Личный дневник Эйвора Фрея. 3я луна 89го года.
Наконец-то эти придурки уехали, перестали опустошать мои кладовые. Чувствуя себя Бильбо Беггенсом, кстати хорошо, что вспомнил с профессором можно познакомить и местных. Только бы вспомнить еще историю, скоро дети появятся нужно сказки им придумывать. И нормальные, а не местный фольклер.
Впрочем, нет худа без добра, Теомор забрал книги и через пару месяцев продаст их в Эссосе, договорился о поставках шерсти у Маллистеров и Блэквудов. Купцы Браавоса заинтересовались велосипедами, так что нужно создавать полноценную мануфактуру работающей от водяной мельнице. С конвеейером как у Форда.
Примерно такое есть у Браавоса с их галерами, те реально очень много строят, так же я получу очень много леса для возможного строительства уже своих кораблей от Маллисетров.
Отлично можно сказать прошла свадьба.
И да подробности о своей сексуальной жизни писать не буду. Обойдешься жалкий лингвист. Это между мной и моей женой, нужно упомянуть об этом Хелене. Она тоже ведет дневник.
У меня и так голова болела от того что лорды с похмельем ныли о том, что пропустили традицию с раздеванием.
Особенно Талли об этом сожалел. Так хочется послать его нахуй, но все же сюзерен. Нельзя портить отношения. Да и у него пока при дворе есть влияние.
Но рано или поздно Джейхерис умрет и это всегда перестановки во властной вертикали. Новая метла метет по-новому.
Я лишь вежливо отвечал, что свадьба состоялась.
У Хелены явно был слишком длинный язык, ведь почему тогда на меня странными взглядами смотрели жены и родственницы лордов что приехали на свадьбу. Как и мать Хелены, как всегда забыл её имя. Может в начале дневника во вкладыше написать?
Ладно подумаем об этом позже.
В общем турнир прошел вполне нормально, толпа мужиков сражалась за приз, в принципе стандартная ситуация, даже были погибшие и поранившиеся. Не могу понять, как это может кому-то нравится.
Но тысячу золотых пришлось отдать победителю.
Было жалко.
В большинстве это способ именно что вербовки талантливых рыцарей, мне если честно не так хочется талантливых, сколько методичных.
Когда все гости наконец-то разъехались, я мог созвать собственное совещание со своими министрами, точнее главами Палат, одним из которых является моя дорогая жена.
Когда от Теомора придет деньги за книги, можно будет расширять наш штат. Для введения новых сельскохозяйственных методов нужно создать отдельную Палату. Благо есть что внедрять.
Палата торговли, Палата земледелия, Палата Здравия, Палата картографирования, ведь нужно потом планировать какие другие дороги нужно прокладывать.
Такое чувство, что играю в какую-то РПГ-стратегию. Только без кнопки сохранения. Как раз для этого я сделал огромный макет своего феода.
Вообще карта — это странная вещь.
Большинство лордов считают, что знают свои земли. Они знают, где стоит их замок, где находятся владения соседей и в какую сторону ехать на войну.
Это не знание.
Это набор привычек. Моя карта занимает почти целую комнату.
Большой деревянный стол. На нем лежат несколько десятков полотен из плотной ткани, сшитых между собой. На них нанесены реки, дороги, деревни, мосты, переправы, леса, болота и известные броды.
Каждый объект имеет свой знак - деревня — деревянная фишка, мельница — маленький кружок, каменоломня — серый кубик, лесопилка — зеленый, пастбища — белые.
Даже будущий Хеленпорт отмечен, хотя на его месте пока только грязь, палатки и несколько сараев. Раз в луну Канцелярия обновляет сведения.
Если появилась новая деревня — появляется новая фишка. Если сгорела мельница — её убирают. Если мост разрушило паводком — на карте появляется красная метка. Если где-то начался мор скота — тоже.
Мейстер Аллин сначала не понимал, зачем это нужно, теперь сам приносит сведения.
Палата Дорог приносит свои отметки, полиция свои, сборщики налогов свои. Даже септон Сэм однажды попросил обозначить деревни, где давно не было богослужений.
На самом деле карта нужна не мне. Она нужна для того, чтобы мои ошибки можно было увидеть.
Если где-то три деревни подряд жалуются на нехватку зерна — значит проблема не в крестьянах. Если вокруг новой дороги начинают расти постоялые дворы — значит дорога построена правильно. Если голубиная почта постоянно приходит из одного и того же места — значит там происходит что-то нехорошее.
Мне иногда кажется, что государства существуют только потому, что люди слишком плохо представляют их размеры.
Пока не увидишь свои сто тысяч квадратных километров перед собой, трудно понять, насколько они огромны. И насколько мал один человек.
Поэтому рядом с большой картой стоит еще одна. Совсем маленькая. На ней отмечены только те работы, которые можно закончить за один год: дорога, две мельницы, голубятни, расширение книгопечатной мастерской, которая пока что скрыта, что бы никто её не обнаружил. Так на всякий случай. Не стоит себе говорить о своих секретах. И то что может реально мне приносить практически годовой доход за месяц. На самом деле сейчас мастеровые модифицируют печатный станок. Ведь это хоть мое государственное предприятия я плачу очень щедро. Золотом, в том числе и за молчание. Так со стороны это обычная деревня, только мастеровые понимают, что они могут заработать очень много. У их дочерей будет большое приданое. А их сыновья могут даже стать оруженосцами. И все это за молчание.
На карте было и в том числе и другие отметки например – начало строительства порта, а также строительство необходимой инфраструктуры для строительство дорог. Нужно построить не менее 30 новых домов/складов в каждой из деревень, избранных как базы для строительных бригад. На самом деле построить помещение проще чем привести туда огромное количество камня.
Именно на эту карту я смотрю чаще, потому что нельзя построить государство с нуля. Можно только каждый день переставлять одну маленькую деревянную фишку немного вперед.
Кстати, нужно приказать Канцелярии сделать еще один комплект обозначений. Хелена уже несколько раз подходила к карте.
И каждый раз передвигала фишки Палаты Внешних Дел ближе к Браавосу. Кажется, ей нравится моя маленькая война с хаосом.
Это хорошо. Одному человеку такую большую карту удержать невозможно.
Заодно похоже ей тоже понравилось не только я как любовниц, но и как у геймер.
Не трудись лингвист, не поймешь, это уже мое личные приколы.
Теомор может получить 10 тысяч золотых на книгах. 7 отправит мне, а вот 3 оставит себе, его вполне это устраивает. Его репутация будет очень полезна при торговле, и сборе заказов на разные книги, ведь печать вполне понятна.
Вполне возможно печатная продукция придет в Вестеросс из Эссоса, хотя это «мое» изобретение. Хорошо, что Эссос это огромный рынок который может поглощать все что угодно. Любой ресурс, например, те же ткани и велосипеды. Так же у Вестеросса дешевая рабочая сила.
Я буду поступать так, как поступали самые успешные государства Земли. Хотя, если подумать, они просто следовали здравому смыслу. Пока люди бедны, у них есть одно преимущество — их работа стоит дешево.
Это жестоко звучит. Но мельнице все равно, кто крутит жернова. Кораблю все равно, кто грузит тюки шерсти. Если мои люди работают дешевле браавосцев, значит я должен продавать работу моих людей - не самих людей, именно их труд.
Не шерсть, ткань, не дерево, корабль, не кожу, книгу в кожаном переплете, не железо.
Инструмент.
Разница между богатой и бедной страной иногда заключается только в том, сколько раз товар успевает пройти через руки ремесленников.
Если я продал мешок шерсти за одну монету, то заработал одну монету.
Если мой ткач сделал из нее ткань, красильщик окрасил, портной сшил плащ, а купец отвез его в Эссос, то один и тот же мешок шерсти может принести пять или шесть монет.
И каждая лишняя монета останется где-то на моей земле: у ткача, у кузнеца, который сделал ему станок, у мельника, который кормит его семью, у торговца. И в моей казне.
Это и есть внутренний рынок. На самом деле внутренний рынок — это просто люди, у которых есть деньги покупать товары друг друга. Если крестьянин настолько беден, что может купить только хлеб, значит и кузнец беден.
Если кузнец беден, то беден и плотник. Если плотник беден, то не будет нового корабля. Если не будет корабля, то не будет торговли.
А если не будет торговли, то я снова останусь просто человеком, который продает зерно. А зерно — плохой товар, его все выращивают, его трудно перевозить, оно портится.
