Так продолжалось до наступления темноты, я бил, уже не чувствуя рук, а Дарко так ни разу не пропустил ни одного удара. Тычки получал только я. Несмотря на Каменную кожу, у меня болело всё тело, я упал в траву с чувством, что меня избили палками. Сил не осталось от слова совсем.

— Сила с упорством в тебе есть, — охотник присел рядом со мной на корточки. — При должном старании обязательно научишься, — поднявшись на ноги, он достал точильный камень и принялся править меч.

У меня даже на кивок сил не осталось, благо есть руна Сано, специально её не использовал. Хотел проверить, насколько меня хватит, не больше двух часов продержался. Спасибо ежедневным тренировкам, так бы и пятнадцати минут не прошло, как свалился.

— Антуан, ты как? Дарко тебя не покалечил? — это уже Никлас подошёл. Он и Виро появились посреди занятий.

Чувствуя некоторое улучшение, я уселся на пятую точку.

— Нормально всё! — соврал я, судя по насмешливому взгляду, Никлас это понял.

— Ты правильно сделал, что не использовал Сано в бою, — вновь заговорил Дарко. — Так тело быстрее закалится. И возьми за привычку не пользоваться рунами без надобности. На тебя никто не нападает, тело само должно восстанавливаться.

Скажи он это прежнему Антону, тот бы просто отмахнулся. Зачем терпеть боль, когда можно выпить таблетку обезбола? Но сейчас я понимал о чём он, тело молодое, очухается быстро. Я бы добрался до убежища без помощи рун и просто завалился спать, как делал обычно после тренировки. Наутро, без Сано тело продолжало бы болеть, до следующей тренировки, и так каждый день, неделя за неделей, месяц за месяцем, пока не привыкну к боли, пока она не станет частью меня.

— Понял Дарко, спасибо, — я поднялся на ноги.

Подошёл и Виро. Теперь все трое на меня смотрели, кто в доброй усмешке, а кто и с сочувствием.

— Я пудру из люмия обещал, — достал две банки, охотники сразу оживились.

Никлас полез за кошелём, Дарко тоже дёрнулся, а затем предложил другой вариант.

— Антуан, мы можем сделать проще. Я её покупал у тебя за десять белых камней. Зелёный камень, что ты должен заплатить за обучение, как раз столько и стоит…

— Я тоже готов стать твоим учителем, — подсуетился Никлас.

— И я, и я, — молодой охотник Виро не остался в стороне.

Как же быть? То ни одного учителя, то сразу трое! Так это же хорошо! — решение нашлось быстро.

— Мне нужно всё сразу и камни, и обучение! — я достал из рюкзака ещё четыре банки с пудрой, больше у меня не осталось.

У Виро не хватало трёх камней, он занял у Никласа, в итоге я получил три десятка белых эфирок и задумался на перспективой кача.

Может мне Мезенцеву ещё пудры заказать, или предложить охотникам канитель? И будет у меня третий круг. С этим вопросом я и обратился к Дарко.

— Не получится, Антуан, у меня всего пара камней осталась, — он посмотрел на Никласа.

— Один. Это мы на днях удачно на стаю крикунов нарвались. Повезло, что плетуны позднее подоспели, мы к тому времени тварей почистили и бежать…

— Да! А плетунам было чем заняться, падали осталось полно, — самодовольно добавил Виро.

Я не знал, что утки мутанты собираются в стаи, мне даже спрашивать не пришлось, всё было написано на лице.

— Такое бывает, — сказал Дарко. — Когда жрать нечего, вся семья на охоту выходит. А это плохо. Если на болоте голод, значит, твари в лес попрут.

Мы ещё какое-то время поговорили, я узнал кое-какие мелкие подробности охоты, затем обсудили график моих занятий с мечом. Здесь всё было просто, следующим моим тренером будет Виро. Молодой охотник очень гордился званием учителя, старшие охотники беззлобно над ним посмеивались.

— Пора расходиться, Антуан, — сказал Дарко. — Ночь уже на дворе, тебе идти туда не знаю куда, — охотник хохотнул, друзья его поддержали. — А нам нужно поделить посты.

