Рио с командой уже направлялись в Ахо, когда им наконец удалось дозвониться до Швайгера и рассказать о своих находках.
Сейчас троица по указке Уэйлена подъезжает к смотровой площадке – достаточно близко, чтобы услышать выстрелы и звон разбитого стекла.
Рио выпрыгивает из машины на ходу, водя дулом из стороны в сторону, бежит, насколько позволяют раны, преодолевает последние тридцать ярдов до того места, где, дай бог, окажутся Швайгер, Энди и Линнея.
Как и возле трейлера, Дивайн гасит фары, и отряд теперь действует в темноте. Зато гроза все-таки прошла, и облака над головой кажутся тонкими осенними паутинками, между которыми проглядывают звезды – так много, что не сосчитать. Такие звезды Рио видел только в Пакистане, в Африке или на юге Тихого океана, где они бесконечно кружились над палубой военного корабля.
Впрочем, сияют здесь не только звезды.
На асфальте недалеко от небольшого красного строения тускло блестит что-то фиолетовое, совсем маленькое и эфемерное, не больше свечи. Еле различимое.
Мать и дочь вместе.
Энди и Руби Эллис.
Обе… мерцают, окутанные мягким фиолетовым ореолом.
Это просто невозможно – игра света, обман ночи. В проклятом амбаре Парлора Рио тоже видел невероятные вещи.
И вдруг светящаяся девочка поднимает к нему глаза и просит:
– Пожалуйста! Помогите маме! Пожалуйста!
У Руби в руке пистолет.
Но Рио все равно первым делом кидается к Линнее, пока не слышит окрик Дивайна:
– Помоги тем двоим! А я займусь Линнеей и Швайгером.
Адан колеблется, а в голове у него эхом отдается рассказанная матерью молитва…
Как ненадолго ты нас дал друг другу, ведь мы – твое творение, твой рисунок и живем той жизнью, какую ты нам написал, и дышим твоею песнью…
Но как ненадолго ты нас дал друг другу…
Даже обсидиановая резьба меркнет, даже зеленые перья и хохолок птички кетцаля бледнеют, даже шум водопада в засушливый сезон стихает…
Мы тоже угасаем, ведь лишь ненадолго ты нас дал друг другу.
Тогда он прячет свой пистолет и забирает оружие у Руби, присаживается возле Энди на корточки и делает той сердечно-легочную реанимацию, пытаясь вернуть женщину к жизни.
Задерживает дыхание, чтобы не сдуть мягкий темный ореол вокруг нее.