Когда в Китае начиналась очередная идеологическая кампания, неизменно создавались курсы по изучению новых установок властей, «новейших указаний» Мао Цзэ-дуна. Через разные потоки этих курсов, объединяющих людей различных возрастов, различных уровней грамотности, «пропускались» рабочие предприятий, сотрудники учреждений, учащиеся различных учебных заведений. Обычно печать сообщала, что за такой-то период времени было организовано столько-то потоков курсов, на которых изучались очередные установки властей.

Кроме этих временных курсов, были и другие постоянные организации, задача которых состояла в том, чтобы вдалбливать в головы людей догматические премудрости. На население страны оказывалось очень сильное идеологическое давление. И неудивительно, что все эти «штудии» утомляли людей, становились в их глазах нудной рутиной. Китайская печать нередко жаловалась на то, что слушатели курсов, участники политзанятий относятся к занятиям формально, впускают то, что им говорят, в одно ухо, а выпускают в другое. Особенно много упреков адресовалось в связи с этим молодежи. Многие ее представители, как сообщала печать, на занятиях излагают все правильно, а в жизни ведут себя так, словно все эти маоистские установки их абсолютно не касаются. Такие признания говорят о многом.

Руководители пропаганды старались хоть как-то разнообразить эти рутинные занятия, дать хотя бы новое название формам этих занятий. Так, за последние несколько лет большое распространение получили в Китае так называемые «отряды теоретиков». Они создавались и в начальных школах, и в учреждениях, и на предприятиях, и в учебных заведениях.

Обычно в связи с новой идеологической кампанией или поворотом в ее развитии газеты печатали, а радиостанции передавали подходящие к случаю изречения Мао Цзэ-дуна. Они служили «теоретикам» всех возрастов темой для написания статей. Нередко лучшие (с точки зрения властей) статьи на подобные темы помещались потом в газетах, передавались в эфир. Как правило, эти сочинения имели подзаголовок: «К изучению цитаты № 1… 6… 14…».

«Отряды теоретиков» не только сами изучали маоистские «науки», но и следили за тем, чтобы их изучали другие. C этой точки зрения «отряды» можно считать еще одним инструментом социального контроля. И эта их функция играла важную роль в организации властями повсеместного «промывания мозгов» населению.

Например, летом 1975 года харбинское радио поведало о «ценной» инициативе «отрядов теоретиков» городских гостиниц. Эти наблюдательные люди заметили, что командированные «после работы слоняются без дела по улицам, не знают, как убить время». И вот «теоретики» незамедлительно организовали занятия для таких людей. Они проводились, как сообщила радиостанция, по вечерам три раза в неделю, каждое занятие длилось минимум два часа.

Как видно, «теоретики» не дремали, не теряли времени зря. Они «промывали мозги» не только себе, но и другим.

Летом 1975 года пекинская радиостанция сообщила еще об одном «новом почине в развитии отрядов теоретиков, в специализации изучения отдельных тем».

Оказывается, на судоверфи «Хунци» в городе Далянь создали ни больше ни меньше как «институт философских и социальных наук». Правда, в сообщении не говорилось ни о преподавании, ни об учебниках, ни об учебных программах. Зато говорилось о том, что студенты этого института «успешно преобразовывают свое мировоззрение на основе идей Мао Цзэ-дуна».

В нынешнем Китае немало и всяких других «институтов» и «университетов» на подобный лад. Они большей частью создаются при крупных предприятиях. Срок обучения в них разный, иногда до двух-трех лет. Они дают некоторые узкопрактические профессиональные знания, а основное количество времени «студенты» затрачивают на постижение все тех же «идей Мао Цзэ-дуна».

Пропаганда широко рекламировала подобные «университеты», пыталась представить их как принципиально новый подход к решению проблемы народного образования.

Спору нет, ликвидация неграмотности в стране, где до сей поры сотни миллионов людей не умеют читать и писать, — важнейшая и благородная задача. Однако понятно, что решить ее быстро, на современном уровне под силу только государству с его организационными, финансовыми и материальными возможностями. А китайские власти всячески старались уклониться от связанных с этим затрат и усилий, переложить их в максимальной степени на плечи трудового народа. В городах подобные «университеты» создавались практически за счет предприятий, в деревнях — за счет коммун, бюджет которых и без того крайне напряжен, крестьяне которых в большинстве случаев едва-едва сводят концы с концами.

Китайская печать и радио восхваляли те предприятия и коммуны, которые организовывали «университеты», «ничего не требуя от государства».

Сколько сейчас таких «университетов» в Китае?

3 января 1976 года агентство Синьхуа сообщило, что число «рабочих и крестьянских вузов, созданных предприятиями и коммунами, превысило 6 тысяч. В них учится больше 460 тысяч студентов». А в деревнях Китая сейчас насчитывается свыше 1220 «крестьянских университетов», где обучается 216 тысяч человек.

Сообщая об одном из таких «крестьянских университетов» в провинции Шаньси, пекинское радио подчеркнуло 5 февраля 1976 года: «При зачислении слушателей здесь следуют принципу „не принимать во внимание четырех“». Это значит: не принимать во внимание возраст, уровень образования, количество человек (без ограничения), время учебы (могут закончить программу обучения раньше).

Как «в городских», так и в «деревенских университетах» главная дисциплина — и это не устает акцентировать официальная пропаганда — изучение политических установок, иначе говоря, то самое «промывание мозгов». Кроме этого, как мы уже упоминали, студенты получают минимальный запас общеобразовательных сведений, небольшое количество профессиональных навыков. И еще студенты много и тяжело трудятся физически. Китайские средства массовой информации приводили всем в пример студентов тех «университетов», которые, опять-таки «ничего не требуя от государства», ни сырья, ни оборудования, ни денег, строили примитивные предприятия, полукустарные мастерские и т. д.

Итак, тратя огромные средства на милитаризацию общества, на раздувание военного психоза, на подготовку к войне, власти скупились выделять самые необходимые средства на цели народного образования. Организация процесса обучения в самодеятельных «университетах», его материальное обеспечение, судя по всему, оставляют желать много лучшего. Это понимают многие в Китае, подлинные патриоты страны, горячо заинтересованные в том, чтобы трудовой народ получал глубокие современные знания. Прежде всего это понимают образованные китайцы. Они, видимо, высказывают немало критических замечаний в адрес такого подхода к проблеме народного образования. Для того чтобы запугать этих людей, заставить их замолчать, пропаганда, не раздумывая долго, вешает на них ярлык «классовых врагов». Так, 20 мая 1974 года радиостанция провинции Цзилинь заявила: «Классовые враги клевещут на наши университеты, заявляют, что, во-первых, у нас нет специальных зданий и, во-вторых, нет профессоров, что наши учебные заведения совсем непохожи на университеты».

Эти вынужденные признания невольно выдают методы решения властями проблем народного образования.