Грохот очередного удара Сверхсущности заставил землю содрогнуться. Дарья едва удержала равновесие, машинально отмечая краем глаза, как Олег прикрывает мать потоком огненных колибри. Где-то в небе продолжался титанический поединок — Император сражался с древним монстром, и их схватка заставляла содрогаться само небо.

Но Дарья замерла, словно забыв о сражении — по её пряди спускался маленький черный жук, размером едва ли с ноготь. Его хитиновый панцирь странно поблескивал в отсветах взрывов, а крошечные усики подергивались, словно принюхиваясь.

«Прости за вторжение — но у меня мало времени. Слушай…»

Голос Кости, прозвучавший прямо в её голове, заставил её вздрогнуть. Жук тем временем деловито переполз ей на плечо и, похоже, решил там обосноваться.

— Какого… — она машинально попыталась смахнуть насекомое, но то ловко увернулось, продемонстрировав удивительную ловкость, — Безумов⁈ Ты что творишь? Как ты…

«Технически, я говорю через своего Слугу», — в его мысленном голосе слышалась легкая усмешка, от которой внутри что-то неприятно екнуло, — «Прости за вторжение, но как уже сказал, у нас мало времени».

— У нас? — она фыркнула, краем глаза наблюдая, как Вадим отбивается от очередной твари своими костяными косами, — С каких пор у нас с тобой есть какое-то «мы», Безумов?

Жук на её плече пошевелил усиками, и ей показалось, что это движение до боли напомнило типичный жест Кости — когда он пожимал плечами в притворном недоумении.

«Даша, послушай», — его тон стал серьезнее, — «Эта тварь наверху — она не то, чем кажется. Её называют Сверхсущность, и она…»

— О, теперь ты у нас эксперт по чудовищам? — перебила она, хотя где-то в глубине души что-то дрогнуло от того, как он назвал её «Даша».

Это простое имя, которое она не слышала уже много лет… Все эти годы она была «виконтессой», «госпожой Кривотолковой», в лучшем случае — «Дарьей». Когда она в последний раз слышала это простое «Даша»?

— Между прочим, — она тряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли, — если ты не заметил, Император уже сражается с ней. И, знаешь ли, это немного не наш уровень.

«Даже Император не справится. Не силой», — в его голосе появились серьезные нотки, от которых у неё по спине пробежали мурашки, — «Нужен другой подход. Мне нужна твоя помощь. Точнее, твой Дар Подчинения».

— С чего ты взял, что я стану тебе помогать? — она отвлеклась на миг, чтобы хлыстом отбросить летающую тварь, пытавшуюся атаковать Олега, — После всего, что ты сделал с нашим родом? После того, как разрушил все, что мы строили поколениями?

В её голосе звенела злость — застарелая, как незаживающая рана. Но было в нем и что-то еще. Что-то, чего она сама не хотела признавать.

«Помнишь, как мы в детстве дрались из-за той книжки про драконов?» — внезапно спросил он, и этот резкий переход заставил её споткнуться, — «Мы тогда были совсем мелкими. Ты залезла на дуб в саду, а я пытался тебя достать. Потом ветка подломилась…»

Дарья замерла, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Воспоминание, которое она так старательно похоронила под грудой более «важных» вещей, внезапно всплыло с невероятной яркостью.

— Ты… помнишь это? — её голос против воли дрогнул.

«Конечно. Ты тогда упала прямо в кусты шиповника. Нянька потом час вытаскивала из тебя колючки. А ты… ты так разозлилась, что гонялась за мной по всему саду, крича что-то про страшную месть. В итоге мы оба свалились в фонтан с золотыми рыбками. Потом взрослые на нас знатно поругалась…»

— Я… я и сама уже забыла про колючки, — тихо произнесла она, — И про книжку…

Некоторые воспоминания и впрямь выветрились из ее головы… А Костя на самом деле все помнил…

«А помнишь, как мы потом сидели мокрые на бортике и делили эту несчастную книжку? Солнце садилось, в кустах пели первые сверчки… Ты тогда сказала…»

— «Давай по очереди», — закончила она вместе с ним, чувствуя, как предательски щиплет в глазах. Старые воспоминания всплыли из глубин сознания неожиданно для самой Дарьи, — «Сначала ты почитаешь, потом я. Так будет… справедливо».

Её горло странно перехватило. Воспоминание было таким ярким — запах мокрой одежды, вкус воды из фонтана, последние лучи солнца, отражающиеся в каплях на страницах. И они вдвоем — совсем еще дети, уставшие от беготни, но счастливые…

Тогда они еще не знали, что станут смертельными врагами… Костя станет грозой училища, дерзким «гопником» в образе богатого наследника, а Дарья властной госпожой, обожающей жестокость…

Когда все это кончилось? Когда они перестали быть просто Костей и Дашей, а стали Безумовым и Кривотолковой? Когда простая детская дружба утонула в интригах и борьбе за власть?