Мы распрощались, и я двинулся домой. Я не знаю, сколько охотники выбивают камней, об этом разговора не было, только по цветам. Белых эфирок, разумеется, больше всего выпадает, затем идут зелёные, потом уже самые редкие гости оранжевые. Таким образом, я смог составить список из пяти кругов.

Серые — эти мне уже не требуются, хотя в наличие есть, постоянно со зверей выпадают.

Белые — круг проглотил сорок девять камней, я постеснялся спросить у охотников, сколько нужно, сто или двести? Если кач идёт в прогрессии, то засада.

Зелёные — до этого круга я пока не добрался, но у меня уже есть двадцать камней, в них дико нуждается Виро, никак не может закончить третий круг.

Оранжевые — эти камушки нужны Дарко и Никласу, у меня их шесть штук, наследие Карло и безымянного ловца рабов, но продавать я не собираюсь. Выпадают с матёрых теневиков, а их только толпой завалить можно, как минимум втроём, двое с холодным оружием, третий, самый меткий и выдержанный бомбит рунами.

Бирюзовые — о них охотники могут только мечтать и копить, это пятый круг, в приболотном нет никого выше четвёртого. Это потому, что на чёрном болоте нет тварей, с которых выпадают камни такого цвета. Они даже копить пока не могут, потому как одна бирюзовая эфирка, продаётся за десять оранжевых, а ведь ещё нужно четвёртый круг докачать. Пока они только мечтают и договариваются с торгашами в Вольном поле, им же обычно и сдают белые эфирки, а все зелёные уходят к Виро.

Примерно такой расклад я нарисовал после разговора с охотниками. Про изумрудные камни, коих у меня имелось четыре штуки, спрашивать постеснялся. Получается, я не знал для какого они круга, шестой, седьмой, а может, вообще восьмой, об этом я узнаю как-нибудь потом.

До дома добрался без приключений, даже кролики не напали. Видать всех ближайших извёл, а другие пока не суются. Очень хотелось спать, я готов был рухнуть прямо на землю, но организму требуются стройматериалы. Потому я вскрыл банку тушёнки, подогрел её на сухом горючем и только после употребления пищи, забылся сладким сном.

На следующее утро, после всех обязательных процедур и завтрака, занялся метательным оружием, это так, для разминки. Надо сказать, чувствовал я себя прекрасно. Дело, скорее всего, в белых эфирных камнях, что вчера употребил, аж три десятка. Этернис — магический мир, а магия влияет и на физическое состояние.

Затем вспомнил про меч, у меня тоже имелось точило, осталось от ловца рабов. На рубящих гранях появились мелкие зазубрины, пришлось потратить пару часов на правку оружия. После обеда, состоящего из ляжки жирного кроля, я её поджарил на костре, вернулся на Этернис.

Мне нужен был волк, здоровый, матёрый самец, потому я отправился в противоположную от Приболотного сторону, в те места, в которых ещё не бывал. Времени до вечерней тренировки было достаточно, я мог выследить хищника, взять с него всё, что мне нужно и вернуться в убежище.

Стоило мне пересечь границу разведанных земель, стали попадаться кролики, звери они агрессивные, поэтому с поисками нужного хищника произошла задержка. Я старался не вступать в конфликт, да толку от этого, если меня замечали, обязательно атаковали. Свободное время быстро сходило на нет, рюкзак наполнялся кроличьими тушками, и мне пришлось поворачивать обратно.

Чёртовы ушастые, — ругаясь, я двигался по лесу.

От дерева к дереву, от поляны к поляне и, наконец, наткнулся на следы серого хищника, естественно, я по ним пошёл — руны в помощь. Потратил не меньше часа на преследование, следы были свежими.

Хотел было плюнуть, но тут донёсся волчий рык. Зверь меня услышал и атаковал сам. Всё произошло быстро, налетел из-за деревьев, намереваясь порвать глупого охотника.

Но я оказался быстрее, Мальварма попала в морду, волк с разбега полетел кубарем. Не учёл я свою подросшую силу, руна убила зверя, можно сказать, не ходу. Мне пришлось спешно доставать ёмкость и собирать кровь, получилось не больше литра.

И то прибыль, — решил я, вырезая эфирный камень, попался серый, что вполне ожидаемо.

Покончив с задуманным, я поспешил домой, что стало дополнительной тренировкой, четыре кроличьи тушки каждая не меньше пяти килограмм.