И его приходится продавать именно тогда, когда продают все остальные. Хотя северяне так не думают, и как раз готовы в меня вложится по той причине, что им нужно именно мое зерно, так как оно близко.
Поэтому сначала нужно продавать то, что можно сделать только у меня, потом на эти деньги строить дороги, потом порты, потом новые мастерские.
И только потом думать о том, чтобы мои собственные люди начали покупать больше товаров. Богатство не появляется.
Оно постепенно остается дома, вместо того чтобы уплывать за море. Поэтому Теомор получит свои три тысячи золотых. Поэтому браавосские купцы получат прибыль. Поэтому мастеровые получают золото за молчание.
Потому что человек, который заработал деньги вместе со мной, обычно не спешит разрушать то, что его кормит.
Странно.
Кажется, я только что придумал способ покупать человеческую верность без меча. Нужно будет проверить эту теорию.
Только не трудись, лингвист. Ты опять скажешь, что это какая-нибудь экономическая теория.
Для меня это просто здравый смысл. Если хочешь построить сильное государство, сделай так, чтобы людям было выгодно, чтобы оно существовало.
Так что хватит обзывать мои эконому как-то, я и сам могу её пообзывать.
Лучше прославь меня. Тебе же это будет не сложно.
***
Хелена отметила что ничего после свадьбы не изменилось, разве что они стали чаще заниматься сексом, очень много на самом деле. Эйвор кстати изобрел специальный элемент одежды для неё – бюстгальтер. Что бы поддерживать грудь.
При этом он сделал нечто подобное просто походя, без каких-то проблем.
Мало что изменилось после свадьбы, Эйвор все еще оставался тем же человеком, которым она его встретила. Он так же методично стал тренироваться, работать, изобретать.
Разве что их спальня стала более жилой. И еще слуги наконец-то получили возможность ухаживать за своим господином. Ведь после их ночных игр, нужно было менять постель.
Так-то Эйвор исповедовал практически северных подход к быту.
Комната стала более жилой, ведь они там жили. В благородных семьях не редкость была в том, что супругу жили раздельно. И встречались только ради секса, который был продиктован долгом. У Эйвора подобных мыслей не было, он довеял Хелене. Так же он чувствовал комфорт с ней, и еще ему кажется, что даже в бытовом плане супруги действуют вместе.
Даже она вошла в ритм, поддерживаемый Эйвором – проснутся с рассветом. Тренироваться, помыться, помолится, поесть, и начать работать.
Её рутина была практически такой же.
Только она тренировалась не открыто, а скрытно. Ела вместе с ним.
После чего шла уже в свой солярий работать, и занималась в дополнении управлению слугами Близнецов, на самом деле она ничего не меняла, просто дополняла своего мужа. Где он мог быть слишком сухим.
Так же он дал ей право вершить суд от его имени если его нет.
Ели они вместе, в обед она приходила к нему в кабинет и там они ели в тишине без всех формальностей. И она все же смогла убедить Эйвора заняться сексом, на его любимом столе.
У Хелены был на самом деле очень похожий, и свой собственный кабинет. У всех глав Палат был свой собственный солярий где они могли работать. Ужинали они в палате уже все вместе, перед этим тренируясь, а так же ходя в септу.
Хелена спрашивала Эйвора действительно тот так религиозен.
- На самом деле это позволяет моему разуму отдыхать, а так же мне интересно общаться с септоном Сэмом. Я ему доверяю, и тот может дать мне мудрые советы. Можно назвать это моим аналогом пиров, но менее ресурсозатратно.
- Ха-ха, очень смешно. – Посмеялась Хелена хотя тоже стала чаще захаживать в септу. Хоть Эйвор не был фанатичным, его считали благочестивым.
Это отображалось в его отношении к проституции. Оно было очень сложным, не таким как может позволить себе фанатик.
С точки зрения веры в Семерых проституция — это грех. Верующий должен бороться с грехом. Однако андалы в Вестеросе многие тысячи лет. И как-то не победили её.
Значит её невозможно победить, значит нужно просто смириться, как с существованием драконов, которых невозможно победить в одиночку.
Хочет он что бы женщины становились проститутками?
Нет.
Однако, объективно говоря это либо их выбор или выбор навязанный им условиями мира (как в Королевской Гавани матери могут продавать девственность дочерей ради короткосочной выгоды обрекая на такую жизнь), и единственный способ Эйвора жить в мире со своими принципами это защищать их достаточно, чтобы они не чувствовали себя выброшенными за пределы права.
И брать за это налоги.
Сложная и забавная организация.
Но он явно не будет первым лицемером который так поступает – Сикстинская капелла в Риме была построена на деньги от повышения налога на проституцию.
Если Вестеросс и столица католической веры за тысячу лет не нашли способ решить проблему «греха», то Эйвор не будет сражаться с ветряными мельницами, и просто будет относиться ко всем гражданам, ровно.
И стараться быть справедливым.
Хелена вместе с Эйвором на основе прошлых решений Эйвора хотели создать единый Уголовный Кодекс, где прописать наказание за конкретные преступления.
У человека может быть разное настроение в разные дни, в один день он может быть мудрым, а в другой у него будет болеть зуб.
Суд нужно все равно провести, но от состояния судьи будет зависеть жизнь человека. Так что Эйвор вводил процедуру суда, со свидетелями, доказательствами, словом ответчика. Так же был шанс выбрать Ночной Дозор, благо Север был относительно недалеко (недалеко если сравнивать со всеми другими феодами).
Для многих преступлений типа воровства вводится наказание – «общественные работы». Когда преступник должен бесплатно трудится на пользу общины пока его работа не оплатит штраф наложенный на него.
Тут нужно было быть очень осторожным, Вестеросс не любит рабства (хотя на взгляд Эйвора еще как любит только другую форму). Но это не «вечное» рабство. И нельзя устраивать никаких продаж.
Преступника все еще остается жителем феода, в отношении него нельзя совершать преступления.
Но это касалось только легких преступлений. Тяжелые типа убийства, изнасилования, и кражи скота результат был один – смертная казнь или же Ночной Дозор.
Для Эйвора кража скота не являлась смертных грехом, пока он не понял, что по сути это опосредованное убийство целой семьи которая кормится с этой единицы скота (особенно крупного рогатого или если это лошадь). И кража скота люди воспринимали как покушение на собственное убийство и ожидали что бы их лорд это понимал.
Механизм был уже запущен, так же механизм переписи, за еще один месяц удалось переписать еще 6%, населения. Так же пришло время для ежегодного путешествия Эйвора по своей территории.
Да и он должен был заменить людей которые делали это пока он правил в замке. Они должны были отдохнуть. А Эйвор заодно покажет, что он работает так же как и все грамотные люди.
- Что же Хелена доверяю замок тебе, ты в принципе знаешь, что делать. А мне опять трястись по этим дорогам.
- Уверен однажды они все станут такими же как ты хочешь.
- Не в этом столетии, но точно в следующем. – Пошутил Эйвор.
- Не загадывай так далеко. Заодно ты похоже получишь деньги от своего деда за книгопечетание. – Разумеется она знала об этой статье дохода, причем очень существенного дохода. Который не облагался никакими налогами, так как на самом деле об этом доходе никто не знал и это довольно свободные оперативные капиталы.
- Отправлюсь в Эйворхолл нужно же посмотреть, что там происходит. Плюс я до Юга не доходил, и нужно оценить какие мосты там можно будет возвести и сколько этом может стоить. Я же договорился с Блэквудами насчет финансирования нормального моста у Доброй Ярмарки. В принципе можно сделать хороший мост, пусть и деревянный. Проверим навыки мейстера Аллина. Тот конечно комбайн еще не сделал, но подумаем насчет чего-то другого. Моста, нужно же разгрузить его разум. На воздух вывести.
- Мейстры служат замкам. – Иронично отметила Хелена.
- Да, пусть напишет трактат о мостах. На самом деле он тоже может путешествовать. Так нужно будет оценить экономическую рентабельность моста. – Эйвор стал учить Хелену, все же даже с ей прекрасным образованием по меркам Вестеросса, это лишь четвертый-пятый класс школы Земли. Хоть она разбиралась в традициях и домах Вестеросса, Эйвор решил пойти дальше. И начал писать учебники по которым учит Хелену и будет учить своих детей, ведь его наследием будет то что его школьное и университетское образование не будет уникальным.
