— Мне надо срочно выпить кофе и съесть что-нибудь сладкое!

Да, девушка устала. Лицо посерело, говорит еле-еле. Как же быстро у нее заканчиваются силы! Мне захотелось обнять ее, прижать, чтобы хоть часть моей энергии перешла к ней.

— И съесть тарелку борща или харчо, — добавила Наташа.

Допрос, потом встреча с Ириной — похоже, это ее добило окончательно.

— Знаю хороший грузинский ресторан на Пятницкой, — добавила она. — Поехали туда?

Я кивнул. Пятницкая, так Пятницкая. Но как же парень в бейсболке? Наташа словно прочитала мои мысли.

— А этого типа в бейсболке, пусть Михалыч ловит. Позвони ему, расскажи новости, а то у меня язык еле ворочается.

Михалыч отозвался сразу. Прослушав новости, он крякнул, сказал, что мы гении сыска и обещал послать в Свиблово пару бойцов.

— Есть приметы этого парня, кроме бейсболки? — спросил он.

Я рассказал ему про стеклянный взгляд и что парень курит.

— Не густо, но хоть что-то. А я сижу внизу, за столом Натальи. Мельников до сих пор свои допросы ведет. Пал Палыча полчаса мурыжил, сейчас допрашивает медсестер, которые тебе уколы делали.

— А кто ему чай носит? — поинтересовался я.

— Палыч ему одну шуструю сестру определил. А что ты звонишь, где Наталья?

Я рассказал про харчо, кофе и ресторан на Пятницкой.

— Береги ее, — сказал Михалыч. — Давление у нее низкое, она и в обморок может грохнуться.

Ресторан и правда оказался неплохим. Мы съели по тарелке харчо, разделили хачапури, выпили кофе с эклерами и нам так понравилось, что заказали еще чай.

— Уютно здесь, — сказала Наташа, потягиваясь. — Никуда идти не хочется. Давай не спешить и просто поговорим.

— О том, какая ты замечательная?

— Это я знаю, давай что-нибудь новенькое. Например, кого мы сейчас подозреваем.

Ей явно стало лучше. Щеки порозовели, глаза заблестели, движения стали быстрыми.

— Список старый: отец Зои, Шеф… Пал Палыча мы отмели. Жениха тоже…

— С женихом не торопись, — перебила меня Наташа. — Ира сказала, что он сделал предложение, но не сказала, что Зоя согласилась. А женихи перед свадьбой, когда еще не все ясно, могут всякого натворить, чтобы доказать свою нужность и незаменимость.

Что мог натворить Зоин жених? Никаких мыслей у меня не появилось.

— Не понимаю, мы вроде договорились искать кого-то в институте, кто мог знать, что Зое угрожает опасность.

— Это элементарно, слушай и учись, — Наташа скинула кроссовки и забралась с ногами на стул. — Зоя вполне могла рассказать ему о нападении на тебя. Жених занимается роботами, значит, парень он умный и может сложить два плюс два. Если охотятся за твоей кровью, то почему бы злодеям не охотиться за Зоей, которая знает про твою кровь больше всякого анализатора? Тогда вечером до него это дошло, и он бросился ей звонить.

Я стал припоминать, что говорил Михалыч про тот звонок. Определили они номер, с которого звонили?

— Знаю, о чем ты думаешь, — улыбнулась Наташа. — Номер, с которого звонили Зое, был с левой симкой. Я девушка умная и в телефоне Ирины сфотографировала номера всех входящих и исходящих звонков. Номер, с которого звонили Зое, жениху не принадлежит. Я его запомнила, и он совпадает с номером, с которого ей послали сообщение в двадцать два пятнадцать. Это было ожидаемо, прости, что я сразу тебе не сказала. У кого-то есть телефон с левой симкой, он звонит с него Зое, в машине передает ей этот телефон, и она пишет сообщение Ирине. Все просто, как таблица умножения.

Да уж! Все ей просто. Но это нас ни к кому не приближает.

— Я продолжу твой список, — сказала Наташа. — Ты забыл Вахтанга и еще штук пять медсестер, которые делали тебе уколы. Всех их Зоя прекрасно знала и тепло к ним относилась.

