Сутки в сыром трюме длились ужасающе долго. Понять, что действительно прошла ночь и вновь наступил день, можно было лишь благодаря лучам солнца, которые пробивались между досок, закрывающих вход в трюм.

Вокруг стояли старые, наполовину сгнившие бочки, связанные верёвками. Валялось множество досок, разнообразных инструментов. Висела на каких-то ржавых крюках старая плесневая одежда. Кажется, раньше здесь был склад, а теперь содержатся заодно и пленники.

Корабль довольно жёстко мотало по волнам, от чего я даже не мог вздремнуть, постоянно подскакивая на месте. Зато Гарф умудрялся спать, даже в таком положении. Удивительно, что его забрали вместе со мной. С одной стороны хоть кто-то рядом, с другой — он ведь болеет, а от подобных путешествий лучше ему не станет. Один плюс — его не выбросили и не убили.

Кольцо, конечно, отобрали, возможно, решив, что оно довольно ценное, зато оставили «реплику» в кармане. Никого не заинтересовал восковой шарик. Но и особого толку здесь от неё не было. Разве что — лишний раз потренироваться в передаче маны. Хотя, если кто-нибудь заметит, то и её сразу же конфискуют.

Помимо меня в трюме сидело ещё шесть человек. Трое взрослых мужчин, две женщины и подросток. Судя по тому, что все они располагались обособлено, знакомы вряд ли были. Клеток было три, и все сидели по трое, кроме меня. Можно сказать, мне выделили VIP-камеру.

Общительностью никто из пленников не отличался, и довольно скоро стало ясно, что если я сам не начну разговор, то никакой новой информации не поступит.

— Здравствуйте. Я только недавно пришёл в себя. Могли бы вы подсказать, что случилось? — обратился я одновременно ко всем окружающим.

Обитатели трюма посмотрели на меня, но не произнесли ни слова. Лишь парень лет шестнадцати, который сидел в соседней клетке, подошёл ближе к решётке.

Поняв, что он хочет, я тоже подошёл чуть ближе.

— Ты думаешь, мы знаем, что случилось? — спросил парнишка, почесав голову, с которой посыпалась грязь, вперемешку с перхотью и какими-то насекомыми.

— Вы ведь здесь дольше меня. Может быть, хоть что-то известно?

— Я тут третий день. Ты, кстати, тоже. Просто очень долго не приходил в себя. Мы уже думали, что помер, — хмыкнул он, облокотившись на решётку.

— Выходит, всё это время я лежал без сознания? — спросил я удивлённо.

— Ну да. Иногда приходили эти люди и пихали тебе в рот небольшие ягоды тирики, чтобы немного утолить жажду и голод. Хотя не уверен, глотал ли ты их. Но раз очухался, значит, всё нормально.

— А что это за похитители? Я не совсем понял, о чём говорил их этот странный бугай.

— Это культисты. Насколько я знаю, существует такое место, где множество пустынь, мало воды и деревьев. Южнее империи Эрдения.

— Баритский каганат? — уточнил я.

— Вроде бы да. Так вот, там часто засухи, поэтому они хотят принести нас в жертву, чтобы Семеро послали дожди.

— А это работает? — спросил я с большим сомнением.

— Не знаю, но они верят. Поэтому и схватили нас. Будут резать, пока дождь не пойдёт. А если не пойдёт, то, наверное, поедут за новыми жертвами.

Ну и жесть. Как так мне везёт? Из одной задницы попадаю в другую. Но стоп, а как я вообще попал на корабль? Если выход к морю у Эрдении есть только на севере, а я уже направлялся в Мельтарис. Это из-за телепорта? Он сломался что ли?

— А как ты тут оказался? — спросил я у угрюмого парня.

— Шёл набрать воды, а потом проснулся тут, — ответил он, переминаясь с ноги на ногу.

— Ты откуда?

— Как это откуда? Из Лостерии. Мне кажется, тут все из этих мест.

— А это где? — неловко спросил я, растерявшись.

— Память отшибло? Герцогство Мерелит, между графством Биглис и виконством Шертас.

— Это недалеко от выхода в море?

— Ну, раньше мой отец на лодке плавал рыбачить, но причала там нет, если ты об этом. Совсем тебе плохо стало, головой ударился? Приходи в себя.

Вот так новости… Север, значит. Твою мать! Как я оказался на севере? Куда вообще забросил меня тот телепорт, и почему сразу же к каким-то культистам? Это точно невезение или что-то другое? Ничего не понимаю.

— Значит, ты знаешь этих людей вокруг? — указал я на сидящих в клетках заложников.

— Некоторых видел, но мы не близко знакомы. Кто-то сидит трясётся, кто-то сходит с ума, та девушка у стены каждый раз пытается вымолить свободу, предлагая своё тело этим варварам, а я просто смирился. Отец умер два года назад от болезни, мать я вообще не помню. Значит такая вот и у меня судьба.