Он передаст его жене. И их детям, заодно это позволит стандартизировать его собственные знания. Эйвор был очень силен в математике и даже в высшей математике, химию практически не помнил, так как постоянно не сталкивался. Но знал основные положения, с физикой дружил и дружил хорошо, но не так как с математикой.
Его знания об астрономии явно были такими за которые Джорданно Бруно отправился бы на костер. В целом правила небесной механики. Да астрономия — это в целом математика которая вращается вокруг четырех фундаментальных законов. Но Эйвор привык применять математику к экономике, а не к небесным объектам. Единственная потенциальная польза от астрономии — это попытка рассчитать, когда будет зима. Но Цитадель содержит астрономов, и никак не продвинулась в этом.
А у Эйвора нет времени разбираться, да и ему нужен телескоп, который долго делать. Хотя возможно потом, когда будет свободный капитал поиграется с этим.
- Знаешь, что меня иногда пугает? – говорил он жене.
Хелена подняла взгляд от пергамента.
- Что?
- Я могу умереть раньше, чем закончу хоть половину задуманного. - Она хотела что-то сказать, но он покачал головой. — Это не трагедия. Люди умирают. Так устроен мир. Но было бы глупо унести с собой то, что может пригодиться другим.
Он подошел к одному из шкафов и достал толстую тетрадь в кожаном переплете. На обложке было написано всего два слова.
«Основания математики».
Потом рядом легла вторая.
«Геометрия».
Третья.
«Счетоводство и торговля».
Хелена осторожно открыла одну из книг. Там не было мудреных рассуждений мейстеров. Сначала шли самые простые вещи, как складывать большие числа, как вычислять площадь поля, как узнать объем амбара, как рассчитать, сколько потребуется камня на мост, как определить, выгоднее ли строить новую мельницу или чинить старую.
- Это учебники?
- Надеюсь, что когда-нибудь будут.
- Для кого?
Эйвор немного подумал.
- Для всех, кто окажется достаточно упрямым, чтобы захотеть учиться. - Он улыбнулся. — И для наших детей тоже. У них должно быть самое лучшее образование из возможных. Самое лучшее что мы вообще можем им позволить.
Хелена молча перевернула несколько страниц, она уже давно поняла одну странную особенность мужа, он почти никогда не говорил о себе, не рассказывал, какой он умный, не пытался показать превосходство.
Если он что-то умел, то сразу искал способ, как сделать так, чтобы это умели и другие.
- Поэтому ты учишь меня?
- Конечно.
- Даже если у нас родится сын?
- Особенно если у нас родится сын. - Она удивленно посмотрела на него. — Тогда ему понадобится человек, которому я смогу доверить его образование. Лучше тебя мне никого не найти.
Это было сказано так буднично, словно вопрос был давно решен.
- Но... я женщина.
- Да.
- И многие скажут, что это не мое дело.
- Многие вообще говорят много странного. - Он снова сел за стол и разложил какие-то карты. — Я не могу изменить весь Вестерос. И не собираюсь тратить жизнь на войну с каждым предрассудком. Но в своем доме я решаю сам. В определенной мере я тут власть, и все еще властен над всем тут. В том числе над тем что будет.
Хелена уже знала этот тон, таким голосом он говорил о строительстве дорог, о полиции, о голубиной почте, о книгах, о том, что женщины могут носить удобную одежду, о том, что жена имеет право распоряжаться своими деньгами, о том, что у нее должен быть собственный кабинет.
И теперь — о том, что она будет учить их детей.
- У человека всегда меньше свободы, чем ему хотелось бы, — продолжил Эйвор. — Но почти всегда больше, чем он сам думает.
Он взял чистый лист пергамента и написал сверху:
«План домашнего обучения наследников дома Фрей».
- Если уж мне повезло иметь эту свободу, будет глупо ею не пользоваться.
Хелена неожиданно рассмеялась.
- Ты вообще понимаешь, что сейчас собираешься сделать?
- Учебный план?
- Нет. - Она покачала головой. — Ты собираешься построить школу.
Эйвор задумался на несколько секунд.
- Нет. - Еще несколько секунд. — Хотя...
Он взял перо и ниже приписал еще одну строчку.
«Если опыт окажется удачным, расширить обучение на детей служащих Палат».
Хелена только прикрыла глаза.
- Ты невозможный человек.
- Возможно.
- Ты понимаешь, что однажды это изменит весь твой феод?
Он пожал плечами.
- Тогда тем более стоит начать сейчас. У Цитадели есть абсолютное право на грамотных людей, это не правильно. Они нужны мне, я не буду как глупец лишать их детей. Они будут вступать в браки, рождать детей, учить их. И грамотных людей будет становится все больше и больше до такой степени что это станет абосолютным, даже с книгопечатанием школа все еще дорогая. 300 золотых в год, а их 4 в обучении. Каждые 4 года получать грамотного человека… Это стоит дать в смету. Можно сверхдоходы направить как раз сюда. Отдача существенная, повышается управляемость. Да-да, надо подумать, спасибо Хелена.
И снова вернулся к картам, будто разговор закончился. А Хелена смотрела на него и вдруг поняла одну вещь.Эйвор не пытался сохранить знания потому, что боялся смерти.
Он просто считал совершенно естественным, что каждый человек обязан оставить после себя мир чуть более удобным, чем нашел его – Мельницу, Мост, Книгу.
Или ребенка, которому уже не придется начинать все сначала.
Ребенок, который получит самое лучшее образование что может обеспечить отец, говорить на нескольких языках, знать культуру и историю разных народов, знать так много что это сделает его равным или превосходящих мейстеров. Ведь лорд должен быть умен так же, как и мейстер, а еще он должен уметь все это защищать.
Эйвор оставит детям самый лучший из феодов, который вообще возможно оставить, потому что действительно такова его воля на самом деле.
Воля человека что пусть на своей территории может что-то изменить. Который желает, чтобы Вестеросс мог получить шанс получить такие же технологии, как и были на Земле, что бы сбросить с себя оковы богов, зимы, и даже планеты. Просто потому что у людей потенциал, потенциал столько огромный что они сами не могут понять.
Их место подняться, подняться за пределы орбиты.
***
Структура границ территории дома Фреев была очень интересная граница проходила по рекам. Так что Бракены и Блэквуды являлись его соседями, и рядом с местом где будет Эйворхолл находится город Харовей названый в честь лордов Харовеев только их династии уже нет.
Все из-за Мейгора.
Многие считают, что из-за Харенхолла. Ведь после того как Эйгон спалил замок он отдал его своему товарищу.
Эйгон пожаловал руины Харренхолла и окрестные земли сиру Квентону Квохерису, своему доверенному человеку, бывшему до назначения мастером над оружием Драконьего Камня.
Король Эйгон I Таргариен неоднократно посещал Харренхолл во время своих королевских поездок.
Власть Квохерисов над Харренхоллом не продлилась долго. В 37 году от З.Э. отец одной из обесчещенных лордом Гаргоном Квохерисом девиц открыл замковую калитку Харрену Красному и его банде разбойников. Разбойники вытащили лорда из постели и отволокли в богорощу, где Харрен отсек и скормил собакам его мужское достоинство, после чего оставили умирать от потери крови. На этом род Квохерисов прервался. Немногих стражников, оставшихся верными Гаргону, перебили, остальные примкнули к Харрену, провозгласившему себя лордом Харренхолла и королем Рек (при этом на Железные острова он, не будучи железнорождённым, не претендовал).
Король приказал лорду Талли созвать знамёна и тот, набрав тысячное войско, выступил на замок, однако в Харренхолле не нашел никого, кроме мёртвых: Харрен, предав мечу верных слуг лорда Гаргона, скрылся в лесах.
Новыми лордами Харренхолла стали Харровеи. Уже спустя семь лет после этого, в 44 году от З.Э., Тианна из Башни обвинила королеву Алис Харровей в измене, и кровожадный король Мейгор решил покарать за это весь дом Харровеев. Собрав сильное войско рыцарей и латников, он выступил к Харренхоллу. Защитников у огромного замка на Божьем Оке было немного, и кастелян, племянник лорда Лукаса Харровея и родич покойной королевы, открыл ворота приближающемуся королю, но покорность его не спасла. Его милость предал мечу весь гарнизон, а также всех мужчин, женщин и детей, в ком нашли хоть каплю крови Харровеев. Затем король ушел в Город лорда Харровея на Трезубце, где повторил все сделанное. После этого кровопролития впервые стали поговаривать, что Харренхолл проклят, ибо всякий род, владеющий замком, постигали печальная судьба и кровавая гибель.
