На улице я весьма ловко поймала экипаж и добралась до дома Пирса Морна, но дверь мне никто не открыл, поэтому пришлось ехать обратно.

По дороге я остановилась в нескольких аптеках и приобрела там недостающие, по моему мнению, ингредиенты для снадобий. Экспериментировать, конечно, было страшновато, но больше я всё-таки была уверена в своей правоте, поэтому решила отбросить сомнения.

Если не попробую, не узнаю.

Поэтому, лишь вернувшись в дом лорда Грейвза, я заперлась в комнатке с лекарствами и принялась смешивать новые составы. Работа мне предстояла ювелирная – нельзя было ошибиться даже на полщепотки. Всё должно быть чётко и безопасно.

Перед обедом в дверь постучали – это оказалась одна из горничных, но я отказалась спускаться. Не хотелось что-то забыть или перепутать. Поем, когда закончу.

Ну и, разумеется, очнулась я только под вечер, когда руки уже дрожали от перенапряжения, голова еле соображала, а перед глазами плясали мушки после долгого сосредоточенного наблюдения за собственными действиями и сверкой с формулами, которые я сама же и составила сегодня.

И в тот же миг, когда подняла голову от склянок, наполненных теперь правильными, на мой взгляд, составами, осознала, что лорда Грейвза до сих пор нет дома. Никогда ещё при мне он не возвращался так поздно. Обычно появлялся сразу после обеда, а тут на улице уже начало темнеть, но он не приехал.

Я помыла руки и, вытирая их полотенцем, сначала заглянула в его комнату, думая, что, может быть, просто пропустила его возвращение, не услышала, отвлекшись на дела. Однако в покоях лорда было пусто.

Затем я спустилась в кухню – но и там подтвердилось, что Фентон не приезжал.

– С ним такое бывает, – успокоил меня Коул. – Редко, но всё же. Видимо, в конторе возникло много дел.

– Ты бы поела, – напомнила Жарна. – Почему не спустилась в обед?

– Занята была, – проворчала я, глядя в окошко над её головой.

– Чем? – ахнула кухарка. – Лорда ведь нет целый день!

– Заботой о его выздоровлении. Мне кажется, доктор Лейтерс дурит лорду Грейвзу голову, а на самом деле не лечит его.

Слуги переглянулись, и Коул осторожно уточнил:

– Почему вы так решили?

– Составы лечебных снадобий – почти пустышка. Я изучила их и не обнаружила достаточное количество действующих веществ. Сегодня я доработала их.

– А это безопасно? – нахмурился камердинер.

– Безопасно. За это я готова поручиться своей головой! – я тихонько ударила кулаком по столу, и на лице Коула отразилось что-то вроде уважения.

В конце концов, задумай я отравить лорда, вряд ли стала бы признаваться в экспериментах над снадобьями, верно?

В прихожей раздался звон колокольчика, и все, кто был на кухне, насторожились. Судя по всему, поздних гостей тут не ждали, тем более в отсутствие хозяина. После случилась недолгая заминка, и к нам спустился лакей:

– Леди Глэдис, похоже, это к вам.

Совершенно ничего не понимая, я пошла за ним, но остановилась у лестницы, когда увидела стоящего в прихожей Торбена. Что он тут вообще делает? Он же вышвырнул меня со словами, что больше не хочет видеть меня!

– Глэдис! – он облегчённо улыбнулся, когда заметил меня. – Мы можем поговорить?

Я подошла и, оглянувшись на лакея, вытолкала его обратно на крыльцо. Провожать в дом не стану, я тут не хозяйка и не могу принимать гостей. К тому же так наш разговор не услышат слуги.

– Что тебе здесь нужно? – зашипела на брата, когда захлопнула за нами дверь. На улице стало прохладно, поэтому я обхватила себя руками за плечи. – Давай быстрее!

– Как ты вообще оказалась в доме Грейвзов? – он, кажется, не обратил внимания на моё возмущение. – Только не говори, что ты теперь любовница лорда! Впрочем, я слышал, что он слеп, так что…

Огромным усилием воли я сдержалась, чтобы не влепить ему пощёчину прямо сходу и на этом прекратить этот бестолковый разговор. Но раз уж он как-то отыскал меня, пусть выскажется. Однако злость на брата уже поднялась до опасного уровня.

– Вообще-то я занимаюсь его лечением, а тебе не мешало бы хорошенько прочистить мозги, чтобы не думать ничего лишнего! – процедила я.