— Тебя как зовут?

— Нистер, а тебя?

— Эдиус, — ответил я, протянув ему руку сквозь решётку.

— Ты какой-то важный человек что ли, Эдиус? — спросил он, пожав руку. — Или почему тебя посадили отдельно ото всех? Да ещё и этот мужчина приходил к тебе поговорить.

— Скажешь тоже, важный. Просто дедушка известный торговец, — соврал я, натянув милую улыбку. Выдавать какую-либо информацию о себе совсем не хотелось. Я уже пожалел, что вообще представился настоящим именем. Как-то я совсем расслабился за десять лет в теле ребёнка.

— Тогда понятно. Это уже что-то! Может, тебя отпустят, если родные соберут выкуп. Раз посадили отдельно, следили чтобы не умер и даже животное тебе оставили, значит даже таким как они нужны деньги. А вот за меня платить некому.

— А разве подобные действия на территории нашей империи не должны строго контролироваться? Это ведь может привести к войне с Баритским каганатом.

— Думаешь, что кого-нибудь интересует несколько рыбаков или плотников? Да всем плевать на нас. Маркиз Деогран и герцог Мерелит и так заняты постоянной войной с островными жителями, вот и эти варвары тоже решили что-нибудь себе ухватить.

М-да. Дела на севере явно не слишком хороши. Но сейчас есть вещи поважнее, чем пытаться размышлять об обстановке в империи.

— Не знаешь, сколько примерно нам плыть до Баритского каганата? — спросил я, пытаясь прикинуть маршрут.

— Спроси, что попроще. Я дальше своей деревни-то не был. А тут океан.

— Слушай. Надо отсюда выбраться. Не хочется так глупо умереть. Что скажешь?

— Скажу, что за те три дня, пока ты лежал без сознания, мы перебрали все возможные варианты. И в итоге поняли, что даже пытаться бесполезно. Вокруг вода. Хочешь сбежать и украсть лодку? Даже если у тебя получится, а куда плыть? Я уже даже не думаю о побеге. Мы все в большой водяной тюрьме. Лучше просто расслабиться. Да и зачем тебе вообще переживать? Раз родня богатая — то наверняка тебя отсюда вытащить смогут.

Мне бы его спокойствие. Но перспектива быть принесенным в жертву совсем не радует. Не знаю, как долго добираться до пункта назначения, но время точно есть. А значит, есть возможность придумать хоть какой-то план. Главное, чтобы представилась возможность.

* * *

Мои надежды найти момент для побега разбились в дребезги. Пусть эти похитители и походили на глупых варваров, но это была лишь видимость. Они постоянно заглядывали к нам, контролируя, что всё в порядке. Периодически даже проверяли состояние решёток, чтобы не было и намёка на побег. Но кое в чём они действительно походили на настоящих животных — если дело касалось женщин. Девушка, что пыталась предложить себя в обмен на свободу, пользовалась огромной популярностью. К ней периодически захаживали различные мужчины, чуть ли не часами удовлетворяя свои потребности. Но хуже всего было то, что её перевели из небольшой клетки в углу — в мою. Она была больше, и, видимо, тут куда удобнее было сношаться. Поэтому каждый день я наблюдал эти марафоны буквально в метре от себя.

— Ты ведь понимаешь, что они не отпустят тебя? — спросил я в один из дней, когда очередной похититель покинул клетку.

Девушка поднялась с пола, натянув одежду. После чего присела возле решётки.

— Ну, как минимум более комфортные условия я уже получила. А одному из них уже объяснила жестами, что мне нужны сигареты. Пройдёт ещё неделя, и они сами не захотят меня убивать. Я умею быть убедительной, — улыбнулась она, проведя пальцами по ржавому железу.

— Нашла, кому верить, — недовольно буркнул Нистер. — Ты ведь даже не понимаешь, что они говорят на своём языке варваров.

— А я и не верю, но жить то хочется. Главное ведь, что говорит их язык тела! Если есть шанс вернуться домой, пусть даже такой, то почему должна его упускать?

— Допустим, они тебя не убью, но зачем куда-то отпускать? Просто будут держать в подвале и развлекаться, — парировал я, тоже прислонившись к решётке.

— Даже это даст мне дополнительное время, пока вас будут разрубать на куски, — ухмыльнулась она. — Я выживала и не в таких условиях. Будьте уверены, моё тело — оружие похуже, чем всякие мечи и топоры.

Насколько же быстро люди сходят с ума в подобных обстоятельствах. Да и осуждать её у меня нет права. Она нашла такой способ выжить, но почему именно в моей камере? Нельзя разве выводить её куда-нибудь за пределы клетки? Или им нравится, когда кто-нибудь наблюдает?