Для чего нужна кровь? Так корни замочить, обещал же Мезенцеву крупную партию. Опять же пиявки, уверенности с последними не было всё-таки кровь должна быть свежей. Но я надеялся на руну сохранения, вдруг прокатит, молоко же не киснет.

Замочив корни, съел подогретую банку тушёнки и отправился в Приболотное. Кроме тренировки хватало и других дел. Сначала заглянул к Мирне, купил у неё козьего молока, портниха начала интересоваться следующей партией канители, пообещал доставить в ближайшие шесть-семь дней.

С такими запросами мне скоро придётся грузовик заказывать. Нужно их придержать, пусть экономнее люмий используют, но партию заказать всё же придётся.

Следующим я посетил старосту, на пороге меня встретила Дана.

— Господин! — девушка склонила голову, я заметил, что она перестала выскабливать волосы, уже немного отросли.

— Всё ли в порядке, Дана?

— Всё хорошо, господин! — рабыня подняла на меня взгляд, на симпатичном личике проскользнула мимолётная улыбка, девушка успела меня рассмотреть и оценить. — Я жду вас каждый день. Вижу, что вы стали сильнее.

Я чувствовал, что она хочет приблизиться, нужно лишь моё слово или движение.

— Дана! Кто там? — голос Грегос разрушил момент, рабыня присмирела.

— Это господин, Антуан!

— Так пригласи его в дом, он всегда желанный гость!

Рабыня освободила проход, но не полностью, проходя мимо, я коснулся плечом её грудей, девушка выдохнула, я почувствовал теплоту её дыхания. Мне пришлось брать себя в руки, мужское естество пёрло наружу.

Зачем она это делает? — я посмотрел на рабыню, а та невинно опустила глазки в пол. — Чертовка!

Я вошёл в дом, Грегос сидел за столом, перед ним лежал раскрытый гроссбух, старик поднялся поприветствовать меня.

— Здравствуй, Антуан, я тебя уже жду! Дела складываются, всё, что взято — распродано. Я готов купить ещё столько же, — староста поставил на стол довольно объёмный кошель из чёрной бархатистой ткани, содержимое приятно звякнуло.

— Здравствуй, Грегос! Приятно слышать. С новой поставкой придётся немного подождать, но я принёс, то что обещал, — я принялся выгружать канитель из рюкзака.

Пятнадцать катушек, почти всё, что у меня было, ещё пять осталось дома. Как и задумал, нужно попридержать коней, грузовика с грузчиками у меня нет.

— Отрадно, отрадно.

Староста принялся перебирать драгоценную нить, а я развязал кошель, заглянул внутрь. Как и ожидалось — куча золота. Я не интересовался, сколько стоит дом в Приболотном, но думаю на парочку таких, как у Грегоса со всем хозяйством, хватит, без рабов, разумеется.

Остальные дома выглядели победнее. У той же Мирны, наружная картинка жилища совпадала с внутренней, то есть она не парилась, обходясь без особых удобств. Стены с крышей есть, да и ладно. У Сальмы была примерно таже картина. Единственное, что их объединяло — это рабочие места. В этом отношении дамочки средств не жалели.

Но я не собирался покупать домик в деревне, один у меня есть, хоть и бабушкин, мне его достаточно.

— Приятно с тобой работать, Антуан! Сказал и сделал… А что ждать придётся, то ничего, мы люди простые, терпеливые, — Грегос сгрёб со стола катушки с канителью, достал ещё один кошель поменьше прежнего и высыпав золотые кругляши на стол, принялся считать.

Староста прав, мне тоже было приятно слышать звон монет. Я уже решил, на Альтерру золото не уйдёт, нерентабельно это, я получаю всего половину от стоимости. В то же время капитал может пригодиться здесь, да точно пригодиться. Того же коня купить, двух, Дана тоже должна на чём-то ехать. Недвижимость в Дувгороде, тут я, правда не был уверен, но, возможно, придётся приобретать. В общем, много на что нужно.

— Эх, Антуан! Жаль, у меня дочки на выданье нет, а то построили бы здесь дом, детишек нарожали.

Такая идея мне не понравилась. Какие детишки? Я сам ещё не вырос! Нафиг, нафиг.