– Что ж, это очень хорошо, потому что у меня для тебя есть предложение! – Торбен расправил плечи и даже немного выпятил грудь. – Недавно я повстречал одного старого знакомого отца. Не случайно, конечно. У него есть незамужняя дочь… Но всё, знаешь, вышло даже удачнее!

– Надо же! – я сложила руки на груди, перестав дрожать от пробравшейся под платье прохлады.

– Да! – кажется, братец был полностью собой доволен. – Его старший сын недавно овдовел – очень большая потеря, и он вдруг вспомнил о тебе и предложил выдать тебя за него замуж! Представляешь, он до сих пор уверен, что ты просто благодетельная затворница, и станешь отличной супругой его сыну и мачехой для внуков. Думаю, это отличный шанс для тебя выбраться из той пучины безнадёжности, в которую ты сама себя загнала.

– Я себя загнала?! – негодование плеснуло по сердцу так резко, что мне не удалось сдержать громкий возглас.

– Разумеется!

– То есть это я заперлась в доме и отказалась от своего ребёнка…

– По сути – да! – нахмурился Торбен. – Я предлагаю выход. Это очень уважаемое семейство, а статус новой жены старшего наследника будет для тебя настоящим очищением.

– То есть вы забрали у меня моего ребёнка, а теперь ты предлагаешь мне воспитывать чужих? – я едва не рассмеялась от абсурдности происходящего.

– Это шанс искупить свои прошлые поступки!

– И что тебе пообещали за меня? – заподозрила я неладное.

Вряд ли он прискакал бы так резво, не случись в моём замужестве какой-то значительной выгоды лично для него.

Но ответить братец не успел – обернулся, когда к крыльцу подъехал экипаж лорда Грейвза. Я не сразу определилась, радоваться этому или расстраиваться ещё больше. Мне почти удалось спровадить Торбена, можно было бы попросить слуг промолчать и не рассказывать о его приезде хозяину, но теперь Фентон всё узнает!

Мерно ударяя тростью в ступени при каждом шаге, лорд уверенно поднялся на крыльцо и остановился между нами с Торбеном.

– Что-то случилось, леди Роуч? – повернулся ко мне, а затем к брату, который, кажется, окаменел при его появлении. – Вы как будто встревожены.

– Так, ничего страшного, лорд Грейвз, – попыталась равнодушно отмахнуться я. – Познакомьтесь, это мой брат, Торбен Роуч. Но он уже уходит.

Теперь братец пришёл в себя и решил, видно, заручиться поддержкой Фентона. Он зачем-то поправил шейный платок и отчётливо произнёс:

– Лорд Грейвз! Я прибыл сюда по важному вопросу, между прочим. Моей сестре поступило предложение о замужестве. А в её положении, знаете ли, такими шансами не разбрасываются. Так что ей, похоже, придётся покинуть вас. Вы же легко найдёте себе другую сиделку, верно? При её скромных талантах это дело одного дня, уверен.

– Скромных талантах… – как-то нехорошо хмыкнул лорд. – А вы уверены, что в курсе её талантов? Вы точно её брат?

– Конечно! – слегка обиделся Торбен. – Я забочусь о её жизни! Пока она не опустилась на самое дно. Замужество, вхождение в уважаемую семью – то, что её спасёт.

– От чего? – голос Фентона заледенел.

– Ни от чего! – вмешалась я. – Торбен просто считает, что до сих пор может решать за меня. Но я замуж не собираюсь и с моей жизнью всё в порядке! Уходи!

– И не подумаю! Я всё ещё несу ответственность за тебя! – почти крикнул братец прямо через плечо лорда.

– Да? Ты вышвырнул меня из дома и говоришь о какой-то ответственности?!

На этом терпение Фентона закончилось. Он просто развернулся и, схватив Торбена за грудки, одним мощным толчком спустил его с лестницы. Я даже ахнула, испугавшись, что сейчас он кубарем покатится до самого низа. Но Торбен слетел через несколько ступенек, но устоял, после чего по инерции, спотыкаясь и неловко размахивая руками, спустился до конца.

– Вы! Что вы себе позволяете! – завопил, как только обрёл твёрдую опору под ногами.

– Леди Роуч работает на меня, и я не отпускаю её замуж. Тем более если она сама этого не хочет! – спокойно ответил Фентон. – Её таланты меня полностью устраивают. А вам я советую обходить мой дом десятой стороной. Иначе в следующий раз вы спуститесь с крыльца менее удачно.