Были мысли напасть на одного из похитителей, когда он в очередной раз зайдёт ко мне, но что дальше? Здесь ещё десяток, если не больше, громил. Меня порубят за пару секунд. Ну какого чёрта я не могу изучить ни одно атакующее заклинание⁈

Гарф всю неделю пути спал. Изредка просыпался, чтобы попить воды или съесть небольшой кусочек каши, которую пару раз в день приносили похитители. Хуже ему вроде бы не становилось, но и лучше тоже.

Помимо Нистера и моей новообретённой соседки, которую звали Сильта, в трюме находился глуховатый старичок Вульк, рыбак Хиболь, прачка Русара и плотник Шелом.

Сначала они не были особенно разговорчивыми. Но чем дольше мы тут сидели, тем больше потребность в общении брала верх.

Старик рассказывал, как по молодости был деревенским старостой и помогал правителю северных земель отбиваться от бандитов. Даже получил от него большое светящееся копьё. А потом участвовал в походе в какое-то старинное подземелье, где обитали чудовища. Звучало как выдумки, но зато интересные. Помогало отвлечься от навязчивых мыслей.

Хиболь немного поведал о своих буднях, как сложно забрасывать сети в ледяную воду, но зато насколько вкусная там рыба. По его словам, он один раз поймал рыбину, что была больше человека. А внутри находилось такое количество икры, что хватило бы, чтобы накормить десяток человек. После его рассказов только больше хотелось есть.

Русара постоянно ругалась с Сильтой, видимо, они были знакомы, но не слишком ладили. Судя по разговорам, ссоры были из-за каких-то мужчин. В один момент это перетекло во взаимные оскорбления. Но из-за клетки всё этим ограничилось.

А Шелом почти не открывал рот. Лишь изредка постукивал по стенке корабля. Может быть, размышлял как бы он сам сделал что-нибудь подобное?

На вторую неделю пути я слегка отчаялся. Моментов, когда можно выбраться не нашлось. А с моей новой соседкой стало ещё опаснее. Кто знает, может она сразу же меня сдаст, чтобы получить больше привилегий? Единственным вариантом было добраться до пункта назначения и там надеяться на чудо. Во всяком случае, когда мы окажемся на твёрдой земле, эти громилы должны хоть немного расслабиться.

На девятый день нашего путешествия в трюм спустился полноватый татуированный мужчина, подойдя к нашей клетке. Его я уже видел в тот день, когда очнулся в этом тёмном месте. Сначала я подумал, что это очередной «клиент» моей соседки, но оказалось, что пришли ко мне.

— Мальчишка, жить хочишь? — спросил он, оголив чёрные полуразрушенные зубы. Этот бугай был единственным, кто говорил на Эрденском, пусть и довольно ломано. В любом случае, я неплохо понимал и остальных варваров, но признаваться им, что знаю Баритский — совсем не хотелось. Зато появился шанс послушать, как разговаривают носители языка. М-да. Даже здесь думают об учёбе. Какие у меня интересные способы отвлечься от проблем.

И о какой жизни он вообще говорит? Неизвестно сколько мы ещё будем плыть. Сейчас окажется, что целый месяц уйдёт на эту дорогу. Так и цингу можно словить. Никаких фруктов тут не было и в помине. Но сложно сказать, что пугало больше — подобная болезнь или его мерзкая ухмылочка.

— И какие условия для выживания? — спросил я, вздохнув. Ни на что адекватное рассчитывать не приходилось.

— Заплати многа деняг. Тогда будишь свабоден.

— Сколько? — уточнил я, с легкой надеждой

— Хм-м. Семьсот дублей.

Ну ничего себе. Да лично у меня и сотни не наберётся. Хотя думаю для тёти это небольшие деньги. Могу вернуть ей с течением времени, если она попросит.

— Вы разве видите у меня с собой деньги? Если где-нибудь остановимся, то я пошлю письмо родне. Дайте время, и деньги будут, — заверил я мужчину.

— Тагда тысячу, — с ещё более довольно улыбкой сказал он, облокотившись на решетку.

Да чёрт возьми! Слишком быстро согласился. Он понял, что можно вытрясти и больше. Вот тебе и бывший мошенник. Только ведь думал, что слишком расслабился, а всё равно допускаю такие ошибки. Как услышал, что появился шанс на спасение, так голова очистилась от умных мыслей.

— Настолько много… — слегка приоткрыв рот, я сделал вид, что задумался. — Может уйти слишком много времени на сборы. Если вы готовы подождать пару месяцев…

— Ладно. Пусть будит восимьсот — ответил мужчина, слегка недовольно. — Чериз два дня мы прибудим в порт. Там будит вазможность атправить гонца. Но сматри, если твои родственники не сагласяца, то я лично буду атрезать от тебя по кусочку целую ниделю.

