — Михалыч коротко усмехнулся. — Ты мне только подробно объясни, куда именно мы направляемся, потому что в твоих бумагах указаны сразу четыре объекта.

— Вот именно с этого склада мы сегодня и начнём нашу работу, так как он снабжает все рестораны Виктории, — я забрал у него чертежи. — По официальным бумагам этот склад считался самым простым и беспроблемным объектом, именно поэтому там последние пять лет никто не проверял внутренние сети.

Михалыч хмыкнул.

— Если какой-то объект в отчетах называют простым и беспроблемным, это означает только одно, туда уже давно боятся заходить трезвые специалисты.

— Вот мы как раз и проверим, насколько ты у нас трезвый и квалифицированный, — ответил я.

Старик перестал улыбаться и насупился. На его лице на секунду проступила обида человека, которого долгое время считали пропащим алкоголиком.

— С самого утра ни единого глотка, если ты клонишь к этому, Максим.

— Я вообще не спрашивал тебя, пил ли ты сегодня, я просто предупредил, что буду проверять твою работу точно так же, как проверяю любого другого мастера в своей бригаде, — я посмотрел ему в глаза, чтобы он понимал, я говорю серьёзно.

Михалыч несколько секунд молча смотрел на меня, обдумывая услышанное, а затем понимающе кивнул головой.

— Всё правильно говоришь, Максим, именно так дела и делаются, так что проверяй меня сколько угодно, я работы не боюсь. Только учти, если ты сам на объекте начнёшь нести какую-то ерунду, я тоже молчать в тряпочку не стану.

— Именно ради этого я тебя и позвал, мне соавторы для глупостей не требуются, — ответил я.

Складской комплекс находился в промышленной зоне, и пока мы шли Михалыч начал засыпать меня вопросами. Его не интересовало, сколько именно заплатит нам Виктория, его волновали технические параметры. На половину его вопросов в документах не было никаких внятных ответов, и это обстоятельство начинало раздражать старого инженера.

— Здесь даже нет элементарной схемы распределительного щита, — пробормотал он. — Они просто написали общую выделенную мощность на всё здание и теперь считают, что ток сам как-нибудь догадается, в какую сторону ему правильно течь. Кто вообще проводил этот аудит до нашего прихода?

— Виктория сказала, что обычно сотрудничала с Глебом из «Элит-Комфорт», — ответил я, наблюдая за его реакцией.

Я знал, что старик его помнит, но мне было интересно, сможет ли вспомнить сейчас, после того, как столько пил.

— А-а-а, это тот самый Глеб? — протянул он. — Знаю, знаю, виделись как-то, будто это было в прошлой жизни.

Именно так оно и было, Михалыч. Именно так и было.

— То есть вы знакомы? — уточнил я. — Можешь что-нибудь о нём рассказать?

Старик хрипло рассмеялся.

— Да что тут рассказывать, Максим, — пробормотал он, покачав головой. — Жук он тот ещё. Вроде бы мозги и руки имеются, а всё своё давит. Ну, то есть, любит кое-где сфилонить, кое с кем договориться, чтобы всё выглядело презентабельно. Вот только потом оказывается, что через месяц-два всё то, что ставил Глеб, летит к чёртовой матери. А главное, знаешь, он ведь до сих пор на своем тепленьком месте сидит. Вот я и говорю, хитрый он жук.

— Ну, почему-то я так и думал, — ответил я и усмехнулся.

Снаружи складской комплекс выглядел вполне аккуратно и современно, это было светлое одноэтажное здание с красивой вывеской. У входа нас ждал дежурный охранник, который заранее получил наши данные от Виктории и после быстрой сверки документов молча пропустил нас. В вестибюле нас встретил заведующий складом, плотный мужчина лет пятидесяти по имени Сергей.

— Виктория Игоревна мне звонила и приказала провести вас по всем помещениям, но учтите, что у нас объект рабочий, люди постоянно разгружают товар, так что под ногами у рабочих вам лучше не путаться, — предупредил он сухим тоном, неохотно пожимая мне руку.

— Если мы будем путаться у ваших людей под ногами, это означает только одно, у вас неправильно организованы проходы и зоны разгрузки, — спокойно ответил я. — Для начала мне понадобятся электрощитовая и любые помещения, где ранее замечались следы протечек или стояли временные обогреватели.

— У нас на складе вообще ничего не течёт, — буркнул Сергей, отводя взгляд в сторону.

— Вот и отлично, тогда мы закончим наш осмотр гораздо быстрее, чем вы думаете, — ответил я, жестом предлагая ему показывать дорогу.

Сергей почему-то не обрадовался моим словам, но молча развернулся и повёл нас вглубь помещения. Внутри ангара всё тоже выглядело вполне прилично, если смотреть перед собой и не заглядывать в темные углы. Здесь хранились горы дорогой посуды и кухонной утвари, а в самом дальнем углу гудели три холодильные камеры.