Позже это получило 3е подтверждение.
Многие честолюбцы из людей Мейгора желали получить замка Харрена Черного, а также обширные и плодородные земли, что к нему прилегали. Столь многие, что утомленный бесконечными прошениями король пообещал отдать Харренхолл сильнейшему. И вот посреди залитых кровью улиц Города лорда Харровея двадцать три королевских рыцаря сразились на мечах, копьях и булавах. Победа досталась сиру Уолтону Тауэрсу, и Мейгор назвал его лордом Харренхолла. Однако общая схватка была жесточайшей, и Тауэрс недолго наслаждался наградой – он умирал от полученных ран и через две недели скончался. Харренхолл отошел к его старшему сыну. В 53 году от З.Э. король Джейхейрис I Таргариен свою очередную поездку по стране начал с Харренхолла. Погостив у лорда Мейгора Тауэрса, король отправился в Риверран.
В последующие годы род Тауэрсов, судя по всему, деградировал и крайне обнищал — в замке, способном вместить тысячи человек, кроме хилого лорда Мейгора жили только его повар и трое пожилых латников, и занимали они только одну башню из пяти — башню Страха. Поскольку большая часть замка пустовала, в 56 году от З.Э., после смерти Эйреи Таргариен, король Джейхейрис предложил своей сестре Рейне поселиться в Харренхолле, и та согласилась. Она заняла Вдовью башню и жила там вплоть до своей смерти ещё семнадцать лет. В 61 году после смерти юного Мейгора, с которым у Рейны завязалось подобие дружбы, она взяла к себе его слуг. Когда Рейна умерла, Джейхейрис повелел сжечь ее тело в Харренхолле и погрести прах там же.
Нужно быть очень талантливым человеком что бы обанкротить територию с плодородными почвами, двумя городам один из которых озерно-речной порт – Харрентон, и второй кстати тоже речной порт – Харовей. К такому нужен талант.
После смерти Рейны (род Тауэрсов сгинул), Джейхерис пожаловал земли Харенхолла сиру Байвину Стронгу. Полгода спустя его брата Лукамора, рыцаря Королевской гвардии, уличили в нарушении обета безбрачия. Самого виновного отправили на Стену, а на попечение лорда Байвина поступила первая из трёх жен Лукамора со своим потомством.
И если честно бывший рыцарь не знал, как управлять огромным замком и территорией что стоит на пересечении торговых путей.
Эйвор хотел использовать Харовей как рынок сбыта и получении материалов через паромные переправы. Поэтому нужно было сейчас просчитывать логистику, даже если в этом нет никакого смысла прямо сейчас.
И заодно осознание… что лорды Вестеросса могут быть настолько талантливыми что могут обанкротить буквально золотой прииск, благо Ланнистеры не такие.
Уже везение.
Еще одни талантливые люди — это роды Рутов, Коксов и Дали.
Кажется, что все совместно они используют кокс. Так что находясь близ реки Трезубец и умудряются не зарабатывать. Через земли Дарри и Рутов построили Королевский тракт, и они даже с помощью гостиниц не зарабатывают даже мост через Трезубец не протянули что бы просто упростить логистику. Могли бы даже с Джейхерисом договорится что – дорога бесплатна, но дай брать всем за проход деньги. И еще Фреев опозорим.
Но нет, ничего подобного не было. Коксы вообще занимались солеварением и только им.
В классическом средневековье это должно было сделать их богаче Ланнистеров, только из-за длинных зим, соль пошлиной не облагается. Вообще.
Делать её может кто угодно, как угодно и в каких угодно объемах.
Раз Рутам мост был не нужен, то его вполне может построить Эйвор, главное разрешение у короля попросить. Один так что бы сделать логистику Королевской логистики логичной (и что бы перехватить часть трафика из Высокой дороги), а еще второй мост, что бы удобнее было попадать в Эйворхолл.
Остается разобраться с Рутами, которые вместе с Дари и Коксами были уникальными домами что стоя на транспортной развязке ничего не зарабатывали, имели маленькое население и маленькую армию. Если суммарно три дома смогут выставить хотя бы тысячу воинов это чудо. Скорее всего и того меньше.
Талантливые люди и талантливые дома.
Но этим можно просто воспользоваться, во имя уже своих интересов.
***
- Мой господин, мы нашли бандитов. – Командир СОБРа бывший лесник по имени Джон, доложил ему. Они как раз были в этом месте отрабатывая сообщения об бандитах. Так что можно сказать они встретились. – Мы провели расследования, они нападают на местные поселения, их не много не больше 30-40 человек. Но у них есть копья и даже два-три меча. Остальные вооружены луками или топорами. Это банда на основе крестьян, но её возглавляют возможно несколько бывших оруженосцев или наемников.
- Хороший доклад, вы обнаружили стоянку? – Сейчас они были в одной из деревень.
- Да. Они узнали о том, что вы где-то рядом так что не стремятся нападать, и ожидают переждать.
Эйвор кивнул это логичная тактика для бандитов, Уолдер рыцарь что был его товарищем и буквально ближайшим телохранителем, ждал что скажет его лорд, хотя понимал, что будет.
- Банду нужно уничтожить и безжалостно уничтожить, после чего оповестить об этом все ближайшие деревни. – Эйвор не планировал на самом деле сам атаковать, ведь объективно говоря он был рыцарем (хотя не был оруженосцем, у него подготовка рыцаря). СОБР же создан что бы уничтожать банды, как раз в лесу. Последние полгода они как раз занимались поиском мелких или крупных банд, что бы тут же их уничтожать.
Они могут в лесу выживать целыми неделями, так же идти по следу бандитов. И их стали узнавать в деревнях, все из-за маскировочных сетей. СОБР стал их использовать как плащи.
Даже спецназу, состоящих из простолюдинов хотелось показать свой статус.
Это не просто высокий статус, но предупреждение любым крестьянам что может хотят стать бандитами – всех найдут и убьют.
- У вас для этого есть все ресурсы, занимайтесь своим делом во имя которого вы служите.
- Да. Мой лорд. – Стоит сказать, что оснащение бойца СОБРа не стоило как у рыцаря, но было довольно дорогим. Так же они приносили личную клятву верности дому Фреев. Хоть они и не были рыцарями, они и их семьи были уважаемы. Жили в городе Переправа. На самом деле Эйвор разумно считал, что не стоит семьям охотником на бандитов жить рядом с лесами. На всякий случай.
Джон ушел к своему отряду. Они растворяться в лесу и пойдут уничтожать врага.
- Эйвор? – Спросил Уолдер, который мог называть своего лорда наедине по имени. – Мы могли бы сделать тоже самое.
- Да. – Согласился Эйвор. – Однако, мы рыцари и плохо действуем в лесу. Кроме того, мы не можем перерезать бандитов во сне, СОБР может, и это никто не будет считать бесчестным. Ведь они не рыцари, и убивают бандитов. А также это репутация, репутация для них. Лес больше не скроет бандитов, когда они будут знать, что по их следу будут идти ищейки. Постоянно, пока бандиты не умрут. Неотвратимость наказания пугает, так же бандитизм — это смертный грех. Рыцари не всегда будут под рукой, кроме того второй отряд борется с горцами.
Любой военной организации нужна постоянная цель, и постоянные задачи второму горному отряду искать и уничтожать угрожающим территории Фрея мужчин-горцев позволяет тренировать горный отряд, модифицировать их снаряжение, а также постоянно поддерживать устойчивую цель. А еще формировать репутацию.
Многие молодые люди хотят вступить как раз в горный отряд. Только брали самых перспективность, элитарность создает определенную репутацию. Только она должна оправдываться, а именно охотой.
Горцы привыкли к рутине – никто не ожидает где они будут атаковать, карательные акции — это всегда… толпа рыцарей и пехотинцев примерно сотня. И даже если они знают горы они не знают горы так как горцы.
Горные кланы мастера засад в горах. Ущелья, мелкие тропки, не один рыцарь погиб сражаясь с горными кланами.
По сути для Долины это был Афганистан, и частично для Фреев тоже.