— А остальные пленные? — спросил я мужчину, который уже собирался уходить.

— А что с ними?

— Они тоже могут выкупить себя из плена?

— Пацан, — вздохнул он, — их жизни ни стоят нихрена, но атдавать их я не собираюсь. Это жертвы. Биз них мы ни проживёт следущий год. И деньги уже никому не панадобятся.

— А как же я? — спросила Сильта с надеждой.

— Ты? С табой было весела, — улыбнулся мужчина и покинул трюм.

После этого разговора все стали ещё более тихими. Особенно моя соседка. Она просто сидела в углу, обхватив ноги руками. Не было похоже, что девушка плакала, просто молча уставилась в какую-то точку на полу. Так выглядит отчаяние?

— Я же говорил, что тебя выкупят, — сказал Нистер, подойдя к решётке.

— Я что-нибудь придумаю, чтобы вытащить отсюда и вас, — заверил я его.

— Да ничего не выйдет. Если мы прибываем в порт, значит будем уже не в Эрдении. Никто нам там не поможет. Но у тебя действительно богатый дед, восемьсот дублей. На это можно всю жизнь развлекаться и ни в чём себе не отказывать. Даже построить неплохой дом, завести слуг, — мечтательно вздохнул парень.

— Говорю же, нельзя так просто сдаваться. Я попытаюсь убедить похитителей и своих родных. Может быть, получится.

— Не давай ложных надежд, — вздохнула Сильта, ложась на пол.

— А тебе сто раз говорили, что ничего не получится, — недовольно протянул Нистер.

— Да-да. Вы тут самые умные детишки, а я тупая. Только больше ничего я им предложить не могла. Но и этого было мало, — сказала девушка, беззвучно разрыдавшись.

Я должен радоваться, что появился шанс спастись, но довольная улыбка так и не появилась на моем лице. Не будь у моей семьи денег, обо мне также никто не вспомнил бы. Но больше всего мой мозг занимал вопрос, что случилось с телепортом и каким же образом я тут вообще оказался?

* * *

Так прошла ещё одна ночь. Трюм стал местом обитания тишины. А самому с кем-то заговорить было ещё сложнее. Думаю, сейчас на меня смотрят как на врага. У меня есть шанс выжить, а их везут на убой. Только с Нистером получалось перекинуться парой слов.

Сильта больше не подпускала к себе похитителей, начиная истошно визжать, когда они пытались подойти к ней. Да и сама не двигалась. Не ела, не пила. Впервые я видел, чтобы человек настолько быстро сломался. Будто по щелчку пальцев. А если учитывать её решительный настрой всё время нашего заключения, то это было ещё тяжелее наблюдать.

Океан стал ещё более неспокойным. Теперь это было похоже на езду по кочкам на машине с плохой подвеской. Кого-то, кажется, даже вырвало, но все приняли это как должное.

Находиться десять дней в этом месте было невыносимо. Грязь, смрад, какие-то паразиты и отсутствие нормального туалета. Гигиена сказала — «до свидания». А потратить единственную воду на то, чтобы умыться — это совсем звучало как абсурд.

И двух недель не прошло, а все здесь походили на каких-то аборигенов. Даже рабы на рынке, на котором я был с Сиваной, выглядели лучше. Интересно, как бы она отреагировала, узнав куда я вновь вляпался? Наверняка, сказала бы что-то вроде — «Вы как всегда нашли возможность, чтобы попасть в неприятности, молодой господин. Ну что с вами поделать?».

Представив в голове образ этой девушки, с тёплой улыбкой смотрящей на меня, я невольно улыбнулся. Интересно, Зерос когда-нибудь расскажет мне, что же всё-таки находится в том подвале?

Удивительно, стоило узнать, что есть возможность выжить, как я начал задумываться о будущем. Даже слегка выдохнул.

Если так подумать, то в этом мире любят похищать людей. Сначала детишки из баронства Рейнмарк, потом императорская принцесса, теперь я сам. Сложно жить в мире, где преступником может быть любой, а вокруг даже нет никаких камер наблюдения. Не удивлюсь, если тут, чтобы поймать какого-нибудь маньяка, требуется лет пятьдесят, а то и больше. Он сам уже от старости помрёт, пока обнаружат.

Понимаю теперь, почему Тисия столько времени проводит, обложившись бумажками, как самый настоящий бухгалтер. Украсть что-то в этом мире или совершить иное преступление проще простого. Если за руку не поймали — значит победил.

Когда я уже приступил к размышлениям о том, какими способами тут можно в будущем заработать денег, корабль неожиданно тряхнуло. Настолько сильно, что я отлетел в решетку, ударившись головой.

Кое-как вновь поднявшись на ноги, я обнаружил, что в корабле пробоина. Вода хлестала внутрь с чудовищной скоростью.

Кажется, рано я обрадовался…