— Торговцы в Вольном поле говорят, спрос на люмий поднялся, — староста подвинул ко мне следующий кошель. — Не к добру это, такое перед войной обычно бывает. Наши соседи, Степное Королевство — люди неспокойные, всё бы им повоевать, пограбить. Дольфрик, их король, давно смотрит на наши леса, у самого-то голая степь…

— Ничего не выращивают? — поинтересовался я между делом.

— Как же, выращивают. Кони степных пород считаются лучшими, любой аристократ мечтает о таком скакуне. Не совсем конь — боевой товарищ! Несёт быстрее ветра, не знает усталости, во время переходов спит на ходу, и боя не боится, сам в атаку лезет. Удар копытом, это тебе не оглоблей по спине, сразу дух вышибет. Степняки им зубы затачивают…

— А это зачем, лошадки и без того зубастые! — это не земные кони, похлеще волков будут.

— За раз руку откусит, тогда и поймёшь зачем, — староста хохотнул. — Я к чему про войну сказал, цена на рунную защиту сильно подрастёт, сам хочу тебе другую предложить. Со следующей партии, — вовремя поправил себя староста. — А то ещё другим захочешь продать, если цену повыше предложат.

Кто я такой, чтобы от золота отказываться?

— Хорошо, Грегос! Следующая партия точно будет твоей, постараюсь побольше привезти, — староста одобрительно кивнул, а затем сменил тему.

— У меня гостевой домик есть. Когда племянница гостить приезжает, там живёт, она теперь только летом появится, если нужно остаться в селении, милости прошу. Опять же рабыня постель согреет, — Грегос подмигнул.

— Спасибо, я учту и доброту твою не забуду.

— Хорошему человеку всегда за радость помочь!

Мы распрощались, я вышел на улицу, направляясь к посту деревенской стражи.

Заманчивое предложение от старого проныры, он умнее и опытнее меня, знает, как и чем можно заманить. А ведь моей первой мыслью было согласиться, хорошо хоть голова иногда соображает. Сомневаюсь, что староста задумал какую-то пакость, здесь другое, не зря же про дочку на выданье заговорил.

Таких у него нет, недоросли ещё. Но лет через пять, о то и меньше, одна созреет, видел девчушку, вырастет настоящей красавицей. Меня к тому моменту здесь быть не должно, а если поселюсь в гостевом доме, то варианты могут быть разными. Потихоньку, помаленьку к семье приблизит, и оглянуться не успею, как запишет дочурку в будущие невесты, а я, значит, жених! Хрен вам!

Топот копыт за спиной отвлёк меня от умных мыслей, отходя к обочине, обернулся. Тройка всадников неслась по деревенской грунтовке, передний в стальной кольчуге и шлеме, двое задних в кожаной броне и таких шлемах с полосками люмия, лица скрыты, видно только глаза.

— С дороги! — властно крикнул стальной, ближайший ко мне всадник взмахнул хлыстом, я успел отпрыгнуть в сторону, просвистело совсем рядышком.

Вот же суки! Крикнуть бы, чтобы до леса сдуло.

Всадники проскакали мимо, я не собирался вступать в конфликт, явно аристократ, а значит, круг сильно выше моего. Тут они вдруг начали притормаживать, один из кожаных развернул коня и поскакал назад, ко мне, то есть, мне оставалось только мысленно материться.

Блин, нарвался на какую-то местную шишку, хожу, ворон считаю, — кинул на себя Каврило.

Всадник остановил коня напротив меня, забрало поднимать не стал.

— Кто такой? — грубо, властно, привык на простых селян голос повышать.

— Сам представься! Или манерам не обучен?

— Да я тебя! — всадник взмахнул хлыстом, я выставил меч.

— Погоди, Броно! Хочешь нарваться на войну родов? — вмешался подоспевший железный.

— Простите, господин, он одет как простолюдин, даже рунной защиты нет, — меня окружила троица всадников.

— С чего ты взял, что нет защиты? — стальной легко спешился и отдал поводья другому всаднику и вовремя коняшка хотела меня цапнуть. — Круг у него невысок, но я вижу силу и породу! Меня зовут Барон Астамак, я поверенный графа Орина, — он изобразил поклон.

— Антуан, странник с юга, моего отца зовут Николай, я родом из Багдада, — вспомнил название одного из восточных городов.