Вот Эйвор просто сформировал отряд что сражается как горные кланы. Уже их никто не ждет, они сражаются в горах, обладают арбалетами, каждое попадание которого это практически смерть. Особенно когда наконечники зазубрены и отравлены.
Эйвор кстати не делал из этого большой тайны, Аррены сказали, что не против если его отряд будет убивать горцев. Тот просто держал их в курсе как его отряд сражается.
Отряд сражался упреждающее… То есть если они видели мужчину горца в горах, то тут же его убивали. Или же старались проследить за ним, найти его поселение и после чего напасть, убивая мужчин.
Понимая, что один отряд не может контролировать множество женщин и детей горцев особенно на горных дорогах, Эйвор приказал их игнорировать. Буквально.
Второму отряду СОБРа плевать на них, выживут – значит такова судьба, как и если погибнут.
Вестеросс был жесток, горцы были буквально бандитами и налетчиками. Да они досаждают больше Арренам чем Фреям, но все равно досаждают. Каждый ЕГО житель для него ценнее чем горец что за столько тысяч лет не захотел заключить какой-то мир. Их устраивал их мир, что ж… Эйвор должен был защищать своих.
Это был его выбор с которым ему придется жить.
Уолдер некоторое время молчал.
- Тебе их не жалко? – Вопрос имел смысл, но только для Эйвора. Только близкие к нему люди знали насколько он мягок как человек. Что в целом он добрый человек, только добрый человек осознающий – он не может быт слабым, жалким и бесполезным.
- Жалко. Даже горцев жалко. Их семьи, ведь, когда они погибают погибает целый мир со своими мечтами. - Это был честный ответ. — Но если сегодня погибнет мой крестьянин, потому что я пожалел горца, то завтра мне придется смотреть в глаза его вдове.
Он немного помолчал.
- Лорд существует не для того, чтобы любить всех людей одинаково. Он существует для того, чтобы защищать своих. Если я забуду об этом, то не заслуживаю ни этого меча, ни этих земель.
В этом была правда Эйвора – его долг защищать людей, своих людей и использовать все свои навыки во имя одного – благополучия его людей. Им повезло, на их троне сидит попаданец. Человек знающий больше других. И это накладывает еще большую ответственность, в сто раз большую.
***
Лес уже давно перестал быть просто лесом. Для Джона он был дорогой, картой и укрытием одновременно.
Он поднял руку, и весь отряд остановился.
Десять человек, никаких рыцарских плащей, никаких ярких гербов. Поверх плотной одежды были накинуты маскировочные сети, в которые вплели ветви и сухую траву. Со стороны человек скорее принял бы их за часть кустарника. Вторая часть отряда была на другом задании и выслеживали бандитов в другом месте, ведь не важно 30 бандитов или 5. Они все еще остаются бандой, которую нужно безжалостно истребить. Обычно их вызывали полицейские, что узнавали о близких бандитах и после чего приезжали серьезные профессионалы, истребляющие врага.
Один из разведчиков бесшумно появился между деревьев.
- Нашли, — едва слышно сказал он. — Стоянка впереди. Тридцать, может чуть больше. Два часовых. Остальные возле костров.
Джон молча кивнул. Получено подтверждение, они вернулись на тоже место. Теперь можно начать действовать.
Он когда-то был лесником. Потом стал одним из первых людей нового лорда. Эйвор сказал ему тогда всего одну вещь:
«Твоя задача — чтобы мои люди могли спокойно спать у себя дома.»
Никаких красивых речей больше не было. Это была его цель, которую он будет исполнять пока он будет жить.
Они медленно двинулись вперед. Через некоторое время деревья начали редеть. Сквозь листья было видно небольшую поляну, под навесами из ветвей лежали люди. Несколько лошадей были привязаны у края лагеря. У костра сидели двое с копьями.
Еще один медленно обходил стоянку, Джон внимательно смотрел.
Бандиты не выставили дальнего дозора, не очистили кустарник вокруг лагеря, не приготовили путь к отходу. Привыкли, что за ними приходят днем, что сначала будет крик, потом звук рога, потом тяжелые шаги латников.
Сегодня ничего этого не будет, он показал рукой.
Отряд медленно расползся по лесу, двое заняли северную сторону поляны.
Трое — западную, еще трое ушли к ручью, перекрывая возможный отход. Сам Джон остался с двумя лучшими стрелками, солнце медленно уходило за горизонт.
В лагере бандитов смеялись, кто-то ругался, кто-то делил добычу.
Они развели еще один костер и стали укладываться спать.
СОБР ждал, что бы нанести свой точный удар, те должны будут заснуть, что бы не проснуться уже никогда. Время работало на Джона, ночь становилась все темнее.
Часовые начали зевать, один присел возле дерева, второй слишком долго смотрел в огонь.
Джон поднял ладонь, все вокруг замерло, потом медленно сжал кулак.
Они стали подходить перемещаясь очень тихо, их цель были как раз часовые. Бойцы сливались с кустарником и были полностью незаметные.
Вышла довольно забавная ситуация, кто-то так хорошо притворялся кустом что на него захотели поссать.
Это была последняя ошибка бандита, когда кусту вдруг встал, и вонзил клинок прямо в горло, после чего тихо осел вместе с телом. Тишина ночи не была нарушена.
Джон тихо подошел к тому, кто смотрел на костер и подкидывал дрова, на том не было никакой брони, поэтому точный удар в сердце, мгновенно убил ублюдка.
Теперь остается просто методичная бойня, стали подходить и остальные бойцы СОБРа. Так их учили, таков был приказ лорда Фрея. Лес больше не должен был быть убежищем для тех, кто жил разбоем.
Каждый из теней тихо распределил свои цели, их было десять, двое бандитов уже были мертвы. Значит оставалось 28, единый удар от 10 бойцов, снизит угрозу. А где один, там может быть и второй. Даже если кто-то проснется нет никакой угрозы.
Мощная рука схватила за рот одного спящего ублюдка и нож вошел под ребра направляясь прямо в сердце. Тот проснулся, и увидел только холодные глаза представителя противобандисткого отряда.
Послышались другие вскрики, и небольшая возня, ножи отнимали жизни. Так же и их товарищи резали эту падаль, что не смогли жить честно.
- АААА!!! – Какой-то бандит вскочил и бросился к оружию. Не лучший был на самом деле план, зато других перебудил. Те стали подрываться, и над ними с ножами уже стояли бойцы, что тренировались резать глотки такими как они.
Джон убил еще одного ублюдка, заметил, как Зарек, застрелил еще одного из арбалета.
Один из бандитов запутался в одеяле и продемонстрировал всем свои портки. Нож перерезал ему глотку.
Когда на востоке начало светлеть, все уже было кончено. Отряд собирался в обратный путь. Один из молодых бойцов долго смотрел на опустевшую стоянку.
- Думаешь, они еще придут? — тихо спросил он.
Джон поправил плащ из маскировочной сети.
- Конечно. Они всегда возвращаются, те кто считаются что разбоем можно добиться большего чем честным трудом.
- Тогда…
- Нет не бессмысленно, ведь они не будут нападать на людей. Наша задача делать мир чище от таких людей.
Суть их работы что бы воплощать наказание, наказание за разбой – смерть. Сейчас они обобрали бандитов, закопали тела перед этим отрубив головы. А еще забрали добычу, лорд Фрей разрешал добычу оставляться себе. И сегодняшняя добыча два меча, вполне сносная добыча. У бандитов в карманах было только немного серебра, а так медь. Зато кони были хорошими, могут стать гружевым транспортом для их отряда. Им то каждому лорд Фрей выделил коня, который их возит. Так они объезжают всю территория Лорда Фрея из одного конца в конец. Что бы найти бандита и привести его к встречи с Незнакомцем.
- Кстати, горный отряд нас опережает по количеству убийств. – Сказал все же молодой.
- Горцев больше чем бандитов. Это как бороться с пиратам на Железных Островах. Убил мужчину и вот уже убил пирата, в горах такой же принцип. Убедился, что цель горец и убил. Вот и спас какую-то деревню.
Дом Белморов, могущественный дом который был соседом Фреев через Лунные Горы поступал точно так же.
У них тоже были серьезные проблемы с горцами.
И те тоже были довольно жесткими.
Горцы потомки Первых Людей, ушедшие в горы и буквально ставшими одичалыми, не имея много технологий. Там живут тысячи этих людей, которые ненавидят всех андалов.
Такова была их судьба и ничего с этим нельзя было сделать.
