Стояла глубокая ночь, когда сэр Уильям Мелори аккуратно запечатал последнее письмо. Дипломат нанес на конверт несколько капель специального воска — при попытке вскрыть послание неправильным способом бумага мгновенно самоуничтожится. Затем достал из потайного ящика стола маленький медный диск с выгравированными рунами и провел им над печатью. Воск слабо замерцал и впитал в себя руны.
Британский посол откинулся в кресле, задумчиво глядя на ночной город за окном своего кабинета. В такое время в посольстве было непривычно тихо — только где-то в глубине здания мерно тикали старинные часы.
— Войдите, Джеймс, — произнес он, даже не оборачиваясь к двери.
Его личный секретарь бесшумно скользнул в кабинет. Высокий худощавый мужчина с невзрачной внешностью, в идеально выглаженном костюме. Таких людей не запоминают — именно то, что нужно для его работы.
— Все готово, сэр, — доложил он, — Наши источники подтверждают — во время финального боя Черное Солнце будет храниться в специальном подземном хранилище под ареной. Охрана усилена, но у нас есть полная схема постов и график смен.
— Отлично, — Мелори взял со стола изящную трубку и неторопливо раскурил её. Сладковатый дым поплыл по кабинету, — Что с нашими… техническими средствами?
— Прибыли сегодня утром с дипломатической почтой, — Джеймс достал из папки несколько фотографий, — Новейшие разработки прямиком из лабораторий. Все, что вы запрашивали.
— Превосходно, — посол внимательно изучил снимки, — А что с нашим «другом» в охране?
— Капитан Н. готов сотрудничать. Сумма его полностью устроила, — тонкие губы секретаря тронула легкая улыбка, — К тому же, у нас есть на него… определенные материалы. На случай, если передумает.
Мелори удовлетворенно кивнул. За внешностью чопорного дипломата скрывался расчетливый разведчик, привыкший учитывать все детали. Каждый шаг операции был тщательно продуман.
— Что с отвлекающим маневром?
— Все идет по плану, — Джеймс достал еще один документ, — Наши люди получили информацию, деньги и распоряжения. Во время финала они устроят достаточно убедительную демонстрацию, чтобы отвлечь внимание спецслужб.
— Убедительную, но не слишком разрушительную, — уточнил посол, — Лишние жертвы не желательны. Это может… осложнить международную обстановку.
— Разумеется, сэр. Только шум и паника, а жертвы… в рамках статистической погрешности.
Мелори поднялся и подошел к большой карте города на стене. Его пальцы рассеянно коснулись места, где располагалась арена.
— Знаете, Джеймс… В чем-то мне даже жаль этих русских, — задумчиво произнес он, — Они так трепетно относятся к своим магическим реликвиям, своим древним традициям… Но времена меняются. Будущее за технологиями, за наукой. Лишь Британия достойна обладать столь могущественным артефактом… Черное Солнце должно быть тщательно изучено в наших лабораториях.
— Если позволите личное замечание, сэр… — осторожно начал секретарь.
— Конечно, старина. Мы слишком давно работаем вместе для формальностей.
— Меня беспокоит молодой Безумов. Он… необычен. Все наши аналитики отмечают, что его способности выходят за рамки обычной магии. Даже для сверходаренного. И его влияние растет с каждым днем. Я бы даже сказал, что он в чем-то опаснее Соколовой…
— О да, — Мелори невесело усмехнулся, — Наш юный друг — весьма примечательная личность. Я наблюдал за ним издалека. Он прячет стальной характер за маской беспечности. Очень опасное сочетание.
Он вернулся к столу и взял один из отчетов:
— Вот, посмотрите — всего за несколько месяцев он фактически уничтожил клан Кривотолковых. Причем сделал это настолько… элегантно. Никакой грубой силы — просто серия точных ударов по ключевым точкам их империи. А теперь методично собирает их наследство. Мальчик за пару месяцев сокрушил противника, с которым род Безумовых безуспешно бодался поколениями… Думаю, комментарии излишни.
— Вы думаете, он может помешать операции?
— Нельзя это исключать, — посол снова затянулся трубкой, — Но у нас есть преимущество — он, как и все остальные, будет ждать атаки от Организации. А мы… мы будем действовать совсем иначе.
Он достал из ящика стола небольшой серебряный медальон:
— Вот, последняя разработка наших умельцев. Полное подавление магической ауры в радиусе десяти футов. Даже Безумов со всей его силой не сможет засечь нас, пока эта штука работает.