Первые проблемы мы обнаружили буквально в десяти метрах от главного входа, один из пожарных проходов был завален картонными коробками. На стене прямо за этой горой висел огнетушитель, добраться до которого можно было только после разборки этих завалов.

— Это мы временно сюда сложили, буквально сегодня утром пришла машина с товаром, и рабочие ещё не успели всё разложить по местам, — начал оправдываться Сергей, заметив мой пристальный взгляд.

Михалыч достал карандаш и постучал им по одной из нижних коробок.

— Судя по слою серой пыли, ваша машина пришла где-то в начале марта, не раньше.

— Мы сегодня же всё переставим, — недовольно буркнул заведующий, скрестив руки на груди.

— Я даже не сомневаюсь, Сергей, обычно после пожара переставлять вещи становится гораздо удобнее, потому что свободного места появляется намного больше, — я сделал несколько снимков завала, отметил место на схеме и попросил освободить проход в течение часа. Пока это было мелкое нарушение, но именно из таких мелочей потом и возникают реальные проблемы.

Чем дальше мы продвигались, тем интереснее становилось наше исследование. Возле зоны упаковки стоял промышленный запайщик, который был подключен через обычный удлинитель. В этот же самый удлинитель умудрились воткнуть чайник и зарядку для складского погрузчика. Тонкий провод лежал поперёк прохода, его явно многократно переезжали, из-за чего на изоляции в нескольких местах уже появились трещины.

Я присел на корточки, стараясь не прикасаться к опасному кабелю, и внимательно осмотрел корпус розетки на стене, который вокруг контактов уже пожелтел и пошёл мелкими пузырями.

— Это безобразие у вас тоже только утром появилось? — спросил я, показывая заведующему на плавящийся пластик.

Сергей неловко почесал затылок и отвёл глаза в сторону, понимая, что отпираться глупо.

— У нас в этой зоне просто розеток не хватает, запайщик мощный, а местный электрик ещё две недели назад обещал протянуть сюда дополнительную линию.

— И когда он собирался это сделать?

— Ну, обещал на следующей неделе заняться, как время свободное появится.

Михалыч провел своим пальцем по слою пыли на корпусе удлинителя и продемонстрировал заведующему грязную подушечку пальца.

— Очень длинные две недели у вас, уважаемый. Какая общая нагрузка сейчас на этой точке?

— Да обычная там нагрузка, как у всех, ничего особенного, — Сергей пожал плечами, явно не понимая ситуации.

— Обычная нагрузка, это не технический термин и не единица измерения, — сухо оборвал я его. — Какая точная мощность у этого запайщика?

Заведующий этого, конечно же, не знал. Я нашёл табличку на задней стороне прибора и сфотографировал. Даже без замеров было очевидно, что провод работал на пределе возможностей и мог вспыхнуть в любую секунду.

Михалыч к этому моменту уже перестал ворчать и погрузился в работу. Он достал из папки чистый лист и начал что-то там записывать, изредка поднимая глаза к потолку (видимо, считал в уме, и я помнил, что делает он это превосходно). Дрожь в его пальцах исчезла, линии он проводил ровно и чётко, все размеры записывал мелким, но разборчивым почерком, и при этом ни разу не переспросил у меня уже названные параметры.

Я с удовольствием наблюдал за его действиями. Сейчас передо мной стоял не опустившийся старик, а тот самый легендарный прораб Орловской империи, который когда-то мог просто пройтись по строящемуся этажу, мельком взглянуть на перекрытие и с ходу назвать ошибки проектировщиков раньше, чем их успевал обнаружить отдел технического надзора. Этому человеку сейчас требовалось вовсе не жалость или сочувствие, ему была необходима сложная инженерная задача, за решение которой ему не было бы стыдно перед самим собой.

— Этот удлинитель нужно отключить, — сказал я Сергею, указывая на розетку. — Сам запайщик разрешаю подключать только к соседней группе, и то после того, как мы проверим там общую нагрузку.

Сергей мрачно посмотрел на меня, но спорить не решился.

В зоне холодильных установок нас ожидал ещё один неприятный сюрприз. Три компрессорных блока были подключены через небольшой распределительный щиток, который умельцы собрали из дешёвых выключателей разных производителей и номиналов. Никакой маркировки на приборах не было, один из автоматов заметно грелся, и я почувствовал это просто поднеся ладонь к корпусу.

— И какой же гений собирал этот шедевр? — спросил Михалыч почти ласково, разглядывая хаос из проводов внутри щитка.

— Это нам субподрядчики монтировали, когда три года назад устанавливали новые камеры, — поспешил объяснить Сергей.

— У вас название этой организации сохранилось?

— Да где-то в архиве должно быть, надо договоры поднимать.

— Обязательно найдите, Сергей, я хочу лично посмотреть на людей, которым удалось так гармонично объединить электрический щит и портативный крематорий, — старик покачал головой и сделал пометку в блокноте.