С этими словами он оставил Торбена переваривать случившееся, а меня взял под локоть и втолкнул обратно в дом. Следом за нами вошёл сопровождавший лорда лакей. А внутри оказался и второй – похоже, он совершенно без стеснения подслушивал.

Как бы сейчас всё не пошло прахом!

Спровадив слуг с приказом накрывать стол к ужину, Фентон махнул рукой в сторону гостиной.

– Я жду детальных объяснений, леди Роуч, – он закрыл за нами дверь и, уверенно прошествовав до дивана, сел в него, а мне указал на кресло. – Сами понимаете, мне вовсе не нужны скандалы. Я ценю то, что вы для меня делаете, но хочу и честности. Пока ваши тайны негативным образом не сказались на наших вполне приятных отношениях.

Я села и сложила руки на коленях. Первым порывом, конечно, стало желание просто уйти – собрать вещи и сбежать, чтобы ничего не обсуждать с Фентоном. Ведь он обязательно осудит. Но мне почему-то стало жаль тех дней, что я прожила здесь – они, пожалуй, были лучшим, что со мной случалось за последние годы. К тому же я твёрдо вознамерилась добиться излечения лорда – и бросить всё сейчас значит предать его и себя тоже.

– У меня есть ребёнок, – проговорила я наконец после долгой напряжённой паузы. – И кто отец, я не знаю. Моего сына отобрали у меня мои отец и брат, отдали неизвестно кому и куда. Я видела его только после рождения и хочу найти, узнать, что с ним и как он теперь живёт.

– Сколько лет вашему сыну? – глухо спросил Фентон.

– Три года, – я закрыла лицо руками, стараясь сдержать подкатившие к глазам слёзы. Мне нельзя плакать сейчас.

– Так почему вы не ищете его?

– Я пыталась. Хотела встретиться с человеком, который может знать, где он. Но тот уехал, и не знаю, когда вернётся. Я ничего не знаю, ни имени, которое ему дали, ни куда увезли, даже в каком направлении!

– Почему вы не знаете, кто его отец? – лорд встал и подошёл. Мне пришлось смотреть на него снизу вверх.

– Я не хочу об этом говорить, извините. Это неважно. Меня держали почти взаперти четыре года, обвинили в том, чего я не делала… Я просто хочу найти сына и жить спокойно! – теперь мне не удалось сдержать слёзы.

Но отчего-то на душе сразу стало легче. Фентон помолчал, его лицо стало напряжённо задумчивым. Наконец он вздохнул и протянул мне руку.

– Поужинаете со мной сегодня? – его голос прозвучал мягко, но печально. – А завтра я попытаюсь узнать что-то о вашем ребёнке. Какие-то следы должны остаться. У меня достаточно связей, чтобы отыскать их.

– И… вы меня не прогоните? – я всхлипнула и схватилась за его руку.

– Я и не собирался. Просто хотел узнать, что вас тяготит.

Я встала, но он не отступил и оказался так близко от меня, что его запах, его сила окутали меня, словно защитный кокон.

– Простите, что я доставила вам хлопоты. Вы не обязаны помогать мне. Я справлюсь сама.

– Я хочу, чтобы это случилось быстрее и вы перестали об этом беспокоиться. Мне нужен спокойный, уравновешенный лекарь, который не всадит мне шприц не туда, куда нужно, только потому что у него дрожат руки. Как сейчас.

Он крепче сжал мою ладонь в своей. Она и правда дрожала.

– Простите…

Я попыталась выдернуть руку из его пальцев, но он не пустил.

– Прекратите извиняться. Ну так что, поужинаете со мной? Я слышу, как у вас урчит в животе, вы наверняка не обедали.

Я стёрла подсыхающую мокрую дорожку с щеки.

– Откуда вы знаете? – неловко улыбнулась.

– Вы пахнете лекарствами. Видимо, весь день сидели среди склянок и готовили для меня что-то особенное, – Фентон слегка склонился ко мне и медленно вдохнул запах моих волос. – Получили новые инструкции от доктора Лейтерса?

– Нет, это моя инициатива. Думаю, мне удалось улучшить прописанные им лекарства.

На лице лорда отразилось некоторое сомнение, но он не разозлился.

– Что ж… попробуем. Но сначала надо поесть.

С этими словами, продолжая держать за руку, он повёл меня в столовую.