— Впечатляет, — Джеймс с интересом разглядывал артефакт, — Хотя должен заметить, что технология пока нестабильна. Тесты показали…
— Я знаю про тесты, — перебил его Мелори, — Но у нас не будет второго шанса. Придется рискнуть.
Он аккуратно убрал медальон и запер ящик:
— Кстати, что с нашим запасным планом?
— Агент «Чайка» на месте, — доложил секретарь, — В случае необходимости она обеспечит нам доступ к альтернативному маршруту. Правда… — он замялся.
— Договаривайте, Джеймс. Что вас смущает?
— Её лояльность, сэр. В последнее время она проявляет… излишний интерес к деталям операции.
— Не беспокойтесь, — Мелори позволил себе легкую улыбку, — «Чайка» профессионал. Она знает ровно столько, сколько нужно для её части работы. А если решит проявить излишнее любопытство… — он многозначительно постучал по ящику стола, — У нас есть способы решать такие проблемы.
В кабинете повисла тишина, нарушаемая только тиканьем часов. Джеймс методично собирал бумаги, раскладывая их по папкам.
— Что с маршрутом эвакуации? — спросил посол, глядя в окно.
— Три варианта, как вы просили. Основной — через порт, запасной — через северную границу, и экстренный — если все пойдет совсем плохо. Транспорт и документы подготовлены.
— Отлично, — Мелори потер переносицу, — Знаете, Джеймс… Иногда я думаю — что будет, если русские поймут, что мы задумали? Международный скандал, разрыв дипломатических отношений…
— Не поймут, сэр, — уверенно ответил секретарь, — Мы слишком хорошо подготовились. К тому же… — он позволил себе легкую улыбку, — Кто заподозрит в краже артефакта чопорного английского дипломата? Они скорее поверят в атаку Организации или происки конкурирующих кланов.
— Вы правы, мой друг, — посол тоже улыбнулся, — Самая надежная маскировка — соответствовать ожиданиям. Пусть думают, что мы только и можем, что возмущаться их «варварскими обычаями» за чашкой чая.
Он взял со стола запечатанное письмо:
— Доставьте это нашему другу в охране. И проследите, чтобы все исполнители знали только свою часть плана.
— Будет исполнено, сэр, — Джеймс аккуратно убрал конверт во внутренний карман, — Что-нибудь еще?
— Да, — Мелори снова взялся за трубку, — Усильте наблюдение за Безумовым. Возможно, нам придется импровизировать, если он что-то заподозрит. И… — он сделал паузу, — Приготовьте «варианты нейтрализации». На самый крайний случай.
— Вы имеете в виду…
— Именно. Надеюсь, до этого не дойдет — слишком много внимания привлечет. Но лучше быть готовыми ко всему.
Когда секретарь ушел, посол еще долго стоял у окна, глядя на спящий город. Где-то там, в лабораториях под Лондоном, лучшие умы Британии с нетерпением ждали результатов его миссии. Черное Солнце — древний артефакт невероятной силы — должно было стать ключом к новым технологиям, способным изменить баланс сил в мире.
«Уже скоро», — подумал Мелори, дымя трубкой, — «Еще немного — и главное сокровище русских магов окажется в наших руках. А там… кто знает… Британия уже когда-то правила морями, было бы неплохо вернуть то славное время…»
Он усмехнулся своим мыслям. Чопорный английский дипломат, возмущающийся «варварскими обычаями» русских… Кто бы мог подумать, что за этой маской скрывается один из лучших оперативников британской разведки под прикрытием?
Впрочем, скоро маскировка уже не понадобится. После финала турнира сэр Мелори навсегда покинет Россию — с Черным Солнцем или без него. Оставалось только дождаться решающего дня и сыграть свою партию до конца.
В конце концов, кто сказал, что только русские могут забавляться интригами?
Распрощавшись с Дарьей, Светлана Соколова летела над ночным Синегорьем, всматриваясь в огни города внизу. Турнир должен был начаться уже завтра. Следовало хорошенько выспаться.
Впереди показался особняк Безумовых. Подлетев поближе, Светлана увидела чью-то фигуру на крыше особняка. И разумеется, это был…
Костя сидел на парапете, свесив ноги вниз, и задумчиво смотрел на звездное небо. Ветер легко трепал его волосы, а в глазах отражались огни ночного города.
— Я так и знала, что найду тебя здесь, — произнесла она, подходя ближе.
Костя обернулся, и что-то мелькнуло в его взгляде — то ли радость, то ли тревога. Или все вместе.
— Света… — он улыбнулся, — Как ты?
— Лучше, — она села рядом, стараясь не думать о том, как её сердце начинает биться чаще от его близости, — Силы почти полностью восстановились. Даже отец признал, что я готова к финалу.