— Черт тебя дери, Костик, — усмехнулась Дарья, — Неужели ты думаешь, что вот этой вот ностальгией заставишь меня петь под твою дудку? Конечно, приятно, что ты все-таки помнишь, но…

«Даша», — мягко произнес он, и от этой мягкости ей стало почти больно, — «Я знаю, между нами много всего произошло. Слишком много. Но сейчас действительно важный момент. Мне нужна твоя помощь. Нужно подобраться к Сверхсущности поближе и…»

— И что? — она с трудом сглотнула комок в горле, пытаясь вернуть привычную жесткость в голос, — Самоубиться? Потому что это больше похоже на план самоубийства, чем на…

«Нет. Провести ритуал», — перебил он, — «Этот жук… он не простой. Я накачал его особой смесью. Своего рода… успокоительным, если можно так выразить. Если ты сможешь использовать свой Дар, чтобы заставить одно щупальце Сверхсущности… принять его, это может сработать».

— Ты хоть понимаешь, как безумно это звучит? — она нервно рассмеялась, — Даже для тебя это слишком!

«Примерно как идея двух шпендиков залезть на самое высокое дерево в саду, чтобы доказать, что ты храбрее меня?» — в его голосе промелькнула улыбка, — «Или как тот раз, когда мы решили исследовать подвал и наткнулись на целую колонию летучих мышей?»

— Прекрати, — прошептала она, — Прекрати вот это все…

«Что именно, Даш? Напоминать о том времени, когда мы были друзьями? Или о том, какой ты была до того, как решила, что власть важнее всего остального?»

— Ты ничего не знаешь! — она почти выкрикнула это, и Вадим обеспокоенно оглянулся на неё, — Ты не понимаешь…

«Понимаю», — мягко возразил он, — «Лучше, чем ты думаешь. И именно поэтому прошу о помощи именно тебя. Потому что где-то там, под всеми этими слоями долга, амбиций и жажды власти, все еще есть та Даша, которая не боялась рискнуть ради правильного дела».

Она закусила губу. Она не понимала, почему её сердце вдруг забилось чаще. Почему эти воспоминания, которые она так старательно похоронила, вдруг стали такими яркими. И почему слова Кости находят отклик где-то глубоко внутри.

— Илона! — крикнула она, резко разворачиваясь к остальным, — Вадим! Олег! Послушайте…

Она быстро пересказала план Кости, стараясь не смотреть им в глаза. Боялась увидеть там осуждение? Или понимание?

Вадим тут же дернулся вперед, его лицо исказилось:

— Нет! Это самоубийство! Я не позволю тебе…

— Ты мне не позволишь? — она вскинула бровь, и в её голосе появились старые властные нотки. В этот момент она снова была той самой виконтессой Кривотолковой, от взгляда которой трепетали вассалы.

— Дарья, стой! — он попытался схватить её за руку, но она ловко увернулась.

— Вадим, — Илона неожиданно положила руку ему на плечо. В её глазах читалось странное выражение, которое было нельзя никак расшифровать, — Ты нужен нам здесь. Олег еще не полностью восстановился, а твари все прибывают.

— Но она…

— Она знает, что делает, — твердо сказала Илона, — Как всегда.

Дарья уже неслась по разрушенной улице, легко перепрыгивая обломки. Жук крепко держался на её плече, слегка подрагивая усиками на особо резких движениях.

«Готова?» — спросил Костя.

— Нет, — она оскалилась, глядя на приближающуюся тушу Сверхсущности, — Но когда нас это останавливало?

Где-то в глубине души она понимала, что это безумие. Что она, возможно, идет на верную смерть. Что все это может быть хитрым планом Безумова…

Но почему-то ей хотелось верить. Верить тому мальчишке, с которым они когда-то делили книжку про драконов. С которым исследовали темные подвалы и убегали от летучих мышей. Тому другу, которого она потеряла где-то по дороге к власти и могуществу.

«Кстати», — вдруг произнес Костя, когда она уже почти добежала до цели, — «Ты все-таки была храбрее. Тогда, на дереве. Я просто боялся в этом признаться».

— Заткнись, Костя — она почувствовала, как губы сами расползаются в улыбке. Той самой, детской, которую она давно забыла, — Просто… заткнись.