Я усмехнулся, достав из кармана инфракрасный термометр, и направил лазерную точку на автомат. Прибор показал почти восемьдесят градусов. Оборудование пока продолжало кое-как работать, но контакт внутри клеммы явно ослаб от времени, либо номинал автомата был изначально выбран неверно под такую нагрузку. Оставлять это в рабочем состоянии до завтра было смертельно опасно.

— Эту линию мы сейчас отключаем по согласованию с вами и временно переводим все скоропортящиеся продукты в соседнюю камеру, — сказал я, убирая термометр. — Сегодня вечером сюда приедет мой электрик, он сделает надёжное временное подключение. А полную переборку мы внесем в список аварийных работ.

— Но ведь у нас там продукты для ресторанов, как мы её перевозить будем? — Сергей заметно занервничал и схватился за свою рацию.

— Если вы не остановите эту камеру на пару часов для профилактики, то уже завтра у вас могут остановиться все три холодильника вместе со всей электрической сетью. Так что выбирайте, какой из вариантов обойдется компании дешевле, — спокойно ответил я, глядя на его растерянное лицо.

Заведующий тяжело вздохнул, признавая мою правоту, и вызвал старшего смены. Я не стал ему мешать, так как знал по прошлому опыту, что люди редко ценят правила безопасности сами по себе. Им нужно наглядно переводить риски на язык денег и возможных уголовных дел.

* * *

Чуть позже в тот же день…

Виктория сидела в дальнем углу пустого зала ресторана и лениво ковыряла вилкой остывший стейк. На экране планшета светился отчёт Смирнова по поводу состояния склада, где этот странный сантехник выписал каждую мелкую проблему коротко и самое главное без попыток развести её на деньги. Он быстро собрал вокруг себя толковых людей вроде старого прораба Михалыча (а она о нём была наслышана), и это по-настоящему тревожило, потому что такие деятельные мужики обычно не задерживаются в низах и начинают лезть наверх. Вдруг в глубине коридора тихо щелкнул замок, раздались шаги, и в полумраке зала появился Артур.

— Мы уже закрылись, Артур Сергеевич, да и повара я отпустила домой полчаса назад, так что ужином угостить не смогу, — произнесла Виктория, стараясь говорить как можно спокойнее и незаметно пряча дрожащие пальцы под край стола.

Артур бесцеремонно отодвинул стул, уселся напротив неё и спокойно забрал её бокал с вином, сделав медленный глоток и глядя на неё своими маленькими глазками.

— Я приехал не ужинать, а поговорить о нашем знакомом сантехнике, — ответил Артур, довольно ухмыляясь. — Ты ведь сама не спешишь ко мне в гости, постоянно придумываешь отговорки про отчеты и проверки, вот мне и пришлось приехать самому, чтобы лично спросить про Смирнова.

— Я сделала всё по вашей инструкции, Смирнов согласился провести аудит на четырёх объектах и даже выставил свои условия с предоплатой, — сказала Виктория, выпрямляя спину и пытаясь вернуть лицу уверенное выражение. — Он парень неглупый, если бы я согласилась сразу на все его условия, он бы почуял неладное, а так он думает, что просто поймал удачу за хвост. Сегодня он уже проверил склад и выявил кучу нарушений, причём притащил с собой опытного прораба Богряцкого.

Артур перестал улыбаться, его лицо сделалось тяжёлым, а пальцы сильнее сжали ножку бокала.

— Завтра же узнай всё про этого Богряцкого, где он раньше работал и почему сейчас ошивается со Смирновым, — произнёс Артур, наклоняясь ближе к ней и обдавая её запахом дорогого табака. — И зачем ты позволила этому сантехнику копаться в старых документах, неужели нельзя было ограничиться простым осмотром труб?

— Без доступа к архивам и переписке Глеба этот аудит выглядел бы фальшивкой, Смирнов бы сразу догадался, что его водят за нос, — ответила Виктория, чувствуя, как внутри всё сжимается от его взгляда. — Сейчас он уверен, что работает на меня, собирает бригаду, нанял даже какую-то женщину диспетчером, в общем, строит полноценную систему.

— Пусть себе строит и думает, людям полезно верить в собственную значимость, — усмехнулся Артур, поднимаясь со стула. — Твоя задача простая, давай ему деньги и подкидывай новые заказы, а когда он расслабится, мы решим, что с ним делать. Отчёт его пришлешь мне завтра утром без правок и своих комментариев.

Артур ушёл через служебный вход, оставив после себя гнетущую тишину и пустой бокал с грязным следом на стекле. Виктория ещё долго сидела без движения, глядя в окно на стекающие капли дождя и понимая, что у неё попросту нет выхода. Она глубоко вздохнула и переслала письмо Смирнова на почту Артура, после чего закрыла лицо руками, пытаясь унять мелкую дрожь.