***
Эйвор вернулся домой через 2 луны, и когда вернулся его встречали его советники и самое главное жена, тот ей обнял и поцеловал.
- Если честно иди прими ванну. – Сказала она. – Ты ужасно пахнешь.
- Какая жестокая. – Иронично сказал он, но действительно направился к ванне, благо гонцы доложили, когда он прибудет и уже успели разогреть воду.
Логистика и административная связь начинала работать, когда из замка скачут десятки гонцов, и главное они скачут обратно сообщая информацию.
Эйвор придумал так же способ как может использовать своих ветеранов которые уже становятся слишком старыми… Обычно им просто назначают пенсию, и это если лорд добрый. Это нерациональное использование ресурсов. Конечно существовал вариант – дать землю, только человек что был воином большую часть жизни не сможет стать фермером, поэтому Эйвор придумал давать им не землю, а дело которым они могут заниматься.
5-6 ветеранов арендуют трактир, только это не простой трактир, по сути это деревянная миникрепость. Со стенами в 2,5 метра, большим двором и даже местами для ночлега. У воинов две задачи – помимо того, что бы быть приютом для путешественников еще быть местом куда могли прибежать крестьяне за помощью. Основные такие «трактиры», располагаются вдоль Королевской дороги. Дистанция между такими мини-укреплениями один дневной переход груженного каравана.
Ведь Джейхерис построил дорогу, но про сервис забыл. Эйвор вот нет.
Таверны должны были располагаться вдоль 5 основных торговых маршрутов дома Фреев, заодно те которые он сможет развивать, и те маршруты что обладают высокой маржинальность, сходится они будут на Близнецах, где часть будет переправляется в Белую Гавань.
Стоит сказать на фоне этого Старки задумались о вложениях во флот.
В чем проблема Севера и его флота? В том, что это Север, да с помощью флота можно торговать, покупать тоже зерно. Только за Западной стороне Севера малонаселенные земли, и прокладывать туда логистики просто ужасно.
А флот должен будет плыть до Староместа – 4 тысяч километров. И это в одну только сторону. Даже северная пушнина не обладает такой маржинальностью. Конечно можно заглядывать в Ланниспорт он ближе. На тысячу километров, но все равно вести зерно три-четыре тысячи километров… корабли тонут. И если у товара нет маржинальности для замены кораблей, то такой флот будет дотационный домом Старков.
С восточной стороной Вестероса другие проблемы почему флота нет.
В чем смысл торговой компании если Север должен импортировать зерно что является самым ходовым и дорогим товаром на Узком Море?
И когда конкуренты по покупке все Вольные Города.
Поэтому со времен того как какой-то Старк от разочарование что его отец-путешественник исчез в море, не сжег весь северный флот, у Севера нет сильного флота.
Но с Хеленпортом ситуация полностью изменяется. Логистическое плечо по морю менее 500 километров. Даже несколько кораблей профинансированные северные дома расширяют пропускную способность логистического маршрута Хеленпорт-Белая Гавань. Он начинает действовать уже сейчас, когда нет дороги и нормальных пирсов с волнорезами, которые должны сделать первыми с причалами.
Как только Эйвор вышел из ванны хотя это отдельное помещение типа бани, где он мог смыть всю грязь пути и прошел в свой кабинет, как всегда. Чисто так выходило что отдыхал он тоже там. Мог какую-то книжку почитать. Просто мысли привести в порядок, разминку провести.
Там его уже ждала жена и явно у неё были какие-то новости.
- Хелена, что-то случилось? – Спросил он.
- Да. Кое-что случилось, я беременна. Я не сообщала тебе что бы не волновать. – У Эйвора мозг слегка завис, он знал, что такое должно произойти просто все равно это было очень неожиданным. С радостью пришел страх потери. Он ту же водку делал не только что бы зарабатывать на лордах-алкоголиках, но и что бы использовать водку в медицине если спирт не удается сделать. А это самое важное – дезинфекция, если нужно он водкой вымоет всю комнату если нужно. Потому что роженицы и дети часто умирали. Это была угроза этого мира.
Он был счастлив и одновременно напуган угрозой с которой он не может справится и должен просто принять.
- Ты не рад? – Хелена по-своему трактовала его ступор.
- Я рад… и напуган. – Не стоило уточнять чем мог быть напуган Эйвор, который понимал, как работает мир. Женщины тоже об этом знали особенно что есть риск смерти рожая ребенка.
- А кто говорил что не стоит волноваться насчет того что ты не контролируешь? – Спросила Хелена, и обняла его. Он обнял её в ответ, в этом жесте действительно было принятие, и понимание боли.
Он крепче обнял её, в голове уже мелькали мысли:
«Нужно поговорить с мейстером.»
«Нужно увеличить запас чистого полотна.»
«Нужно заказать больше спирта.»
«Нужно проверить, как устроена купальня.»
Нужно... Он остановил себя, Хелена тихо улыбнулась.
- Опять пытаешься все просчитать?
Эйвор выдохнул.
- Да.
- И как успехи?
Он впервые за долгое время честно ответил:
- Ужасные.
Она рассмеялась и прижалась к нему сильнее.
- Тогда просто побудь рядом.
И он понял, что это единственная задача, решение которой ему действительно известно.
Они еще долго стояли молча, Эйвор чувствовал, как постепенно проходит первый шок. А потом произошло то, что происходило всегда.
«Сначала нужно перечитать все книги, которые есть в замковой библиотеке о деторождении. Нет... сначала нужно написать Теомору. В Эссосе могли быть другие трактаты. Еще нужно заказать больше чистого льняного полотна. Больше мыла. Больше спирта.»
Он и так пытался получить чистый перегон для лекарских нужд, но теперь этого мало. Нужно сделать отдельную комнату, хорошо проветриваемую. Не допускать туда лишних людей. Нужно проверить воду. Если потребуется, заставить всех кипятить её.
Нужно...
- Эйвор? – Да он опять уходит себе. Это его психологическая реакция, которая на самом деле защищает его от полного тотального безумия. Ведь это его любимый человек, и его дети. Все его естество как человека Земли, человека 21го века активировалось с такой мощью что не мог активировать никакой проект. В это была воля цивилизации что даже могла победить гребанный короновирус, высадиться на Луну. Подчинять законы природы. Философия того что все может быт побеждено, если приложить усилия.
Он моргнул.
- Да?
- Ты сейчас где?
Он честно ответил:
- Пытаюсь победить смерть.
Хелена смотрела на него несколько секунд, отом вдруг улыбнулась.
- Не получится.
- Знаю.
- И все равно будешь пытаться?
- Да.
Она тихо рассмеялась.
- Вот поэтому я тебе и не сказала сразу.
Он посмотрел на неё с удивлением.
- Я знала, что ты превратишь весь замок в лечебницу.
Эйвор немного подумал.
- Не весь.
- Половину?
- Возможно.
Она снова рассмеялась. Потом осторожно положила ладонь себе на живот.
- Не волнуйся так. Обязательно будет мальчик.
Эйвор несколько секунд молчал. Потом посмотрел на неё тем самым взглядом, которым обычно смотрел на людей, уверенно говорящих вещи, не имеющие никакого отношения к действительности.
- С чего ты решила, что это вообще в твоей власти?
Хелена растерянно моргнула.
- Ну...
- Это одна из тех вещей, на которые человек никак не может повлиять. - Он пожал плечами. — Можно молиться. Можно надеяться. Можно гадать по звездам или полету птиц. Но мир не спрашивает нашего мнения.
Жена немного смутилась.
- Но все будут ждать мальчика.
Эйвор задумался, потом совершенно серьезно сказал:
- Да. - Еще немного подумал. — Все вокруг сволочи.
Хелена не выдержала и засмеялась.
- Эйвор!
- А что? Это правда. - Он сел рядом на диванчик, да и она тоже села. — Если родится сын, я буду рад.
- А если дочь?
- Тоже буду рад.
- Но наследник...
- Наследник — это человек, которого нужно воспитать. - Он посмотрел куда-то в окно. — Я вообще не понимаю, почему люди так уверены, что хороший правитель обязательно должен быть мужчиной.
- Потому что так принято.
- Много чего принято. - Он усмехнулся. — Например, раздевать невесту на свадьбе. И еще жениха.
Хелена тихо фыркнула.
- Ты до сих пор сердишься?