— И мы должны их всех…

— Ничего никому мы не должны. Давай думать дальше. А думать надо так, — она отхлебнула остывший чай, поморщилась, — у нас есть человек с левой симкой, знающий привычки Зои, знающий Зоины проблемы, знающий ее маршрут, знающий, что ей можно что-то приказать или о чем-то попросить и она послушается. Джентльмен доверия. Вот кто нам нужен.

— Джентльмен доверия… — повторил я, перекатывая выражение на языке. — Звучит, как должность в каком-то британском клубе.

— Пусть будет так, если ты не читал классику. Этот кто-то знал, что она у тебя. Звонок был явно сделан впопыхах — без сюсюканий, без церемоний, как будто ей передавали инструкцию. И она подчинилась.

Я почесал висок, пытаясь уложить все в голове.

— Но кто?

— Самый бессмысленный вопрос в начале любого расследования. Людей много. Нам нужно искать не человека, а мотив. А он у нас уже появляется.

Я поднял брови.

— Какой?

— Очень простой. — она подняла руки, пригладила волосы и поправила хвост. — Кто-то использовал Зою, чтобы получить журнал с протоколом твоего лечения. Ее заманили, попросили, убедили или напугали. Она поехала в институт и взяла журнал.

— Стоп, но она могла взять журнал без чьей-либо помощи или просьбы, чтобы спрятать его, понимая, что за ним могут охотиться.

— Не проходит. В таком случае, она бы поехала в институт одна. Зачем ей лишний свидетель, который увидит журнал?

Мне пришлось согласиться.

— Но что важно, — она сделала паузу. — Зоя не была в панике. Вот что меня не отпускает. Она спокойно ушла от тебя. Она спокойно ехала в институт. Спокойно взяла журнал. И только потом она исчезла. Передала кому-то журнал и исчезла. Есть еще плохой вариант — ей обещали заплатить, взяли журнал и избавились от нее. Но тут есть два против. Первое — человек в машине был ей близок — ты говорил, что она говорила с ним как с хорошим, почти родным человеком. Второе — вспомни Зоину комнату. Ей мало что нужно, кроме науки. Деньгами ее не прельстишь. И вспомни картину на стене в ее комнате. Этой девочке вряд ли нужна была красивая жизнь, если она выдерживала такое зрелище.

Мне что-то не нравилось в ее рассуждениях. Получалось, что Зоя добровольно отдала, пусть даже хорошему человеку, секретный журнал? Я сказал об этом Наташе.

— Почему нет? Он мог пообещать спрятать журнал, или они поехали прятать журнал вместе. А заодно спрятать и Зою, пока в институте все не уляжется.

Такая мысль мне понравилась.

— Давай отметем медсестер, — сказал я. — Вряд ли эти девчонки способны на такой сложный шаг.

— Ты их хорошо знаешь? Их могли купить, дать им инструкцию, а потом вывести из игры. Надо проверить, все ли они на месте.

— Еще Вахтанг, — напомнил я. — Он Зою постоянно замуж зовет.

— Еще один жених, — засмеялась Наташа. — Наша Зоя прямо нарасхват!

Она допила чай, потерла лицо руками.

— Хочется чего-нибудь простого, приятного. Чтобы не ломать голову, а просто радоваться. Есть идеи?

Она посмотрела на меня, прищурилась.

— Поехали ко мне, — предложил я первое, что пришло в голову.

Наташа усмехнулась.

— Я так и думала, что ты это скажешь. Знаешь… сейчас рассматривай меня, как бесполого, пожилого сыщика. Представь, что я Шерлок Холмс. Ты и такого хочешь пригласить к себе?

Я вздохнул.

— У тебя есть идеи получше?

— Есть, — она встала. — Пошли в машину. Там подумаем дальше. И еще…

Она хитро посмотрела на меня.

— Нам все равно придется съездить к жениху. Не стоит думать, что он совсем не в курсе. И я хочу увидеть, как он отреагирует, когда узнает про сообщение, которое Зоя послала Ирине. И что он делал в понедельник вечером.

Она протянула мне свой телефон.

— Вот номер этого жениха. Зовут его Андрей. Позвони Цепе, у него есть связи в полиции. Пусть они узнают его домашний адрес.

Мы подошли к Наташиному «Фольксвагену». Я стоял у пассажирской двери, Наташа открыла водительскую, хотела уже садиться, но вдруг как будто взорвалась, отскочила на проезжую часть и закричала:

— Отойди от машины! Бегом за тот столб! Быстрее, черт тебя дери!