Между ними повисло молчание — не тяжелое, но наполненное невысказанными словами. Светлана украдкой разглядывала его профиль, отмечая, как заострились черты его лица за последние дни. Видно было, что он тоже готовится к решающей схватке.
— Знаешь, — наконец произнесла она, — я хотела поговорить с тобой. О том, что случилось в лазарете…
— О поцелуе? — прямо спросил он.
Светлана почувствовала, как краска заливает щеки. Но отступать было не в её характере:
— Да. И… обо всем остальном тоже.
Костя повернулся к ней. Его глаза в сумерках казались почти черными, но в их глубине мерцали странные огоньки — словно отблески неведомой древней силы…
— Света, — мягко произнес он, — Ты ничего не должна объяснять. Это был эмоциональный момент…
— Нет, — она покачала головой, и её синие волосы качнулись, словно волны в лунном свете, — Дело не только в эмоциях. Я… — она запнулась, подбирая слова, — Когда ты спас меня, когда вытащил из той тьмы… Что-то изменилось. Словно я увидела тебя другими глазами.
Она невольно придвинулась ближе, чувствуя исходящее от него тепло:
— Раньше ты был просто сильным противником. Единственным моим ровесником, давшим классный бой. А теперь…
— Теперь? — тихо спросил он.
Вместо ответа она подняла руку и осторожно коснулась его щеки. Кончики её пальцев слегка подрагивали. От этого прикосновения по коже Кости в стороны разбежались лазурные искры — её природная магия откликнулась на силу внутри него.
Даже их духовная энергия как-то… странно реагировала друг на друга.
— Я не знаю, что это, — прошептала она, — Но каждый раз, когда ты рядом, моя сила… отзывается. Словно тянется к твоей.
Костя накрыл её ладонь своей, и Светлана почувствовала, как по ее руке пробежала волна тепла, наполняя грудь. Их энергии переплелись — свет и тьма, молнии и Бездна, танцуя и искрясь в вечернем воздухе.
— Я чувствую то же самое, — признался он, — С того момента, как увидел тебя на арене. Тот бой… был действительно хорош.
Их лица оказались так близко, что Светлана могла разглядеть золотистые искорки в его глазах. Она невольно подалась вперед, чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди…
— Но завтра, — прошептала она, — мы будем сражаться.
— Да, — эхом отозвался он, — Будем.
— И что нам делать… с этим? — она сделала неопределенный жест рукой, словно пытаясь охватить то невидимое, что протянулось между ними.
Костя задумчиво посмотрел на город внизу.
— Может быть, — медленно произнес он, — иногда сражаться — это не значит быть врагами? Может, в этом и есть красота поединка — когда два достойных противника…
— … становятся чем-то большим? — закончила она за него.
Их взгляды встретились, и в этот момент весь мир словно замер. Было только это мгновение, только они вдвоем на крыше под звездным небом. Их силы танцевали вокруг, сплетаясь в причудливый узор — свет и тьма, такие разные и такие притягательные друг для друга.
Светлана первой нарушила момент, мягко высвободив руку:
— Мне пора. Отец будет волноваться.
— Конечно, — кивнул Костя, — До завтра?
— До завтра, — она встала, расправляя складки платья, — И… Костя?
— Да?
— Завтра я буду сражаться в полную силу, — её глаза сверкнули решимостью, — Без поддавков. Ты заслуживаешь честного боя.
Он улыбнулся:
— Я бы не ждал от тебя другого.
Светлана активировала свой покров и взмыла в воздух. На мгновение она зависла, глядя на него сверху:
— Знаешь… что бы ни случилось завтра… я рада, что встретила тебя.
А потом она растворилась в сумерках, оставив после себя лишь легкий аромат грозы и слабое покалывание магии в воздухе.
Костя еще долго сидел на крыше, глядя в ту сторону, куда она улетела. Его пальцы все еще помнили тепло её прикосновения, а в воздухе словно застыл отголосок их смешавшихся сил.
А над Синегорьем медленно разгорались звезды, безмолвно наблюдая за тем, как судьба сплетает свои узоры из света и тьмы, из силы и нежности, из долга и притяжения. История древняя как мир — два сильных мага, что находят друг в друге нечто большее, чем просто достойного противника.
И кто знает, может быть, именно в этом и есть настоящая магия?
А Светлана летела назад, к своему дому. Она упрямо смотрела вперед, а по ее щекам струились две мокрые дорожки…
— Прости, папа, — упрямо прошептала она здесь, на высоте, где никто не мог видеть ее слабость, — Но Костя заслужил эту победу больше, чем я…