- Да. Пришлось всех напоить, что бы они даже не думали этого делать, но Талли очень хотел тебя раздеть, ему следует смотреть на свою жену, как минимум это правильно с точки зрения Веры.
- А если все-таки будет девочка?
Эйвор ответил сразу:
- Тогда я научу её всему, что знаю сам.
- Даже математике?
- Особенно математике.
- И управлению землями?
- Конечно. Всему что знаю сам. Разве что с боем будет сложно все же женщины слабее мужчин, даже с одинаковой подготовкой обычная биология.
- И ездить верхом?
- Да.
- И читать твои ужасно скучные учебники?
- Это уже слишком жестоко.
Она прижалась к нему плечом, некоторое время они сидели молча.
Эйвор снова думал. Нужно поговорить с септоном Сэмом. Пусть убедит людей не лезть к Хелене с глупыми советами. Нужно увеличить запасы сушеного мяса, рыбы и овощей. Пусть повара следят, чтобы она нормально ела. Нужно уменьшить её нагрузку. Хотя полностью работу она не бросит. Он слишком хорошо её знал.
Нужно...
Он почувствовал, как Хелена сжала его руку.
- Опять?
- Да.
- Опять пытаешься все предусмотреть?
Эйвор медленно выдохнул.
- Я знаю, что не могу все контролировать.
- Тогда зачем? - Он долго молчал, а потом ответил очень тихо: — Потому что это наш ребенок. И если существует хоть одна маленькая вещь, которая может сделать твою жизнь безопаснее... ...я хочу её сделать.
Хелена ничего не сказала, она просто обняла его. И впервые за весь вечер Эйвор позволил себе не думать ни о дорогах, ни о портах, ни о мостах, ни о книгах. Хотя бы несколько минут.
***
Королевская Гавань. Покои короля.
Высокий мужчина с валирийскими чертами лица давал отчет своему отцу – Джейхерису. Это был Эймон Таргариен, наследник престола. Тот был довольно красив с серебряными волосами и фиолетовыми глазами. Его внешность была классической валирийской и была максимально необычная для Вестеросса от чего Джейхерису удалось создать этакую доктрину Исключительности Таргариенов. Но непонятно насколько она хорошо работает.
Он женился на Джослин Баратеон и имел от неё дочь Рейнис которая должна была выйти замуж за Корлиса Велариона потому что его выбрала сама. Все же к Повелительницам Драконов совершенно другие требования чем к женщина без этих самых драконов.
Таргариены старались оставлять драконов в семье, однако… Если Рейнис будет против выходить замуж за дядю. Ведь как раз свободным находится только Бейлон. Ну или ей нужно ждать пока подрастет Визерис, только Рейнис не интересовал племянник.
А воля Повелительницы Драконов имеет вес, как минимум тем что она просто может улететь куда захочет. Ведь Сейра даже без дракона смогла сбежать, и это было очень травматично для всех. Плюс еще смерть Визерры.
После смерти Визерры Таргариен в 87 году королева Алисанна пребывала в горе. Она решила вновь заговорить с королём о Сейре, которая до этого бежала из Староместа и стала девушкой дома удовольствий в Лисе. Алисанна взывала к королю о том, что уже прошло достаточно времени, и она хочет попытаться поехать в Лис и попросить дочь вернуться домой. Король был непреклонен. Для него Сейра перестала быть дочерью, и он запретил Алисанне лететь в Эссос.
Королева не полетела в Лис, но королю этих слов не простила. На будущий год они собирались посетить Западные земли, где не были уже двадцать лет, но она заявила, что не поедет. Она удалилась на Драконий Камень, где оплакивала своих дочерей.
В 88 году король полетел в Утёс Кастерли и другие замки один. Потом он посетил Простор, в том числе Старомест. Там он встретился со своей дочерью Мейгель, которой удалось найти нужные слова, чтобы убедить отца помириться с матерью. Две недели спустя король вернулся наконец в Королевскую Гавань, а королева прибыла туда из своего добровольного изгнания.
Эймор уже давно участвовал в государственных делах. У него уже была Рейнис к тому моменту, и он был испытанным в поединках рыцарем.
В 81 году двадцатисемилетнему принцу Эймону полагалось принимать больше участия в делах государства, и король ввёл его в совет на должность мастера над законами и юстициария вместо Родрика Аррена. Королевским десницей он не стал потому лишь, что эту должность бессменно занимал септон Барт, ближайший друг и товарищ трудов короля. В 83 году Эймон вместе со своим отцом и братом принял участие в Четвертой Дорнийской войне, сражаясь против принца Мориона Мартелла. Около мыса Гнева король с сыновьями обрушились на дорнийцев из облаков на Вермиторе, Караксесе и Вхагар. Корабли загорались один за другим и Четвертая Дорнийская война была выиграна за один день. Джейхейриса и его сыновей в Королевской Гавани встречали восторженно: даже Завоеватель не выигрывал войн без единой потери. Но, к сожалению, в следующие пять лет боги забрали у монаршей четы трех дочерей: Дейлу в 82-м, Алиссу в 84-м, Визерру в 87-м.
- Что-то важное есть? – Спросил Джейхерис своего сына и наследника. Хоть септон Барт и был десницей короля, Эймон выполнял гораздо больше работы чем просто советник.
- Важное мы разбираем на совете, а тут просто интересное. – Сказал Эймон, позволяя себе немного пошутить. – Лорд Эйвор Фрей просит разрешение построить мост через Трезубец по королевской дороге и решить какую пошлину могут брать он или Руты. Границы их территории проходят по Трезубцу.
Да, Королевская дорога шла через территорию Фреев и дальше на Север, но эта ветка дороги не считалась очень важной, поэтому никто и мост через Трезубец не строил.
- Что мы знаем об этом Эйворе Фрейе? – Спросил Джейхерис на самом деле он знал о существовании такого дома, просто никогда не удостаивал его своим вниманием.
- Ему 17 именин, он недавно сочетался браком с Хеленой Мандерли, и кажется он хочет построить свою дорогу. Из Близнецов до побережья залива Пасть. Развивать торговлю, Талли еще писали о том, что опасаются их усиления.
Джейхерис немного закатил глаза, так как Талли постоянно переживали насчет своего положения, и их мало уважали в их же землях так что вечные проблемы Блэквудов и Бракенов разбирал королевский совет. А у Фреев была огромная территория Северных Речных Земель.
И понятно почему он хотел мост – это снижает издержки торговли что может увеличить мощь этого дома. Только Талли были понятным злом, и никто не хотел изменять всю ситуацию буквально специально создавая еще более могущественный дом, что может откровенно плевать на своих сюзеренов.
Речные Земли многочисленные, но сильно раздроблены, те же Талли не обладают большими территориями. А еще у Вестероса есть традиция – В любой непонятной ситуации жги Речные Земли.
Из-за отсутствия естественных границ любой завоеватель проходился огнем и мечом по Речным Землям. Так было во время всех последних кризисов в результате которых Джейхерис и стал королем.
Но это не касалось двух домов Речных Земель – Маллистеры и Фреи. У них есть естественная граница – Река.
Точнее Четыре Реки: - Трезубец, Зеленый Трезубец, Синий Трезубец, Красный Трезубец.
Любому завоевателю нужно много раз пересекать различные реки что бы добраться до территории Фреев. И тянуть снабжение, в этом отношении лучше сражаться в Южных Речных Землях и разорять уже их. От чего там было много конфликтующих домов, и эти конфликты поддерживали сначала Дюррандоны, а потом и Хоары.
Исключением как всегда стали – Маллистеры и Фреи, последние смогли получить много территории и даже выступая против Мейгора на стороне отца Джейхериса и проиграв они ничего не потеряли. А когда пришел Джейхерис они опять ничего не потеряли.
Фреи крайне могущественный дом на который никто не обращал в целом внимание.
Теперь же получив явно умного и талантливого лорда они стали усиливаться заключать браки и строить порт что даст дополнительную силу.
Дело в том, что у Фреев есть пространство для роста. У Талли его нет, и это простая география. Их территория зажата между Западными Землями и вассалами. То есть невозможно построить порт.
Эйвор Фрей строит два порта – Хеленпорт и Эйворхолл. Один морской другой речной. И это уже усиление, которое Королевская Гавань видит.
На то что Эйвор делает на своей территории они не могут повлиять, но вот если размышлять об мостах на стыке владений. Это уже было во власти короны.