И побежала вперед, навстречу чудовищу, которое могло уничтожить её одним движением щупальца. Где-то позади Вадим смотрел ей вслед, до боли сжимая кулаки. Илона придерживала его за плечо, шепча какие-то успокаивающие слова. А в небе Император продолжал свой титанический бой, не подозревая, что судьба сражения может решиться не его силой, а маленьким черным жуком на плече опальной виконтессы.

И где-то там, в глубине её души, маленькая девочка с ободранными коленками снова бежала наперегонки с мальчишкой, сжимающим потрепанную книжку про драконов.

Щупальца Сверхсущности извивались над головой подобно живым горам. Один удар — и все…

«Сверху!» — крикнул голос Кости.

Дарья метнулась вбок. Сверху рухнул кусок дома, едва не придавив девушку.

Дарья, прижимаясь к стене разрушенного здания, старалась отдышаться. В боку кололо от быстрого бега, волосы растрепались, на щеке саднила свежая царапина — осколок пробил покров и чуть не задел глаз…

«Спокойно», — голос Кости в её голове звучал уверенно, — «Ты справишься. Просто помни — твой Дар должен проникнуть глубже обычного. Не просто заставить её подчиниться, а… убедить принять жука».

— Легко сказать, — пробормотала она, глядя, как очередное щупальце крушит водонапорную башню, — У тебя там что, опыт общения с древними космическими ужасами?

«Ну… технически…»

— Я не хочу этого знать, — перебила она, — Просто скажи, когда.

Чудовище над головой издало беззвучный вибрирующий вопль — Император, окруженный сиянием невероятной силы, нанес особо мощный удар. Несколько щупалец буквально испарились, но на их месте тут же выросли новые.

«Сейчас!» — скомандовал Костя, — «Одно из нижних малых щупалец прямо над тобой! Действуй!»

Дарья глубоко вдохнула и активировала свой Дар. Тонкие нити силы потянулись от неё вверх, к извивающейся массе полупрозрачной плоти. Жук на её плече слегка завибрировал.

Первое прикосновение к разуму Сверхсущности едва не сбило её с ног. Мириады голосов, крики тысяч поглощенных душ, образы настолько чуждые человеческому восприятию, что от них кружилась голова… Она пошатнулась, хватаясь за стену.

«Держись!» — в голосе Кости появилось беспокойство, — «Не дай ей себя захватить! Просто… создай канал. Как будто приоткрываешь дверь».

— Легко… тебе… говорить… — процедила она сквозь зубы, чувствуя, как по лицу течет что-то теплое. Кажется, из носа пошла кровь.

Её Дар Подчинения никогда раньше не сталкивался с чем-то подобным. Это было все равно что пытаться заставить океаническое течь вспять — чистое безумие. При том что Дарья имела дело лишь с одним щупальцем, а не всей Сверхсущностью…

Но постепенно, невероятным усилием воли, ей удалось нащупать что-то… знакомое? Человеческое?

«Да!» — воскликнул Костя, — «Ты нашла! Это, возможно, часть сохранившейся человеческой личности… Действуй!»

Дарья потянулась к этому проблеску, осторожно вплетая в него нити своей силы. Сверхсущность дернулась — словно почувствовала что-то. Одно из щупалец медленно опустилось, зависнув прямо перед ней.

В его полупрозрачной плоти можно было различить лица — тысячи лиц, застывших в немом крике. Они словно плавали под поверхностью, то появляясь, то исчезая. У Дарьи закружилась голова от этого кошмарного зрелища, сводящего с ума…

«Не смотри!» — крикнул Костя, — «Жук знает, что делать!»

Маленькое насекомое на её плече вдруг ожило. Его хитиновый панцирь засветился странным голубоватым светом, и оно расправило крылья, которых раньше вроде бы не было.

Это было похоже на лунатизм — Дарья словно со стороны видела, как её Дар создает тончайший канал между её разумом и чудовищной сущностью наверху. Как жук, повинуясь её ментальному приказу, взлетает к зависшему щупальцу. Как прозрачная плоть словно втягивает его внутрь…

А потом что-то пошло не так.

Сверхсущность вздрогнула всем своим исполинским телом. Император, как раз готовивший новую атаку, замер в воздухе. А потом…

Вой, который издала тварь, невозможно было услышать — его можно было только почувствовать. Он проникал в самую душу, заставляя мозг и внутренности скручиваться в узел. Щупальца захлестали во все стороны с удвоенной силой, сметая целые здания.

— Что… что происходит? — выдохнула Дарья, чувствуя, как её связь с существом рвется, словно гнилые нити, — Костя⁈

Но в голове была только тишина. Жук, успевший проникнуть в тело Сверхсущности, исчез, а вместе с ним пропал и голос княжича.