Эйвор мог бы гарантировать существование моста браком. Только сочетать себя браком с домом что в 10 раз слабее его ради моста… Это не смешная шутка, он сочетал себя браком с домом что может дать ему силу.
Руты об этом прекрасно знают и просто из гордости с возможностью безнаказанно ударить сильного, воспользуются возможностью для удара. И будут затягивать переговоры. Поэтому Эйвор обратился к королю.
Тут в игру вступает политическая целесообразность – зачем королю усиление Северных Речных Земель? Усиление Севера?
В принципе ему незачем это делать. Конечно новый город который будет торговать с Эссосом можно обложить пошлинами. Это верно, однако у Фреев больше территории. В одиночку он контролирует 10% силы Речных Земель, а с Маллистерами и Блеквудами 25%.
Талли будут слабее, от усиление Фреев, поэтому в интересах королевства не стоит помогать Фреям.
- Просто затяни процесс войди в переписку, не говоря ни нет, ни да. Через несколько лет они поймут, что мы этого не разрешим, и не выступим арбитрами.
- Можем самим построить этот мост ресурсы у нас есть?
- Нет, Эймон. Это направить караваны из Долины к Фрееям. Они смогут брать с них пошлины. – Ответил Джейхерис, который просчитывал ситуацию усиления одного дома над прочими. Фрей и так контролировал столько сил что мог бы сам стать Верховным Лордом.
Только это невозможно потому что роду Фреев не более 500 лет, это ничтожный срок особенно когда другим родам несколько тысяч лет. Они конечно могут стать такими как Тирелы, только Тирелы мало что решают в Просторе, там наибольшее влияние у Хайтауэров контролирующие Старомест.
- Хорошо, я напишу им. Но я так же могу провести переговоры и прилететь на драконе к ним, что бы посмотреть что они планируют. – На самом деле в этом есть дополнительный бонус, напомнить, что власть у Таргариенов и их драконов. Принц мыслил функционально, возможно подружится с Фреем, разведать то что он планирует, а так же напомнить кто в Королевстве главный. – Ведь Фреям мы не показывали своих драконов, и не напоминали, что Талли Верховные Лорды потому что мы так хотим.
- Это может быть разумным, однако скоро у твоей дочери свадьба и он должен на неё попасть, так что там можешь с ним и поговорить. – Джейхерис не хотел тратить слишком много на Фрея времени, особенно отправлять сына для путешествия, особенно когда «устрашение» слишком ретивого лорда можно произвести и позже.
Потом решил объяснить, что он думает. В реальности. Джейхейрис подошел к окну.
- Ты знаешь, Эймон, почему государства редко любят умных вассалов?
Принц покачал головой.
- Потому что глупый лорд приходит просить помощи каждый год. А умный однажды перестает нуждаться в короле. - Он помолчал. — Фреи уже владеют Близнецами. Они контролируют переправу. Теперь они хотят построить порт. Затем дорогу. Затем еще один мост.
Эймон молчал.
- Что будет через двадцать лет?
- Богатый дом.
- Нет. Дом, который привыкнет решать свои проблемы без нас. - Король взял со стола карту Речных земель. — Посмотри.
Он коснулся пальцем Близнецов.
- Здесь переправа. - Затем провел рукой к будущему Хеленпорту. — Здесь будет морская торговля.
Потом к Эйворхоллу.
- Здесь речной порт.
И наконец к предполагаемому мосту.
- А здесь они хотят поставить руку на Королевскую дорогу. - Джейхейрис поднял взгляд на сына. — Король должен заботиться не только о том, чтобы его подданные были богаты. Он должен заботиться о том, чтобы ни один из них не стал слишком богат. Ведь в сущности после этого им не нужно будет никакое королевство. Через Малистеров и Блеквудов они будут торговать с Западаными Землями, через Эйворхолл с южными Речными Землями, через тот самый предполагаемый мост с Долиной, и все еще имея доступ к Северу, и Браавосу. По сути дай ему двадцать-тридцать лет, и они могут быть стать довольно могущественным. Если сейчас они одна десятая силы Речных Земель, то через 20 лет могут стать одной пятой. Самостоятельно. Сейчас у нас и так есть проблема с Веларионом.
- Однако они наши самые верные союзники.
Джейхерис махнул рукой.
- Корлис очень амбициозный, максимально амбициозный. Сейчас его дом получил дракона, значит в следующем поколении нужно будет сочетать браками твою линию и Бейлона. Конечно я не позволяю детям Рейнис обладать драконами, это было бы очень глупо. Не должно быть двух драконьих домов. Ведь этом может расколоть наш дом.
- Возможно следовало отдать Визерру за этого Эйвора? Я поднял переписку, отец Эйвора предлагал такой брак. Тогда бы мы закрыли возможность Эйвора породнится с Мандерли. Ему бы оказали «честь», но это было бы просто пустая формальность. – Эймон мог думать наперед и был действительно талантливым политиком и администратором.
- Твоя мать хотела умилостивить Старком за этот Новый Дар, и вбила себе в голову что Визерра станет хорошей разменной монетой. Так же все умные опосля. – Джейхерис усмехнулся. – Только кто знал, что у юного Эйвора такие планы? Мы мало обращаем внимание на Северные Речные Земли, так как они выдернуты из экономики нашего государства. И это не позволяет им копить золото, однако позволяет копить силы, за счет огромной территории, и связям с Севером.
Эймон кивнул признавая такую логику. Ведь действительно локально дом Фреев был сильнее чем большинство его соседей. А если он сможет увеличить численность своих людей вдвое, то его силы будет в половину сил всего Севера. Один лорд что мощнее целого королевства… Конечно любая интервенция на Север — это гиблая затея, поэтому Эйгону Завоевателю повезло что Торхен Старк привел свое 30 тысячное войско к Трезубцу.
Если бы Старк отказался ставать на колено – его бы сожгли и у Севера не было бы сил сопротивляться дракону.
Но Торхен склонил колено и это тоже было выгодным.
Еще Эймона волновало насколько быстро вырастут Хеленпорт и Эйворхолл? Если там за 10-15 лет появится хотя бы 5 тысяч жителей это сделает их обычными средними городами что дадут дополнительный доход Фреям.
А если больше? Появится ли шестой крупный город равный Белой Гавани? А город — это всегда много золота, много золота и большое количество продовольствия с плодородных земель Речных Земель… Это изменение баланса сил. Талли станут просто формальными сюзеренами.
Если в следующем поколении Маллистеры породнятся с Фреями… Усиливаться начнут два очень сильных дома.
По сути они могут быть своими королевствами в рамках своей территории. При этом не нарушая никаких законов. Король не может вмешаться что бы не прослыть тираном.
Выходит, действительно очень забавная ситуация, когда единственный способ поумерить аппетиты Фрея это попугать драконом и затянуть строительство моста. Но Эйвор никогда не ставил на один проект, а умел развивать сеть проектов. С дополнительными деньгами от книгопечатания он может создавать больше Палат и строить школу-интернат где будут обучаться вторые-третьи сыновья окрестных крестьян. Особенно зимой, что бы потом создать полноценные сельские школы в крупных деревнях.
Да Джейхерис может по сути запретить строить мост, но он не властен над бюрократией что может самовоспроизводится. И на той же территории Эйвор может делать как можно больше. А ведь есть еще аграрные реформы.
Джейхерис видел, как возвышается Корлис и не мог ничего сделать ведь это были дела дома Веларион. А даже с драконом не стоит быть тираном. Мейгор показал – такое не простят.
Иронично что бы быть эффективным и безжалостным тираном нужен развитый бюрократический аппарат состоящий из тысяч людей.
Эйвор как раз что-то такое делает, а вот Джейхерис и Эймон все еще остаются феодальными королями, не развивающих бюрократию. Думаю, что личное запугивание драконом (дипломатический визит) равняется контролю. На самом деле это не так.
Впрочем, Эйвору было на это все равно, как вода обходит камень можно обойти и дракона. Ведь ни один король не может сказать феодалу – не становится сильным.
Это против любых традиций и концепций о правильности. Умные феодалы ограничивают своих вассалов по-другому. Но что бы ограничивает Эйвора нужна развитая бюрократия, которой нет.
Так же есть такой фактор как затраты. Что бы ограничивать Фрея возможно понадобится больше золота чем тот заработал бы.
Так что Джейхерис и Эймон поступили стандартно для эпохи – запланировали классическое запугивание и затягивание переговоров по мосту.